Документ стал объектом критики такого же характера, что была в отношении «Повестки дня на XXI век»: преобладание количественных изменений над качественными, а также упование на либеральную модель международной экономики как инструмент для достижения указанных целей для развивающихся стран. То, что эти факторы являлись ключевыми для имплементации данного документа, следует из докладов Целевой группы по оценке прогресса в достижении ЦРТ, в которых большое внимание уделяется вопросу доступа на рынки развивающихся стран. Цель развития тысячелетия 8 Глобальное партнерство в целях развития: время выполнять обещания. Доклад Целевой группы по оценке прогресса в достижении ЦРТ (2011 г.) С. 33. Примечательно, что сами эксперты осознают, что часть стран с наиболее низким уровнем дохода ещё больше начали отставать от достижения задач и целей документа, которую, по их же мнению, следует решать путём ещё большего вливания средств в эти страны. Там же. С. 10-11.
Спустя 10 лет после Конференции 1992 года международное сообщество организовало Всемирный саммит по устойчивому развитию 2002 года в Йоханнесбурге, который должен был выступать своего рода дополнением к предыдущему Саммиту Тысячелетия и принятой в ходе него Декларации. В ходе него была принята Йоханнесбургская декларация по устойчивому развитию, особенностью которой стало более акцентированное внимание на социальных проблемах устойчивого развития, которые в основном касались удовлетворению базовых потребностей людьми. Atkinson G. et al. Handbook of Sustainable Development. Edward Elgar Publishing. 2008. P.94.
Спустя 15 лет для обобщения прошедшего опыта и формирования новых целей началось создание программного документа «Преобразование нашего мира: повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года» (Повестка 2030), который отражает 17 глобальных целей в области устойчивого развития (Цели устойчивого развития, Цели). Преобразование нашего мира: Повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года Организации Объединенных Наций. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 70/1, 25 сентября 2015 г. A/RES/70/1.
В целом документ стал продолжателем той же политики, о которой говорилось в предыдущих программных документах. Однако, если кратко его охарактеризовать, то он это делает с ещё большим рвением, что, во многом, только ведёт к усугублению ситуации ввиду противоречивости методов для достижения указанных целей. Более подробный анализ данного документа проиллюстрирован в третьем параграфе настоящей главы, посвященном развитию концепции устойчивого развития после 2015 года.
Подводя вывод, можно отметить, что концепция устойчивого развития имеет свои корни ещё с философских дискуссий о развитии и прогрессе человечества в целом, особенно того, что касается обратной стороны этого процесса - вреда окружающей среде. Именно этот фактор предопределил изначально экологический вектор концепции. Также на её формирование повлияли идеи и дискуссии об уровне потребления и возможности дальнейшего развития будущих поколений.
Однако, когда концепция устойчивого развития приобрела всеобщее внимание на международном уровне к 60-70 годам XX века, она не остановилась лишь на решении экологических проблем. Lydgate E.B. Sustainable development in the WTO: from mutual supportiveness to balancing // World Trade Review. 2012. №11(4). P. 633. Как видно из развития концепции на рубеже XX и XXI веков, она также стала решать вопросы экономического и социального характера, так как стало очевидно, что решение сугубо экологических проблем не будет эффективным без решения других вышеназванных проблем.
Конечно, здесь выходит на первый план вопрос о методах решения поставленных проблем. Из вышеупомянутых этапов развития концепции уже стала прослеживаться тенденция в виде упора на экономический рост и либерализацию экономики как инструмент реализации целей устойчивого развития. Здесь видно, что концепция устойчивого развития стала подвергаться сильному влиянию вышеупомянутой теории модернизации, которая, во многом, и привела к существующим проблемам, о чём будет также рассказано в текущей работе.
Рассмотрев вопрос об этапах и закономерностях формирования концепции устойчивого развития, следует перейти к рассмотрению вопроса о содержании концепции устойчивого развития, адресованному в следующем параграфе.
1.2 Определение содержания концепции устойчивого развития
Концепция устойчивого развития упоминается в более чем четырехстах инструментах, будь то двусторонние или многосторонние договоры, программные документы, национальные стратегии или же решения международных судебных органов. Aseeva A. (Un)Sustainable Development(s) in International Economic Law: A Quest for Sustainability // Sustainability. 2018. №10(11). P. 4026-2027. В рамках данного параграфа будут рассмотрены результаты основных этапов становления концепции, о которых шла речь ранее. Также будет проанализировано место устойчивого развития в рамках международного права, особенно в контексте решений международных судебных органов.
Следует для начала рассмотреть этап становления доктрины в рамках Стокгольмской декларации и доклада Брунтланн, который, во многом, основательно оформил тезисы, изложенные в декларации. В то время как первый документ по большей части признавал то, что человечество находится на той стадии, когда оно может вносить необратимые изменения в окружающую среду, а также указал на связанные с этим проблемы, доклад Брунтланн занялся анализом данных проблем, их постановкой и предложил пути их решения.
Как указывалось ранее, доклад определяет устойчивое развитие как «развитие, которое удовлетворяет потребности текущего поколения и не подвергает риску возможность будущих поколений удовлетворять свои потребности». Развитие и международное экономическое сотрудничество: проблемы окружающей среды доклад всемирной комиссии по вопросам окружающей среды и развития. Приложение: Доклад Всемирной комиссии по вопросам окрyжающей среды и развития "Наше общее будущее". Генеральная Ассамблея ООН, 4 августа 1987 года, А/42/427. С. 59. П. 1. Данное определение во многом отражает дух Стокгольмской декларации, указывая на необходимую связь человеческой деятельности со стремлением к сохранению окружающей среды и исчерпаемых природных ресурсов.
Примечательно, что, как и последующие упомянутые ранее документы, доклад говорит об экономическом росте как важном условии устойчивого развития. Однако не один лишь экономический рост способствует этому, признаётся в докладе, - рост может существовать параллельно с вопиющей бедностью и загрязнениями окружающей среды, ввиду чего не только экономический рост, но и обеспечение равных для всех возможностей являются ключом к устойчивому развитию. Там же. С. 60. П. 4.
Примечательны и размышления о мировой экономике и торговле: экономические кризисы обременяют в первую очередь самые бедные слои населения, Там же. С. 50-52. П. 34-38. несправедливость распределения доходов в рамках мировой торговли, Там же. С. 64. П. 23. проблемы, связанные с доступом развивающихся стран к другим рынкам. Там же. С. 97-98. П. 51. Также в докладе отражено, что международные торговые организации должны включить в свою повестку вопросы, связанные с защитой окружающей среды и развитием. Там же. С. 99. П. 55-56. Интересным является также наблюдение, что несмотря на рост взаимодействия между транснациональными корпорациями и развивающимися странами, всё равно при таком взаимодействии существует неравенство между ними в пользу корпораций. Там же. С. 100. П. 60.
Документ охватывает множество сфер общественной деятельности, приводя большое количество статистических данных и предполагаемых решений, поэтому о нём можно говорить достаточно долго. Однако в рамках данного параграфа следует лишь отметить, что исходя из выработанных проблем развития, концепция устойчивого развития касалась трёх направлений, которые также именуются в рамках концепции компонентами: экологический, социальный и экономический. Боклан Д.С. Взаимодействие международного экологического и международного экономического права: дисс…д-ра юрид. наук: 12.00.10 / Боклан Дарья Сергеевна. - М., 2016. С. 10.
Если социальный компонент заключается в искоренении нищеты, обеспечения надлежащего уровня здравоохранения, образования, полового равенства и тому подобном, Там же. С. 91. то с содержанием и взаимоотношением экономического и экологического компонента возникает множество вопросов, так как они на практике могут противоречить друг другу. Robinson N.A. Beyond sustainability: environmental management for the Anthropocene Epoch // Journal of Public Affairs, 2012. Vol.12. No.3. P. 186.
В этом отношении следует рассмотреть последующие этапы становление концепции устойчивого развития, так как именно в них раскрывается вышеупомянутое противоречие.
Так, Йоханнесбургская декларация предполагает наличие взаимной поддержки между компонентами концепции устойчивого развития, Доклад Всемирной встречи на высшем уровне по устойчивому развитию. ООН. 26 августа - 4 сентября 2002 года, A/CONF.199/20. С. 9. П. 2. что было также подтверждено последующими документами документами. Итоговый документ Всемирного саммита 2005 года. Генеральная Ассамблея ООН, 20 сентября 2005 года, A/60/L.1. С. 14. П. 48. Однако она же указывает на необходимость нахождения баланса между этими компонентами при воплощении в жизнь концепции устойчивого развития. Доклад Всемирной встречи на высшем уровне по устойчивому развитию. ООН. 26 августа - 4 сентября 2002 года, A/CONF.199/20. С. 78. П. 139(b).
«Взаимная поддержка» и «нахождение баланса» не являются одним и тем же, а в некотором смысле даже противопоставлены друг другу. Если в первом случае возможно нахождение такого способа, при котором оба элемента полностью раскроются и будут этому способствовать в отношении друг друга, то во втором случае возникает ситуация, когда приходится жертвовать интересами одного из компонентов в угоду другому. Lydgate E.B. Sustainable development in the WTO: from mutual supportiveness to balancing // World Trade Review. 2012. №11(4). P. 622. На основании необходимости выстраивать такого рода баланс строится также мнение о том, что данные компоненты и вовсе являются взаимоисключающими ввиду невозможности достижение совершенства в хотя бы одном из них без ущерба другим компонентам. Stone C.D. Deciphering Sustainable Development // Chicago-Kent Law Review, Vol. 69. No. 4. P. 977. В последующих документах прослеживается та же тенденция, ещё более обострившаяся к текущему моменту, о чём также изложено в данной работе.
Как говорилось об этом ранее, концепция устойчивого развития «переросла» из сугубо экологической концепции в концепцию, охватывающую также социальный и экономический компоненты. Даже исходя из того факта, что вопросы устойчивого развития решаются на межгосударственном уровне, можно сделать вывод о наличии предполагаемого интереса у государств в решении проблем устойчивого развития. Однако рассмотренные документы, несмотря на всю их важность в становлении концепции устойчивого развития, имеют сугубо рекомендательный характер. Поэтому для полноты анализа следует рассмотреть практику международных судов при рассмотрении вопросов, касающихся концепции устойчивого развития и её правовой природы в рамках международного права.
В первую очередь следует отметить решения Международного Суда ООН, которые касались правовой природы концепции устойчивого развития. Так, в своём решении по спору между Венгрией и Словакией о строительстве дамбы на реке Дунай 1997 года, Суд отметил, что появились новые нормы, регулирующие деятельность государств, которые могут повлиять на окружающую среду, и что данные нормы обоснованы необходимостью обеспечивать экономическое развитие вместе с защитой природы, которая следует из концепции устойчивого развития. Case concerning Gabинkovo-Nagymaros Project (Hungary v. Slovakia). Judgment of 25 September 1997 // ICJ Reports. - 1997. P. 74. Para. 140. Судья Вирамантри пошёл ещё дальше и указал в Особом мнении по данному решению, что концепция устойчивого развития более не является лишь концепцией, а обладает нормативной природой в качестве международного обычая. Case concerning Gabинkovo-Nagymaros Project (Hungary v. Slovakia). Separate Opinion of Judge Weeramantry // ICJ Reports. - 1997. P. 85.
Подход Суда, выработанный в данном деле, подтверждается его решением по спору между Аргентиной и Уругваем, где Суд счёл необходимость учёта не только экономических, но и экологических соображений, как основных элементов концепции устойчивого развития, вытекающей из норм двустороннего договора, отражающих нормы обычного международного экологического права. Pulp Mills on the River Uruguay (Argentina v. Uruguay). Judgment of 20 April 2010 // ICJ Reports. - 2010. P. 38-39. Paras. 75-77. Также он признал наличие международного обычая в отношении отдельных норм экологического права, связанных с проведением оценки воздействия на природу при осуществлении различной деятельности и необходимостью сотрудничества в данной сфере. Ibid. Paras. 144-146, 204.
Широкой является также и практика Постоянной палаты третейского суда. Так в деле между Бельгией и Нидерландами Iron Rhine Railways арбитры приняли решение, основанное на вышеописанной практике Международного Суда ООН, что там, где развитие может повлечь причинение серьезного вреда окружающей среде, существует обязательство предотвратить или по крайней мере уменьшить такого рода вред. Iron Rhine Arbitration Award (Belgium v. the Netherlands). PCA. Reports of International Arbitral Awards. - Vol. XXVII - 2005. P. 116. Para. 222.
В ещё одном решении Постоянной палаты третейского суда по делу между Индией и Пакистаном о споре по Договору о водах Инда. В нём арбитры пришли к выводу о том, что в отношении крупных строительных проектов, концепция устойчивого развития предполагает требование о проведении экологической экспертизы, когда есть угроза причинения существенного трансграничного вреда окружающей среде. Indus Waters Kishenganga Arbitration Partial Award (Belgium v. the Netherlands). PCA. Reports of International Arbitral Awards. - Vol. XXXI - 2013. P. 216-217. Para. 450.