Категориальные модели в социологии
Шереги Ф.Э.
Аннотация
Предлагаются динамические категориальные модели в социологии, строящиеся с применением диалектической логики. Рассматривается генезис таких социальных институтов, как право, политика, девиация и образование.
Ключевые слова: общественно-экономические формации, социальные институты, право, политическая система, девиация, образование.
Основная часть
Социологию как науку принято считать иерархической. Первый уровень, наиболее тесно связанный с социальной практикой, - прикладная социология, работающая с социальными фактами. В своих логико-познавательных возможностях она ограничена нормативностью социальных фактов и непрогностичностью моделей, построенных на основе эмпирических данных. Методы прикладной социологии в основном заимствованы из других наук, прежде всего из математической статистики, поэтому в достаточной степени стандартизированы.
Второй - средний уровень: теории строятся на принципе структурного функционализма. Их содержательную основу составляют социальные институты. Эти теории сегодня развиты фрагментарно, и хотя не вызывает сомнений, что в их основе лежат распределительные отношения, среди ученых нет консенсуса по поводу определения социальных институтов.
Третий уровень - цивилизационный, использующий в качестве основного логико-познавательного метода принцип историзма. Это динамические категориальные модели, строящиеся с применением диалектической логики.
Диалектическая логика оперирует не числами и не эмпирическими социальными фактами, а вербальными категориями (Гегель 2006). Изложим исходную позицию.
1. Динамическая теория цивилизаций должна опираться на метод исторической ретроспективы, используя при этом не описание, а вербальные категории, обозначающие «кульминационные точки» как исторические стадии (формы) расцвета соответствующей цивилизации. Этого «минимума», согласно теории распознавания образов (Дертоузос 1967), достаточно для того, чтобы, опираясь на законы логики, построить теорию. Для примера изобразим схему некоторой модели, состоящей минимум из шести точек (см. рис. 1). Если эти точки соединить прямыми линиями, поддающимися математическому анализу как система линейных уравнений, то «проявится» достоверно распознаваемая модель рыбы (см. рис. 2). При меньшем числе точек распознаваемость объекта усложнится или окажется вообще невозможной.
Рис. 1 «Кульминационные точки» объекта анализа
Рис. 2 Образ объекта анализа
Категориальные модели цивилизации включают пять таких «точек», выраженных вербальными категориями, сообразно числу цивилизаций исторического развития. Пять исторических форм цивилизации - это не субъективный выбор и не просто выделенные К. Марксом общественно-экономические формации, а обусловленные природой естественные состояния развития человеческой общности в качестве пяти рас[1]. При моделировании истории Гегель склонялся к триаде категорий, обозначая доэллинскую историю одной категорией - варварство и далее - эллинская и постэллинская цивилизации (ср.: Тойнби 2003). Триада легко объясняется одним из трех законов диалектики - отрицания отрицания. Маркс писал о пяти общественно-экономических формациях истории, которые, по нашему мнению, правомерно принять за формы цивилизации. Гегель рассматривал эволюцию духа исходя из того, что до феодализма в качестве социального субъекта доминировал индивид,а духовно полноценная личность еще не сформировалась. Личность как массовое историческое явление сформировалась окончательно тогда, когда при достижении самосознанием своей завершенности произошло отчуждение индивида от природы и персонификация последней, что привело к паритетным «отношениям» личности и природы в форме религии. Маркс рассматривал социально-экономическое развитие общества, и для теоретической социологии этот подход более приемлем. Как показал Ф. Тэкеи (Tцkei 1977), закон диалектики полноценно действует и при пяти «кульминационных» точках истории: первобытная община (племя) как единичное отрицается семьей (семейной общиной) как особенным, которая, в свою очередь, отрицается кастовой (феодальной) формацией как всеобщим. В предыдущей триаде феодальная община - замыкающая, и она же есть единичное для последующей триады: феодализм отрицается капиталистической формацией как особенным, отрицание же последней осуществляется коммунистической[2] общественно-экономической формацией как всеобщей, включающей в себя в «снятом» виде все предыдущие формации.
2. В основе категориальных моделей социологии лежат социальные институты. Их столько, сколько имеется автономных механизмов для реализации распределительных отношений. Они важны для индивида с позиции собственного биологического воспроизводства, а для общества - с позиции социализации индивида или же достижения обществом своей максимальной духовности[3]. Социальные институты по содержательной функции (социальному предназначению) едины для всей истории цивилизации, но проявляются в различных формах на стадии расцвета общественно-экономических формаций, переходя друг в друга на основании законов диалектики (как последовательность: младенец, ребенок, мальчик, юноша, мужчина).
3. Категориальные модели отображают динамику истории, синтезируя различные формы цивилизации в единый процесс социального прогресса, а каждая отдельная категория может рассматриваться в статике как понятие, поддающееся операционализации на основании формальной логики вплоть до социальных фактов, т. е. эмпирических индикаторов жизнедеятельности отдельных этносов, государств, социальных институтов, групп, предприятий и т. д. - как современных, так и прошлых. Так происходит переход от теории цивилизаций к социологической теории среднего уровня и от нее к прикладной социологии (эмпирическим исследованиям).
1. Социология права социология модель диалектический логика
Прикладной уровень любой науки развивается с опорой на ее внешние, квантифицируемые формы. В этом случае применимы различные методы математических моделей. Теоретический уровень науки, особенно социальной, предполагает моделирование сущности явлений, что не всегда возможно при использовании формальной логики.
Теория социальных наук основана на диалектической логике, оперирующей категориями. Это, как правило, аналоговые модели, критерием истинности которых выступает социальная история. Последнее обстоятельство предопределяет еще одну особенность построения социологической теории - ее ретроспективный характер.
Что касается теории, то ее построение затруднено отсутствием универсальной концепции, способной лечь в основу динамической модели социологии права, для которой статическая модель является лишь частным случаем, ограниченным исторически небольшим временным лагом. Большинство ученых по сложившейся традиции от Платона и Аристотеля истоки права связывают с государством, а иные, следуя воззрениям Т. Гоббса, О. Конта, - с семьей как первичным социальным институтом. Реже встречается стремление следовать концепции естественного права, в которой основной субъект - личность (концепции Дж. Локка, Ж. Ж. Руссо). В качестве исходной модели для построения социологии права нам представляется наиболее перспективной концепция Гегеля, рассматривающего истоки права вне социального субъекта, как гносеологическую категорию, соединяя ее с субъектом лишь при поиске форм права.
Рассуждая о праве в сочетании с субъектом, по сути, говорят лишь об одной из форм проявления права, а посему - об интеракционистской или аксиологической характеристике субъекта, но не права. Из этого следует, что в отличие от статического состояния, предопределенного эмпирическими индикаторами, анализ динамики права, его онтогенеза, в гносеологическом плане возможен только как анализ семантической категории, в ее отвлеченности от субъекта. Это противоречит принципам познания, основанным на формальной логике, но соответствует принципам диалектической логики.
Элементарный пример: яйцо - не цыпленок, цыпленок - не курица, курица - не яйцо. Анализируя изолированно каждый из этих объектов, мы никогда не сможем дать ответ на вопрос о порождающих их источниках. Только все вместе они составляют целое, замкнутый цикл воспроизводства. С позиции логики познания никого не смутит тот факт, что понятие «яйцо» никак не вписывается в понятие «курица». Это разные качества в статике, однако в динамике они переходят друг в друга.
По аналогии с приведенными примерами теоретический анализ права как социального института включает категории, на первый взгляд не имеющие к нему отношения. Однако с позиции гносеологии кажущиеся несовместимыми понятия взаимосвязаны как разные стадии развития одного и того же социального института. При этом следует учесть, что семантические категории, означающие начальную и конечную стадии развития социального института, отражая не форму, а сущность, не имеют эмпирического аналога, но это не нарушает истинности построенных с их использованием категориальных моделей.
Через подобную ступень становления проходили и естественные науки, используя вначале для отображения количественных отношений реальные вещи, в последующем перейдя к «пустым» понятиям в виде числительных. И сегодня при написании соотношения 1 + 1 = 2 никто не спросит, что это за вещь - один и как ее себе представить. Все понимают, что один - это абсолютная форма без содержания («ничто») и одновременно по законам диалектики - абсолютное содержание, вмещающее все формы.
Согласно концепции Гегеля, право как философская категория есть насущное бытие, которое одновременно является и обязанностью. Будучи двумя сторонами целого, право и обязанность образуют противоположности. Нарушение их баланса ведет к противоречию, составляющему источник развития права (обязанности). Развитие всегда предполагает взаимодействие обоих составляющих: право не существует без обязанности, а обязанность - без права. Их равновесие есть результат завершенной системы права, воспринимаемой субъектом соответствующего исторического периода как социально справедливая, - это мера права. Опираясь на концепцию стадий развития цивилизации (Гегель) и общественно-экономических формаций (Маркс), можно выделить пять форм завершенных для конкретного исторического общества (цивилизации) моделей права, в процессе истории в онтогенезе переходящих друг в друга:
1. Право членов племени на расширенное воспроизводство рода: на обмен веществ (биологическое воспроизводство индивида в результате потребления) и продолжение рода (генетическое воспроизводство продолжателя рода).
2. Право на выполнение социальной роли в архаичном государстве, основанном на экономическом союзе семейных общин.
3. Право на кастовый статус в феодальном государстве.
4. Право на частную собственность (на вещную идентификацию).
5. Право на выбор жизненной траектории (свобода от принуждения со стороны социальных институтов).
Рассмотрим онтогенез перечисленных исторических моделей права.
Бытие как сущность имеет форму - субъект права. Исходный субъект права - индивид, а право - критерий взаимоотношения индивида и общества (в социологической интерпретации - взаимодействия индивидуального и социального, свободы и принуждения). Этот вывод близок теории естественного права, однако он как бы противоречит логике социологии, предметом которой является социум как продукт общественных отношений и структурный элемент социального института. это действительно так с позиции предмета социологии как формы, но не с позиции гносеологии как чистой логики. В рамках последней индивид представлен как «социальный институт» - первая ступень в категориальной модели права.
В архаичном обществе (племени) основу права составляют принципы биологического бытия. Последнее здесь носит форму естественной целесообразности, выраженной в продолжении рода. Это биологическая целесообразность, и право в этих обществах является правомсилы. При этом сила - не вульгарное насилие, а поведение, соответствующее естественному требованию (одновременно обязательству) продолжить род; это не просто физическая сила, а внутренняя, онтогенетическая сила природы, диктуемая ею целесообразность. Если в сохранении и продолжении рода ключевую роль играет женщина, то уклад племени - матриархат. Это не исключает того, что при этом в вещном потреблении и владении женщиной приоритетное право сохраняется за физической силой мужчины, что соответствует принципу естественного отбора и воспроизводства рода.
Право архаичного, не оформленного в государство общества - племени уместно назвать табу, т. е. запретом как принципом подавления индивидуальной свободы. В запретах, выполняющих функцию обеспечения равновесия социальных отношений племени, аккумулируется и овеществляется природная целесообразность.
С углублением общественного разделения и роста производительности труда формируется групповая собственность, в архаичных государствах трансформирующаяся в семейную собственность[4]. В социальных отношениях доминирующим становится обоснование права на коллективную (семейную) собственность, соотнесенную с социальной ролью семьи в межсемейном экономическом взаимодействии. Межличностные отношения внутри семьи проецируются на экономические взаимоотношения между семьями как автономными экономическими субъектами и становятся структурообразующими элементами архаичного государства. Эти элементы обретают форму псевдоморали, выраженной в символах мифа (мифологемах), их система образует идеологию архаичного государства. Таким образом, в предметной области правовых отношений внутри архаичных государств доминирует не мораль, а этика,соответствующая мифологическому общественному сознанию. Такая модель права характерна для архаичных государств азиатского Востока, а принципы его социального действия аккумулированы в этических учениях Конфуция.