Значительно чаще гражданские правоотношения сопровождаются виной в форме неосторожности. В этих случаях в поведении человека отсутствуют элементы намеренности. Оно не направлено сознательно на правонарушение, но в то же время в поведении человека отсутствуют должная внимательность и осмотрительность. Отсутствие должной внимательности и осмотрительности характерно как для грубой, так и для простой неосторожности. Вместе с тем между двумя этими формами вины существуют и определенные различия. Эти различия не нашли отражения ни в законодательстве, ни в руководящих разъяснениях высших судебных органов.
Так, в п.23 постановления Пленума ВС РФ от 28 апреля 1994г. "О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья", отмечается, что вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосторожностью, должен быть разрешен в каждом конкретном случае с учетом конкретных обстоятельств.
В гражданском же праве этот вопрос разрешается исходя из возможности осознания вредных последствий: грубой неосторожностью нарушаются элементарные правила, соблюдение которых необходимо для недопущения причинения вреда, а простая неосторожность будет следствием определенных упущений, неточностей и т.п.
Однако следует помнить, что в гражданском праве, в отличие от уголовного, действует презумпция виновности правонарушителя: последний считается виновным до тех пор, пока не докажет свою невиновность.
Типичными для нашего времени стали заявления о возмещении морального вреда в связи с крахом многочисленных банков и иных финансовых структур. Но в данном случае вкладчикам причинен материальный ущерб, и моральный вред вытекает из имущественных отношений.
Следовательно, он не должен возмещаться. Правда, в статье 13 Закона РФ "О защите прав потребителей" предусматривается возможность возмещения морального вреда. Да, но при виновных действиях причинителя.
Однако, доказательства того, что должником в подобной ситуации совершены виновные действия, направленные на причинение кредитору морального вреда, практически невозможно добыть. Более того, каждый из вкладчиков отчуждал денежные средства самостоятельно, рассчитывая получить определенную прибыль, действуя при этом в пределах норм коммерческого риска. При таких обстоятельствах он и испытывает неблагоприятные последствия финансовых неудач. В данной ситуации вопрос о возмещении морального вреда решается отрицательно.
Как исключение из вышесказанного, законом может быть возложена обязанность возмещения морального вреда и при отсутствии вины. Согласно ст. 1100 ГК, компенсация морального вреда независимо от вины причинителя вреда осуществляется, в частности, в случаях (перечень в статье не закрытый, так как в конце статьи есть сноска и в иных случаях, предусмотренных законом):
вред причинен жизни или здоровью человека источником повышенной опасности;
вред, причиненный гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписке о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.
Таким образом, подводя черту под условиями компенсации морального вреда, хотелось бы отметить ряд следующих положений. Хотя по общим правилам обязанность возмещения вреда наступает при одновременном существовании четырех условий, применительно к компенсации морального вреда, есть свои особенности. При установлении факта наличия морального вреда необходимо определить истинный характер взаимоотношений, допускает ли закон, и какой именно, его компенсацию, а так же исследовать доказательственную базу.
Противоправность заключается в нарушении норм, проявляясь в нарушении нематериальных прав и благ. Противоправность может выражаться как форме активных действий, так и бездействия. Причинно-следственна связь, должна быть непосредственной и прямой. Вина имеет две формы: умысел и неосторожность, которая делиться на грубую и простую. Наличие вины не является необходимым условием компенсации морального вреда.
.3 Особые случаи ответственности за моральный вред
Из положений ст. 151, п. 2 ст. 1099 ГК РФ следует, что особым случаем ответственности за причиненный моральный вред является допустимость компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав личности, поскольку такая компенсация возможна только в случаях, прямо предусмотренных законом. Выше уже говорилось о том, что наглядными примерами таких законов являются Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей" (ст. 15), Закон Российской Федерации "О статусе военнослужащих" от 22 января 1993 г. (ч. 5 ст. 18).
Действующее гражданское законодательство, кроме того, позволяет выделить еще два особых случая денежной компенсации за причиненный моральный вред:
Взыскание компенсации за моральный вред независимо от вины причинителя вреда.
Взыскание компенсации за моральный вред не с причинителя вреда, а с лиц, несущих по закону материальную ответственность за его действия.
Рассмотрим оба случая более подробно.
В отступление от общего правила, в соответствии с положениями ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда может иметь место и независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:
вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;
вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;
в иных случаях, предусмотренных законом.
Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т. п.) третьим лицам. Вред же, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (п. 3 ст. 1079 ГК РФ). личность моральный судопроизводство компенсация
Интерес представляет второй случай, когда компенсации независимо от вины причинителя подлежит моральный вред, связанный с незаконной деятельностью правоохранительных органов и причиненный незаконным осуждением, незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконным наложением административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Причинение гражданину моральных страданий в вышеуказанных случаях связано с нарушением, прежде всего, таких основополагающих прав личности, как свобода и личная неприкосновенность.
Думается, что данный вред может быть компенсирован не только путем подачи иска в гражданском процессуальном порядке. В данном случае, если руководствоваться, прежде всего, интересами реабилитированных лиц и применять аналогию с процедурой возмещения материального ущерба, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, такой моральный вред целесообразнее компенсировать в стадии исполнения приговора по уголовному делу, в порядке, предусмотренном ст. 399 УПК РФ.
Именно на этот порядок при возмещении материального вреда ориентирует и ныне действующее Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 15 от 23 декабря 1988 г. "О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей".
Защите чести, достоинства и деловой репутации посвящена отдельная статья Гражданского кодекса РФ (ст. 152). Особо следует отметить важное процессуальное значение п. 1 ст. 152 ГК РФ, возлагающего обязанность доказательства истинности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию граждан на сторону, их распространившую. Тем самым фактически утверждается презумпция добросовестности юридического и физического лица в глазах общества и закона и предусматривается процедура защиты их прав.
Если действия лица, распространившего порочащие сведения, содержат признаки преступления, предусмотренного ст. 129 или 130 УК РФ, пострадавшая сторона, кроме предъявления иска о защите чести, достоинства в порядке гражданского судопроизводства, вправе обратиться в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности.
Необходимо иметь в виду, что приведенный в ст. 1100 ГК РФ перечень случаев компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда не является исчерпывающим, поскольку в самой статье имеется оговорка о том, что такая компенсация возможна и в иных случаях, предусмотренных законом.
В соответствии с общими положениями о возмещении вреда, которые распространяются и на правила компенсации морального вреда (п. 1 ст. 1099 ГК РФ), в целом ряде случаев денежная компенсация за причиненный моральный вред подлежит взысканию не с самого причинителя вреда, а с других лиц. которые в силу закона несут материальную ответственность за ущерб, нанесенный причинителем вреда. Если обратиться к статьям, регламентирующим общие положения о возмещении вреда (1068-1079 ГК РФ), а также к некоторым другим нормативным актам, можно выделить следующих субъектов, которые могут нести гражданско-правовую ответственность по гражданским искам о компенсации морального вреда:
родители (усыновители) или опекуны малолетних - несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет (п. 1 ст. 1073 ГК РФ);
образовательное, воспитательное, лечебное или иное учреждение, обязанное осуществлять надзор за малолетним, либо лица, осуществляющие такой надзор на основании договора, если малолетний причинил вред в то время, когда находился под вышеуказанным надзором (п. 3 ст. 1073 ГК РФ);
родители или попечители несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, когда у последних нет доходов или иного имущества, достаточного для возмещения вреда (ст. 1074 ГК РФ);
воспитательное, учреждение социальной защиты населения или другое учреждение, в котором находился несовершеннолетний в возрасте до восемнадцати лет, нуждающийся в опеке или попечении, и которое в силу закона является опекуном или попечителем такого несовершеннолетнего, причинившего моральный вред (п. 2 ст. 1073, п. 2 ст. 1074 ГК РФ);
опекун или организация, обязанная осуществлять надзор за гражданином, признанным недееспособным, если вред причинен последним;
юридическое лицо или гражданин - в случае причинения морального вреда его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст. 1068 ГК РФ);
государство (соответствующие финансовые органы, которые могут выступать от имени казны РФ, казны субъекта РФ) - в случае причинения морального вреда гражданину в результате незаконных действий должностных лиц государственных органов (ст. 53 Конституции РФ, ст. 1069-1071 ГК РФ);
средства массовой информации - в случае распространения ими не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших потерпевшему иной неимущественный вред (ст. 62 Закона РФ "О средствах массовой информации");
владелец источника повышенной опасности - в некоторых случаях причинения вреда источником повышенной опасности, который эксплуатировался другим лицом по воле его владельца (ст. 1079 ГК РФ).
Нетрудно заметить, что на последние два случая, а также на случай ответственности государственной казны за вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (частный случай- п. "ж", предусмотренный п. 1 ст. 1070 ГК РФ), распространяются оба особых условия гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда: денежная компенсация взыскивается независимо от вины причинителя вреда и с лиц, несущих гражданско-правовую ответственность за действия последнего.
3. Перспективы развития института компенсации морального вреда в российском гражданском праве
.1 Проблемы института компенсации морального вреда в гражданском праве
Исполнимость решения суда о взыскании денежной компенсации за причиненный моральный вред во многом зависит от мер, принятых судом по обеспечению ранее предъявленного соответствующего гражданского иска. Общеизвестны крайне низкие показатели реального исполнения решений судов о возмещении ущерба. В этих условиях повышение значения своевременности наложения ареста на имущество должников, безусловно, является важным средством нормализации положения в этом вопросе.
Вместе с тем необходимо учитывать, что такая эффективная мера по обеспечению предъявленного иска, как наложение ареста на имущество или денежные суммы, принадлежащие ответчику или находящиеся у него или у других лиц (п. 1 ст. 140 ГПК РФ), была рассчитана в первую очередь на обеспечение исков о возмещении имущественного ущерба. Однако в случае применения такой меры по обеспечению гражданского иска о компенсации морального вреда нельзя оставлять без внимания, как явную специфичность такого вреда, так и условия, сопровождающие его компенсацию.
Во-первых, в определении размера денежной суммы, которую истец просит взыскать с ответчика, он ничем не ограничен, поскольку в гражданском процессе размер государственной пошлины по делам о компенсации морального вреда крайне незначителен (приравнивается к оплате исковых заявлений неимущественного характера - 10 % от минимального размера оплаты труда) и не зависит от размера иска.
Во-вторых, согласно ст. 151. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом, т. е. законодатель фактически отказался от прямого регулирования его конкретного размера, оставив решение вопроса на усмотрение суда. Это представляется достаточно очевидным, поскольку какой-либо базовый или ориентировочный размер компенсации законом не установлен, как не существует и общей единицы измерения или эквивалента между перенесенными страданиями и денежной единицей.
Таким образом, до вынесения судебного решения окончательного размера компенсации морального вреда не существует. Следовательно, мнение истца о размере компенсации, выраженное им в исковом заявлении, не может считаться ценой иска, на которую, в целях обеспечения последнего, необходимо ориентироваться при определении количества имущества, подлежащего аресту.
В этой связи среди юристов даже возникла достаточно острая дискуссия о допустимости вообще наложения ареста на имущество для обеспечения исков о компенсации морального вреда.
Закон не устанавливает применение мер по обеспечению гражданского иска только при наличии определенных требований, например имущественных: о характере требований закон вообще не упоминает и с ним не связывает возможность или невозможность применения мер по обеспечению иска.
Статья 139 ГПК РФ устанавливает только условия, при которых обеспечение иска допускается: если непринятие мер может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда. Отсюда был сделан вывод: "...Обеспечение иска о возмещении морального вреда, хотя этот вред действительно является неимущественным, возможно, поскольку в случае его удовлетворения исполнение решения состоит во взыскании денежных сумм, которое может быть, при определенных обстоятельствах, обращено и на имущество должника".
Такую точку зрения по данному вопросу, с аналогичной в целом аргументацией, разделяют целый ряд научных и практических работников, специализирующихся в сфере права.
Однако, наверное, нельзя не прислушаться и к доводам придерживающегося прямо противоположных взглядов Г.М. Резника. Им, в частности, отмечается: "При отсутствии цены иска (о чем в моей работе говорилось чуть выше) и символической госпошлине заявление произвольных, гигантских, буквально с потолка взятых сумм компенсации морального вреда - закономерность. Считать возможным обеспечение подобных исков имущественным арестом - значит толкать к произволу".
Компенсация морального вреда - сравнительно новая форма гражданско-правовой ответственности. После долгих десятилетий забвения в период социализма она возрождена в современном гражданском законодательстве.
Статья 151 ГК РФ устанавливает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В связи с тем, что ГК РФ определяет понятие морального вреда достаточно абстрактно, через физические или нравственные страдания, его толкование дается в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
В соответствии с п. 2 данного постановления "моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.".
Из приведенного текста видно, что Постановление Пленума не содержит исчерпывающего перечня переживаний, которые могут быть расценены как моральный вред, и фактически ориентирует на придание значения морального вреда любым отрицательным переживаниям нравственного или физического характера.
В этом же пункте Постановления Пленума разъясняется, что под моральным вредом следует понимать такие нравственные или физические страдания, которые причинены действиями (бездействием):
посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.);
нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и др.);
нарушающими имущественные права гражданина.
Следует особо подчеркнуть, что в соответствии со ст. 151 и п. 2 ст. 1099 ГК РФ нарушение имущественных прав может влечь компенсацию морального вреда только в случаях, прямо предусмотренных законом. В частности, это случаи нарушения прав потребителей (ст. 15 Федерального закона "О защите прав потребителей"), трудовых прав граждан (ст. 237 Трудового кодекса РФ), а также прав, связанных с несением службы (ст. 18 Федерального закона "О статусе военнослужащих"). В иных ситуациях нарушение имущественных прав, причинившее кроме имущественного также и моральный вред, не дает потерпевшему права на его компенсацию. Например, суды отказывают в исках о компенсации морального вреда, возникшего в связи с затоплением только что отремонтированной квартиры, невзирая на доказанность как нравственных переживаний потерпевшего по этому поводу, так и его физических страданий.
Представляется, что позиция законодателя в данном случае не отвечает соображениям справедливости и поэтому нуждается в корректировке. Сделать это можно путем установления в ГК РФ правила о возможности компенсации морального вреда во всех случаях, когда он причинен (как это следовало из ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик).
Однако в целях предотвращения предъявления необоснованных требований о компенсации морального вреда в случаях нарушения имущественных прав, равно как и необоснованного отказа в компенсации морального вреда в случае нарушения нематериальных благ или личных неимущественных прав, целесообразно было бы особым образом распределить бремя доказывания.
В его основу следует положить идею, которая представляется бесспорной: "факты вероятные презюмируются, а невероятные должны быть доказываемы".
Исходя из этого, в случаях причинения морального вреда нарушением нематериальных благ или личных неимущественных прав необходимо установить презумпцию причинения морального вреда и тем самым освободить истца (потерпевшего) от доказывания данного факта.
В случаях нарушения имущественных прав поступить наоборот: возложить на истца бремя доказывания причинения ему морального вреда, то есть исходить из презумпции его отсутствия.
В юридической литературе высказано мнение, что в случае нарушения имущественных прав компенсация морального вреда должна взыскиваться только в том случае, когда "речь идет не о временных, преходящих огорчениях (на полученном из химчистки костюме осталось пятно, в связи с чем костюм отправили в чистку повторно; сданный в ремонт автомобиль в установленный срок не был готов, и ремонт продлился еще неделю и т.п.), а о невосполнимых имущественных интересах". С этим мнением согласиться нельзя. Исходя из него, компенсация морального вреда была бы возможна только в случае, если кто-либо уничтожил вещь, единственную в своем роде, ибо она "невосполнима", как и интерес, связанный с обладанием ею. Это мнение противоречит законодательству, предусматривающему возможность компенсации морального вреда в случае нарушения имущественных прав, отнюдь не уникальных и "невосполнимых" (права потребителей, трудовые права), а, напротив, массовых.
Проблематичным является вопрос о субъекте, имеющем право на компенсацию морального вреда. Из текста ст. 151 ГК РФ, а также ст. 1099 ГК РФ вытекает, что моральный вред может быть компенсирован только гражданину, что вполне соответствует представлению о сути морального вреда как нравственных и физических страданиях. Ясно, что нравственные страдания может переживать субъект, который имеет психику, душу, а физические страдания - субъект, имеющий тело.
Понятно, что таким субъектом является только человек. Однако п. 7 ст. 152 ГК РФ распространяет способы защиты деловой репутации гражданина, предусмотренные в п. 5 ст. 152 ГК РФ, на защиту деловой репутации юридического лица. Это значит, что юридическое лицо в таких случаях вправе ставить вопрос о компенсации морального вреда. Именно такое разъяснение содержится и в п. 5 упомянутого выше Постановления Пленума Верховного Суда РФ.
Ряд ученых либо не отрицают, либо прямо высказываются в пользу возможности компенсации морального вреда юридическому лицу. Их мнение основано не только на буквальном толковании норм ГК РФ, но также и на том обстоятельстве, что нарушение деловой репутации создает юридическому лицу не только неблагоприятные имущественные последствия, но и неудобства в конкуренции на товарном рынке, трудности со сбытом продукции и т.п.
Однако юридическое лицо, будучи "искусственным" субъектом, законодательной фикцией, не имеет ни души, ни тела, поэтому морального вреда испытывать не может. Какого-либо особенного понятия морального вреда, которое можно было бы применить к юридическим ли -цам, законодатель не дает.
В связи с этим следует поддержать точку зрения о невозможности компенсации морального вреда юридическим лицам, а имеющуюся практику такого рода судов общей юрисдикции рассматривать как "недоразумение, вызванное сугубо формальным применением п. 7 ст. 152 ГК РФ".
Вместе с тем очевидно, что юридическое лицо действительно может испытывать неблагоприятные последствия нематериального характера в связи с нарушением его деловой репутации. Более того, в ряде случаев имущественные последствия нарушения деловой репутации являются недоказуемыми, и правонарушитель не несет никакой ответственности за свои действия. Думается, что это несправедливо.
В научной литературе данный вопрос обсуждается, делаются предложения об установлении мер ответственности за нарушение деловой репутации юридического лица, например, в виде фиксированных штрафов, возлагаемых на нарушителей, которые должны взыскиваться независимо от возмещения причиненного юридическому лицу имущественного вреда. В случае, если подобного рода предложения будут восприняты законодателем, возможно, появится основание говорить о новой форме гражданско-правовой ответственности.
Наиболее дискуссионным является вопрос о размере компенсации морального вреда. Ясно, что моральный вред не может быть подсчитан так же, как вред имущественный, так как физические и нравственные страдания не могут быть оценены в стоимостной форме. К тому же следует учитывать, что законодатель говорит не о возмещении, а о компенсации морального вреда. Это различие терминологии применительно к имущественному и моральному вреду имеет принципиальное значение: возмещение преследует цель полного восстановления нарушенного (поэтому возможно в случае имущественных правонарушений), а моральный вред невозместим. Компенсация же не претендует на полное восстановление, она означает лишь сглаживание страданий, облегчение морально-психологического состояния потерпевшего. Из этого следует, что размер компенсации морального вреда представляет собой величину условную, не являющуюся на самом деле "стоимостью" страданий.
Естественно, что это обстоятельство влечет существенные затруднения в судебной практике при решении вопроса о конкретном размере компенсации. Статьи 151 и 1101 ГК РФ ориентируют суды при определении размера компенсации исходить из следующих критериев:
степени физических или нравственных страданий потерпевшего, исходя из его индивидуальных особенностей;
степени вины причинителя вреда (когда вина вообще является условием возложения ответственности за причинение морального вреда);
иных заслуживающих внимания обстоятельств, к которым судебная практика, например, относит характер и содержание публикации, способ распространения недостоверных сведений (если моральный вред причинен распространением порочащих сведений, не соответствующих действительности), степень вины потерпевшего и др.;
требований разумности и справедливости.
Очевидно, что подлежит учету также размер заявленного искового требования, то есть оценка морального вреда самим потерпевшим. Суды не могут взыскать компенсацию в размере, большем, чем он просит.
В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено также, что не подлежит учету при определении размера компенсации "размер удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований".
В научной литературе отмечается, что, несмотря на данные законодательством и выработанные практикой ориентиры для определения размера компенсации, все равно остаются сложности при разрешении конкретных дел.
В связи с этим А.М. Эрделевский предложил производить расчет компенсации морального вреда в типичных практических ситуациях по разработанным им формулам. При внешней привлекательности данного подхода, который, вероятно, мог бы помочь судам, у него есть один серьезный недостаток. Предлагаемая методика не позволяет учитывать индивидуальные особенности потерпевшего, связанные с его способностью к переживаниям, поэтому ее применение может привести к выхолащиванию сути компенсации морального вреда конкретному лицу. По сути, такая "компенсация" превратится в обыкновенный штраф - наказание для правонарушителя. Вряд ли это соответствует тем целям, которые преследовал законодатель, возрождая нормы о компенсации морального вреда в современном гражданском праве.
Статья 151 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ устанавливают, что это компенсация морального вреда должна осуществляться в денежной форме. Данное положение законодательства справедливо критикуется в научной литературе. Нет никаких оснований ограничивать способы данной компенсации, тем более что и по ранее действовавшему в России законодательству (ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик) этих ограничений не существовало.
3.2 Компенсация морального вреда в судебной практике
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 4 квартал 2013 года (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 4 марта 2014 г.) (извлечение).
Близкие родственники лица, смерть которого наступила в результате преступных действий ответчиков, вправе требовать компенсации морального вреда за причиненные им нравственные страдания.
М. обратилась в суд с иском к К., С. и С. о возмещении материального вреда, компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что по приговору суда ответчики признаны виновными в совершении убийства её дочери. Истица просила суд взыскать с ответчиков сумму причиненного ей материального вреда (расходы, связанные с погребением дочери), а также компенсацию морального вреда.
Решением районного суда заявленные исковые требования удовлетворены. В кассационном порядке дело не рассматривалось.
Президиум областного суда, отменяя решение районного суда в части компенсации истице морального вреда и принимая в этой части новое решение об отказе в иске, указал, что по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего переходят к одному из его близких родственников, который участвует в процессе в защиту интересов всей семьи. По приговору суда в пользу потерпевшего по уголовному делу отца убитой (мужа истицы) с К., С. и С. взыскана денежная компенсация морального вреда. В связи с этим, по мнению президиума областного суда, не имеется оснований для удовлетворения, заявленного в порядке гражданского судопроизводства матерью погибшей требования о компенсации морального вреда. Разрешая спор по существу, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в результате преступления, совершенного ответчиками, истице был причинен как материальный, так и моральный вред, который подлежит возмещению.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из данной правовой нормы следует, что каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.
При рассмотрении дела в порядке надзора президиум областного суда не учел, что в результате преступления, совершенного ответчиками, и смертью несовершеннолетней дочери истицы, ей лично причинены невосполнимые нравственные и физические страдания. То обстоятельство, что в рамках уголовного дела в пользу потерпевшего (отца убитой) была взыскана денежная сумма в счет компенсации морального вреда, само по себе не является основанием для лишения ее права на компенсацию причиненного лично ей морального вреда в связи с утратой ребенка.
Уголовно-процессуальное законодательство к числу близких родственников погибшего в результате преступления относит супруга, супругу, родителей, детей, усыновителей, усыновленных, родных братьев и родных сестер, дедушку, бабушку и внуков (п. 4 ст. 5 УПК РФ). По смыслу закона, каждое из перечисленных лиц в случае причинения ему вреда наступившей в результате преступления смертью близкого родственника имеет право на защиту своих прав и законных интересов в ходе уголовного судопроизводства. Переход прав потерпевшего лишь к одному из его близких родственников сам по себе не может рассматриваться как основание для лишения прав всех иных близких родственников.
Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 2 квартал 2013 г. (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17 сентября 2013 г.).
Иск о компенсации морального вреда, заявленный реабилитированным лицом, подвергшимся незаконному уголовному преследованию, подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства районным судом.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации отменила решение краевого суда, дело направила на новое рассмотрение в тот же суд для решения вопроса о передаче его для рассмотрения по существу в соответствии с правилами о подсудности по следующим основаниям.
На основании ст. 133-136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации (далее УПК РФ) за И. было признано право на реабилитацию, в том числе на возмещение имущественного и морального вреда, связанного с уголовным преследованием.
Исковое заявление И. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным содержанием под стражей, было принято к производству краевого суда, спор рассмотрен по существу, и по делу вынесено решение, которым требования И. частично удовлетворены.
Между тем, принимая данное исковое заявление к своему производству и разрешая спор по существу, краевой суд нарушил установленные правила определения подсудности дел.
В соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.
Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Такой порядок возмещения вреда в отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. 133-139, 397 и 399 УПК РФ).
Частью 2 ст. 136 УПК РФ предусмотрено, что иски реабилитированного о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
В нарушение положений указанной статьи требование заявителя И. о компенсации морального вреда было рассмотрено не в порядке гражданского судопроизводства районным судом, а в порядке уголовного судопроизводства краевым судом, постановившим оправдательный приговор. При этом краевой суд принял по делу решение, в то время как при разрешении вопросов, связанных с реабилитацией в порядке Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, выносится постановление.
Подсудность гражданских дел краевому и другому соответствующему ему суду определена ст. 26 ГПК РФ. Указанной процессуальной нормой дела о компенсации морального вреда, в том числе в связи с незаконным осуждением и незаконным привлечением к уголовной ответственности, не отнесены к подсудности краевого суда. Не содержится такой нормы и в других федеральных законах. Следовательно, при предъявлении реабилитированным лицом иска о компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства дело подлежит рассмотрению в районном суде.
При получении иска И. судье краевого суда следовало, руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ, возвратить исковое заявление и указать, в какой конкретно районный суд необходимо обратиться заинтересованному лицу.
В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (ст. 133-139, 397 и 399).
Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК РФ).
Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.
Вопрос о том, являются ли конкретные обстоятельства, связанные с привлечением лица к уголовной ответственности, основанием для удовлетворения исковых требований о денежной компенсации морального вреда или для отказа в их удовлетворении может быть решен в порядке гражданского судопроизводства в процессе рассмотрения возникшего спора по каждому делу.
Обзор практики рассмотрения судами Российской Федерации дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также неприкосновенности частной жизни публичных лиц в области политики, искусства, спорта (извлечение).
В ряде случаев суды ссылались на Декларацию о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятую 12 февраля 2004 г. на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы, а также на Резолюцию 1165 (1998) Парламентской Ассамблеи Совета Европы о праве на неприкосновенность частной жизни.
Названная Резолюция указывает, что публичными фигурами являются те лица, которые занимают государственную должность и (или) пользуются государственными ресурсами, а также все те, кто играет определенную роль в общественной жизни, будь то в области политики, экономики, искусства, социальной сфере, спорте или в любой иной области.
Материалы проведенного обзора показали, что судами рассматривались дела о защите нематериальных благ, перечисленных в ст. 150 ГК РФ, нарушенных в связи с распространением о гражданине сведений, неприкосновенность которых специально охраняется Конституцией Российской Федерации и законами и распространение которых причинило моральный вред, несмотря на то, что эти сведения соответствовали действительности.
Установив при разрешении таких споров факт распространения соответствующих действительности и не порочащих чести, достоинства, деловой репутации истца сведений о его частной жизни, а также факт отсутствия согласия на распространение этих сведений, суды обоснованно удовлетворяли иски, поскольку неправомерное вторжение средств массовой информации в частную жизнь, в том числе и публичных лиц, является нарушением требований п. 5 ст. 49 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-I "О средствах массовой информации", в силу которых журналисты обязаны получать от граждан согласие (за исключением случаев, когда это необходимо для защиты общественных интересов) на распространение в средстве массовой информации сведений о личной жизни гражданина от самого гражданина или его законных представителей. Кроме того, при осуществлении профессиональной деятельности Закон обязал журналистов уважать права, законные интересы, честь и достоинство гражданина. На ответчика в указанных случаях судом возлагалась обязанность компенсировать моральный вред, причиненный распространением такой информации (ст.ст. 150, 151 ГК РФ).
Так, например, поступил Останкинский районный суд г. Москвы при вынесении 15 ноября 2013 г. решения по иску граждан Ш. и Г. к ЗАО "Проф-Медиа-Пресс" о защите тайны личной жизни, взыскании компенсации морального вреда, причиненного публикацией биографического досье истцов, а также статьей в газете "Экспресс газета". Согласия на публикацию сведений, носящих личный характер, истцы не давали и непосредственно ответчику указанных сведений не сообщали. Кроме того, в заголовке статьи использовано имя одного из истцов не в связи с профессиональной деятельностью. Учитывая это, суд правомерно признал, что данной публикацией нарушено право истца на личное имя. При определении размера компенсации суд учел степень нравственных страданий истцов.
Этим же печатным изданием было допущено неправомерное вторжение в частную жизнь гражданина А. двумя публикациями, в которых без согласия истца распространены сведения о нем, его бывшей жене и других близких знакомых. Останкинским районным судом г. Москвы 17 мая 2013 г. вынесено решение, которым признано, что данными публикациями нарушена тайна личной и семейной жизни истца. С ответчика в пользу истца взыскана компенсации морального вреда.
Останкинским районным судом г. Москвы 11 ноября 2013 г. был также обоснованно удовлетворен иск П. к ЗАО "Проф-Медиа-Пресс". Основанием для обращения в суд явилась публикация в той же газете статьи, сопровожденной фотографическим изображением истца, который был искажен автором статьи. Содержание анонса статьи, фотография, дополненная искусственным внесением пороков кожи, по мнению истца, нарушает его право на тайну личной жизни, а также на личное изображение, поскольку оно не соответствует действительному изображению.
Ответчик, считая свои действия правомерными, пояснил, в частности, что изображение П. представляет собой отредактированную фотографию истца, которая является частью его творческой деятельности. Публикуя информацию об истце, редакция газеты реализовала свое право на информацию, гарантированную п. 3 ст. 17 и п. 4 ст. 29 Конституции Российской Федерации.
Оценив опубликованную ответчиком статью, фотографическое изображение истца, суд признал нарушением нематериальных благ истца публикацию его искаженного фотографического образа, поскольку любое изображение публично известного лица основано на принципе узнаваемости, а такая публикация направлена на подмену сформировавшегося личного образа истца вымышленным образом, сделанным журналистом. Доводы ответчика о творческом подходе к видению проблем не подтвердились в судебном заседании. Под творчеством понимается создание нового произведения, тогда как в рассматриваемом случае имеет место искажение изготовленного ранее произведения.
По изученным делам имели место также случаи распространения средствами массовой информации сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство, доброе имя и деловую репутацию публичных лиц.
Статья 152 ГК РФ предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда.
Пресненский районный суд г. Москвы решением от 29 апреля 2014 г. обоснованно удовлетворил иск К. к ООО "Спид-Инфо" и автору статьи о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда.
Истец, являющийся публичным лицом, указал в иске, что в издании "Спид-Инфо" в рубрике "Звездные игры" была опубликована статья, в которой в оскорбительной форме повествуются воспоминания о нем. Эти сведения, по утверждению К., не соответствуют действительности.
В судебном заседании было установлено, что истец никогда не был знаком с лицом, у которого корреспондент издания брал интервью. Кроме того, поскольку оспариваемые сведения касаются не только лица, давшего согласие на публикацию, но и истца, автор статьи должен был получить согласие на опубликование материала у истца, а также удостовериться в действительности сообщаемых сведений. Это автором не было сделано.
Суд обязал ООО "Спид-Инфо" опровергнуть сведения в установленном законом порядке, а в счет компенсации морального вреда взыскал с общества и с автора статьи определенную сумму.
Воспользовавшись своим правом на судебную защиту, Б. обратился в Таганский районный суд г. Москвы с иском к ООО "Арбат энд Ко", редакции журнала "АрбатПрестиж ТелеГид" о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, указав, что в рубрике журнала "Холостяки под прицелом" была опубликована статья, в которой распространены оскорбительные сведения, которые, по мнению автора статьи, якобы имели место и которыми истец публично гордился. Между тем распространенные сведения не соответствуют действительности, порочат его честь, достоинство, деловую репутацию и причиняют ему нравственные страдания.
В решении от 31 октября 2013 г. Таганский районный суд г. Москвы правильно указал, что Б. является публичным лицом, поэтому любая информация, касающаяся истца, тут же подхватывается средствами массовой информации и обсуждается миллионами граждан. Общеизвестным фактом является его профессиональная и благотворительная деятельность, в связи с чем распространение сведений, не соответствующих действительности, влечет негативные последствия для его деловой репутации.
Признав требования обоснованными, суд обязал ООО "Арбат энд Ко" опровергнуть сведения, не соответствующие действительности, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, в течение десяти дней со дня вступления решения в законную силу и взыскал сумму в возмещение морального вреда.
Судебная практика показала, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства, деловой репутации по искам лиц, являющихся политическими деятелями, а также лиц, занимающих те или иные должности в органах государственной власти или местного самоуправления, суды учитывали ст.ст. 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в средствах массовой информации, принятой 12 февраля 2004 г. на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы. Как следует из содержания этих статей, политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.
Требование о защите чести, достоинства и деловой репутации, а также других нематериальных благ, как правило, сопровождается требованием о компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться личность истца, его общественное положение, занимаемая должность; личность ответчика и его материальное положение; содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании; количество экземпляров печатного издания и его влияние на формирование негативного мнения об истце у жителей региона, населенного пункта; нравственные и физические страдания истца; конкретные негативные последствия, наступившие для истца в результате распространения сведений, порочащих честь, достоинство, деловую репутацию; требования разумности и справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
В основном суды при определении размера компенсации морального вреда учитывают приведенные обстоятельства.
Однако имели место случаи необоснованного занижения судами размера компенсации за моральный вред, невыполнения требований разумности и справедливости.
Заключение
Рассмотрев и проанализировав принципиальные положения института компенсации морального вреда в российском законодательстве можно сделать следующие выводы.
Во-первых, Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает, в частности, эффективную охрану и защиту этих прав. Важнейшей задачей правового государства должно быть обеспечение наиболее справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушенного права и (или) возмещение причиненного вреда. Российская Федерация, провозгласившая себя в ст.1 Конституции РФ правовым государством, должна соответствовать этим критериям.
Действующее законодательство РФ предусматривает возможность взыскания денежной компенсации за причиненный моральный вред. Однако история института компенсации морального вреда в России насчитывает чуть более десяти лет. В отличие от России, государства, относящие себя к правовым, имеют, как правило, весьма продолжительный опыт применения этого правового института.
В настоящее время в правовых государствах компенсация морального довольно эффективно используется для защиты личных неимущественных прав граждан. На наш взгляд, некоторые элементы зарубежной практики могут быть использованы в процессе развития и совершенствования законодательства и судебной практики России.
Правовому регулированию компенсации морального вреда посвящены нормы Гражданского кодекса РФ, нормы ряда законов. Однако, несмотря на большое количество нормативных актов посвященных этому институту, в нашей стране отсутствует легальное определение морального вреда. Этот пробел восполняют материалы судебной практики.
Во-вторых, данный правовой институт имеет важное значение для защиты, прежде всего, таких прав и благ, которые носят личный не имущественный характер. Под личными неимущественными благами (в том числе и правами) следует понимать лишенные имущественного содержания блага, неразрывно связанные с их обладателем - человеком.
Эти права и блага указанны в Конституции РФ и ст. 150 ГК РФ: жизнь и здоровье, честь и доброе имя, достоинство и деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, право выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства и другие аналогичные нрава и блага. Общие признаки этих прав и благ - они не имеют имущественного содержания, принадлежат человеку от рождения (например, здоровье) или в силу закона (например, право авторства), неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Следует иметь ввиду, что приведенный перечень нематериальных благ - не исчерпывающий, и причинение морального вреда в связи с нарушением других нематериальных благ также не порождает право на компенсацию морального вреда. При нарушении других субъективных гражданских прав возможность компенсации морального вреда должна быть прямо указанна в законе.
Таким образом, закон ограничивает круг случаев, в которых моральный вред подлежит возмещению. Хотя очевидно, что при нарушении имущественных прав у человека почти всегда могут возникать нравственные или физические страдания.
В-третьих, можно выделить следующие основания компенсации морального вреда:
наличие вины причинителя вреда (исключение составляют случаи прямо предусмотренные в законе, в частности в ст. 1100 ГК РФ);
подтверждение факта причинения потерпевшему нравственных или физических страданий;
соблюдение сроков предъявления требования и сроков действия соответствующих законодательных актов.
Что касается сроков исковой давности, то в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется.
Действующий закон предусматривает единственную форму, в которой суд может взыскать компенсацию с причинителя вреда - денежную (по правоотношениям, возникшим после 1 января 1995 г.), хотя при наличии согласия потерпевшего может быть произведено в натуральной форме.
В-четвертых, один из наиболее злободневных вопросов, связанных с компенсацией морального вреда, - это вопрос о размере компенсации. До тех пор, пока суд не определит размер компенсации, этого размера не существует, поскольку законодатель не установил какого-либо денежного эквивалента "единицы страданий", оставив решение вопроса о размере компенсации на усмотрение суда. Законодатель указал некоторые качественные критерии, которые суд обязан учитывать при определении размера компенсации:
характер и степень нравственных и физических страданий;
степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием ответственности за причинение вреда;
фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и иные, заслуживающие внимания обстоятельства; индивидуальные особенности потерпевшего;
требования разумности и справедливости.
Безусловно, эти критерии могли бы помочь суду определить размер компенсации, если бы был задан некий средний ее уровень, своего рода "отправная точка", придерживаясь который суд мог бы определять окончательный размер компенсации в конкретном деле. Определенную ценность, как в теоретическом, так и в практическом плане, представляет разработанная А.М. Эрделевским методика определения размера компенсации морального вреда. Поскольку потерпевший, предъявляя иск о компенсации морального вреда, вправе выразить в исковом заявлении свое мнение о следуемом ему размере компенсации, этой методикой вполне можно воспользоваться при составлении искового заявления.
В-пятых, Пленум Верховного суда склоняется к тому, что моральный вред может быть причинен и юридическому лицу в случаях распространения сведений, порочащих деловую репутацию юридического лица и этот моральный вред подлежит возмещению.
Однако, следует согласиться с мнением большинства авторов о том, что моральный вред юридическому лицу, исходя из самой категории морального вреда как причинение физических и нравственных страданий, причинен быть не может.
Полагаем, что в законе необходимо предусмотреть возможность возмещения вреда, причиненного деловой репутации юридических лиц. Но данный вред не следует считать компенсацией морального вреда. В-шестых, следует отметить, что достаточно много проблем по поводу компенсации морального вреда возникает в уголовно-процессуальной сфере.
Таким образом, потерпевшие почти по всем видам преступлений корыстной направленности, составляющих более половины всех совершаемых преступлений, лишаются возможности компенсировать причиненные им психические страдания.
Список использованных источников:
1.Конституция РФ от 25 декабря 1993 г. // ИПС "Консультант - Плюс".
2.Гражданский кодекс РСФСР: утвержден ВС РСФСР 11.06.1964 // ИПС "Консультант - плюс".
3.Гражданский кодекс Российской Федерации, часть первая от 1 января 1995 года. - М.: Юрист, 2015.
4.Гражданский кодекс Российской Федерации, часть вторая от 1 марта 1996 года. - М.: Юрист, 2015.
.Семейный кодекс РФ от 8 декабря 1995 г. // ИПС "Консультант - Плюс".
6.Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: утвержден ВС РСФСР 27.10.1960 // ИПС "Консультант - плюс".
7."Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда": Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 г. // ИПС "Консультант - плюс".
."О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР": Федеральный закон от 13.12.1994. - № 59-ФЗ // ИПС "Консультант - плюс".
."О защите прав потребителей": Закон РФ от 07.02.1992 № 2300-1 (ред. от 05.05.2014) // ИПС "Консультант - Плюс".
."О средствах массовой информации": Закон РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-I // ИПС "Консультант - плюс".
."О статусе военнослужащих": Закон РФ от 22.01.1993 № 4338-1 (ред. от 4.11.1995) // ИПС "Консультант - плюс".
."О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей": Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 23.12.1988 № 15 (ред. от 29.03.1991) // ИПС "Консультант - Плюс".
."О судебном приговоре": Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.1996 № 1 (ред. от 16.04.2013) // ИПС "Консультант - плюс".
."О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей": Указ Президиума ВС СССР от 18.05.1981 (утв. Законом СССР от 24.06.1981) // ИПС "Консультант - плюс".
."Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик": утверждены ВС СССР 31.05.1991 - № 2211-1. (ред. от 26.11.2001) // ИПС "Консультант - плюс".
.Архипова О.А. Компенсация морального вреда как способ гражданско-правовой защиты прав граждан // Вестник ТИСБИ. - 2013. - № 4. - С. 25 - 29.
.Гаврилов З. Как определить размер компенсации морального вреда? // Российская юстиция. - 2012. - № 6. - С. 45 - 49.
.Головко Л.В. Мировое соглашение в уголовном процессе и его гражданско-правовая природа // Законодательство. - 2010. - № 10. - С. 58.
19.Голубев К.И., Нарижний С.В. Компенсация морального вреда как способ защиты неимущественных благ личности. - СПб.: Пресса, 2011. - 264 с.
.Горшенков Г.Г. Компенсация морального вреда как особая форма реализации прав. - Н. Новгород, 2012. - 321 с.
.Гражданское право. Учебник. Часть 1. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. - М.: Проспект, 2012. - 454 с.
.Гущин Д.И. Юридическая ответственность за моральный вред. - СПб.: Пресса, 2012. - 369 с.
.Дмитриева О.В. Некоторые проблемы института компенсации морального вреда // Вестник Воронежского института МВД России. - Выпуск № 1. - 2010. - С. 112 - 117.
.Жуйков В. Возмещение морального вреда // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2004. - № 11. - С. 101 - 111.
.Жуков В.А. Что такое моральный вред и как добиться его компенсации? - М.: Статут, 2011. - 119 с.
.Казанцев В. Возмещение морального вреда // Российская юстиция. - 2011. - № 5. - С. 48 - 49.
.Левинова Т. Возмещение морального вреда незаконно привлеченным к уголовной ответственности // Российская юстиция. - 2010. - № 9. - С. 39 - 40.
.Михно Е.А. Проблема возмещения морального вреда // Правоведение. - 2012. - № 5. - С. 89 - 94.
.Нарижний С., Голубев К. Компенсация морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина // Российская юстиция. - 2011. - № 4. - С. 20 - 21.
."Об обеспечении притязаний потерпевшего": Закон (ЗООПП) от 8.5.1998 г. (Федеральный вестник законов Германии I, 905) // http://soprotivlenie.org
."О возмещении вреда потерпевшим насильственных преступлений": Закон "О возмещении вреда потерпевшему" Германии от 11.5.1976 // http://soprotivlenie.org
."Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2014 года" // Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 04.03.2014 // ИПС "Консультант - Плюс".
.Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2013 года" // Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 17.09.2013 // ИПС "Консультант - Плюс".
.Осадчая О. Репутационный вред как последствие умаления деловой репутации юридического лица // Право и жизнь. - 2012. - № 99/9. - С. 29 - 34.
.Панюкова В.А. Условия компенсации морального вреда (некоторые аспекты) // Право: Теория и практика. - 2011.- № 2. - С. 45 - 49.
.Поляков И.Н. Ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда. - М.: Городец, 2008. - 172 с.
.Семыкин В.В. Понятие морального вреда в теории гражданского права и в российском законодательстве // Вестник МГОУ. Серия "Юриспруденция". - 2013. - № 2. - С. 34 - 38.
.Сисакьян A.А. Развитие законодательства и научных представлений о компенсации морального вреда в советский период // Вестник Челябинского государственного университета. - 2011. - № 29(244). - С. 95 - 98.
.Смиренская Е.В. Компенсация морального вреда как деликатное обязательство. - Волгоград: "Учитель", 2012. - 229 с.
.Судебная практика (компенсация морального вреда) // Бюллетень Верховного суда РФ. - 2013. - № 3. - С. 15.
.Табунщиков А.Т. Институт компенсации морального вреда в российском гражданском праве. - Белгород: Изд-во БелГУ, 2013. - 124 с.
.Тарнавский О.А., Курбатова А.В. Возмещение вреда потерпевшему: взгляд на российские проблемы через призму опыта зарубежных стран // Пробелы в российском законодательстве. - 2011. - № 6. - С. 34 - 39.
.Тархов В.А., Рыбаков В.А. Собственность и право собственности. Монография. - М.: Юрист, 2012. - 212 с.
.Тимешов Р.П. Понятие морального вреда в гражданском праве России // Российская юстиция. - 2013. - № 6. - С. 36 - 42.
.Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Компенсация морального вреда: комментарии, судебная практика и образцы документов / Под ред. М.Ю. Тихомирова. - М.: "Изд. Тихомирова М.Ю.". - 2012. - 81 с.
.Чаусская О.А. Гражданское право. Курс лекций. 3-е изд. - М.: Эксмо, 2013. - 432 с.
.Чутов С.А. Проблемы компенсации морального вреда // Законы России: опыт, анализ, практика. - 2013. - №1. - С. 73-74.
.Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда. - М., 2012. - 278 с.
.Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда. Анализ законодательства и судебной практики. - М.: Издательство "БЕК". - 2012. - 296 с.
.Эрделевский А.М. Критерии и метод оценки размера компенсации морального вреда // Государство и право. - 1997. - № 4. - С. 5 - 12.
.Эрделевский А.М. Моральный вред и компенсация за страдания. - М.: Издательство "Бек", 2012. - 189 с.
.Эрделевский А.М. Моральный вред: соотношение с другими видами вреда // Российская юстиция. - 2006. - № 6. - С. 19 - 21.
.Эрделевский А.М. Проблемы компенсации морального вреда в зарубежном и российском законодательстве и судебной практике // Государство и право. - 2007. - № 10. - С. 22 - 32.
.Эрделевский А.М. Споры о компенсации морального вреда Российская юстиция. - 1997. - № 2. - С. 37 - 40.
.Ярошенко К.Б. Обязательства вследствие причинения вреда // Комментарий части второй Гражданского кодекса РФ. - М.: Гардарика, 2006. - 487 с.