Российское законодательство понимает под здоровьем физическое и психическое благополучие.
Отсюда следует, что понятия "вред здоровью" и "страдания" частично совпадают по своему содержанию, так как претерпевание страданий означает утрату психического благополучия. В целях достижения терминологической и правовой корректности введем понятие "телесный вред", заменив им в ходе наших рассуждений понятие "вред здоровью" содержащееся в ст. 59 ГК РФ и понимая под телесным вредом любые негативные изменения в телесной сфере человека.
Определение понятия "моральный вред" дал Пленум Верховного суда РФ в Постановлении "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Хотя в данном определении не дается общего определения физических или нравственных страданий, из приведенного текста следует, что суд попытался раскрыть содержание одного из видов морального вреда - нравственных страданий.
Заметим, что суд признает как первичный, так и отдаленный моральный вред, указывая, что "моральный вред... может заключаться в... переживаниях... в связи с болью... либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий...". Это происходит, например, в случае, когда в результате распространения не соответствующих действительности порочащих сведений у лица, испытавшего по этому поводу переживания (моральный вред в виде нравственных страданий - первичный моральный вред), происходит в результате этого гипертонический криз с болевыми ощущениями (моральный вред в виде физических страданий - вторичный моральный вред).
Понятие "моральный вред" охватывает далеко не все личностные потери гражданина от правонарушения. Под этими потерями нами понимается совокупный и, главным образом, неимущественный вред, выраженный не только физическими, психическими, нравственными страданиями, но и полной либо частичной утратой,, деформацией определенных социальных качеств лица (во взглядах, способностях, интересах, потребностях и пр.), нарушениями возможностей его социальной деятельности, дезориентацией установок и др., а также упущенной выгодой как следствием умаления личностного блага и дополнительными расходами на восстановление или компенсацию вредных для личности последствий. Такого рода потери являются субъективными.
Однако существует и другое определение морали, в соответствии с которым она отождествляется с нравственностью, а нравственность, в свою очередь, определяется как правила поведения, духовные и душевные качества, необходимые человеку в обществе. Применительно к такому определению морали и нравственности название "моральный вред" является достаточно корректным, хотя легко заметить, что физические страдания в этом случае выпадают из покрываемой таким определением сферы человеческого существования. Есть и еще один аргумент в защиту указанного термина.
Название "моральный вред" как устойчивое лексическое сочетание стало уже своеобразным правовым фразеологизмом, имеющим вполне определенное содержание; ведь еще в начале века под моральным вредом, подлежащим возмещению, подразумевались страдания и лишения физические и нравственные, причиненные потерпевшему неправомерной деятельностью делинквента.
Не хотелось бы, чтобы значение утверждения в правовом обиходе оправданной терминологии недооценивалось, поскольку отсутствие такой терминологии будет препятствовать утверждению систематизации и классификации того или иного правового института, что, в свою очередь, отрицательно скажется на детализации правового регулирования и повлечет за собой упущения и недочеты правоприменительной практики.
Например, А.М. Эрделевский, подчеркнув, что установление четкой терминологии представляется очень важным для правильного разграничения отдельных видов вреда и их последующего возмещения, а неправильное разграничение вреда по его видам может привести к неверным выводам, сначала указал на то, что любой телесный вред в целях его возмещения распадается на моральный вред и имущественный вред, а потом сразу же отметил, что "вред" как общее понятие должно подразделяться на "имущественный, телесный или психический вред (выражение "психический вред" использовано А.М. Эрделевским для обозначения морального вреда)". В такой ситуации следует говорить уже о невозможности верных выводов, ибо приведенное разграничение вреда по его видам просто непоследовательно.
Рассмотрим вопрос основания в гражданском законодательстве, рассматривающий на каком основании проводится объединение морального (нравственного) вреда и собственно физического (телесного) вреда. Оба они причиняются непосредственно личности и оба вызывают страдания - естественную форму последствий причинения вреда личности потерпевшего. Однако для оценки вреда, причиненного личности, и установления порядка его компенсации важнее должно быть отличие между моральным и физическим вредом, которое и не позволит их объединить. Причиненный моральный и физический вред отражается в разных сферах человеческой жизнедеятельности: соответственно, идеальной (духовной) и материальной (телесной), что предполагает и различие используемых принципов оценки причиненного вреда и его компенсации.
И моральный, и физический вред после нанесения по существу своему являются необратимыми и в гражданско-правовом смысле возмещению не подлежат. Используя уголовно-правовую терминологию (ст. 76 УК РФ), они лишь могут быть "заглажены".
Таким образом, понятие морального вреда предполагает возможность его компенсации, а не возмещения. Но принципы компенсации физических и нравственных страданий не могут быть одинаковы. Поскольку физические страдания вызываются физическим вредом, причиняемым в материальной сфере, они поддаются гораздо более объективированной оценке, т.е. по своему смыслу компенсация физических страданий может приближаться к возмещению. Совсем по-другому обстоит дело с компенсацией нравственных страданий, вызванных вредом, причиненным в идеальной сфере.
Они не могут быть оценены с позиций столь обобщенных, как физические, и для того, чтобы они могли быть компенсированы исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. ГК РФ), необходимо тщательное и всестороннее изучение обстоятельств причинения вреда, личности причинителя вреда и лица, которое испытывает страдания, словом, важен максимально индивидуализированный подход к оценке нравственных страданий.
Существует и еще одно важнейшее обстоятельство, позволяющее настаивать на необходимости отграничения нравственных страданий от физических как самостоятельных видов вреда - морального и физического. Следует всемерно поддерживать право лица на компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате любого правонарушения, от которого оно претерпело. Действительно, ведь умаление такого нематериального блага, как достоинство личности, должно неизбежно сопровождать нарушение гарантированных прав и свобод. Но при этом не следует забывать, что любое правонарушение, в том числе и не причинившее физического вреда, обязательно сопровождают лишь нравственные страдания лица, в отношении которого это правонарушение было совершено. Если же физического вреда не было причинено, то не могли возникнуть и физические страдания, а значит, говоря о "презумпции морального вреда" при совершении любого правонарушения в виду можно иметь лишь нравственные страдания.
Подобное деление может быть весьма полезно при разработке методик исчисления причиненного физического и морального вреда. Разумеется, при произведении такой оценки крайне важна и свобода судейского усмотрения, коль скоро законодательство предоставляет суду право определять размер компенсации морального вреда (ст. 1101 ГК РФ). Однако вряд ли даже самые квалифицированные представители судейского корпуса при решении такой сложной задачи, как оценка морального вреда, отказались бы от использования разумных методик хотя бы в качестве ориентира.
Таким образом, следует полагать, что данное определение, включает в себя два аспекта: собственно моральные страдания (они же моральный вред) и физические страдания, причиненные в результате противоправного поведения. Такой подход законодателя и судебной практики упрощает принятие судебных решений, но при этом не нужно забывать двойственную "структуру" морального вреда.
Он компенсируется по статьям 151 части 1-ой и 1099-1101 части 2-ой ГК РФ в денежной форме. При определении ее размера суд должен учитывать характер физических и нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, а также индивидуальные особенности потерпевшего и степень вины причинителя, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом.
Между тем, перечень оснований для компенсации морального вреда является исчерпывающим. Он определен в действующих нормативно-правовых актах и подлежит взысканию только тогда, когда такая возможность прямо предусмотрена законом.
.2 Общие условия гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда
Выделяют четыре условия компенсации морального вреда:
наличие морального вреда;
противоправность действий (бездействия) нарушителя;
причинно-следственная связь между действиями нарушителя и вредом;
вина нарушителя.
Если хотя бы одно из этих условий отсутствует, то обязанности компенсировать вред не возникает.
Учитывая, что вопросы компенсации морального вреда в сфере гражданских правоотношений регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду, в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора, необходимо по каждому делу выяснять истинный характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.
Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием), они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Говоря о противоправности, нужно иметь в виду то, что моральный вред причиняется незаконными действиями, то есть нарушающими определенные нормы закона (уголовного, гражданского, административного и т.д.). Ссылка на наличие, к примеру, нравственных страданий в связи с холодным обращением в расчет не принимается. К тому же должен быть доказан сам факт наличия подобных действий.
Противоправность проявляется в нарушении определенного права или принадлежащего гражданину нематериального блага. С внешней стороны это может быть действие или бездействие. Действие приобретает характер противоправного, если оно прямо запрещено законом или иным правовым актом, либо противоречит закону или иному правовому акту, договору, односторонней сделке или иному основанию обязательств. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность, действовать в соответствии с соответствующей ситуацией.
Однако, наличие доказанного противоправного поведения недостаточно - необходимо еще наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими последствиями, в том числе и моральным вредом.
В гражданском праве применяется концепция причины - условия. Это означает, что противоправные действия виновного явились условием возникновения морального вреда у конкретного лица - отказ продавца заменить товар вызвал обострение болезни. В большинстве случаев нарушения прав решение вопроса о наличии или отсутствии причинной связи не вызывает трудностей. Но в отдельных ситуациях возникают значительные затруднения.
В подобных ситуациях нужно руководствоваться теориями причинной связи. Наиболее приемлемыми как с теоретической, так и с практической точек зрения являются теория прямой и косвенной причинной связи. Эта теория опирается на два основных положения, вытекающих из общефилософского учения о причинности.
Во-первых, причинность представляет собой объективную связь между явлениями и существует независимо от нашего сознания. В силу этого неправильно при решении вопроса о причинной связи руководствоваться возможностью или степенью предвидения правонарушителем вредоносного результата. Возможность предвидения наступления убытков носит субъективный характер и имеет значение лишь при решении вопроса о вине правонарушителя, но не причинной связи.
Во-вторых, причина и следствие, как таковые, имеют значение лишь применительно к данному отдельно взятому случаю. Противоправное поведение лица только тогда является причиной наступления вредных последствий, когда оно прямо (непосредственно) связано с ними. Наличие же косвенной (опосредованной) связи между противоправным поведением и последствиями означает, что данное поведение лежит за пределами конкретного случая, а стало быть, и за пределами юридически значимой причинной связи.
Таким образом, прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и наступившими последствиями, не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой обязанности. В тех же случаях, когда между противоправным поведением лица и вредоносным результатом присутствуют обстоятельства, которым гражданский закон придает значение в решении вопроса об ответственности (противоправное поведение других лиц, действие непреодолимой силы и др.), налицо косвенная (опосредованная) причинная связь. Это означает, что противоправное поведение лица лежит за пределами рассматриваемого с точки зрения юридической ответственности случая, а, следовательно, и за пределами юридически значимой причинной связи.
В результате всего вышесказанного можно сделать вывод, что моральный вред подлежит возмещению лишь в том случае, если он находится в прямой и непосредственной причинно-следственной связи с действиями нарушителя.
В гражданском праве ответственность строится на началах вины.
В отличие от противоправного поведения и причинной связи, вина является субъективным условием гражданско-правовой ответственности. Она представляет собой такое психическое отношение лица к своему противоправному поведению, в котором проявляется пренебрежение к интересам общества или отдельных лиц. Такое понятие вины в равной мере применимо как к гражданам, так и к юридическим лицам. В соответствии со статьей 401ГК вина может выступать в форме умысла и неосторожности. В свою очередь, неосторожность может проявиться в виде простой или грубой неосторожности. Вина в форме умысла имеет место тогда, когда из поведения лица видно, что оно сознательно направлено на правонарушение.