При полевых работах на подкурганном пространстве, в Центральной, Восточной первой и 3ападной первой траншеях обнаружено в одиночном состоянии 9 костей животных, принадлежащих быку и коню . Возможно, следы некой тризны, хотя утверждать это категорически нельзя.
Рис. 4. Курган 524 у с. Жаботин: 1 -- трассировка насыпи по оси север--юг; 2 -- южный участок радиальной обкладки деревом первой насыпи кургана; 3 -- панорама раскопок
При выборке земли в траншеях на различных глубинах встречены стенки лепных сосудов (общее число 23 ед.), однако без какой-либо концентрации в определенных местах. Некоторые из них принадлежат толстостенным сосудам со слегка подлощенной поверхностью, иные, имеют грубую, шероховатую поверхность, и, скорее всего, являются обломками горшков, Один небольшой фрагмент -- явно относится к миске, с двухсторонней лощенной поверхностью, причем внешняя поверхность -- темного, почти черного цвета. Условия обнаружения данной керамики не дают убедительных оснований видеть в них следы поминальной тризны.
Однозначно нельзя связывать напрямую с курганом 2 венчика лепных мисок, найденных в насыпи при выборке грунта в Западной I-й и Восточной II-й траншеях. Они украшены орнаментом, свойственным предскифской керамике расположенного неподалеку Жаботинского поселения на Тарасовой Горе (Дараган 2011, с. 413, 485, рис. IV.13) и, попали в насыпь, скорее всего, случайно.
Пожалуй, следует также добавить, что в насыпи эпизодически встречались стенки лепных грубых сосудов, некоторые с расчесами, относящиеся к эпохе бронзы. Возможно, это свидетельство того, что какая-то часть грунта доставлялась на место сооружения кургана с близлежащих окрестностей. Во всяком случае, при осмотре распаханой поверхности вблизи кургана фрагменты керамики практически не встречены.
В процессе раскопок удалось получить информацию по комплексу вопросов, как-то: 1) устройство насыпи кургана; 2) характер основания Центральной наземной гробницы; 3) организация близлежащего к Центральной гробнице подкурганного пространства; 4) методика раскопок А. А. Бобринского; 5) погребальный инвентарь.
Остановимся на каждом из указанных вопросов более подробно.
Перед тем, как перейти к конкретному описанию устройства насыпи, четко зафиксированному в ходе полевых исследований, акцентируем внимание на одном странном, на первый взгляд, обстоятельстве.
Речь идет о размерах кургана 524, сведения о которых сообщаются в публикации А. А. Бобринского, и тех, которые зафиксированы нами перед началом раскопок, т. е. высоте 5,40, при диаметре примерно 68 м (А. А. Бобринской), и высоте до 3,0 м, при размерах 55 х 50 м (данные 2019 г.). Если предположить, что курган при высоте 5,40 м распахивался в течение продолжительного времени, перемещенный объем земли, имеющий в центре мощность почти до 3,0 м, должен был a priori увеличить диаметр кургана. Но этого, однако, не наблюдается. Диаметр кургана даже несколько уменьшился при уменьшении насыпи почти на 3,0 м. Эту ситуацию можно объяснить лишь одним -- преднамеренным удалением части черноземной насыпи. Похоже, что этот факт действительно имел место, поскольку, по воспоминаниям старожилов, в послевоенный период с кургана производили отбор чернозема на сельскохозяйственные нужды. Правда, можно предположить и иное. Раскопщики при работах 1913 г. грунт центральной части насыпи складировали отдельно, вблизи кургана, а не раскидывали по сторонам. Об этом, возможно, свидетельствует фиктивная насыпь слегка продолговатой формы, к югу от № 524 (рис. 3), которую мы приняли за еще один небольшой курган, проверив с помощью бульдозера. В более же позднее время уже добирался чернозем непосредственно с насыпи 524.
Следует также отметить иной факт. По данным геомагнитной и георадарной съемок, осуществленных перед началом раскопок (Геофизический... 2019), с западной и восточной сторон насыпи фиксировались некие аномалии в виде дуг, будто бы некая выборка земли, что породило версию о наличии кольцевого рва. Однако в ходе осуществленных раскопок она не подтвердилась. В равной степени ошибочна мысль и о наличии второй гробницы под курганной насыпью, на что, как будто, указывали аномалии, зафиксированные упомянутыми съемками, к северу от Центральной наземной гробницы.
Данные стратиграфии насыпи (как уже отмечалось 12 профилей) неоспоримо свидетельствуют, что она возводилась в два приема.
Обе насыпи сложены из однородного, довольно темного чернозема.
Первая насыпь была сооружена над наземной деревянной гробницей, остатки которой открыл в 1913 г. А. А. Бобринской (рис. 5, 6). Стратиграфически ее вид и размеры фиксировались в трех раскопочных траншеях (Центральная, Западная I-я, Восточные I-я и II-я) и на семи профилях бровок. При этом абрис насыпи целиком виден на профилях H--H' (Западная I-я траншея), D--D' (Восточная I-я траншея), E--Е' (Восточная II-я траншея; рис. 7). Самый центр насыпи (т. е. наиболее высокая его часть) был разрушен котлованом А. А. Бобринского. Тем не менее, высота насыпи в профилях А--А' (Центральная траншея) и С'--С (Восточная I-я траншея) вполне реконструируются (рис. 7). По данным стратиграфии профиля C'--С, высота первой насыпи от уровня древнего горизонта могла быть до 3,80 м, а с учетом разрушения центральной части кургана -- до 4,0 м Диаметр первой насыпи, принимая во внимание ее контуры на всех профилях, составлял примерно 29 (север--юг) х 25 м (восток--запад), т. е. она имела овальную слегка вытянутую с севера на юг форму (рис. 5, 6).
Насыпь кургана первоначально была полностью обложена радиально дубовыми плахами. В центральной части выкладка основательно разрушена раскопочным котлованом и траншеей А. А. Бобринского (рис. 5, 6), но на отдельных участках и в профилях эта «шатровидная» конструкция фиксировалась чрезвычайно четко (рис. 7). Особенно хорошо сохранился участок радиальной обкладки в южной части Западной I-й траншеи (рис. 4--6). Ширина плах здесь от 10 до 20 см. Некоторые из расчищенных плах имели длину 2,0--2,5 м. На отдельных из них фиксировались следы горения.
Зачастую встреченные плахи столь ровные, словно, некоторые из них были оструганы.
Вторая насыпь (или досыпка) значительно увеличила размеры кургана. Диаметр ее фиксируется практически во всех профилях наличием специальных, в основном, двухслойных своеобразных крепид, сооруженных из глинистого и серого грунтов, отличающихся от чернозема насыпи (рис. 7). Эти крепиды четко ограничивают диаметр второй насыпи (или досыпки), охватывая подножие кургана и на определенную высоту -- склоны. Длина крепиды колеблется от 5,0 до 7,5 м, при максимальной толщине 1,0--1,20 м.
Максимальный диаметр второй насыпи, по стратиграфическим данным профилей, составляет не более 47 (север--юг) на 40 м (восток-- запад; рис. 5, 6). Она также имеет форму правильного овала.
Учитывая сведения А. А. Бобринского, о том, что курган к моменту его исследования имел диаметр примерно 68 м, складывается вполне определенное впечатление: ко времени раскопок 1913 г. насыпь кургана уже была основательно распахана.
Рис. 6. План кургана 524; без рабочей и поисковых траншей 1913 г.
Рис. 7. Профили кургана 524 у с. Жаботин; условные обозначения: 1 -- древняя дневная поверхность; 2 -- пахота; 3 -- чернозем; 4 -- серый грунт; 5 -- грунт с материковым выкидом; 6 -- контур раскопа А. А. Бобринского; 7 -- материк; 8 -- остатки дерева; 9 -- обгоревшее дерево; 10 -- соременное нарушение насыпи; 11 -- фрагменты профилей с указанием остатков первой насыпи
Возникает вопрос: какова же была первоначальная высота кургана после досыпки, если в десятых годах XX в. она достигала 5,40 м? В свое время один из авторов данной работы привел сводки больших курганов скифской эпохи в Днепровском Лесостепном Правобережье, в которых отражено сочетание диаметра и высоты памятника в наши дни (Скорий 1990, с. 106, 107). Из них вполне очевидно, что некоторые курганы диаметром около 50 м, вполне могли иметь высоту 7,0 м и более.
Мы не знаем, каков был хронологический промежуток между созданием первой и второй насыпей кургана. Их грунт -- чернозем, мало чем отличается по внешнему виду. Четким разграничением двух насыпей являются лишь остатки радиальной обкладки на первой из них.
Стало почти аксиомой в курганной археологии, что наличие досыпки (или второй насыпи) в кургане предполагает a priori присутствие второго, впускного погребения (или погребений). Однако, в кургане 524 у с. Жаботин эта закономерность отсутствует. Досыпка явно есть, впускной могилы (или могил) явно нет. Версия о том, что в насыпи могло быть некое захоронение и оно разрушено, скажем, в ходе работ 1913 г. не может приниматься во внимание. Курган копали вручную, лопатами, достаточно наблюдательные люди (они, к примеру, нашли ряд мелких вещей в ограбленной в древности Центральной гробнице), и допустить, что раскопщики могли пропустить какое-либо погребение -- просто не реально.
Остается лишь одно: предположить, что в силу, очевидно, достаточно высокого статуса погребенного (-ых) в Центральной гробнице, насыпь кургана через некоторое, возможно, небольшое время (например, через год) была основательно увеличена.
Наличие шатровой конструкции в кургане 524 у с. Жаботин (а не «двух крыш» -- как считал в свое время А. А. Бобринской) совершенно не должно удивлять, более того, на наш взгляд, вполне закономерно. Вспомним, что именно в этом районе, по сути, во всех в той или иной степени исследованных курганах раннескифского времени обнаружены шатровидные конструкции, дерево которых не обожжено, слегка обожжено или сгорело практически полностью. Речь идет о кургане Червона Могила у с. Флярковка, относящемуся к концу VII -- началу VI вв. до н. э., а также двух частично раскопанных курганах, на одном из которых (высота 5,0 м) в свое время проводил работы В. В. Хвойка (Ковпаненко 1984, с. 107--112, 113; 1998).
Шатровые (шатровидные) конструкции в курганах раннего железного века евразийского региона известны довольно хорошо, в том числе в лесостепных древностях раннескифской поры на Юге Восточной Европы. По-видимому, своими истоками они восходят к погребальным конструкциям эпохи бронзы и получили достаточно широкое распространение в кочевом мире скифской эпохи. Для территории Лесостепи шатровидные надмогильные конструкции, безусловно, являются этнокультурным маркером, фиксирующим проникновение степных кочевников в данные пределы (Скорий 1987; Скорый 2003, с. 53).
К счастью, углубленное основание наземной погребальной конструкции Центральной гробницы, которую открыл в 1913 г. А. А. Бобринской, оказалось, в основном, не нарушенным в ходе упомянутых раскопок. Более того, во всех столбовых ямах, располагавшихся по периметру основания, сохранились в той или иной степени остатки дерева от столбов (рис. 8, 9). Это позволяет нам не только провести объективное описание объекта, но и сравнить полученную информацию с той, что в свое время была опубликована А. А. Бобринским.
Отметим, что к моменту открытия основания гробницы, оно было заполнено в основном темным черноземом, лишь в центральной части фиксировались прослойки материковой глины толщиной до 0,20 м. В северной половине углубленного основания -- канавке для фиксации столбов, в нижней части заполнения, т. е. забутовке данной столбовой конструкции, найдены ручка античной амфоры и невыразительный фрагмент стенки лепного сосуда с подлощеной поверхностью. В южной части зафиксировано несколько сильно разрушенных человеческих костей.
Рис. 8. Углубленное основание Центральной гробницы (погребение 1), фото: 1--3 -- с канавками по периметру со столбовыми ямками и остатками дерева; 4 -- с лучевидными поисковыми траншеями 1913 г.; 5 -- один из крупных дубовых столбов в канавке основания гробницы
Углубленное основание наземной бревенчатой конструкции ориентировано по оси СЗ--ЮВ, что вполне совпадает с информацией А. А. Бобринского. Основание имеет почти прямоугольную форму, хотя углы его слегка закруглены. Оно ограничивается прокопанной с уровня древнего чернозема канавкой шириной до 0,50 м, впущенной в материк примерно на 0,60 м, в дне которой, в свою очередь, находятся ямки для столбов различного диаметра и глубины (рис. 8, 9).
Вместе с тем, реальные размеры основания наземной гробницы отличаются от тех, что привел в публикации А. А. Бобринской. У него -- длина склепа (по оси СЗ--ЮВ) равна 6,3 м, ширина 5,45 м, т. е. общая площадь гробницы -- около 35 м2 (Бобринской 1916, с. 3). На самом деле размеры гробницы иные: с внутренней стороны основания столбов они равны 5,5 х 4,0 м, т. е. 22,0 м2, по внешней линии столбов -- 6,0 х 4,7 м, т. е. 28,2 м2. Вполне очевидно: размеры погребальной конструкции явно преувеличены.
Общее количество столбов, составлявших стены погребальной конструкции, их диаметр также весьма отличаются от данных, приводимых А.А. Бобринским.
Так, число столбов в реалии равно 34, при этом ямки от двух из них (в северо-восточном углу) были столь мелки, что с трудом просматривались на дне канавки. По длинным сторонам их было 9, северо-восточная стена, и 10, юго-восточная стена. По коротким сторонам -- соответственно -- 5 столбов, северо-западная стена, и 10, юго-восточная. В публикации же А. А. Бобринского упоминаются 54 столба (т. е. на 20 столбов больше), при этом по 16 -- вдоль длинных стен, по 11 -- вдоль коротких (Бобринской 1916, с. 3).
Стоит также добавить, что по всем четырем углам не фиксировались остатки столбов «огромных размеров», о чем речь идет в публикации А. А. Бобринского. На самом деле, лишь 2 столба отличаются большими диаметрами: один из них находился в юго-западном углу, другой -- примерно по центру длинной, северо-восточной стены (рис. 8, 9). Диаметр сохранившейся основы этих столбов достигает 0,50 м (рис. 8: 5). В целом же, диаметр столбов колеблется от 0,20 до 0,35 м. Наименьшим диаметром отличаются столбы юговосточной стенки погребальной конструкции.
Не наблюдаются и следы обожжения нижних концов столбов, вставленных в канавку, о чем сообщает А. А. Бобринской (1916, с. 3).
Изучение остатков древесины показало, что столбы были изготовлены из дуба черешчатого (Quercus robur L.) .
Любопытно то, что буквально под основаниями всех столбов земля имеет зеленовато-серый цвет, похоже, свидетельствующий о том, что в канавке был затек воды. Т. е. можно предположить, что после ее прокапывания, до установки столбов, прошел дождь, что и привело к образованию затека.
Нужно отметить еще один немаловажный момент. Реальный уровень пола, на котором в свое время размещались погребенные лица и вещи, сохранился лишь в центральной части основания склепа, между стенами, на ширину 2,0-- 4,5 м. С двух сторон, северо-западной и юго-восточной, прокопы на глубину до 0,50 м при этом материковая глина из них выкладывалась на сохранившийся участок пола (рис. 8, 9).
Полагаем, что в указанных местах пол был перекопан в 1913 г. именно потому, что на данных участках были найдены предметы погребального инвентаря, и раскопщики надеялись на обнаружение неких тайников.
Именно этим обстоятельством, на наш взгляд, объясняется и наличие с северо-западной и северо-восточной сторон основания склепа 6-ти поисковых траншеек различной длины, ширины и глубины, лучеобразно идущих от погребальной конструкции в стороны. Их размеры по часовой стрелке: № 1 -- длина 2,50; ширина 0,45; глубина 0,40 м; № 2 -- соответственно -- 1,50; 0,45; 0,30 м; № 3 -- 2,70; 0,30--0,50; 0,15 м; № 4 -- 3,10; 0,50; 0,50 м; № 5 -- 3,50; 0,35--0,40; 0,30 м; № 6 -- 3,80; 0,30--0,40; 0,50 м (рис. 8: 4; 10).