Осмысление понятий «Старость» и «Активное старение» участниками программы «Московское долголетие»
АННОТАЦИЯ
старение социальный забота пожилой
Данное исследование ставит целью определить, как пожилые москвичи осмысляют понятия «старость» и «активное старение» в контексте участия в государственной программе «Московское долголетие». Для достижения этой цели был использован качественный дизайн исследования и проведено 15 полуструктурированных интервью с участниками программы, запуск которой прошел весной 2018 года. Важными концептами, использующимися в работе, являются модели старения (медицинская и социальная), а также модели заботы о пожилых, которые лежат в основе государственной политики. По результатам анализа было выяснено, что для пожилых москвичей старость - возрастной период, начинающийся в 70 лет, который сопровождается немощью, чувством одиночества и пассивным образом жизни. При этом информанты строго де-идентифицируют себя со старыми людьми, культивируя образ «активного старения» как идеальную жизнь на пенсии. В рамках исследования концепт «активного старения», введенного ВОЗ, дополняется такими характеристиками, как интерес к жизни, саморазвитие, свобода передвижений и ориентация на здоровье и благополучие близких.
ВВЕДЕНИЕ
Старение - неизбежный комплексный процесс, связанный с биологическими, социальными и психологическими изменениями. Стремительный рост доли пожилых людей приводит к тому, что старение становится важной социальной и политической проблемой. По оценкам ООН, «в 2017 году количество жителей планеты в возрасте 60 лет и старше составило 13% от мирового населения, а количество людей в преклонном возрасте растет со скоростью 3% в год» ООН. Старение. URL: https://www.un.org/ru/sections/issues-depth/ageing/. Помимо этого наблюдается рост ожидаемой продолжительности жизни по миру: так, за период с 1987 года по 2017 год данный показатель вырос почти на 7,5 лет (64.816 в 1987 году и 72.232 в 2017 году соответственно) The World Bank. Life expectancy at birth, total (years). URL: https://data.worldbank.org/indicator/SP.DYN.LE00.IN?end=2017&start=1960&view=chart. Такие изменения требуют пересмотра демографической и социальной политики в сторону «обеспечения полной реализации потенциала пожилых людей». Как результат, политические программы подчеркивают необходимость активного и здорового старения Conceptual considerations in measuring active ageing. URL: https://statswiki.unece.org/display/AAI/Conceptual+considerations+in+measuring+active+ageing.
Именно по этой причине с начала XXI века во многих экономически-развитых странах «привычное» видение старения, где старость - время дожития, начало постепенно замещаться различными концепциями: здоровым, успешным, продуктивным, активным старением. Все представленные концепции в разной степени фокусируются на вовлечении пожилого человека в трудовую и социальную жизнь, поддержании физического, психического и интеллектуального здоровья и активности. Так, например, в 2002 году Всемирная организация здравоохранения (далее ВОЗ) ввела понятие, которое определило курс на новую политику старения - активное старение. Согласно ВОЗ, активное старение - это «процесс оптимизации возможностей для обеспечения здоровья, участия в жизни общества и защищённости человека с целью улучшения качества его жизни в ходе старения» (ВОЗ, 2002). Его важнейшими компонентами являются здоровье, безопасность и участие в социальной жизни. Здоровье включает в себя физическое и психологическое здоровье, а именно: отсутствие хронических заболеваний, инвалидности, болезненных ощущений; отсутствие перепадов настроения, чувства беспокойства или подавленности, возможность расслабиться, уверенность в себе и наличие планов на будущее. Критериями участия в социальной жизни могут выступать трудовая активность (наличие оплачиваемой работы или волонтерство), семейное положение, наличие близкого друга, частота встреч с родственниками и друзьями, наличие хобби как социальная активность. Сюда же относят активность в политической сфере, участие в деятельности религиозных сообществ и путешествия. Наконец, в компонент «безопасность» входят безопасность жизни (удобства в доме) и финансовая безопасность (доход, сбережения и задолженности, наличие собственного жилья. (Засимова, 2015).
Несмотря на то, что концепт активного старения включает все три компонента, комплексный подход применяется не всегда. Ученые отмечают, что особенно распространено понимание активного старения в экономическом смысле, где пожилые люди остаются занятыми на рынке труда и сохраняют физическую активность (Boudiny, 2013). По этой причине социальная политика некоторых стран фокусируется именно на экономических аспектах старения (увеличении рабочих мест, продлении пенсионного возраста и т.п.). Тем не менее, в России недавно была предпринята попытка включить компонент социальной активности в государственные программы поддержки старшего поколения.
Так, например, в феврале 2016 года Правительство РФ утвердило «Стратегию действий в интересах граждан старшего поколения в Российской Федерации до 2025 года», цель которой - сформировать систему мер, «направленных на повышение благосостояния и социально-культурного развития граждан старшего поколения, укрепление их здоровья, повышение продолжительности жизни и активного долголетия» (Распоряжение Правительства РФ от 05.02.2016). Стоит отметить, что именно в данном документе впервые был упомянут термин «активное долголетие» как синонимичный вариант «активного старения», что свидетельствует о новизне понятия (далее в работе понятия «активное старение» и «активное долголетие» равнозначны).
В марте 2018 года Московское Правительство запустило пилотную программу «Московское долголетие», которая нацелена на то, чтобы помогать пожилым москвичам оставаться социально и физически активными. Программа предлагает различные виды активности для людей пенсионного возраста: посещение спортивных секций, творческих кружков, образовательных лекций, культурных мероприятий, выездных встреч. К сегодняшнему времени, в программе зарегистрировано 180 тысяч человек (Собянин, 2018) (что перевело программу в статус постоянной). Хоть это и малая часть от 3,5 млн пенсионеров в Москве, можно предполагать, что масштабы «Московского долголетия» будут расти. В свете растущей популярности программы, которая основана на столь новом для российского контекста понятии, как активное старение/долголетие, возникает вопрос о субъективных представлениях участников данной программы об этом понятии и о том, как оно вписывается в их осмысление старости в общем.
1.ЛИТЕРАТУРНЫЙ ОБЗОР
Подходы к определению старости. Модели старения
Старение - комплексный процесс, который связан с различными аспектами. Так, биологическое старение выражается в ухудшении здоровья и физиологических функций организма. Ему соответствует медицинская модель, в соответствии с которой старение считается болезнью и зависимостью от государства. Эта зависимость как социальный продукт предопределяется рынком труда, пенсионной системой, ростом стоимости медицинских услуг, социальной дискриминацией и стигматизацией (Засимова, 2014). Такой взгляд на старость порождает негативные образы старения, фокусируясь на физических отклонениях и болезнях, приписываемых старикам.
Данная модель предполагает принятие и применение современных систем здравоохранения и медицины с целью искоренения болезней и улучшения, максимизации качества своей жизни (Parker, 2014, Rose, 1992). Это способствует появлению другого феномена - контроля над собственным телом и внешним видом: «Медицинское влияние усиливается с обострением внимания к телу; общество потребления диктует ему новые требования -- например, быть сексуально функциональным и привлекательным и т. д.», с чем помогает рынок товаров и услуг оздоровительного и омолаживающего характера (Смолькин, 2007, с.135).
Как отмечает Роуз, в медикализированном мире здоровые тела продолжают быть «общественной ценностью и политической целью», однако и сам человек включается в работу над собственным телом: «Нам больше не нужна государственная бюрократия, чтобы предписывать здоровые привычки в еде, личной гигиене <…> В новой области потребления люди захотят быть здоровыми, эксперты будут их обучать, а предприниматели будут использовать и расширять рынок для здоровья» (Rose, 1992). В контексте старения это может означать желание оставаться «вечно молодым», стремление к потреблению тех услуг, которые обещают долгую и здоровую жизнь.
Существует и другой подход к восприятию старости. Социальная модель старения подразумевает «закономерные изменения в социальном статусе личности, вызываемые явлениями биологического старения и необходимой адаптацией личности к этим явлениям» (Молевич, 2001, с.63). С точки зрения социальной модели, процесс старения приравнивается к ситуации риска, «фиксирующей векторное направление перемещения человека вниз по социальной лестнице с неизбежным падением качества жизни» (Елютина, 2006, с.136). М. Ермолаева отмечает, что характерным для пожилого возраста являются негативные установки по отношению к собственной старости, например: регрессия (возвращение к прошлым формам поведения в форме «детского» требования помощи, независимо от состояния здоровья), добровольная изоляция от окружающих, сопротивление старению (через манеры одеваться или сексуальное поведение, нормативно не предписанные «пожилым»).
Социальная старость может быть подразделена на «формальную» и «реальную». Формальная старость означает, что не происходит никаких изменений в социальных ролях: «пересечение возрастной границы старости с сохранением привычного образа жизни и социального статуса, включенности в обычные общественные связи» (Молевич, 2001, с.63). При «реальной» социальной старости человек, прежде самостоятельно обеспечивающий себя материально, может испытывать «кардинальную ломку всего привычного образа жизни и статуса, связанную со сменой источников существования, переходом на чье-то иждивение или жизнь за счет прошлых накоплений». Но и для тех, кто прежде был финансово зависим от других, переход к реальной старости также может быть сопряжен «с какими-то существенными сдвигами в реальной жизнедеятельности» (Молевич, 2007, с.63).
Стратегии адаптации к этим изменениям могут также различаться. Выделяют активную адаптацию, которая выражается в поддержании социальных связей, самореализации, увлеченностью хобби, и пассивную - изоляция, утрата социальных связей, в основе которого может лежать возраст (Молевич, 2001).
Периодизация старости
Определение старости и старого человека является нетривиальной задачей. В общем виде старостью можно назвать период между тем моментом, когда человек биологически утрачивает способность воспроизводить потомство, и до самой смерти. Однако в социологии «возраст» и «старость» как часть жизненного пути [life course] определяются социокультурным контекстом и рассматриваются как социальные конструкты (Settersten, 2011). Соответственно, все, что так или иначе ассоциируется с возрастными изменениями - форма социальных отношений, выраженная через социальные статусы и роли. Более того, старение - функциональный процесс: «физический упадок в старости и социальный уход пожилых людей неизбежны и функциональны как для индивидов, так и для общества» (Settersten, 2011, с.4).
Рассмотрим несколько подходов периодизации старости. Распространен «возрастной» подход, где старость наступает календарно, в соответствии с преодолением возрастного порога. Ориентиром для такой периодизации может служить, например, достижение пенсионного возраста - измерение возрастных границ со стороны государственных систем. Однако проводить сравнения пожилых при таком подходе становится невозможным ввиду различных порогов пенсионного возраста для разных государств или профессий.
Старость может быть определена и с точки зрения самих индивидов. Вопрос о периодизации возраста и границы старости остается открытым и для населения. В 2005 году Левада-Центр провел исследование с целью выявить, с какого возраста начинается старость по мнению россиян. По результатам исследования, средний возраст старости - 58 лет (Голов, 2005). Другой опрос, проведенный в 2008-2009 гг., показал, что наступление старости связывают с возрастом 61-70 лет (Чернышкова, 2010). Иными словами, в представлении российского населения нет четкого представления о том, когда начинается старость.
Более удобный подход, основанный на возрастном критерии, - разбиение периода от зрелости на небольшие сегменты. При такой системе первым этапом будет преклонный или пожилой возраст, который наступает в 60 лет. Он зачастую совпадает с выходом на пенсию, благодаря чему высвобождается свободное время, которое человек может посвятить здоровью и увлечениям. По этой причине данный период относят к активной старости. В западной традиции (Нейгартен, Шанас, Ласлетт) людей в этом возрасте относят к категории молодых стариков [the young-old, «третий возраст»]: они «отличаются хорошим здоровьем, высокой ожидаемой продолжительностью жизни, высоким образовательным статусом, относительно высоким уровнем благосостояния, основанным на получении устойчивого дохода в виде пенсий и накопленного за жизнь богатства» (Денисенко, 2005). Помимо социально-экономических и демографических характеристик такая категория старшего поколения выделяется активностью, подвижностью, участием в общественной жизни, реализацией своих желаний, накопленных за жизненный путь. Многие молодые старики готовы продолжать трудовую деятельность и посильно участвовать на рынке труда в качестве наемных работников после наступления пенсионного возраста. Об этом свидетельствуют данные исследования, проведенного в 2013 году, которые показали, что в половине случаев (55%) люди до 70 лет либо продолжают работать, либо готовы вернуться к трудовой деятельности (Шмерлина, 2014).