ли вообще. Особенно в условиях, когда общество совершает крутой поворот в своей истории и, по существу, находится в состоянии перманентной аномии, т.е. ситуации интенсивного разрушения и распада старых, укоренившихся на уровне привычек, норм и ценностей, с помощью которых десятилетиями регулировалось и направлялось поведение, как отдельных граждан, так и социальных групп и организаций. В этой ситуации ожидать быстрого приживления новых норм и ценностей, вводимых процессом демократизации, по меньшей мере, нереалистично.
В свое время известный отечественный правовед и политолог Б. Чичерин усмат-
ривал “минусы” многопартийности в том, что:
во-первых, принадлежность к своей партии дает человеку “систематически одностороннее направление”, т.е. член партии смотрит на все глазами своей партии и исключительно через призму ее интересов, а также интересов ее политической борьбы. Так, например, если человек является членом оппозиционной партии, то он привыкает к тому, чтобы оценивать деятельность правительства только отрицательно – его оптика изначально направлена на поиск изъянов и обнаружение негатива в политике и поведении властей;
во-вторых, “дух” своей партии заслоняет бескорыстие, стремление к общему благу. Ключевые интересы связаны не с поиском точек сопри-косновения и достижения согласия, а с тем, чтобы во – что бы то ни стало одолеть противника. В результате, все приносится в жертву не государственным, не общенародным, а сугубо узкопартийным целям;
в-третьих, в политической борьбе разгораются и до предела накаляются страсти. Для своей победы сторонники различных партий взывают к самым низменным потребностям масс, апеллируя не столько к разуму, сколько к эмоциям и инстинктам. В силу этого портятся общественные нравы;
в-четвертых, для достижения своих целей партии прибегают к любым, порой очень нечистоплотным средствам: всякого рода инсинуациям, лжи, клевете. Ложь и “копание в грязном белье”, хлесткие, “круто” замешанные на откровенном хамстве и беспардонности оценки партийными лидерами друг друга становятся обыденными в общественной жизни и к ним привыкают;
в-пятых, непрерывная борьба ведет к ослаблению правительственной власти, ее силы расходуются на борьбу с оппозицией. Особенно в ситуации, когда эта власть является “непартийной” и по этой причине не может опереться на прочное большинство в парламенте. Именно такая ситуация наличествует в современной России. Этим и объясняется постоянное противоборство между исполнительной и законодательной ветвями власти, взаимные обвинения в некомпетентности и технократической несостоятельности, угрозы со стороны парламента устроить вотум недоверия правительству или начать процесс “импичмента”, т.е. отрешения президента от должности, со стороны президента – распустить “строптивый” парламент и т.д.
Нет необходимости доказывать, что все вышеизложенные “минусы” многопартийности “цветут пышным цветом” в нашей партийно-политической жизни, и применяемые отечественными партиями и их лидерами “технологии” соперничества и конкуренции, с целью завоевания социально-политического влияния и власти, пока еще весьма далеки от правовых и нравственно-этических норм. Пророчески прав оказался дореволюционный русский философ и правовед Семен Франк, назвав демократию в России “бесчинством разнузданности”.
Конечно, “минусы” многопартийности преодолеваются. Но для этого оппонирующие в стране политические силы должны исходить из осознания того, что, как отмечалось выше, приоритетная цель политики – это консолидация, достижение общественного согласия и консенсуса, а борьба лишь средство утверждения этого состояния. Того, что “всякая власть, – как подчеркивал тот же Семен Франк, – трагически ответ-
ственна”. И тем более, когда речь идет о такой ее высшей обобществленной форме, как государственная власть.
Важно подчеркнуть, что в условиях реальной демократии на основе политического плюрализма и многопартийности повсеместно формируется особая политиче-
ская разновидность рынка, а именно, рынка власти. Будучи основанным на дело-
вом подходе к политике, этот рынок порождает и особую политическую форму бизнеса
– бизнеса, специализирующегося на организации и проведении избирательных кампаний тех или иных партий и избирательных блоков с использованием самых современных маркетинговых политических технологий.
В наиболее общем виде политический рынок можно представить как опреде-
ленную совокупность взаимодействующих на политическом пространстве страны (края, области, района, города и т.д.) юридически равноправных политических сил в лице, прежде всего, партий и общественно-политических союзов и блоков, которые в конкурентной борьбе друг с другом стремятся заполучить у народа мандат на государственную власть. Взамен народу предлагают достойных его доверия кандидатов в представительные органы власти, претендентов на выборные государственные посты (президента, глав областных администраций или губернаторов, мэров городов и пр.). А также развернутые программы по реализации этой власти. Это и есть тот политический товар (набор альтернатив), из которого народ в качестве “покупателя” выбирает себе правителей или “вождей”, делегируя им свою власть. При этом здесь действуют те же, что и на обычном рынке, правила рыночной торговли: учет спроса и предложения, стремление к выгоде, выравнивание цен и конкуренция продавцов и покупателей и т.д. Производители политического товара (партии и избирательные блоки), пытаясь выгодно использовать находящиеся у них ресурсы (от природной воли к власти до накопленных запасов, имеющих уже реальный вес) делают все для того, чтобы предлагаемый ими “кандидат-товар” получил общественное признание и был “успешно продан” избирателям, т.е. получил необходимое для победы число голосов.
Таким образом, регулярно проводимые честные, соревновательные выборы пред-
стают ни чем иным, как актами “купли-продажи” власти, что обеспечивает ее демократическое распределение и перераспределение в обществе в соответствии с волей большинства избирателей.
1.1.2. Структурные элементы партии как политической организации, и ее функциональное предназначение
Исторически появление политических партий связано с расколом общества на классы, с возникновением и развитием классовой борьбы. Говоря о причинах, сделавших необходимым создание политических партий В.И. Ленин вполне обоснованно пи-
сал: “Для того, чтобы масса определенного класса могла научиться понимать свои интересы, свое положение, научиться вести свою политику, именно для этого необходима организация передовых элементов класса немедленно и во что бы то ни стало, хотя бы в начале эти элементы составляли ничтожную долю класса”.
Первые, известные истории, политические партии возникли еще в Древней Греции. Однако то были сравнительно немногочисленные, узкие по составу и не всегда организационно оформленные группировки, выражавшие интересы различных фракций рабовладельцев. Понятно, что ни тогда, в рамках рабовладельческого строя, ни даже в период средних веков с их деспотическими, абсолютистскими формами политического устройства партии не могли играть сколько-нибудь значительной роли в общественной жизни. Лишь на почве капитализма, в результате усиления классовой дифференциации общества и углубления социальных противоречий, по мере вовлечения в политику все более широких масс людей партии начинают приобретать роль реального фактора по-
литики.
Динамичное развитие партий в период перехода от феодализма к капитализму явилось в значительной степени результатом ограничения всевластия абсолютных монархий и активного вовлечения в политическую жизнь “третьего сословия”, в том числе через механизм введенного повсеместно к концу ХIХ века всеобщего избирательного права. Именно в его рамках стала интенсивно развиваться представительная демократия, которая означала, что выполнение государственно-управленческих функций теряет характер сословно-наследственной монополии и зависит исключительно от воли электората. (т.е. избирателей). В рамках этой демократии, партии, воплотив в себе естественное право человека на политическую ассоциацию с другими людьми, стали реально отражать и отстаивать в политике общегрупповые интересы и цели самых разнообразных (социальных, национальных, религиозных и пр.) слоев населения, их идеалы и ценностные ориентации, в том числе относящиеся к разряду социальных утопий и мифов.
Что, по определению, есть партия?
Партия (от лат. pars – часть и partire – делить) представляет собой одну из ос-
новных форм самоорганизации гражданского общества, позволяющей большинству политически активных граждан наиболее полно и адекватно выражать и защищать свои социально-политические, экономические и иные интересы в поли- тико-властных структурах.
Следует отметить, что в отечественном обществознании долгие десятилетия господствовало однозначное определение партий как орудия чисто классовой борьбы. Партии неизменно представлялись высшей формой организации того или иного класса или его слоя, отражавшие его коренные политические интересы и преследовавшие долгосрочные классовые цели. При этом особо подчеркивалось, что партии – не просто общественные, а, прежде всего, политические организации, так как они прямо и непосредственно участвуют в общественно-политической жизни, выражают свое отношение к существующей власти, создаются во имя сохранения и упрочения данной власти или же ее изменения. С этих позиций анализировалась и подвергалась критике “буржуазная” многопартийная система. Утверждалось, что многопартийность в западных обществах – это результат их раскола на антагонистические классы и непримиримых противоречий между ними, а также неоднородности самих классов и социальных слоев и групп.
Вто же время, исходя из марксистских представлений о государстве, как “аппарате по управлению делами буржуазии”, многопартийность объявлялась сугубо формальной, своего рода “фикцией”, и реально правящими партиями в западных странах были партии монополистического капитала или партии реформистского толка, т.е. такие, которые выступали за реформы, не выходящие за рамки системы, и настаивали на примирении классовых противоречий. По этой причине многопартийность в руках крупного капитала неизменно трактовалась как удобное средство отвлечения трудящихся от классовой борьбы и их преднамеренного обмана, создания иллюзии демократичности буржуазного общества.
Подобная интерпретация сущности политических партий и оценка “буржуазной” многопартийности, типичная для официальной идеологии “застойных” лет, находилась в очевидном противоречии с социальной практикой западных стран, которые, в отличие от стран так называемого “социалистического содружества”, достигли зримых результатов в обеспечении высокого уровня жизни и социальной защищенности своих граждан, в том числе и в реализации “социалистического” принципа распределения “от каждого – по способностям, каждому – по труду”.
Вравной мере подобные интерпретации расходятся с элементарными фактами отечественной истории. Ни “рабочие”, ни “крестьянские” партии России накануне Ок-
тябрьской революции не были по преимуществу партиями рабочих и крестьян, не говоря уже о “непролетарском” происхождении их руководителей, определявших фактически все действия партийной массы. Что же касается современного западного мира, основу которого на социальном срезе составляет многочисленный “средний класс”, то существующие здесь партии давно уже приобрели характер интерклассовых (т.е. межклассовых) партий. Практически в любой партии в качестве ее активных членов присутствуют представители всех классов и социально-профессиональных слоев социума. Равным образом каждый из них имеет своих представителей почти во всех скольконибудь влиятельных партиях и движениях. При этом, что характерно, количество партий, как правило, значительно превышает количество классов в данном обществе. Отечественные политологи С. Перегудов и К. Холодковский в этой связи не без основания подчеркивают: “Всегда оказывалось, что есть разные варианты классовой политики (социал-демократический, коммунистический – у рабочего класса, либеральный, консервативный и другие – у буржуазии), существуют и межклассовые партии (нацио-
нальные, конфессиональные и т.д.)”. А кто возьмется определить интересы каких классов выражают действующие во многих странах мира так называемые партии “новой волны”, т.е. экологические партии или партии “зеленых”, пацифистов, гуманистов, занимающихся защитой социально уязвимых групп населения?
Было бы, однако, неверным полностью отрицать классовый характер политических партий или, по крайней мере, многих из них. Утверждение, что партии есть объединения людей по их политическим интересам, не противоречит ни классовому принципу, ни иным объединяющим признакам социальных общностей. Что, в самом деле, помешает избрать консолидирующим фактором формирующейся или сформированной партии единство классовых интересов, равно как и интересов национальных, религиозных, культурных, экологических и т.д.?
В определении сущности политических партий ключевую роль играет набор признаков, характеризующих, с одной стороны, цель существования партий, с другой – средства достижения этой цели. Американский политолог Дж. ла Паламбара в этой свя-
зи выделяет следующие четыре структурообразующих элемента партии: Во-первых, элемент идеологического порядка – всякая партия суть носитель
определенной идеологии или, по крайней мере, выражает свое особое, отличное от других, видение мира и человека. Полностью деидеологизированных партий в природе не существует. Именно через эту призму определял суть политических партий Б. Констан,
представляя их в виде “собрания людей, исповедующих одинаковые политические док-
трины”. Французский политолог Ж.-Л. Кермонн, также однозначно трактует полити-
ческие партии как “организованные политические силы, объединяющие граждан одной политической тенденции (читай: идеологической ориентации – О.М.) для мобилизации мнения по определенному количеству целей и для участия в органах власти, либо для ориентирования власти на достижение этих требований”. Поэтому в оценке любой партии следует ставить вопросы не о ее идеологизированности вообще, а о степени этой идеологизированности, а также о характере и целях той идеологии, которую она исповедует и несет в массы. Одно дело идеология, которая вырабатывается “априори”, что называется, из головы – в рамках моделирования и конструирования как можно более совершенной и справедливой организации общественной жизни, наподобие марксистской. И затем в виде некоего “строительного проекта” с помощью государственного принуждения навязывается социуму, предварительно разрушив до основания “старый мир”, т.е. взращенные эволюцией устои народной жизни. И совсем другое дело идеология прагматическая, идущая от этой жизни и ориентированная на прогрессивные общественные преобразования и реформы без глобальных (в масштабе всей страны) потрясений и социальных катастроф.
Во-вторых, любая партия суть организация, т.е. структурно оформленное и
относительно продолжительное по времени объединение людей из самых различных социальных страт, что отличает ее от построенных на принципах корпоративизма организованных групп интересов и групп давления (профессиональных союзов, предпринимательских ассоциаций, обществ потребителей и т.д.), а так же всякого рода клиентел (групп вокруг лидера). При этом различают партии с четко выраженной организационной структурой и формализованным членством, и партии, где эти признаки или отсутствуют вообще, или же достаточно размыты.
Кроме того, существует связанное с “полем политики” территориальное измерение партий – в зависимости от масштабности этого поля (уровня политики) они могут быть интернациональными, национальными, региональными или локальными (местными).
В-третьих, цель всякой партии – завоевание и использования государст-
венной власти в качестве средства реализации своей партийной программы или доктрины. Отвечая на им же поставленный вопрос “Что такое партия?”, Л.Д. Троцкий за месяц до Октябрьской революции, писал: “Это группа людей, которая добивается власти, чтобы иметь возможность выполнить свою программу. Партия, которая не хочет власти, не достойна называться партией”. Правда, в условиях плюралистической демократии одна партия сама по себе редко может завоевать власть. Здесь уместно говорить скорее об участии в отправлении властных полномочий в коалиции (союзе) с другими партиями. Или, в любом случае, о включении в политическую систему если и не в качестве правящей партии, то в роли партии, занимающей позицию лояльной или конструктивной по отношению к этой системе оппозиции. Этой властной целеустремленностью политические партии существенным образом отличаются от других общественных организаций и движений, которые хотя и принимают активное участие в политической жизни, в том числе и в финансировании выборов, тем не менее, не стремятся брать на себя бремя политической ответственности, т.е. открыто контролировать и отправлять властные полномочия.
В-четвертых, каждая партия стремится обеспечить себе поддержку народа –
от голосования за нее в ходе выборов до активного членства. С этой точки зрения, любая партия может быть изображена в виде трех концентрических окружностей: первая, наименьшая окружность, носит олигархический характер и заключает в себе высшего лидера и штаб, выполняющих руководящую роль. Сюда же входит стабильный бюрократический аппарат, исполняющий приказы руководящей группы, а также активные члены партии, которые постоянно участвуют в ее жизни, но не входят в партийную бюрократию. Для большинства из этих категорий партийная деятельность составляет основной смысл существования и является чаще всего основным источником их доходов, т.е. они “кормятся” за счет партии. В это функциональное олигархическое ядро часто включают и партийных меценатов, которые оказывают финансовую поддержку партии, при этом, формально не являясь ее членами.
Вторую окружность образует масса рядовых пассивных членов партии, которые, примыкая к ней, лишь в незначительной степени участвуют в ее деятельности.
Третий круг составляют “твердые” избиратели и сочувствующие, чья привязка к партии чаще всего ограничивается голосованием на выборах в ее пользу. Поэтому удельный вес той или иной партии в жизни демократически организованного социума определяется не столько массовостью партийного членства, сколько численностью голосов избирателей, подаваемых за нее во время выборов.
Исходя из вышесказанного, политическую партию можно определить как доб-
ровольную, самостоятельную, самоуправляющуюся общественную организацию, ставящую своей целью формирование и выражение политической воли объединенных ею граждан, достижение законным путем политической власти, участие в управлении общественными делами.