Но рассматривая все же частное нищелюбие, которое еще продолжало существовать вплоть до Петровской эпохи, стоит отметить, что не смотря на предполагаемые методы борьбы с ней, нищелюбие только увеличивалось.
Последняя четверть XVI в. прошла под идеями «энциклопедии повседневной жизни» - Домостроя. Домострой является наиболее ярким источником XVI в., который наиболее полно раскрывает бытовую сторону жизни и в особенности, филантропическую сторону.
Благотворительным делам посвящено сравнительно немного глав в документе, но в отличие от Стоглава, который был учрежден несколькими десятилетиями назад, Домострой дает некую инструкцию о том, как правильно совершать дела, связанные с благотворительностью. Об этом свидетельствует 9 глава «Как всякого посещать в страдании в монастырях. В больницах и в темницах».
Действительно, в XVI в. было распространено посещение различного рода заведений, в которых находились нищенствующие. В основном это было прерогативой царя и царицы, которые могли посещать такие заведения.
Об этом говорит историк Г.К. Котошихин45: «Идут царь и царица«по богаделням и по тюрмам, и дают милостиню ж; так же и нищим и убогим людем дают по рублю и по полтине и менши человеку. И тех денег росходится множество тысечь».
Апогей филантропии проявляется уже при первых Романовых: при Михаиле Федоровиче начинают складываться аналоги будущих сиротских домов, которые будут активно расширены и превращены в целую систему приютов.
В XVII в. начинает практиковаться такое явление, как проведение «кормлений», в результате которых большая часть продовольствия и много другого было истрачено самими нищенствующими, хотя такого рода мероприятия происходили по праздникам, и было положено приглашать, в независимости от контингента, так же и нищенствующих и убогих. Г.К. Котошихин пишет, что «Таким же обычаем в-ыные дни бывают столы на столников на стряпчих, на дворян Московских, и на гостей, и на сотенных людей старост, и на городовых выборных посадцких людей;… Попов и дьяконов, и служебников соборных церквей и иных, кормят на царском дворе не по один день, а иным есть и пить дают в домы; да им же дают денги, что они за их государское здоровье молили Бога, по 10 и по 5 рублев и менши, а меншое самое по полтине, смотря по церквам, как кому годовое царское жалованье идет. А в городы посылают царские грамоты, соборных и иных церквей попом и дьяконом велят давать молебные денги, против Московскпх вполы, из городцких доходов. Да с Москвы ж в городы по монастырем посылаются столники, стряпчие, жилцы с милостиною и с молебными денгами, и кормить черпцов - и дают денги по 5 рублев и по 4 и по 3 и по 2 и по рублю и по полтине и менши человеку чернцу, смотря по человеку, да по полотенцу и по 2 платка; а они против того тех людей благословляют образами и дарят, из монастырской казны, чем прилучилось».
Такие застолья приводили к ужасным последствиям - происходили драки, которые проходили в большинстве случаев безнаказанно, а проводили это все в основной массе сами нищенствующие и бродяги. В «Челобитной нижегородских попов Иосафу патриарху московскому и всеа Руссии», составленной в 1636 году говорится следующее: «…а инии …прокураты ходят, повеся на выю (шею) образ Бжий, а инии полагают пелены на блюде и свещи, собирают, рекуще: на созидание црьквам, а потом их мнози видят со пияницами; а инии проданными себе называют и на окуп просят, а сказываются розными имены и грады; а инии творятся бешеными, и потом их видят целоумных; а инии…ходят во образе пустынническом и во одеждах и веригах, разтрепав котыни, а инии помазывают нозе гноем, кров сливаючи с мозгом и ползают по црьквам, писк творяще, и велик соблзн полагают в простых члвцех».
В годы правления Алексея Михайловича были все виды социальной поддержки нищенствующих, в том числе не только выкуп соотечественников с применением тарифа на основе «общей милостыни» при помощи купцов Востока и Греции, но и активная церковная деятельность: на основе расходных книг Казенного и Монастырского приказов отмечается, что в раздаче милостыни участвовали не только цари и церковные иерархи, но и патриархи в том числе так в 1636 г. было отмечено, что «патриархом (Иоасофом I) до собору от обедни нищим 4 алтына 2 деньги дано49» и при нем во дворце постоянно разрешалось проживать богомольцам и юродивым. Одни из современников Алексея Михайловича кто так или иначе интересовался благотворительностью и вкладывал в нее свои собственные деньги был Федор Ртищев.
Федор Ртищев был первым, кто попытался объединить государственную и частную благотворительности. Все это было сделано для того, чтобы совершить благие дела для «жизни во Христе», но чтобы лишний раз не было шанса, с чем-либо бороться.
Такую позицию отразил и В.О. Ключевский об Алексее Михайловиче: «Он любил людей и желал им всякого добра, потому что не хотел, чтобы они своим горем и жалобами расстраивали его тихие личные радости... он был мало расположен что-нибудь отстаивать или проводить, как и с чем-либо долго бороться».
После смерти Алексея Михайловича Российское государство оказалось в далеко не в спокойном состоянии: после периода Церковного раскола и сопротивления старообрядцев, которые выступали против Никонианства. В результате чего в стране стали происходить частые беспорядки со стороны нищенствующих. Результат церковной реформы, которая пролила много народной крови, Алексея Михайловича был вынесен в 1681 г. на Собор.
В это время на престоле сидел уже старший сын Алексея Михайловича Федор Алексеевич. Результатом заседания собора стала централизованная организация церковно - государственных благотворительных заведений, которые бы грамотно могли заниматься социальной работой в условиях критической ситуации и возможностью выхода на более высокий уровень с определенными выгодами, нежели это было при предыдущем царе:
«доставлять пристанище бедным, увечным и старым, особенно служилым людям»; «помочь отделить истинно нуждающихся от «гулящих бродяг»; «чем положится конец» воровству бродяг»; «есть нищие со страшными болезнями, «что нельзя чреватой женщине их видеть, не испугавшись и таких больных надо лечить».
В 1682 г. был выпущен указ, который содержал в себе всю критичность современных реалий. «По улицам бродят и лежат нищие; притворные воры, прося под окнами милостыни, подмечают, кто и как живет, чтоб после обокрасть; малых ребят с улиц крадут, и руки и ноги им ломают, и на улицы их кладут, чтоб люди, на них смотря, умилилися и больше им милостыни давали; сидят обезображенные болезнями, та, что чреватые жены их пугаются; великое число детей по улицам бродит, и ничему их не учат».
По решению правительства было решено сделать новую попытку дифференцировать «действительных» немощных и ложных, которые занимаются тунеядством и попрошайничеством. В конечном итоге дети обязаны обучаться наукам и различным прикладным мастерствам, а взрослые принудительно работать в социальных домах, где государство обеспечивало социальную поддержку «действующим» немощным.
1.2 Развитие системы государственного презрения в XVIII в.
К концу XVII в. начинает наблюдаться тенденция отхождения социальных взглядов от церкви и происходит оформление светскости, которая происходит на основе Европеизации государства. Начало ломки традиционных взглядов, эпоха реформирования и ориентации на Запад, изменение в национальном сознании, новый глава государства, находящийся на престоле со своими стремлениями и надеждами привнести все новое и лучшее в развитие России, развитие абсолютизма - вот причины, по которым на рубеже XVII-XVIII вв. начинает складываться новые филантропические взгляды, характерные для Европы.
Развитие государственного презрения тесно связано с достижением идеала, который осуществлял Петр I - «светское государство».
Развитие монастырского призрения получает стабильную основу для развития, не смотря на правительственные изменения: «На Москве близ приходящих деревней построить богадельни мерою по пяти и по шести сажен. И в них набрать нищих, старых и дряхлых и больных»54. Последняя категория населения была обязана получать финансовые выплаты, определяемые Монастырским приказом.
Исследователь П.И. Георгиевский в своей книге отмечает, что государственная опека распространяется только на действительных нищенствующих и не имеющих шансы и возможности для трудовой деятельности, все же остальные должны вести трудовую деятельность:
«Старым зело и увечным кормовщикам, так же и вдовам старым давать кормовых денег до их смерти, да недорослям малым до указной меры в полы прежних их окладов, а молодым и здоровым кормовых денег не давать и от кормовых денег им отказать». Или «Жить для пользы и славы государства и отечества, не жалеть здоровья и самой жизни для общего блага».
Такой позиции придерживался Петр, будучи руководимый императорской властью.
Необходимость в государственном призрении как систему проявила себя на рубеже XVII-XVIII вв. из-за активного роста числа нищих и просящих милостыню.
Император выпустил ряд указов, которые бы смогли вести контроль и учет всех нищенствующих: первый указ, который регламентировал строительство богаделен для увечных и старых с финансовыми выплатами бедным. Дабы ограничить активный рост нищенствующих, в 1712 г. вводится указ, который закрепляет за собой систему наказаний тех нищенствующих «ленивых прошаков», которые подвергались ссылкам и побоям, после которых насильно отдавали на работу. Строго контролировалось и частная милостыня, которая передавалась «из рук в руки»: была составлена система штрафов, которая бы могла немного сдерживать «открытое милосердие». Накладывалось наказание в 5 и 10 рублей, с расчетом на то, в дальнейшем все благотворительные взносы будут проходить через богадельни.
В условиях отмены Патриаршества, которая произошла в 1721 г. Отмена была произведена через указ, направленный в Духовную коллегию, которая в скором времени будет заменена на Святейший Синод, церковь начинает терять свои права и позиции, которые были в ее владениях еще с Древней Руси. Теперь всеми церковными делами заведует светское лицо - Обер-прокурор и государство имеет право вмешиваться в личные дела церкви и собственно переносит на себя права проведение презрения.
В «Духовном регламенте», который был составлен в 1721 г. проблема милостынь освещается несколько неоднозначно, нежели ее можно было считать в допетровское время: «Разсуди всяк благоразумный, сколько тысящь в России обретается ленивых таковых прошаков, томкож тысящь не делают хлеба и потому нет от них приходу хлебного».
Перед духовенством ставится задача выявить те стороны милостыни, которые провоцируют рост профессионального нищенства, и те, которые идут на пользу обществу: «добрый чин милостыни определить».
Одним из нововведений в Петровскую эпоху было назначение полицейского контроля за «нищенствующими», как элемента государственной политики в социальной сфере. Об этом говорит Регламент Главного Магистрата, который был утвержден 16 января 1721 г., в то же время, что и Духовный регламент.
В 10 главе регламента говориться о том, что «полиция призирает нищих, бедных, больных, убогих, увечных, прочих неимущих, защищает вдовиц, сирых и чужестранных по заповедям Божьим, воспитывает юных в целомудренной чистоте и честных науках».
Данные методы решения проблем не только помогали в определенной мере решить социальные проблемы, но и носили радикальный и репрессивный характер, которые несколько имели негативное отношение к такой политической линии, но ее эффективность все же дала результат фактически сразу.
В сфере народного просвещения развитие несет так же в себе военно- политический посыл: необходимость в людях, которые будут состоять на гражданской и военной службе, подвело к тому, что к 1700 г. в Москве была создана первая Навигацкая школа, которая включала в себя подготовку молодых людей исключительно всех сословий под строгим английским надзором - профессором Фарварсоном. Навигацкая школа стала предпосылкой к созданию целой системы цыфирных школ, которые допускали поступление недворянских лиц.
В 1721 г. создаются епархиальные школы с закрытым типом обучения, основоположником которых являлся митрополит Иов. Основной посыл заключался в том, чтобы изолировать как можно раньше ребенка от внешнего мира и воспитывать в школе без возможности влияния на него извне. Принимались дети только с 10-летнего возраста ибо «такого возраста дети еще не вельми обучилися злонравия и если обучилися, однакож не закрепли обычаем и можно таковых нетрудно отучить».
Прямым продолжателем социальной работы Петра I взяла в свои руки императрица Екатерина II, которая не планировалась в качестве монарха Российского престола.
Основные задачи, которые ставила перед собой императрица, были активно развивать женское образование, работать в сфере педагогики, создание воспитательных домов и дальнейшее развитие в сфере медицины, при этом смягчив систему петровских наказаний.
Эти задачи были обусловлены рядом проблем, которые появились и несли в себе масштабные последствия: так при создании Воспитательных домов, в которые были вложены гуманистические идеи воспитания, обнародованные Комиссией народных училищ64. Предпосылкой для идей гуманизма послужили воспитательные идеи И.И. Бецкого65, который считал, что воспитание должно «выводить новую породу человека общества».
При его посредничестве были созданы 4 основных заведения, которые будут являться самыми важными: Воспитательный дом, Академия художеств, Кадетский корпус, Смольный институт.
Основным нововведением, которое ввела Екатерина II, стал переход от строительства богаделен и монастырских приютов, которые еще были распространены при Петре I, к строительству отдельных лечебных домов для лиц с умственными отклонениями.
В 1775 г. вышел Указ «Учреждении о губерниях», в рамках которой « приказы общественного призрения» были созданы и направлены на сотрудничество с бюрократическими органами власти, которые должны были работать во всех направлениях, определяемых указом, то есть работа с больницами, воспитательными домами, домами тяжелобольных и т.д.
Но в отличии от своих предшественников - монархов, начало своего царствования Екатерина поставила свои приоритеты на медицину. Это связано учреждением в 1763 г. медицинской коллегии, что послужило началом Российской медицины. Ее основателем был барон Черкасов, с которым связано такое понятие как народно-санитарная полиция в России XVIII в. и прививание от оспы.
В своем ответе Большой комиссии императрица отмечает, что «мой предмет был спасти от смерти многочисленных моих верноподданых, кои, не знав пользы сего способа, оного, страшася, оставались в опасности».
Начинает оказываться внимание на умалишенных людей, с которых не взималась плата. Ограниченность в финансировании благотворительных учреждений не позволяла должным образом функционировать социальным структурам, что впоследствии приведет к проблемам, которые будет решать Мария Федоровна.
Подводя итог можно отметить, что развитие нищелюбия и презрения представляет собой определенную параллель между отношениями церкви и государства, которые на каждом этапе исторического развития в большей или меньшей степени оказывали влияние на социальную политику государства и работу с нищенствующими слоями населения. В допетровскую эпоху политика нищелюбия занимала лишь частный сектор общественной жизни государства, которой заведовала церковь - как институт.
XVIII столетие,
как период нарастающего государственного презрения, накапливает в себе всю силу
и мощь абсолютизма, в результате чего церковь теряет лидирующие позиции, а
государство начинает только разворачивать все те свои существующие инструменты
власти. Политика государственного презрения начинает активно развиваться в трех
направлениях: социальная работа в системе здравоохранения (строительство
больниц и лечебных домов); В системе социального обеспечения (активное
строительство Воспитательных домов, богаделен, приютов); В системе народного
просвещения (Церковная поддержка в обучении постепенно перерастает в
государственную; проявляется активное строительство институтов, училищ,
ориентированных на обучение человека, полезного обществу).
2. Жизнь и деятельность императрицы Марии Федоровны (1759- 1828 гг.)
По мнению многих современников, Мария Федоровна считалась носительницей всех добродетелей, которые только возможно найти в немецком воспитании: образованность, уважение к старшему поколению, дисциплинированность и трудолюбие сочетается в ней с любовью к семье и заботой о своих близких и родных. Именно при ней - Софии Доротее Августе Луизе Вюртенбергской, принявшей православие под именем Марии Федоровны начинает складываться благотворительность, как система, которая включала в себя множество различных направлений, которые существовали и существуют до сих пор и являются наиболее актуальными сегодня.