Материал: nureev_rm_dementev_vv_red_postsovetskii_institutsionalizm

для неформальных норм – только негосударственные (формальные и неформальные) организации и отдельные индивиды, и т.п.

Особо следует подчеркнуть, что для ряда правил гарантами выступают сами субъекты, выбравшие эти правила в качестве институциональных форм реализации совершаемых ими товарных трансакций. Это относится, прежде всего, к неформальным правилам обмена, сам характер которых не предполагает наличия третьей стороны для выполнения условий сделки. Такое совмещение субъектов, выступающих одновременно как на стороне спроса, так и на стороне предложения на рынке институтов, не должно восприниматься как парадокс или противоречие: ведь в каждой из этих ролей упомянутые субъекты выступают в разные моменты времени, на разных этапах осуществления своей хозяйственной деятельности.

Итак, обобщая сказанное о спросе и предложении на институциональном рынке, можно утверждать, что в каждый данный момент времени при осуществлении совокупности товарных трансакций, из которых складывается функционирование экономической системы, каждое из релевантных этим трансакциям правил функционирует в стольких случаях, в скольких его намечают использовать партнеры по товарным сделкам и одновременно готовы "обслужить" гаранты исполнения.

Если правило совместно выбирается контрагентами (на него предъявляется спрос), но потенциальные гаранты не готовы осуществлять его мониторинг и инфорсмент (отсутствует достаточное предложение), цена такого правила (готовность контрагентов нести связанные с его применением трансакционные издержки) растет до тех пор, пока доходы возможного гаранта ("продавца" или "производителя") не сделают для него выгодным оказание требуемой услуги. И наоборот, если потенциальные гаранты реализации некоторого правила конкурируют между собой за оказание услуг мониторинга и инфорсмента его применения, соответствующая цена для контрагентов товарной сделки снижается, ибо они оказываются в состоянии выбирать того гаранта, который "обслужит" их с наименьшими издержками.

Исходя из проведенного обсуждения, можно утверждать, что на рынках институтов, как и на товарных рынках, можно говорить о возможности существования равновесных состояний, или равновесий. В частности, равновесным является состояние некоторого локального рынка институтов, охарактеризованное в начале предыду-

176

щего абзаца, поскольку в нем величина спроса (количество одновременно реализуемых правил типа Rk) при данной цене равна величине предложения (объему услуг гарантов, которые они готовы предложить для обеспечения исполнения этого правила). Именно такое положение дел можно назвать равновесием на (локальном) институциональном рынке, – рынке одного конкретного правила или нормы.

Сформулированные положения позволяют сделать следующий, вполне очевидный, вывод: для увеличения доли товарных сделок, осуществляемых посредством некоторого правила R*, необходимо либо:

(1)снизить цену его "приобретения" у гаранта для экономических агентов при неизменной предпочтительности использования правила:

(2)повысить предпочтительность (прямые выгоды) его использования, с тем, чтобы часть сэкономленных (или полученных) средств агенты смогли использовать для привлечения дополнительных гарантов (финансирования расширения мощности по обслуживанию сделок у действующего гаранта).

Рассуждая теоретически, первую стратегию можно реализовать, например, расширив предложение данного правила, т.е. увеличив мощности гарантов правила по оказанию соответствующих услуг. Тем самым, если одно из альтернативных правил представляется государству (или какой-то другой организации, располагающей достаточными ресурсами, желаниями и возможностями влиять на институциональную структуру той или иной экономической системы) более предпочтительным для использования, добиться его преимущественного применения экономическими агентами можно, расширив его предложение и, соответственно, снизив цену. Реализация второй стратегии предполагает изменение сопряженных правил с целью повышения выгодности использования данного правила.

Разумеется, данный вывод справедлив только в том случае, если институциональный рынок является рынком совершенной конкуренции (или близок к нему). Между тем, такая предпосылка вовсе не очевидна. Поэтому выработка рекомендаций по изменению долей отдельных правил, применяемых экономическими агентами при осуществлении тех или иных типов товарных трансакций в рамках первой стратегии, требует предварительного исследования типа институционального рынка.

177

3. Модели институционального рынка

Как следует из приведенных выше характеристик рынка институтов как локуса осуществления неявных институциональных сделок, он наиболее близок к типу промышленной организации, определяемой как монополистическая конкуренция.

Для обоснования этого утверждения введем понятие бьюкененовского товара, который можно определить как пару, состоящую из "обычного" товара и определенной контрактной формы его покупки или продажи (КФП). Такая трактовка исходит из положений, сформулированных Дж.Бьюкененом [Buchanan, 1994], и позволяет рассматривать каждый "обычный" товар как определенную "конкурирующую группу" чемберлиновских товаров, – взаимозаменяемых, выполняющих схожую (или схожие) функцию, но различающихся по каким-то другим качествам, в нашем случае – по сопряженным с ними трансакционным издержкам и системе внешних эффектов, а также, естественно – и по ценам.

Оценка типа рыночной структуры институционального рынка дает основание для поиска его моделей среди разнообразных моделей ценообразования и равновесия на рынках дифференцированных продуктов. Д.Хэй и Д.Моррис выделяют несколько основных типов таких моделей, созданных на базе концепции монополистической конкуренции и позволяющих отчасти преодолеть те неопределенности, которые были свойственны исходной модели Э.Чемберлина [5,

гл. 4].

Характерной чертой всех этих моделей является наличие явной зависимости потребительского выбора конкретного дифференцированного товара от двух базовых факторов – предпочтений на множестве таких товаров и величины бюджетного ограничения покупателя. Исходя из этого, можно предложить следующую простую модель поведения потребителя на рынке бьюкененовских товаров1.

Пусть у нас имеются две КФП, и в соответствии со своими предпочтениями относительно них покупатели некоторого товара х приобретают его в пропорции π, т.е. имеются два бьюкененовских

товара, х1 и х2, причем х1 = πх2. Пусть р1 и р2 − цены на товары х1 и х2, устанавливаемые продавцом, причем р1 = αр2.

Задача, решаемая продавцом, при введенных обозначениях мо-

1Автор выражает искреннюю признательность магистру экономики Е.В.Тамбовцевой за ценное обсуждение данной модели.

178

жет быть записана следующим образом:

р1х1 + р2х2 → max х1 + х2 = х

Поскольку продавец самостоятельно устанавливает цену каждого бьюкененовского товара, решение этой задачи заключается в том, что сначала он продает весь товар с большей ценой, в объеме, определяемом спросом на соответствующую КФП со стороны покупателя, а затем продает остаток товара по меньшей цене. Тем самым, при заданных ценах пропорция π фактически определяется покупателем.

При этих предпосылках задача, решаемая покупателем, записывается стандартным образом:

U(х1,х2) → max

р1х1 + р2х2 = М,

где М – запас денег, которым располагает потребитель.

Анализ этой модели показывает, что в точке равновесия соотношение долей рассматриваемых товаров в общем объеме продаваемой (дифференцированной по КФП) продукции обратно пропорционально соотношению цен на рассматриваемые товары. Иначе говоря, чем выше цена одного из товаров, тем меньше его доля, что вполне соответствует общим экономическим зависимостям редкости и стоимости товаров.

Для корректной интерпретации этой зависимости необходимо более детально рассмотреть природу соотношения объемов предлагаемых бьюкененовских товаров π и факторы, влияющие на этот параметр. Во-первых, как отмечалось в начале обсуждения модели, величина π определяется предпочтениями покупателей и объемы спроса на товары х1 и х2 при заданных ценах продавцов зависят от бюджетного ограничения потребителей. Во-вторых, фактором, ограничивающим как предложение товара с определенной КФП, так и спрос на него, является "пропускная способность" гаранта соответствующей контрактной формы, т.е. его мощности по обслуживанию экономических агентов, избравших ее для управления процессом заключения и выполнения сделки. Ведь "чрезмерное" использование ка- кой-либо контрактной формы, превышающее потенциал гаранта по обслуживанию всех своих клиентов, снижает привлекательность данной формы, увеличивая издержки пользователей по компенсации недополученных услуг гаранта.

Таким образом, предложенная модель отражает качественную специфику институционального рынка, обсужденную в предыдущем

179

разделе. Вместе с тем, корректность ее применения для анализа количественных институциональных изменений требует не только качественной, теоретической, но и количественной, эмпирической проверки.

4. Эмпирические подтверждения

Первый момент, требующий такого подтверждения – это реальность наличия предпочтений на множестве КФП. Очевидно, для таких средств искусственной дифференциации товаров как товарные знаки, знаки обслуживания, места происхождения товаров и т.п., существование соответствующих относительно устойчивых предпочтений в специальных подтверждениях не нуждается: феномен лояльности потребителей к брэндам, готовность переплачивать за приобретение товара с предпочтительным товарным знаком непосредственно наблюдаемо и фиксируется множеством специальных маркетинговых исследований.

По отношению к КФП можно привести по меньшей мере три таких подтверждения. Во-первых, это исследование К.Хэндли с соавторами, посвященное эмпирическому изучению трансакционных стратегий российских промышленных предприятий. Не останавливаясь на содержательных выводах, полученных авторами, отметим лишь один важный для нас момент: полученные ими данные опроса 328 фирм показывают, что, несмотря на использование широкого разнообразия механизмов управления контрактными отношениями, "российские предприятия демонстрируют строгое предпочтение применению прямых переговоров между ними для решения возможных контрактных проблем" [9, р.4]. Иначе говоря, фирмы отдают предпочтение отношенческим контрактам.

Во-вторых, упомянем работу С.Джонсона с соавторами, предметом которой является анализ процессов принуждения к исполнению контрактов в переходных экономиках. Исследование построено на данных опросов менеджеров частных предприятий отраслей обрабатывающей промышленности в России, Украине, Польше, Словакии и Румынии в 1997 г. Одним из основных его результатов явился вывод о взаимозаменяемости внутреннего механизма отношенческой контрактации и внешнего механизма судебного принуждения [10].

В-третьих, прямые подтверждения существования предпочтений отдельных КФП были получены в ходе опроса, проведенного в октябре 2000 г. в рамках проекта Бюро экономического анализа "Влияние централизации принятия решений и состояния финансовой

180