Русская зарубежная пресса представляла всю широту политических взглядов эмигрантов - от крайней непримиримости по отношению к большевикам до готовности примириться с советской властью. Также существовали издания, пытавшиеся оставаться вне политики, которые специализировались на литературе, религии и философии.
1.2 Феномен «Русского Берлина»
Изначально наиболее популярным направлением первой волны русской эмиграции стала Германия. Ещё до Первой мировой войны, согласно подсчётам, русскоязычное население этой страны насчитывало от 18 до 20 тысяч человек. Статистика начала 1920-х годов разнится в зависимости от источников. По одним данным, в Германии в это время присутствовали до 600 тысяч русских беженцев, среди которых не менее 360 тысяч человек, как утверждает международное общество поддержки беженцев в Берлине, проживало в столице страны Харина Н.А. «Русский Берлин» (1921-1923 годы) // Журналистика русского зарубежья XIX -XX веков / Под ред. Г. В. Жиркова. СПб., 2003. С. 191.. Другие источники говорят о том, что численность выходцев из Российской империи в Германии насчитывала примерно один миллион с четвертью, что составляло от 31 до 41 % всех эмигрантов первой волны Азаров Ю. А. Диалог поверх барьеров. Русское литературное зарубежье: центры эмиграции, периодические издания, взаимосвязи (1918-1940). М., 2005. С. 117.. Как бы то ни было, общий итог не меняется: именно в этой стране образовалась крупнейшая русская заграничная колония. Составляли эту колонию и те, кто покинул Россию сознательно из-за неприятия большевизма, и те, кто бежал из страны, потому что не понял ситуацию, растерялся.
Феномен «Русского Берлина» 20-х годов ХХ века не имеет аналогов в истории. Его особенность заключается в том, что именно в этой стране у эмигрантов складываются тесная связь и интенсивный диалог с метрополией. Выбор Германии как пристанища большого числа русских неслучаен, ему способствовал ряд экономических и политических факторов. Дешёвая марка и галопирующая инфляция обуславливали относительно недорогое проживание. К тому же, Германия одна из первых признала легитимность советской власти в России Раев М. Россия за рубежом: История культуры русской эмиграции: 1919-1939/ Пер. с англ. - М., 1994. С. 51.. Дружественные дипломатические отношения двух государств (в 1922 году РСФСР и Германия заключили Раппальский договор, по которому договорились об отказе от взаимных претензий и репараций Германия и Россия между двумя войнами [Электронный ресурс] // Исторический сайт + исторический форум: [сайт]. Режим доступа: http://www.historichka.ru/works/USSR-Germani_18-42/ (дата обращения: 29.11.2016) ), а также ожидание немцами скорого краха большевистской власти (или, по крайней мере, эволюции большевиков в условиях НЭПа) обеспечили комфортные условия проживания русских эмигрантов. В начале 1920-х годов, когда ещё была надежда на возвращение беженцев на Родину, их рассматривали как «потенциальный источник достоверной информации о стране» Харина Н.А. «Русский Берлин» (1921-1923 годы) // Журналистика русского зарубежья XIX -XX веков / Под ред. Г. В. Жиркова. СПб., 2003. С. 190.. Немецкие власти приглашали на работу русских эмигрантов в качестве экспертов.
Немецкое правительство оказывало содействие тем эмигрантским группам, которые могли занять высокое положение в постбольшевистской России. По его инициативе в поддержку русских учёных в 1923 был образован Российский научный институт (РНИ). Его открытие было во многом вызвано таким явлением как «философский пароход» 1922 года, когда из России было выслано именно в Германию более 195 представителей интеллигенции, включая профессоров, философов, политических деятелей Философский пароход в цифрах [Электронный ресурс] // Arzamas: [сайт]. Режим доступа: http://arzamas.academy/materials/309 (дата обращения: 05.12.2016) . При РНИ проходили лекции и семинары, часть расходов по функционированию университета взяла на себя Лига Наций.
Аудитория русской эмиграции в Германии включала в себя по большей части представителей прежней «верхушки» российского общества, интеллигенции; существовал значительный перевес в сторону образованных и имущих классов. Эту аудиторию отличала высокая экономическая активность, политизированность и предприимчивость. Бывшие граждане Российской империи в чужом государстве создавали объединения по признаку профессий и сословий: появились союзы врачей, адвокатов, русских студентов, инженеров; союзы бывших офицеров, увечных воинов и др. Эмигранты были представителями различных партий и политических течений небольшевистской России.
Русская аудитория довольно прочно осела в Берлине. Он, как и Париж, получил неофициальное звание «столицы русской эмиграции» Азаров Ю. А. Диалог поверх барьеров. Русское литературное зарубежье: центры эмиграции, периодические издания, взаимосвязи (1918-1940). М., 2005. С. 117.. Русские жители на свой манер называли город Берлиноградом Харина Н.А. «Русский Берлин» (1921-1923 годы) // Журналистика русского зарубежья XIX -XX веков / Под ред. Г. В. Жиркова. СПб., 2003. С. 187.. Они селились в определённых районах и хорошо их осваивали: повсюду можно было встретить русские вывески, витрины, плакаты, русскоязычную прессу. При этом большинство русских эмигрантов не знали немецкого языка и не стремились к его изучению. В. В. Набоков, проживший в Берлине 15 лет, так и не полюбил немцев, не принял их устоев и отвергал местные порядки. В своих произведениях (романы «Король, дама, валет» (1928), «Защита Лужина» (1930)) он детально описал быт русской диаспоры за рубежом, сохранил его для нас в ярком изображении. В романе «Машенька» (1926), который принёс писателю первый успех, отражены впечатления Набокова от жизни в дешёвых берлинских пансионах - например, в снискавшем популярность у эмигрантов «Траутенау-хаус», где были сделаны первые наброски этого произведения Азаров Ю. А. Диалог поверх барьеров. Русское литературное зарубежье: центры эмиграции, периодические издания, взаимосвязи (1918-1940). М., 2005. С. 141-142..
В то же время русская эмиграция оказала большое влияние на культурную жизнь Германии. Здесь проводились выставки русских художников, организовывались выступления русских писателей и поэтов, показывали русские фильмы. На гастроли в Берлин постоянно приезжали русские театры Там же. С. 118, 125..
Именно здесь в начале 1920-х годов наиболее активно развивалось издательское дело. Исследователи выделяют ряд факторов, которые способствовали этому процессуАнтоненко Н. В. Печатное слово российской эмиграции в 1920-е годы // Известия высших учебных заведений. 2007. № 1. С. 152.:
развал печатного дела в Советской России;
появление запроса на русскую печатную продукцию от аудитории русской эмиграции и жителей Советской России;
тесные дипломатические отношения с Россией;
хорошая техническая оснащенность печатного дела;
невысокая стоимость типографского производства и рабочей силы в связи с дешевой маркой и галопирующей инфляцией;
предприимчивость немецкого делового мира.
В итоге с 1918 по 1928 год в Берлине насчитывалось 188 русских издательств Азаров Ю. А. Диалог поверх барьеров. Русское литературное зарубежье: центры эмиграции, периодические издания, взаимосвязи (1918-1940). М., 2005. С. 121., но, конечно, не все из них были долговечны. Самыми крупными считались «Мысль», «Икар», «Грани», «Орион» Там же. С. 126.. В основном они предлагали художественную продукцию для русского читателя, но выпускали также и учебные пособия, материалы научной тематики.
К одному из крупнейших книжных предприятий всего зарубежья того времени причисляли «Издательство З. И. Гржебин». Инициатор его создания и владелец - Зиновий Исаевич Гржебин - уже выпускал в Петербурге сатирический журнал «Жупел», а после его запрещения - журнал «Адская почта» и литературно-художественный альманах «Шиповник». Весной 1919 года он организовал собственное издательство в России, которое продолжило свою деятельность уже в Германии. Еще одним крупным русским издательством в Берлине было «Слово» И. В. Гессена, которое сотрудничало с немецкой фирмой «Улльштайн». Помимо художественной, Гессен выпускал специальную литературу, направленную на адаптацию эмигрантов в западном мире.
Русские зарубежные книжные предприятия получали многочисленные заказы со стороны советских издательств: ещё не окрепшая большевистская власть надеялась таким образом «задобрить творческую интеллигенцию» Кодзис Б. Литературные центры Русского зарубежья. 1918-1939. Мюнхен, 2002. С. 90.. Это стало большим «подарком» для немецких предпринимателей, желавших выбраться из глубокого кризиса после Первой мировой войны. Гржебину, например, удалось благодаря помощи А. М. Горького получить финансирование со стороны советского правительства и наладить поставку книг в Россию. Он издавал художественную литературу - сочинения классиков (Л. Толстого, И. Тургенева) и современных авторов (Е. Замятина, В. Ходасевича, А. Ремизова); также воспоминания о Леониде Андрееве, книги по искусству (С. Маковского, П. Муратова), научные труды, серию «Биографии замечательных людей», мемуары политических деятелей (Ю. Мартова, В. Чернова, Н. Суханова) Кодзис Б. Литературные центры Русского зарубежья. 1918-1939. Мюнхен, 2002. С. 78.. Печаталась продукция в Берлине, а продавалась в российских книжных магазинах.
Однако политика советской власти по отношению к немецкой диаспоре, да и эмиграции в целом, кардинально изменилась к 1921 году, после введения новой экономической политики. Уже подготавливая октябрьский переворот, большевики надеялись на революцию в Германии. В тесном сотрудничестве с Веймарской республикой они видели возможность дальнейшей советизации этой страны. Существование многочисленной русской диаспоры, которая, как минимум, не признавала советскую власть, а чаще оказывалась настроенной к ней враждебно, было для большевиков крайне невыгодно. Там же. С. 90-92. Поэтому уже в марте 1921 года Госиздат отказался от заказанных в Германии книг, а в 1923 году Главлит запретил ввоз литературы и периодики, которые были изданы за границей. Критик В. Ф. Ходасевич писал: «…тут действовала чистейшая провокация: в Москве хотели заставить зарубежных издателей произвести крупные затраты в расчете на огромный внутрироссийский рынок, а затем границу закрыть и тем самым издателей разорить» Цфасман А. Б. «Русский Берлин» начала 1920-х годов: издательский бум // Вестник Челябинского государственного университета. 2008. № 34. С. 106.. К тому же, к концу 1923 года в Германии были предприняты усилия по введению твердой валюты, что сделало дороже издательский процесс. Эти факторы привели к закату издательской деятельности русской эмиграции.
Владельцы многочисленных книжных предприятий в Берлине осознавали необходимость координировать свою деятельность, поэтому в 1922 году 25 издательских домов учредили Союз книгоиздателей. Их книгопечатная деятельность сочеталась с работой магазинов и книготорговых фирм. Центром распространения русской литературы по всему зарубежью стала фирма-магазин «Москва», также издания продавали в «Книжном Салоне» и магазине «Россика». Владелец последнего, Ю. С. Вейцман, занимался сбором русских раритетов и изданием книжных каталогов.
Необходимость объединиться осознавали не только издатели, но и сами работники пера - журналисты, публицисты, писатели. В 1920 году они создали Союз журналистов и литераторов Германии. Объединение возглавлял главный редактор газеты «Руль» и владелец издательства «Слово» И. В. Гессен. Его активная деятельность началась с вечера памяти Л. Н. Толстого по случаю десятилетия со дня его кончины. Встреча заинтересовала в том числе представителей германской стороны. Было подчеркнуто, что впервые после Первой мировой войны «и русские, и немцы собрались вместе» Харина Н.А. «Русский Берлин» (1921-1923 годы) // Журналистика русского зарубежья XIX -XX веков / Под ред. Г. В. Жиркова. СПб., 2003. С. 195.. Позже были проведены вечера памяти А. А. Блока, Ф. М. Достоевского.
Целью основанного союза, которая была закреплена в Уставе объединения, стала защита профессиональных и материальных интересов его участников. Члены организации проводили работу по трём направлениям. Их задачами стало 1) сблизить «членов Союза в семейной обстановке» 2) сблизить «членов Союза с представителями берлинской русской колонии» 3) сблизить представителей русской журналистики с иностранными коллегами Там же. С. 198..
Финансовый капитал объединения складывался из членских взносов, а также доходов от различных мероприятий союза - билеты на них были достаточно дорогие. В качестве дополнительного источника заработка был организован Бал русской прессы. Впервые его провели в 1922 году по аналогии с балами берлинской прессы, ставшими итогом бурного количественного роста немецкой периодики после Первой мировой войны. На русском балу декламировали стихи, танцевали, устраивали выставки русских художников. Также проводилась беспроигрышная лотерея, где призами стали произведения русских и иностранных писателей и художников с их собственными автографами Харина Н.А. «Русский Берлин» (1921-1923 годы) // Журналистика русского зарубежья XIX -XX веков / Под ред. Г. В. Жиркова. СПб., 2003. С.203-206..
Помимо объединения журналистов были и другие союзы: Дом искусств (с 1921 года), Клуб писателей (с 1922 года). Все они были нацелены на материальную и профессиональную поддержку его участников, которые стремились сохранить русскую культуру за рубежом.
Русская периодика в Германии представляла все политические течения небольшевистской России. Кадеты выпускали ежедневную газету «Руль», А. Ф. Керенский - республиканско-демократическую газету «Дни», где одним из авторов выступала «бабушка русской революции» Е. К. Брешко-Брешковская. Органом эсеров стала газета «Голос России», меньшевики отражали свои взгляды в журнале «Социалистический вестник». Готовые на примирение с большевиками сменовеховцы издавали газету «Накануне». Евразийцы пытались найти особый путь России на страницах журнала «Скифы». Идеи большевиков пропагандировала газета «Новый мир», которая издавалась советским полпредством. Среди литературных журналов и изданий об искусстве выпускались «Сполохи» Е. А. Гутнова, «Эпопея» под редакцией А. Белого, «Беседа» М. Горького, «Вещь» И. Г. Эренбурга и Э. Лисицкого.
Неоднородность русской эмиграции проявилась особенно остро в годы активного проведения в жизнь новой экономической политики (1921-1924) в Советской России Новая экономическая политика (НЭП) в России в 1921-1924 гг. Справка [Электронный ресурс] // «РИА Новости»: [сайт]. Режим доступа: https://ria.ru/spravka/20110308/342203433.html (дата обращения: 8.12.2016). По словам В. Костикова, русская диаспора увидела в НЭПе «начало тех не построенных ещё мостов, по которым надеялась вернуться на родину» Костиков В. Не будем проклинать изгнанье... (Пути и судьбы русской эмиграции) [Электронный ресурс] // Онлайн библиотека e-Reading: [сайт]. Режим доступа: https://www.e-reading.club/bookreader.php/29782/Kostikov_-_Ne_budem_proklinat%27_izgnan%27e_%28Puti_i_sud%27by_russkoii_emigracii%29.html (дата обращения: 04.05.2018). Представители правых политических сил, а также бульшая часть военной эмиграции придерживались прежних планов на вооружённое свержение большевизма. Другая часть русского зарубежья - прежде всего умеренные либералы - увидела в этом шаге советского правительства признаки преодоления большевизма, перехода к капиталистическому строю и либерализации, что привело к возникновению «примиренческих» настроений, в крайней, наиболее радикальной их форме воплотившихся в идеях сменовеховства.