Материал: Любивый Е.А. Учения по вопросу о монастырских имуществах на рубеже XV-XVI веков
31
стыря, противопоставление ему монашеского скита означало непризнание монастырской формы в целом; таким образом, Нил был и против монастыр-
ского землевладения1.
Нил, повторяя христианского идеолога X в. Симеона «нового богосло-
ва», писал о том, что современное христианство покинуло истинные свои це-
ли, оно превратилось в нечто внешнее, а должно стать потребностью сердца и души. Необходимо очистить душу и самосовершенствоваться через обра-
щение к «истинному христианству»2. По словам Ионайтис О. Б., Нил призы-
вает
«создать и воспитать свободную, независимую от государства, не связанную с хозяйственной деятельностью мыслящую личность и признать со стороны общества право на существование таких личностей, объедине-
ние их в братства»3.
У Нила понятие «нестяжание» употребляется как полное отрицание ка-
кой бы то ни было собственности у человека, принявшего монашеский обет4.
У Нила личное «нестяжание» — это и моральная заповедь евангелий, и един-
ственно возможная форма совершения монашеского обета, по которому бед-
ность – естественное состояние жизни монаха5.
Говоря о скитском общежитии, Нил касается вопроса об уважении к чужому мнению, отрицание бессмысленного следования авторитетам. Уче-
нику совсем не обязательно во всем следовать за учителем. Напротив, если кто-то из учеников по каким–либо существенным вопросам философского и
1См.: Золотухина Н. М. Иосиф Волоцкий. М. «Юридическая литература» 1981 с. 49 2 Ионайтис О. Б. Нестяжатели и иосифляне: учение о человеке. Дискурс–Пи
№1/том 2 / 2002 3 Там же
4См.: Золотухина Н. М. Иосиф Волоцкий. М. «Юридическая литература» 1981 с. 46 5 Там же, с. 52
32
практического значения сумеет установить что–либо «вещественное и полез-
нейшее», то «пусть он творит и мы об этом радуемся»1.
Нилу принадлежит ряд сочинений: «Предание ученикам», «Устав», «Малый устав», несколько посланий2.
Карташев А. В., разбирая идеологию Нила, считал, что Нил «радикаль-
ничал», призывая в XV в. критически разбирать классические христианские тексты; это было
«умственным дерзновением, приведшим в восторг целые поколения русских интеллигентов»3
– заключает А. В.
Нил осудил всякую церковную роскошь, ценные металлы, парчевые облачения. Нил упростил уставное богослужение, его монахи ходили на
«службу»4 в церковь только в воскресенья и в праздники.
Карташев А. В. анализирует молитвенную практику Нила:
«Взамен внешней нагрузки, пр. Нил предписал систему "внутреннего делания," понятную и посильную только умственным аристократам, како-
вым и был сам преп. Нил. Это – путь борьбы за спасение души. <…> Непре-
станная Иисусова молитва только твердый фон, оберегающий сознание от суеты и пустоты. Вообще уставно–молитвенный подвиг монаха есть толь-
1Там же, с. 37
2Ионайтис О. Б. Нестяжатели и иосифляне: учение о человеке. Дискурс–Пи № 1 / том 2 / 2002
3Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Том I. Holy Trinity Orthodox School. М. 1991 – с. 257 – 258
4Церковный термин. Обозначает общие молитвы в храме. См.: Азбука веры. Словарь. URL: http://azbyka.ru/sluzhba–cerkovnaya
33
ко "телесное делание," а еще не "духовное." Оно только сопутствует, помо-
гает деланию внутреннему, духовному; оно только "лист, но не плод"»1.
Наставление, как должен молиться монах, Нил изложил в «Предании учеником своим ο жительстве скитском». По мнению Карташева А. В.,
«это все из области духовно–аристократического анализа, который мы находим у Иоанна Лествичника и Аввы Дорофея. По этим уже готовым,
сформулированным схемам пр. Нил описывает психологическую и духовную лестницу, по которой человек нечувствительно для себя, не без подталкива-
ния бесовских сил, овладевается греховной страстью и падает.<…>
в этой психологической лестнице падений и восстаний, в схеме 7–ми смертных грехов пр. Нил не вводит ничего оригинального. Все это общеизве-
стно в греческой монашеской литературе»2.
2.2 Попытка секуляризации в начале XVI в., и влияние Нила (Майкова) и Иосифа (Санина) на решение собора 1503 г. по этому вопросу
В ХV–ХVI вв. московская государственная власть приобрела черты аб-
солютной монархии, в связи с чем разрабатывались способы её укрепления,
религиозно–философские и политические концепции власти, отношений го-
сударства и общества3.
Зародившееся внутрицерковное противостояние «стяжателей» и «не-
стяжателей» в виде богословских разногласий Нила (Майкова) и Иосифа
1Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Том I. Holy Trinity Orthodox School. М. 1991 – с. 258
2Карташев А. В. Очерки по истории Русской Церкви. Том I. Holy Trinity Orthodox School. М. 1991 – с. 258
3См.: Козлова О. В. Традиционализм и конформизм в русской мысли. Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. № 1 / том 16 / 2010
34
(Санина) стало идеологическим подспорьем сторонников доминирования светской власти или клерикалов.
Нил выступал против непрерывного роста имущества монастырей, а
Иосиф наоборот, утверждал право монастырей на безграничное расширение своей экономической силы, считая, что это «богоугодное» дело. А т. к. госу-
дарству усиление церкви невыгодно, она поддерживала «нестяжателей» про-
тив «стяжателей», выражавших претензию церкви на ведущую роль в Мос-
ковском государстве.
К XVI в. вопрос о селах, принадлежавших монастырям, достиг наи-
высшей точки конфликтности в обществе. Голубинский Е. Е. пишет:
«…монахами обуяла страсть приобретения сел и деревень и они толь-
ко о том и помышляли, чтобы со всевозможным ласкательством выпраши-
вать их у богатых людей; приравнявшись к обыкновенным вотчинникам, за-
ботившимся единственно об извлечении из своих вотчин возможно больших доходов, они эксплуатировали крестьян, живших на их землях, нисколько не милосерднее мирских вотчинновладельцев; приобретши наклонность не ус-
тупать своего, а захватывать чужое, они только и знали таскаться по су-
дам, чтобы тягаться и судиться с соседями о межах и о границах»1.
В XV в. в среде клира христианской церкви русского обряда не было единства в отношении проблемы взаимодействия церковной и светской вла-
стей: священники, искавшие по тем или иным причинам опору в великокня-
жеской власти, поддерживали усиление её самодержавных устремлений – эта часть составляла партию «нестяжателей»; та же часть клира, что пытались
1 Голубинский Е. Е. История русской церкви. Том II, первая половина тома. Москва. Издание императорского общества истории и древностей российских при Московском Университете. 1900 – с. 626
35
либо встать над мирской властью, либо быть автономными по отношению к ней составили партию «стяжателей»1.
Владение и получение прибыли с земли являлось важнейшим фактором существования и материальной обеспеченности государств и частных корпо-
раций вплоть до XX века. Особенное значение он приобрел для христианской церкви русского обряда в средние века. Левченко М. В. приводит следующие данные о возрастании владения монастырских вотчин, и, как результат, по-
вышения могущества церкви: «если с «XI по XIV век на всей Руси возникло до 90 монастырей, то в XIV веке в одной лишь Северо–Восточной Руси их открылось до 80»2.
К началу XVI в. государственная власть поставила вопрос об секуляри-
зации (изъятии) монастырских земель. Секуляризация позволяла экономиче-
ски укрепить дворянство за счет помещения на церковных землях людей, от-
личившихся на великокняжеской службе и улучшить положение городских ремесленников, т. к. монастырское хозяйство успешно конкурировало с го-
родским ремеслом и торговлей. Кроме того, секуляризация церковных и мо-
настырских владений предполагала освобождение рабочей силы, которая могла быть использована в военных и трудовых целях.
С политической точки зрения секуляризация упраздняла экономиче-
скую базу церковных притязаний на политическую власть. Таким образом,
возвеличивалась абсолютная власть великого князя, т. к. именно собствен-
ность на землю, составляющая основу феодального государства, в первую очередь и определяла политическую власть и ее обладателей3.
Увеличение абсолютной власти монарха требовало ограничения само-
стоятельности церкви, установления ее подчиненного по отношению к вели-
кому князю положения. Для этого необходимо было подорвать ее экономи-
1См.: Козлова О. В. Традиционализм и конформизм в русской мысли. Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. № 1 / том 16 / 2010
2Левченко М. В. Очерки по истории русско–византийских отношений. М., 1955
3Золотухина Н. М. Иосиф Волоцкий. М. «Юридическая литература». 1981 – с. 12