Материал: Казахастанско-китайское двустороннее сотрудничество

В середине января 2009 года хозяин ММГ - индонезийская Central Asia Petroleum Ltd - и АО «ННК КазМунайГаз» подписали договор о приобретении КМГ 50% + 2 голосующие акции ММГ. Окончательно завершить сделку планировалось до конца марта 2009 года, но, как оказалось, КМГ не только не имеет достаточных средств, но и находится в долгах. Частично покрыть этот дефицит и была призвана сделка по приобретению 49% акций ММГ китайской нефтяной компанией, выделившей КМГ кредит в 5 млрд. долларов.

апреля 2009 года АО «ННК КазМунайГ аз» и CNPC Exploration and Development Company Ltd (CNPC E&D) подписали в Пекине соглашение о приобретении 100% акций АО «МангистауМунайГаз» у компании Central Asia Petroleum Ltd. Сделка должна была быть закрыта до конца июля. Однако что-то опять не сложилось, и в начале августа казахстанской стороной она была отложена на 1 декабря.

25 ноября в Алматы КМГ и компания CNPC E&D завершили приобретение 100% простых акций АО «МангистауМунайГаз» у Central Asia Petroleum Ltd. Сделка по приобретению акций была осуществлена посредством открытых торгов на Казахстанской фондовой бирже через компанию Mangistau Investments B.V. Финансирование сделки осуществлялось через «Эксимбанк» Китая. Весь пакет акций ММГ был приобретен за 387,56 млрд. тенге (2,6 млрд. долл.). Интрига разрешилась. Правда, тут же возникла новая - если раньше речь шла о том, что за пакет 50% за минусом двух голосующих акций ММГ Китай заплатит 1,4 млрд. долл., то какова оказалась окончательная цена этой сделки, так и осталось неизвестным.

Понятно, что со стороны Казахстана эта сделка в определенном смысле вынужденная. Хотя вопрос о продаже доли акций в ММГ иностранному инвестору стоял в повестке дня и год назад, а Китай рассматривался в качестве потенциального покупателя. Правда, тогда назывались иные цифры, но, во-первых, изменились обстоятельства (в том числе связанные с падением мировых цен на нефть), а во-вторых, из сделки был исключен Павлодарский НПЗ. Безусловным привлекательным моментом подписанного контракта являлось и обязательство CNPC по финансированию строительства газопровода Бейнеу - Бозой - Акбулак.

Что касается Китая, здесь сплошные плюсы. Во-первых, за довольно небольшие деньги он приобрел почти 50% акций одной из крупнейших нефтегазовых компаний Казахстана (напомню, что за 100% акций компании PetroKazakhstan, объемы добычи которой в 1,5 раза меньше, в 2005 году Китай заплатил 4,18 млрд. долл.). Во- вторых, после этого приобретения присутствие Китая стало очень заметно не только в Актюбинской и Кызылординской, но и в Мангыстауской области. В-третьих, он получил гарантированные ежегодные 2-3 млн. тонн нефти. В-четвертых, он закрепил свой имидж перспективного инвестора и будущего мирового лидера. Наконец, с приобретением почти 50% в АО «МангистауМунайГаз» объем добычи нефти компаниями с китайским участием приблизился к 18-20 млн. тонн, а это означало, что ресурсная база для нефтепровода «Западный Казахстан - Китай» была создана.

Еще одно крупное приобретение Китая в нефтегазовом секторе Республики Казахстан - депозитные расписки АО «РД КМГ». 30 сентября 2009 года информационные агентства сообщили, что китайский государственный инвестиционный фонд China Investment Corp. (CIC)²³ приобрел 11% глобальных депозитных расписок (GDR) АО «РД КМГ». Приобретение было совершено через дочернюю компанию Fullbloom Investment Corp., сумма сделки составила 939 млн. долларов. Причем, как подчеркивалось в одном из комментариев, фонд начал покупать акции 14 июля 2009 года, и на данный момент им завершены все необходимые регистрационные процедуры.

Правда, в этой информации есть одно «но», не совсем понятно, 11 % чего приобрела компания Fullbloom Investment Corp. Рыночная капитализация АО «РД КМГ», по данным агентства Reiter, на тот период составляла 8,6 млрд. долл., в обращении находились GDR на общую сумму примерно 3,2 млрд. долларов. Таким образом, 11% GDR оценивались рынком в 350 млн. долл., и китайцы явно переплатили, что на них совершенно не похоже. Зато 11% в капитале компании стоит 946 млн. долл., и здесь все сходится. Так что, скорее всего, CIC приобрел не 11% GDR, а 11% АО «РД КМГ», а это весьма серьезный актив в нефтегазовом секторе Казахстана.

Последнее приобретение Китая в нефтегазовом секторе Казахстана - 8,4% в консорциуме NCOC, разрабатывающем Кашаганское месторождение.

Интрига на Кашагане начала закручиваться в конце 2012 года. В сентябре появилось сообщение агентства Bloomberg о том, что Exxon и Shell могут выйти из проекта. При этом указывалось, что в проекте хотела бы поучаствовать CNPC, которая, по данным Energy Intelligence Group, поручила инвестиционной корпорации CITIC Resources Holdings Ltd начать переговоры с инвесторами, желающими выйти из проекта. Насколько все это соответствовало действительности, сказать трудно. Но то, что иностранные инвесторы начали выходить из проектов в Казахстане, не подлежало сомнению.

В конце ноября еще один акционер в Кашаганском проекте компания ConocoPhillips официально уведомила правительство Казахстана и партнеров по проекту о намерении продать индийской ONGC Videsh Limited свою долю 8,4% в проекте Кашаган. В декабре эта договоренность была достигнута. Сумма сделки составляла 5 млрд. долларов.

Для официальной Астаны и акционеров Кашаганского проекта это оказалось сюрпризом. Во-первых, сделка была оформлена без их согласия, а главное, в обход правительства Казахстана. И хотя (как выяснилось позже) никто из акционеров не собирался увеличивать свою долю, тем не менее формальности должны были быть соблюдены.

Во-вторых, неожиданной оказалась цена. По расчетам КМГ, она не должна была превысить 4 млрд. долл., и, по некоторым сведениям, именно эта сумма была выделена компании из Национального фонда. Напомню, что в 1998 году Казахстан продал свою долю (16,67%) в проекте за 550 млн. долл., что в то время рассматривалось как очень выгодная сделка. В 2004 году КМГ у покидавшей проект British Gas купил половину ее доли (8,33%) за 630 млн. долл., а в начале 2009 года приобрел у основных акционеров проекта еще 8,48%, но уже за 1 млрд. 300 млн. долларов.

В-третьих, много вопросов вызывал уход одного из акционеров перед самым началом промышленного освоения месторождения. Хотя сроки начала добычи постоянно отодвигались, тем не менее решимость начать промышленную добычу в 2014 году имела место. И именно данное обстоятельство, по-видимому, и сказалось на цене сделки, повысив ее до 5 млрд. долларов.

Учитывая все эти обстоятельства, сделка ConocoPhillips с ONGC Videsh Limited была временно приостановлена. Акционеры NCOC должны были определиться до 25 января, правительство Казахстана до 2 июля 2013 года.

В начале февраля акционеры сказали свое слово - во-первых, никто из них не собирался приобретать долю ConocoPhillips; во-вторых, они не возражали против вхождения в консорциум нового акционера, будь то Индия, Китай либо кто-то иной.

Правительство Казахстана взяло тайм-аут, просчитывая варианты. В апреле Сауат Мынбаев не исключил, что Республика Казахстан все-таки воспользуется своим приоритетным правом и выкупит долю у ConocoPhillips, хотя он тут же дал понять, что КМГ не заинтересовано в увеличении своей доли в проекте, поскольку это делает его главным акционером, и соответственно накладывает на него финансовые и иные обязательства за работы на месторождении. Естественно, вставал вопрос, кому и на каких условиях правительство Казахстана перепродаст долю в Кашаганском проекте. казахстан китай финансовый нефтегазовый

Претендентов было два - Индия и Китай. Поскольку и Индия и Китай относятся к стратегическим партнерам Казахстана, а Казахстан заинтересован в развитии нормальных отношений с обоими государствами, оставалось ждать, кто из них предложит более выгодные условия.

Конечно, можно было согласиться с звучащими со стороны оппозиции и некоторых депутатов предложениями оставить долю за Казахстаном. Однако становиться главным акционером проекта Казахстану вряд ли было целесообразно. Во-первых, он не обладает опытом освоения столь сложных месторождений, каковым является Кашаган. Во-вторых, как основной акционер КМГ берет на себя повышенные обязательства по финансированию проекта и всем работам по освоению месторождения. В-третьих, правительство Республики Казахстан теряет свои права в качестве независимого арбитра в довольно сложной и противоречивой деятельности NCOC. Наконец, КМГ нужно где-то найти 5 млрд. долл. для выкупа доли.

Что касается Индии, она предприняла колоссальные лоббистские усилия, чтобы сохранить контракт с ConocoPhillips. Но в вежливой форме руководству Индии и ONGC Videsh Limited объяснили, что она уже имеет свою долю в проектах Казахстана на Каспии, причем получила она эту долю на льготных условиях и не участвуя в тендерной процедуре. В случае с приобретением доли ConocoPhillips все должен решать рынок - кто предложит лучшие условия, тот и приобретет продаваемый пакет.

Китай пошел апробированным путем. В конце июня в СМИ появилась информация, что он готов по-серьезному вложиться в инвестиционные проекты в Казахстане. Речь шла о 15 млрд. долл. инвестиций, часть из которых пойдет на выкуп доли ConocoPhillips, а часть - на другие проекты в Казахстане. Кроме того, Китай предложил Казахстану свободный доступ к китайскому порту Хайлугань с прямым выходом в Тихий океан. Это был серьезный козырь. Во всяком случае, анонимный источник в NCOC сообщил, что два основных акционера NCOC Shell и ENI ведут переговоры о поставках будущей кашаганской нефти на рынок Китая, а именно на НПЗ в Сычуане.

2 июля, как и ожидалось, Министерство нефти и газа Республики Казахстан направило ConocoPhillips уведомление о намерении воспользоваться преимущественным правом и приобрести ее долю 8,4% в NCOC. Приобретение доли ConocoPhillips должно было осуществить АО НК «КазМунайГаз». Как тогда сообщило агентство КазТАГ, сделка завершится в IV квартале 2013 года, сумма сделки 5 млрд. долларов. Главный вопрос: где КМГ будет искать эти деньги?

Днем ранее тогдашний глава КМГ Ляззат Киинов косвенно ответил на этот вопрос, сообщив агентству Reiter о том, что долю в казахстанском нефтяном месторождении Кашаган на шельфе Каспия купит CNPC, заплатив за нее более 5 млрд. долларов. Продавцом пакета выступит КМГ, при этом сам КМГ получит пакет другого участника - ConocoPhillips, который выйдет из проекта.

Таким образом, предполагаемая схема выкупа доли ConocoPhillips обозначилась более отчетливо. АО «ННК КазМунайГаз» от имени правительства Казахстана выкупает долю ConocoPhillips и одновременно продает CNPC половину принадлежащей ему в NCOC доли в 16,81%. Сумма сделки оценивалась в 5,5 млрд. долларов.

Главная «изюминка» этой схемы заключалась, во-первых, в том, что она позволяла избежать необходимости согласования с другими участниками проекта, хотя было ясно, что против этой сделки основные акционеры возражать не будут. Во-вторых, доля КМГ в NCOC сохраняется на уровне 16,81%, а на сделке компания зарабатывает 500 млн. долл.; CNPC получает 8,4% в NCOC и осуществляет свою заветную мечту - выход китайской компании на шельф Каспийского моря. В-третьих, за все платит Китай, предоставляя не только искомые 5 млрд. долл., необходимые для выкупа правительством Казахстана доли ConocoPhillips, но и гарантируя столь необходимые КМГ инвестиции в другие проекты.

В сентябре 2013 года во время визита Си Цзиньпина в Казахстан эта схема была применена на практике. Заветная мечта Китая выйти на шельф Каспийского моря материализовалась за 8 млрд. долл., из которых 5 млрд. долл. он заплатил за долю в Кашаганском проекте и 3 млрд. долл. выделил КМГ для финансирования очередного этапа освоения Кашагана.³³ Возвращать эти 3 млрд. долл. КМГ будет за счет поступлений от реализации проекта.

Что остается в «сухом остатке»? После завершения двух сделок у АО «ННК КазМунайГаз», Exxon Mobil Corp., Royal Dutch Shell Pic, Total SA и Eni SpA (ENI) в проекте остается по 16,81 %, у китайской CNPC - 8,4%, у японской Inpex Corp. 7,55%. NCOC получает акционера, готового инвестировать в проект, а главное - имеющего практически неограниченные возможности для этого. Кроме того, консорциум получает огромный рынок для сбыта своей продукции, правда, с одной оговоркой - какова будет цена поставляемой нефти. АО «ННК КазМунайГ аз» получает необходимые ему для реализации второй фазы освоения Кашагана инвестиции.

Что касается интереса Китая, он вполне объясним. Кашаган - одно из наиболее перспективных месторождений Казахстана, а потому участие в этом проекте открывает перед китайскими компаниями гигантские возможности по сокращению зависимости Китая от поставок нефти из стран Ближнего Востока и Африки. Причем, что весьма существенно, потечет эта нефть по трубопроводам, проходящим через территорию Казахстана и Китая, то есть - в обход проблематичного маршрута через Малаккский пролив.

Во-вторых, существенно увеличивается доля Китая в объемах добычи нефти и газа в Казахстане. Причем, поскольку Кашаган является новым месторождением, снимается больной для китайских компаний на сегодняшний день вопрос о сокращении объемов добычи на тех месторождениях, на которых они работают в настоящее время.

В-третьих, реализацию Кашаганского проекта можно рассматривать как некую «казахстанскую мечту», и то, что Китай помогает ее реализовать, знаково для имиджа Китая не только в Казахстане, но и в регионе.

Наконец, в случае успеха проекта это дополнительные миллионы тонн нефти и миллиарды кубометров газа, существенно снижающие растущий дефицит Китая в углеводородах. Что остается Казахстану, покажет время. Во всяком случае, от вхождения нового акционера в консорциум пока он ничего не потерял. Все остались, что называется, при своих.

2.2 Оценка присутствия Китая в нефтегазовом секторе Казахстана

Неоспоримым фактом является то, что число компаний с участием китайского капитала в нефтегазовом секторе Казахстана постоянно растет, а доля Китая в добыче казахстанской нефти в последние годы имела тенденцию к росту. Плохо это или хорошо, вопрос спорный, и ответ на него остается за читателем, беру на себя труд лишь вооружить его необходимой информацией.

Сразу оговорюсь: эта информация, скорее всего, неполна и в чем-то, возможно, ошибочна в силу ее закрытости, а приводимые расчеты приблизительны, так как не все компании открыто сообщают о добываемых объемах, а доля в добытой нефти не всегда соответствует доле в капитале того или иного СП. Тем не менее, тенденции вполне очевидны.

О чем говорят доступные факты и цифры? Во-первых, начало присутствия Китая в нефтегазовом секторе Казахстана датируется 1997 годом, но истинный его интерес начинает отчетливо проявляться с 2003 года.

Объясняется это двумя обстоятельствами: с одной стороны, изменением энергетической стратегии Китая, в которой одним из самостоятельных направлений предусматривается освоение зарубежных энергетических рынков, а с другой - изменением характера казахстанско-китайских отношений, в которых уже в этот период закладывается основа будущего стратегического партнерства-расширение сотрудничества в энергетической сфере.

Во-вторых, расширяется география китайского присутствия в нефтегазовом секторе Казахстана. Если в 1997 году оно ограничивалась лишь Актюбинской областью, то в настоящее время китайские компании имеются во всех нефтедобывающих регионах Казахстана, за исключением Западно-Казахстанской области. И это, по-видимому, не предел, о чем свидетельствует приобретение Китаем доли в АО «РД КМГ».

Список работающих в нефтегазовом секторе Казахстана компаний с участием китайского капитала достаточно объемен, поэтому интересующихся я отсылаю к моей книге. А вот список компаний, связанных с добычей нефти и газа, приводится ниже. В комментариях он не нуждается, как говорится, разумному достаточно.

Таблица 2.3

Присутствие китайских компаний в нефтегазовом секторе Казахстана (добыча нефти и газа, конец 2012 г.)