В десятой мандале Ригведы, где больше всего космогонических гимнов, роль творца мира отдается другому богу - Вишвакарману, чье имя означает «создатель всего», «всесоздатель» [5]. Он изображается как очень мудрый и очень сильный, называется учредителем, наделителем, высшим проявлением (РВ X. 82. 2). Он ставится выше всех богов и один-единственный дает им имена (РВ X. 82. 3).
«Имея повсюду глаза и повсюду лицо,
Повсюду - руки и повсюду - ноги.
Он сплавляет все вместе своими руками, своими крыльями,
Порождая небо и землю, единый бог» (X. 81. 3).
Автора этого мифа волнуют довольно глубокие для того времени вопросы, которые можно отнести к механике космогенеза.
«Что это было за местоположение?
Какова точка опоры? Как произошло то,
Благодаря чему Вишвакарман, порождая землю,
Открыл небо своим величием, этот все охватывающий взглядом?
Что это была за древесина и что за дерево,
Из чего вытесали небо и землю…
На чем стоял он, укрепляя миры?» (РВ X. 81. 2, 4).
Дать реалистический ответ на эти вопросы тогдашние мыслители не могли, и тем не менее они искали его, конструировали, используя весьма неадекватные методы фантазирующего мышления. Так возникли новые мифы демиургического характера.
Один из этих, чрезвычайно сильно воздействующих на эмоции мифов - это миф о создании мира из тела человека-гиганта Пуруши, что буквально и означает «человек». В этом мифе кроме первого и второго элементов схемы космогенеза, а именно субстрата и демиургов (преображающих факторов) представлены третий и четвертый элементы - порождающие действия и их результат.
Человек как исток мироздания
Современная космология пришла к мысли о том, что Вселенная и человек определенным и притом жестким образом связаны между собой. Это выражается в том, что у Вселенной должны быть вполне определенные свойства и прежде всего определенные значения физических констант, в противном случае в ней не мог бы возникнуть человек. Выражающий это условие так называемый антропный принцип, например, в формулировке его автора, английского математика Б. Картера гласит: Вселенная должна быть такой, чтобы в ней на определенном этапе допускалось существование наблюдателя [6].. Иными словами, существование человека обусловлено наличием у природы крайне узкого, но достаточно определенного набора свойств и их значений. И только при этом условии в процессе эволюции возможно его появление. Таким образом, с научной точки зрения человек есть продукт, результат эволюционного процесса во Вселенной, шедшего по предопределенному свойствами элементарных частиц сценарию.
Проблема связи Вселенной и человека решается и в мифе о Пуруше. Прочтем этот миф и посмотрим, в какое отношение древние мудрецы ставят их друг к другу, и определим, каково же отношение между главной идеей этого мифа и антропным принципом.
«Пуруша - тысячеглавый.
Тысячеглазый, тысяченогий.
Со всех сторон покрыв землю,
Он возвышался над ней еще на десять пальцев.
В самом деле, Пуруша - это вселенная,
Которая была и которая будет.
Он также властвует над бессмертием.
Потому что перерастает все благодаря пище.
Таково его величие,
И еще мощнее этого сам Пуруша.
Четверть его - все существа.
Три четверти его - бессмертие на небе.
На три четверти взошел Пуруша вверх.
Четверть его возникла снова здесь.
Оттуда он выступил повсюду,
Распространяясь над тем, что ест пищу и что не ест.
От него Вирадж родилась,
От Вирадж - Пуруша.
Родившись, он стал выступать
Над землей сзади и спереди.
Когда боги предприняли жертвоприношение
С Пурушей как с жертвенным даром,
Весна была его жертвенным маслом,
Лето - дровами, осень - жертвенным даром.
Его как жертву кропили на жертвенной соломе,
Пурушу, рожденного в начале.
Его принесли себе в жертву боги
И те, что садхья и риши.
Из этой жертвы, полностью принесенной
Было собрано крапчатое жертвенное масло.
Он сделал из него животных, обитающих в воздухе,
В лесу и тех, что в деревне.
Из этой жертвы, полностью принесенной,
Гимны и напевы родились,
Стихотворные размеры родились из нее,
Ритуальная формула из нее родилась.
Из нее кони родились
И все те животные, у которых два ряда зубов,
Быки родились из нее,
Из нее родились козы и овцы.
Когда Пурушу расчленяли,
На сколько частей разделили его?
Что его рот, что руки,
Что бедра, что ноги называются?
Его рот стал брахманом,
Его руки сделались раджанья,
То, что бедра его, - это вайшья,
Из ног родился шудра.
Луна из его духа рождена,
Из глаза солнце родилось.
Из уст - Индра и Агни.
Из дыхания родился ветер.
Из пупа возникло воздушное пространство,
Из головы развилось небо,
Из ног - земля, стороны света - из уха.
Так они устроили миры.
У него было семь поленьев ограды костра,
Трижды семь были сделаны как дрова для костра,
Когда боги, совершая жертвоприношение,
Привязали Пурушу как жертвенное животное.
Жертвою боги пожертвовали жертве.
Таковы были первые формы жертвоприношения.
Эти же могущества последовали на небо,
Где находятся прежние боги - садхья» (РВ X, 90).
Из содержания мифа видно, что риши увидели сходство между человеком, с одной стороны, и Землей и космосом, с другой. Приняв человека за первичный субстрат, они сверх всяких пределов увеличили его размеры с тем, чтобы из него можно было произвести все элементы земной природы, космоса и даже общества (в частности, составляющие его касты). Прототипом порождающего действия поэты избрали практиковавшуюся когда-то их предками церемонию человеческих жертвоприношений. Избрав человека аналогом Вселенной, они показали, что рассматривают его как универсальное существо, то есть такое, в котором имеются, по их мнению, все элементы, необходимые для сотворения мира. Человек, таким образом, рассматривался как равноценный, равновеликий всему миру. Таким способом риши возвеличили человека, подняли его на один уровень со всеми объектами и силами природы, объединив тем самым человека и всю природу в единое целое. Такой образ человека мог, безусловно, способствовать пробуждению в людях чувства уверенности в себе, способности противостоять природным стихиям, вступать с ними на равных во всевозможные взаимодействия. Мир - наш, полагали они, поскольку сотворен из нашей плоти и по нашему подобию. Богов же, которые олицетворяли те или иные природные объекты и силы, арии рассматривали как своих союзников, которых они использовали в качестве помощников в овладении этими объектами и силами.
Первичность человека и его аналогия с миром - это та важная идея, которая, возможно, впервые в истории человеческой мысли демонстрирует понимание древними людьми связи и единства человека со всей окружающей реальностью. И это понимание было свойственно не только древним ариям, но ещё раньше другим народам. В их мифологиях также есть аналогичные мифы, отражающие это понимание. В китайской мифологии части мира возникли из частей тела первопредка людей Пянь-гу [7]. Его левый глаз засиял солнцем, а правый заблестел луной [8]. В исландской мифологии истоком, началом мира также был первозданный великан - Имир. Из его тела образовались все части мира. " Они (боги. -А.М.) взяли Имира, бросили в самую глубь Мировой Бездны и сделали из него землю, а из крови его - море и все воды. Сама земля была сделана из плоти его, горы же из костей, валуны и камни - из передних и коренных его зубов и осколков костей". Из крови, что вытекла из ран его, сделали они океан и заключили в него землю. И окружил океан всю землю кольцом, и кажется людям, что беспределен тот океан и нельзя его переплыть". " Взяли они и череп его и сделали небосвод. И укрепили его над землей, загнув кверху ее четыре угла, а под каждый угол посадили по карлику. Их прозывают так: Восточный, Западный, Северный и Южный. Потом они взяли сверкающие искры, что летали кругом, прикрепили их в середину неба Мировой Бездны, дабы они освещали небо и землю. Они дали место всякой искорке: одни укрепили на небе, другие же пустили летать в поднебесье, но и этим назначили свое место и уготовили путь» [9]..
В других мифологиях просматривается та же логика, что и у создателей вед. Такое сложное, многосоставное явление, как Вселенная, полагали, по-видимому, мифотворцы, могло возникнуть из какого-то другого такого же сложного и многосоставного явления. Перед их глазами было только одно подобное явление, а именно человек. Следовательно, именно он и мог быть субстратом, исходным материалом для Вселенной. Рассуждение, как видно, шло по логике сходства явлений.
Сопоставление данного типа мифов с антропным принципом позволяет выявить и другие особенности архаического мышления. Оно устанавливает сходство, основываясь на крайне недостаточном количестве чувственно наблюдаемых признаков явлений, притом эти признаки носят внешний характер. И мышление, и наблюдение не проникают на уровень более существенных признаков и к тому же не улавливают качественное различие этих явлений, одно из которых относится к биологическому классу явлений, а другое - к физическому. Отношение сходства, аналогии в данном случае оказалось крайне недостаточным для того, чтобы можно было на его основе перейти естественным образом от одного явления к другому. Как потом показала наука, этот переход нужно было осуществлять не по логике аналогии, а по логике эволюционного процесса, обеспечивающего возможность усложнения явлений, движения их по ряду качественно новых этапов, приводящих к эмерджентным скачкам. Логика процессов усложнения и новообразований подсказала науке стратегию движения от простого к сложному, от явлений качественно одного типа к явлениям принципиально иного качества. Познавательный процесс в данном случае шел от исходных этапов к последующим, способным порождать объекты с более высокой степенью организации, т.е. понижать энтропию реальности. Логика же внешнего сходства, поверхностной аналогии, не замечающей качественного различия между явлениями, вела древних мыслителей в обратном направлении. Они поставили результат последующих этапов космогенеза (человека) в начало этого процесса. Тем самым эта модель оказалась инверсной по отношению к осуществлявшейся реально. Последующее было представлено как начало. Расчленение тела первопредка повысило энтропию, поскольку созданный таким способом космос был менее упорядочен и организован, чем организм человека. Таким образом, человеческое мышление в истолковании процесса возникновения и развития Вселенной начало с инверсного варианта антропологического принципа. Признаки человека определяли признаки Вселенной. Такой ход мыслей проистекает из крайнего несоответствия между уровнем и качеством проблемы и уровнем и качеством выбранных исходных данных, их полной неадекватности. При этом авторы архаической модели прибегали к манипулированию данными. Они произвольно изменяли их, используя гиперболизацию и другие приемы, чтобы тем самым подогнать их к искомому результату, в данном случае к огромным масштабам Вселенной.
Но, несмотря на эти недостатки, рассматриваемая модель удовлетворяла одной из потребностей всех подобных построений. Она явилась хотя и ошибочным, но все же каким-то объяснением одного из аспектов Вселенной. А это значит, что древние мыслители осознали необходимость построения объяснения явлений для их понимания и в результате этого начали вырабатывать навыки формирования таких построений, постепенно совершенствуя их и необходимые для этого мыслительные средства и процедуры. Из факта, насколько далекими и даже противоположными оказываются древние и современные представления людей о космогенезе видно, что работа, необходимая для преодоления этого контраста, должна была быть чрезвычайно большой. Такова одна из закономерностей развития знания. Оно довольно часто идет от ошибочного начального результата к последующим, все более точным. Значение изучения мифов в таком случае заключается в том, чтобы понять, почему и как познание начинает с ошибок, чтобы тем самым со значительной долей скептицизма относиться к первым решениям проблем, а также чтобы выявить пути и способы перехода от ошибочных или малодостоверных результатов к более достоверным. Одной из предпосылок этого может быть правильный ответ на вопрос о соответствии исходных данных решаемой проблемы, об адекватности этих данных. Многие решения проблем, на которые были затрачены большие усилия, оказывались ошибочными из-за отсутствия такого соответствия.
Многообразие версий божественного миротворения
Из мифа о Пуруше видно, что в создании Вселенной, в великом жертвоприношении человека-великана участвовали все боги. Но в других мифах роль демиурга приписывается какому-нибудь одному, двум или трем богам. В ранних гимнах Ригведы творцом двух миров (Неба и Земли), двух отпрысков неба (Солнца и Луны) называется Агни (РВ III. 38), а в другом случае прародителями Неба и Земли провозглашаются Сома и Пушан (РВ II.40.1). Несколько раз творцом мира, его вседержителем и управителем провозглашается Варуна: то как выполнивший эту функцию в одиночку (РВ V.85.1-6;VII.87), то вместе с Митрой и Савитаром (РВ III.38.). В гимне Ригведы X.65 риши снова приписывают роль творцов Вселенной всем богам.
Небожители, имеющие Агни языком, усиливающиеся от закона,
Сидят в лоне закона, обдумывая его.
Они те, кто порождает священное слово, корову, коня, растения,
Лесные деревья, землю, горы, воды
Кто поднимает солнце на небо, эти боги с прекрасными дарами,
Кто распространяет по земле арийские обеты (РВ X. 65.7, 11).