Материал: Казахастанско-китайское двустороннее сотрудничество

В-пятых, усиливается конкуренция между глобальными игроками на пространстве Центральной Азии. Предполагать, что эта конкуренция ослабнет, а глобальные игроки достигнут консенсуса, оснований нет. Скорее, можно ожидать обострения конкуренции на центральноазиатском поле.

Причем в данном случае речь может идти об обострении конкуренции не только между Россией и Китаем, с одной стороны, и странами Запада - с другой, но и о возможной перспективе обострения конкурентной борьбы между Россией и Китаем. Именно поэтому Китаю необходимо постоянно «держать руку на пульсе». Механизм встреч на высшем уровне, в том числе и в формате ШОС, дает такую возможность.

В-пятых, усиливается конкуренция между глобальными игроками на пространстве Центральной Азии. Предполагать, что эта конкуренция ослабнет, а глобальные игроки достигнут консенсуса, оснований нет. Скорее, можно ожидать обострения конкуренции на центральноазиатском поле.

В-шестых, нельзя не сказать и об активно обсуждаемой в настоящее время «проблеме-2014». Хотя я не сторонник апокалипсических сценариев, тем не менее нельзя не признать, что с выводом сил коалиции из Афганистана ситуация с региональной безопасностью не улучшится. Адекватные ответы на исходящие из Афганистана угрозы нужно искать уже сейчас, и Китай играет в этом процессе далеко не последнюю роль.

Наконец, поскольку в настоящее время китайский фактор стал постоянным элементом региональной безопасности, большой интерес для населения государств Центральной Азии представляет та политика, которую планирует реализовывать в регионе «пятое поколение» китайских руководителей.

Понятно, что интересы Китая по отношению к Центральной Азии вообще и к Казахстану в частности останутся в основном неизменными и при новом руководстве КПК и КНР. Однако, если предположить, что новое руководство будет отстаивать их жестче (хотя и с большой долей использования во внешней политике «мягкой силы»), всем хотелось бы большей конкретики, особенно учитывая усиливающуюся конкурентную борьбу в регионе. Во всяком случае, экспертное сообщество ожидало, что Си Цзиньпин обозначит как приоритеты центральноазиатской политики Китая, так и основные направления развития дальнейшего сотрудничества с каждым из государств региона. И он не обманул ожиданий. К примеру, все мировые СМИ растиражировали сказанную им в «Назарбаев Университете» фразу о том, что «Китай не планирует достижение господства в региональных делах, не стремится к созданию зоны влияния».

Это было важно и по той причине, что в последние годы в общественном мнении государств Центральной Азии произошли неоднозначные изменения. С одной стороны, как позитивный элемент можно рассматривать исчезновение ментальных страхов по отношению к Китаю и рост позитивного имиджа Китая. С другой - очевиден рост антикитайских настроений и опасений по поводу «китайской экспансии».

Главное, что тревожит население государств региона, - темпы, которыми Китай осваивает Центральную Азию. Он движется слишком быстро, и именно это настораживает.

Второе - оседание граждан КНР на территории государств региона. Точных цифр не знает никто, но домыслов и мифов в этом вопросе масса. А это негативно влияет на отношения Китая с государствами Центральной Азии, поскольку вполне обоснованно вызывает тревогу в общественном мнении.

Третье - усиливающаяся зависимость экономик государств региона от выделяемых Китаем кредитных ресурсов.

Четвертое - стремительное увеличение доли китайских компаний в добыче нефти и газа в государствах региона, а также растущая конкуренция между Россией и Китаем за энергоресурсы Центральной Азии и направления их транспортировки, а следовательно, главное - за определение ценовой политики.

Причем основная тревога связана с отсутствием внятного ответа на вопрос, каким образом поведет себя Китай в отношении государств региона, когда доля китайских компаний в их нефтегазовом секторе существенно возрастет, а обострение социально-политической ситуации потребует участия Китая в обеспечении безопасности трубопроводов. Истории известны примеры, когда доминирование иностранных компаний в бюджетоформирующем секторе страны, а также в инфраструктуре превращалось в серьезную угрозу национальной безопасности.

Пятое - доминирование на рынках Казахстана, Кыргызстана и Таджикистана китайских товаров, что существенно снижает возможности этих государств по реанимации собственного производства. В этом контексте предложение Китая о создании зоны свободной торговли на пространстве ШОС вызывает наибольшее число вопросов.

Шестое - нерешенность проблемы трансграничных рек. Сегодня эту проблему пытаются решать на уровне специально созданной комиссии, однако это - половинчатое решение вопроса, вызывающее к тому же (в силу закрытости информации о деятельности комиссии) определенное недопонимание общественного мнения Казахстана.

И хотя я не отношусь к сторонникам концепции «китайской угрозы», тем не менее не могу не согласиться с тем, что как сам по себе растущий Китай, так и его стремительно усиливающееся присутствие в регионе содержат потенциальную угрозу не только региональной, но и национальной безопасности государств Центральной Азии. В особенности, если рассматривать его в контексте усложняющегося характера взаимоотношений других заинтересованных внешних игроков.

Именно это обстоятельство, с одной стороны, требует постоянного внимания к событиям, которые происходят внутри Китая, и способны так или иначе оказать воздействие на его политику в Центральной Азии. А с другой - трезво, без драматизма и эмоций оценивать уровень и специфику китайского присутствия в Казахстане, а главное - отношение к нему со стороны властей и общественного мнения.

И хотя это задача неблагодарная, тем не менее она жизненно необходима. Если мы хотим выстраивать нормальные отношения с нашим восточным соседом, необходимо не только знать, чем живет этот сосед, но и что нам ожидать от него в ближайшей или хотя бы среднесрочной перспективе.

Не менее важно понимать причины возникновения различных фобий и страхов, связанных с Китаем и его присутствием в регионе. Однако если та или иная фобия возникает, значит какие-то основания для этого есть. Нужно соотнести, сколько в этом процессе объективного и субъективного, и потом уже определять степень серьезности угроз.

Наконец, чрезвычайно важной представляется оценка реальных угроз, проистекающих из китайского присутствия в регионе. То, что таковые имеются, думается, сомнений ни у кого не вызывает. Их только не нужно путать с фобиями и страхами, а подходить к их оценке с несколько иных позиций.

В меру своих сил и знаний я и попыталась ответить на все эти вопросы в предлагаемой работе.

1.2 Финансовые и инвестиционные отношения между Казахстаном и Китаем

Банки Казахстана и Китая войдут в зону оказания финансовых услуг АО «Международный центр приграничного сотрудничества «Хоргос».

Данное решение было принято на Первом международном форуме в области финансовых инноваций, в работе которого приняла участие Палата предпринимателей Алматинской области.

Основной темой форума, прошедшего в СЭЗ МЦПС «Хоргос» СУАР КНР стало обсуждение Казахстанско-Китайского финансового сотрудничества, принципы работы коммерческих банков Казахстана и Китая а также возможности кредитования и финансирования инвестиционных объектов на территории МЦПС.

Со стороны китайских банкиров поступило предложение использовать в торговле национальную валюту. Планируется, что в ближайшем будущем на территории МЦПС откроются дополнительные филиалы банков второго уровня приграничных государств.

Обменные операции и другие банковские услуги будут оказываться посетителям МЦПС на местах, а это экономия времени и денег. Открытие филиалов облегчит конвертацию национальной валюты, увеличит объем товарооборота, ускорит развитие приграничной торговли.

Стоит отметить, что на данный момент на территории центра уже открыты филиалы 5 китайских банков, в Шанхае открыт филиал Сбербанка России, а в Пекине - филиал Народного Банка Казахстана.

Ныне зарубежные инвестиции поступают в большинство отраслей китайской национальной экономики. Ежегодно растут объемы фактически использованных зарубежных средств. После бурного роста иноинвестиций, который был зарегистрирован в последние годы, Китай начал упорядочение в этой области. Поставлены задачи на основе активного и рационального использования инокапитала поощрять зарубежные инвестиции в комплексное развитие сельского хозяйства, в инфраструктуру, комплексное освоение природных ресурсов, высоких и новых технологий, в центральные и западные регионы страны. Используя меры, соответствующие международным нормам, принято решение упорядочить конкуренцию в стране, усилить деятельность по обслуживанию, контролю и управлению предприятиями с участием иностранного капитала. В основе этой работы - совершенствование системы налогообложения, контроль над выполнением контрактов и защита интересов тружеников этих предприятий.

Китай занимает второе место в мире по объему иностранных инвестиций (уступает США).

Если же посчитать объемы инвестиций (в том числе и ИПИ) из Китая и Гонконга, по данным размещенной на официальном сайте Национального банка РК таблицы «Иностранные инвестиции в экономику Казахстана основных стран-инвесторов по состоянию на 31 декабря 2012 года» (см. Таблицу 1.1), то получатся несколько иные цифры.

Таблица 1.1

Структура китайских инвестиций в экономику Казахстана, (млн. долларов)

Однако, несмотря на неточность, эти цифры дают почти полное представление об инвестиционной деятельности Китая и других государств в Казахстане. Во-первых, мы видим, что Китай - отнюдь не главный индакатор экономики Казахстана. И хотя в настоящее время он занимает третью позицию, до 2008 года он существенно уступал США, европейским странам (особенно Нидерландам), России.

И это вполне объяснимо. К сожалению, это направление внешнеторговой деятельности отдано на откуп частнику и «челнокам». Именно они заполняют казахстанский рынок товарами. И хотя сейчас китайские товары приобретаются не только в Урумчи, но и во внутренних районах Китая и даже на юге Китая, все они проходят через таможенные пункты в СУАР КНР, а потому отражаются % в статистике региона.

Таблица 1.2

Доля СУАР КНР во внешней торговле между Казахстаном и Китаем (2000-2012 гг.) (млн. долларов, %)