Группа Брикс как актор мировой политики
К.Г. Муратшина
В статье анализируется, как позиционирует себя группа БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика) на международной арене. Для анализа автором используются многосторонние документы БРИКС с 2009 по 2019 г., материалы встреч группы; также изучены применительно к рассматриваемому вопросу новостные архивы СМИ. Используя дискурс-анализ, прослеживает, какие общие позиции по международной повестке дня заявлялись БРИКС в разные годы, как появлялась и изменялась репрезентация группой себя как международного актора и от чего это зависело.
Автор приходит к выводу, что, являясь по своей юридической природе не межправительственной организацией, а форумом, группа тем не менее в большом количестве вопросов международной повестки дня представляет консолидированную позицию, которую выражает в своих многосторонних документах. Это касается реформы мировой финансовой системы, реформы ООН, региональных конфликтов в Африке и на Ближнем Востоке, увеличения представленности стран «Глобального Юга» в институтах глобального управления, борьбы с терроризмом и другими угрозами международной безопасности. Кроме того, с 2013 г. БРИКС практикует диалоговые встречи с представителями стран, не входящих в группу. Сначала - в 2013-2016 гг. - это были встречи со странами региона, к которому относится государство-председатель. В 2018 г. к такой встрече добавился саммит «БРИКС плюс» с лидерами международных объединений «Глобального Юга». В 2020 г. тоже планировалось провести оба формата.
Таким образом, можно отметить наличие общего тренда на позиционирование группой себя как актора мировой политики, но в то же время существует зависимость этого тренда от приоритетов государств-участников БРИКС. Каждое представляет группу по-разному, и каждое пытается решать с ее помощью свои задачи. Представляется, что о полноценной репрезентации группы как единого актора можно было бы говорить в случае большей координации позиций государств на международной арене, чего также не происходит из-за несовпадения их целей и интересов.
Ключевые слова: БРИКС, Россия, Индия, Бразилия, Китай, Южно-Африканская Республика, международное сотрудничество.
K.G. Muratshina
BRICS GROUP AS AN ACTOR OF WORLD POLITICS
This paper analyzes the self-positioning of the BRICS group (Brazil, Russia, India, China, South Africa) in world politics. The author has studied BRICS multilateral documents, addressed to the rest of the world, from 2009 to 2019, the documents related to summits procedure, and the related news archives of the international mass media. By means of discourse analysis, the paper traces the collective view of the group on the international issues, the changes in the group's self-representation, and the reasons for them.
The author concludes that, in spite of legally being not an intergovernmental organization, but a forum, BRICS still has a joint and consolidated position on many international issues, which is being outlined in the group's multilateral documents. Shared views cover such issues as the reform of international financial institutions, the reform of the United Nations Organization, the regional conflicts in Africa and in the Middle East, the need for increase in representation of the Global South in international financial institutions, the international struggle against terrorism and other security threats. In addition, since 2013, BRICS has carried out annual (except for 2019) joint meetings with non-BRICS countries during its summits. In 2013-2016, there were BRICS meetings with the representatives of the chair country's region. In 2018, there were two meetings held: “BRICS plus” summit with the leading countries of the international institutions of the Global South, and “BRICS outreach” summit with regional leaders. In 2020, both formats were planned, too. Therefore, we can observe the group's self-positioning as an actor of world politics, however, at the same time, this trend largely depends on the priorities of the chair country every year. Each of the member countries has its own view of the group, and each tries to fulfill its own needs. Probably, the group would be fully self-represented as a world politics actor, if the states' foreign policies were more consolidated. Yet, they do not reach complete consensus, because of the divergent national interests.
Keywords: BRICS, Russia, India, Brazil, China, The Republic of South Africa, international cooperation.
Введение
Группа БРИКС на современном этапе является достаточно устоявшимся многосторонним объединением, со своей структурой сотрудничества (многочисленными форматами обменов и переговоров на разных уровнях) и собственным международным банком. Однако в подходах и целях стран- участниц - России, Бразилии, Индии, КНР и ЮАР - присутствуют расхождения, а в мировом научном сообществе продолжаются споры относительно статуса и направленности объединения. Российские исследователи чаще всего высоко оценивают сотрудничество в рамках БРИКС и потенциал группы [51], рассматривают ее как альтернативный полюс мировой политической архитектуры [28], прототип трансрегиональной структуры с высоким потенциалом участия в процессах глобального управления [23], институт для консолидированного выражения интересов его стран-участниц на мировой арене [50], объединяющий страны со схожими представлениями о мировом порядке и о месте «Глобального Юга» в нем [66] и позволяющий «наиболее динамичным экономикам мира рассматривать гораздо более широкий круг вопросов, чем, например, в Совете Безопасности ООН» [29. С. 33]. При этом признается факт стремления Китая к гегемонии в БРИКС и использования им этого объединения для распространения своего влияния в мире [77. Р. 249], а также то, что Россия, поддерживающая продолжительные и тесные отношения со всеми без исключения участниками объединения», является «источником основных политических инициатив, получающих поддержку среди стран, объединяемых акронимом БРИКС», но не владеет в настоящее время лидерством в группе, поскольку наиболее быстрые темпы экономического роста демонстрируют Китай и Индия [26]. Также признается, что группа не торгово-экономическое объединение по примеру МЕРКОСУР, не военный блок по типу НАТО и не межгосударственное образование наподобие ЕС, а страны, входящие в нее, «принадлежат к разным цивилизациям, и для оценки их сосуществования в рамках альянса необходимо учитывать их динамику в современную эпоху» [30. С. 75, 81].
В зарубежных исследованиях БРИКС часто воспринимается как объединение «поднимающихся держав», стремящихся к повышению своего веса в мировом порядке [72, 76, 37, 10, 64]. Порой западные [59, 67, 63, 65], а также индийские [70] исследователи обращают внимание на межгосударственные противоречия в рамках объединения. Индийскими международниками, однако, высказывались и созвучные российским позиции по оценке глобальной роли БРИКС и перспективам сотрудничества [24, 13]. Кроме того, для Индии важно взаимодействие через БРИКС с ее партнерами из числа ведущих стран «Глобального Юга» в лице Бразилии и ЮАР [71]. Взгляд бразильских специалистов на БРИКС в целом позитивный, с подчеркиванием значимости группы на мировой арене и имеющихся результатов сотрудничества [62], но также и с признанием различия геополитических интересов стран-участниц группы [1] и с критикой длительной невнятной политики руководства собственной страны в отношении БРИКС [56]. В китайском научном сообществе БРИКС особого значения не придают и считают группой «развивающихся стран», «не являющихся зрелыми державами» [31. С. 199], участие в которой позволяет Китаю показать свою «общность» с «развивающимися странами» [69. Р. 8]. В то же время в КНР считают, что группа должна работать на изменение мирового экономического порядка, и ключевую роль здесь должен сыграть Банк БРИКС, в том числе демонстрирующий глобальное лидерство Китая [61]. Также придается значение в первую очередь решению Китаем в рамках БРИКС своих собственных задач, например распространения сети Институтов Конфуция в процессе сотрудничества в сфере образования [75]. Наконец, у представителей научного сообщества ЮАР очень большие ожидания от БРИКС в части возможности вклада группы в формирование тенденций устойчивого развития [8] и борьбу с бедностью посредством «хорошего глобального управления» [7], финансирования инфраструктурных проектов [8] и даже опоры властей своей страны на позицию коллег по БРИКС в борьбе с оппозицией [6].
На фоне столь разных подходов к оценке деятельности группы и в условиях современного крайне динамичного и изобилующего вызовами международной и региональной безопасности миропорядка возникает необходимость сформировать понимание того, выступает ли в современных реалиях БРИКС как единый актор мировой политики. Или группа остается объединением участников с разными интересами, являясь лишь еще одной площадкой для сотрудничества между ними? В данной статье будет проанализирован этот вопрос.
Теоретико-методологическая база
Следует отметить, что к анализу деятельности БРИКС неприменимы классические теории интеграции, поскольку группа не является международной организацией. Она не имеет ни устава - международного договора, ни структуры постоянных органов и управляющего аппарата, ни штаб- квартиры. Юридически ее можно квалифицировать лишь как международный форум. Тем не менее этот форум существует на регулярной основе и имеет свою документальную базу и свои форматы работы. Основным методом данного исследования является дискурс-анализ, направленный на изучение документальных источников - многосторонних актов, документов государственных органов стран-участниц, а также заявлений политических деятелей - лидеров государств БРИКС.
Методологически анализ включает две составляющие. Во-первых, изучение основных официальных многосторонних документов самой группы, принятых за десять с лишним лет ее существования. Это необходимо для того, чтобы проследить, проявлялась ли реакция БРИКС как единого целого на международную ситуацию. Во-вторых, на материале изученных источников автором проведен поиск общих инициатив группы как единого целого на международной арене и мероприятий, в которых она действовала таким образом. Из источников - многосторонние документы самого объединения (поскольку именно в них фиксируется наличие или отсутствие общей позиции и конкретных многосторонних мероприятий по международным вопросам), а также заявления лидеров государств и сообщения СМИ, в которых можно найти информацию о попытках формирования совместных инициатив в БРИКС.
Результаты исследования и их обсуждение
Первое многостороннее заявление БРИК, тогда еще без Южной Африки, было принято в 2009 г. в Екатеринбурге под председательством России. В нем можно увидеть несколько пунктов повестки дня, по которым страны консолидированно и четко формулируют свою позицию. Это продвижение роли «Группы двадцати», «реформа международных финансовых институтов» («Страны с переходной и развивающейся экономикой должны иметь больший голос и представительство в международных финансовых институтах, а их главы и сотрудники руководящего звена должны назначаться через открытую, прозрачную и основанную на заслугах систему отбора»), утверждение «необходимости всеобъемлющего реформирования ООН» и призыв к скорейшему принятию ООН Всеобъемлющей конвенции против международного терроризма [43].
Остальные зафиксированные в заявлении пункты отражают схожие взгляды стран на различные проблемы мировой политики общего характера. Однако инициатив и конкретики не содержат. Очевидно, что фразы наподобие «мы поддерживаем международное сотрудничество в сфере повышения энергоэффективности», «международное сообщество должно стремиться минимизировать воздействие кризиса на развитие и обеспечить достижение целей развития тысячелетия» или «мы призываем все стороны работать совместно с целью улучшения международной торговли и инвестиционного климата» в условиях конфликтности, конкурентности мирового порядка и непредсказуемости действий многих его акторов могут иметь не больше реального влияния на ситуацию, чем если бы страны заявили, например: «Мы поддерживаем солнечный свет и осуждаем наводнения и засуху». Международная среда все же существует независимо от конкретной группировки стран, это объективная реальность, и преобразовывать ее, влиять на нее можно лишь очень целенаправленными и конкретными совместными действиями. Скорее, такая сверка позиций важна для самих стран и их многостороннего партнерства, для взаимопонимания внутри БРИКС.
Основным событием международной повестки дня в 2009 г., без сомнения, являлся мировой финансовый кризис. Его влияние отражено в Совместном заявлении, и как раз на его преодоление в том числе направлены предложенные варианты реформирования мировой финансовой системы, то есть в данном случае мы действительно можем наблюдать общую реакцию БРИК на международный вызов в виде консолидированного выражения своей позиции.
Еще один направленный на внешнюю аудиторию многосторонний документ 2009 г. - Совместное заявление стран БРИК по глобальной продовольственной безопасности - преимущественно состоит из высказывания одобрения программ ООН и теоретического дискурса проблемы голода [44]. Конкретных мер группа не предлагает и ответственности на себя не берет, что, впрочем, абсолютно логично, поскольку это не ООН, не глобальная международная организация, а всего лишь форум четырех держав, который недавно был созван.
Саммит БРИК в Бразилии под председательством этой страны 2010 г. отразил те же тенденции, что и встреча 2009 г. Стороны вновь высказались за расширение роли «Группы двадцати», Всеобъемлющую конвенцию против международного терроризма и реформу мировой финансовой системы, в первую очередь в распределении голосов и квот в ее институтах, а также призвали международное сообщество больше помогать «развивающимся странам». Реакция на события мировой повестки дня расширилась, включив осуждение терактов, произошедших в России и Индии, и выражение солидарности с Гаити, пострадавшим от сильнейшего землетрясения [42].
В 2011 г. председательство в группе перешло к КНР. Подписанный по итогам саммита в г. Санья текст декларации, подготовленный страной-организатором, заметно отличается от двух предыдущих. В ее тексте больше общих выражений, больше громких оборотов, которые не несут на деле никакой практической и конкретной смысловой нагрузки (например, «делать более слышным в международных делах голос стран с формирующейся рыночной экономикой и развивающихся стран», «международное сообщество должно объединить усилия для укрепления сотрудничества во имя общего развития», или «БРИКС стремится внести значительный вклад в развитие человечества и создание более равноправного и справедливого мира», при том, что неясно, кто определяет, что есть «справедливо», что «рационально» и почему развитие должно быть «общим», если оно у каждой страны свое). Также «китайская» декларация БРИКС очень старательно оговаривает, что «сотрудничество не направлено против какой-либо третьей стороны», тем самым отграничиваясь от каких-либо антизападных идей других стран-членов.