1. Основные понятия, характеризующие проблематику гражданского общества
Исследование возможностей формирования гражданского общества в Казахстане правомерно начать с анализа понятийного содержания необходимых терминов: гражданское общество, государство, государственность, гражданин, демократическое общество, демократия. Далее мы строили изложение так, чтобы содержание вышеупомянутых терминов как бы “нанизывалось” на проясняемую нами ниже логику разворачивания самой идеи гражданского общества и ее отношения к государственности.
Уже здесь мы сталкиваемся с вопросом “соответствия метода предмету”: отвечает ли наш метод социокультурного анализа, дающий нам (посредством вышеупомянутых терминов) ответы на вопросы типа “как мыслить...”, чему-либо в реальности современного Казахстана, его истории? Имеет ли вообще смысл применять понятийную сетку, связанную с гражданским обществом (представляющим собой идеальный тип западной городской цивилизации), к условиям Казахстана? Ясно ведь, что в Казахстане такая сетка ничего существующего не описывает: ни современного, ни естественно-исторического фона. Не может она служить и веберовским идеальным типом, хотя и применявшимся как чисто конструктивный инструмент исторической социологии, но все же описывавшим нечто общее в существующих явлениях, на фоне которого более выпукло выделялось особенное5 . Но, по нашему мнению, понятийная сетка, связанная с гражданским обществом, может быть инструментом социокультурного анализа, поскольку схватывает поле возможных (хотя и не обязательно реальных) ориентаций действующих субъектов, возможные формы (образцы) их мышления. Ориентации на гражданское общество, демократию и т.д. в Казахстане (в отличие, например, с одной стороны, от Узбекистана, и, с другой стороны, от России) не противостоит никакой реальной идеологии. Поэтому в рамках нашей понятийной сетки Казахстан может рассматриваться как “протоамерика”, еще ожидающая своих “отцов-основателей.
1. Гражданское общество и правовые свободы. Понятие гражданского общества - по исходному своему употреблению - замыкающе-объяснительное. По поводу его содержания имеются различные позиции [21]. Привлечение и использование термина “гражданское общество” связано с попытками построить онтологическую картину человеческого общества на определенном этапе его культурно-исторического развития.
Гражданское общество - преимущественно политико-правовое и философско-правовое понятие. В истории обществоведческой мысли гражданское общество связывается с идеей свободы, и, в частности, в правовом понимании - с правовыми свободами, признаваемыми за индивидами [7].
В практическую плоскость идея гражданского общества переводится в период реформирования (а кое-где - и революционизирования) общественных институтов, сложившихся в феодальные времена. Такое революционизирование происходило на основе философских построений Дж. Локка [23], Т. Гоббса [6]), Ж.-Ж. Руссо [35] и Ш. Монтескье [29]; оно было продолжено немецкой классической философией, которая в этом плане завершается гегелевской философией права [5, 227 и сл.].
Феодальное общество от других отличают ценности аристократизма и жесткой социальной стратификации отношений между людьми. На гребне смены этих господствующих отношений и возникают концепции естественного права. Представители этих теорий утверждали, ссылаясь на очевидность биологической тождественности человеческих индивидов, что каждый человек по естеству обладает некоторыми неотъемлемыми, неотчуждаемыми правами, которые равны для всех. Далее фиксировался парадокс: индивиды множественны и живут на одной территории, и поэтому попытки реализовать естественные права и свободы всех в одном месте и одновременно неизбежно приводят к ситуации, названной “война всех против всех” (Т. Гоббс).
Однако такой войны не наблюдается, люди могут мирно уживаться, поэтому для объяснения данного положения была предложена идея общественного договора. Но “общественный договор” в деятельном плане неудовлетворителен, поскольку без ответа остается вопрос: как на такой договор можно реально опереться в случаях столкновения разных интересов, и кому какие права приписать?
Естественные права и свободы различны по своему правовому статусу. Часть из них тесно связаны с индивидом, это - личные, частные права и свободы; в их осуществлении, по принципу, достаточно проявления индивидуальной воли. Но выявляются еще такие права, которые касаются вещей, где действительно могут пересечься интересы различных индивидов и их общностей, что и может привести к “войне всех против всех”. Это публичные (общественные) права и свободы. В “цивилизованных” правовых системах, характерных для европейской культуры [9], эти права и свободы не могут быть реализованы непосредственным образом, а только опосредованно - через политические институты и государство.
Именно для объяснения необходимости такого способа воплощения свободы призывается идея гражданского общества.
Гражданское общество, таким образом, опирается на презумпцию естественного права и связывает реализацию свободы индивидов с определенными институциональными правилами. А потому в “цивилизованных” правовых системах свобода индивида осуществляется через: 1) частные (личные) права; 2) политические институты 6; 3) государство.
2. Политическое пространство, законодательное регулирование и роль государства. Выше мы показали, что пространство, в котором реализуется свобода гражданского общества, олицетворенная противоречащими друг другу волями многих индивидов, по необходимости становится политическим.
Особенность позиции политика как общественной в отличие от любой частной (пусть и очень культурной) деятельности выделил еще Аристотель: “Хотя моряки на судне занимают неодинаковое положение... благополучное плавание - цель, к которой стремятся все моряки в совокупности и каждый из них в отдельности... То же самое и по отношению к гражданам: хотя они и не одинаковы, все же их задача заключается в спасении составляемого ими общения, а общением этим является государственный строй” [1, 376]. Греки, обладая уже идеей правового равенства свободных граждан, изобрели институциализированное пространство публичного общественного обсуждения и принятия решений по поводу государственных дел7: “...и к высшему из всех благ стремится то общение, которое является наиболее важным из всех и обнимает собой все остальные общения. Это общение называется государством или общением политическим” [1, 449]. К этому правовому пространству общественной коммуникации Рим добавил еще процессуальную форму, поддерживаемую особой профессиональной корпорацией юристов. “И пусть для истории науки и политической мысли Аристотель значит больше - есть нечто свежее, важное и неувядающее в общественных взглядах какого-нибудь Цицерона и, шесть веков спустя, в идеях юристов эпохи Юстиниана. Возможно, в названии одной из их работ и выражается суть того дара, который Рим вручил Западу: Institutiones, институты” [20, 179].
За счет формы (места-роли, связанные процедурой) и символизма (превращающего процедуру в ритуал) институт стягивает друг с другом некоторую рамочную для данной сферы общественной жизни идею (например, идею Права) с культурно-безусловными особенностями нравов людей, духом народа, его самосознанием и общественной нравственностью. Важное значение имеют традиции, особенности государственности и обыкновения той среды, которую она вокруг себя формирует ([15], [28]).
Для функционирования гражданского общества в таком пространстве необходимо законодательное регулирование, устанавливающее правила поведения для различных субъектов права и для осуществления политического взаимодействия различных сил. Поэтому гражданское общество, являясь философско-правовым понятием, является также понятием политико-правовым.
Субъекты, реализующие вышеназванные три канала воплощения свободы, и структуры, их опосредующие, могут находиться в политических отношениях, регулируемых законом, который поддерживается государством, а в своем правовом характере легитимизируется гражданским обществом8. Если политика происходит в рамках закона, то свобода разворачивается мирно и полно настолько, насколько позволяют очерченные нормативные рамки. В случае, когда свобода индивида выходит за границы, установленные законами, такой субъект попадает в состояние “вне закона”: отчуждается от гражданского общества и впадает в ситуацию войны с ним. Преступив границы, индивид совершает акт произвола и, тем самым, допускает произвол к себе со стороны гражданского общества. Но он может и вернуться в его лоно, приняв соответствующие наказания. Отсюда и известный принцип Фихте и Гегеля о наказании: наказание - это право преступника. Этот принцип означает, что наказание - не акт принуждения, а также есть реализация свободы [5, 16]. И принуждение выступает как отчужденная и противопоставленная самой себе свобода: свобода индивида противопоставляет себя свободе всех остальных членов гражданского общества, чем и вынуждает последних (как правило, через государство) прибегнуть к принуждению.
В политическом пространстве действуют различные субъекты, ставящие свои собственные цели. И поэтому политическое пространство устраивается таким образом, чтобы быть отделенным от сферы непосредственного действия9 . В политике по определенным “правилам игры” происходит выяснение, проявление и формулирование воли индивидов и их особенностей, а государство отличается от иных политических институтов тем, что должно поддерживать всеобщую (т.е. единую и равную для всех) законность и порядок.
Государство устанавливает подзаконность частных лиц, политических институтов и самого себя. Отсюда - идея правового государства [17], т.е. такого, которое ограничено правом. Именно в политико-правовой действительности происходит размежевание “всеобщей воли” на частные интересы и, соответственно, свобода самоотчуждается сама себе и происходит разрешение прав.
Закон выступает как охранительный и регулирующий инструмент внутри правового пространства [30], причем инструмент, обладающий определенной самоценностью и самостоятельностью: именно закон очерчивает и оформляет правовое пространство, именно законом обеспечивается восстановление прав, нарушенных в результате того или иного конфликта. Но это лишь при том условии, что сам закон имеет правовой характер и происхождение. Последнее обеспечивается легитимностью как процедуры принятия закона, так и органа, от которого он исходит. Легитимность же задается гражданским обществом, согласующем политические воли различных субъектов с основными принципами права, с идеей ненарушимости основных правовых свобод (см. выше). В противном случае закон приобретет неправовой характер, т.е., по-прежнему оставаясь мощным инструментом, он, вместо дела поддержания права, будет служить неправому делу его нарушения в чьих-либо интересах.
Итак, гражданское общество позволяет опосредовать реализацию свободы политическими институтами, и при этом, очевидно, основное место в такой политической действительности занимает государство.
Государство легитимизируется и ограничивается гражданским обществом, хотя в большой степени оно самостоятельная часть общества, в значительной мере оформляющая и венчающая целое. В классике государство - “лучшее выражение” и “кристаллизация” духа нации, “действительность ее нравственной идеи” (Фихте, Гегель [5]). В то же время государство (как правило) - более оформленный, консервативный, постоянный элемент общества, а гражданское общество - более динамично, текуче, оно чутко реагирует на социальные движения и процессы10.
3. Государственность, гражданское общество и гражданин. И еще об одном наиболее часто используемом понятии - государственность. Государственность и государство - не одно и то же. Государственность - более объемное понятие, содержание которого включает в себя и гражданское общество, и государство, и историко-культурные традиции, которые актуально выражены и естественным правом, и государственными институтами, структурами, символами.
Гражданское общество - субстанция государственности. Для поддержания функционирования государственности (в рамках европейской традиции Нового времени) необходимо признание состояния гражданства и гражданских прав.
Человек обладает совокупностью гражданских прав (часть которых провозглашаются “неотъемлемыми и неотчуждаемыми”, “естественными”), что при определенных условиях фиксируется статусом гражданина, и это открывает для него определенные юридические возможности. Например: участвовать в хозяйственной жизни, в политических структурах, в осуществлении власти и т.п. Граждане в совокупности образуют народ (юридический) данной страны как носитель государственности. И по отношению к “собственному” государству человек выступает не только как носитель гражданских прав, но и как подданный, поскольку подчиняется и защищается его законами11. Различают права человека и гражданина. Не всякий человек, находящийся на территории государства, является его гражданином. Но его права признаются (должны признаваться в соответствии с международными традициями, обыкновениями, нормами) любым государством. Гражданское общество признает и обеспечивает гражданские права и свое название получает именно от них.
Отсюда, гражданское общество - с правовой точки зрения - имеет место там, где за всеми или определенной категорией индивидов, проживающих в данной стране, признается возможность, когда гражданин в определенных случаях может быть приравнен перед лицом закона государству, и может быть создан противовес или уравновешивание воли государства воле гражданина или группы граждан (воле общественных организаций, движений и т. п.). Такая возможность “уравнивания на весах правосудия” субъектов, имеющих существенно разную “мощность”, возможна лишь при условии самоограничения государства [28], которое возможно лишь при институциональной организации общественной жизни, подразумевающей разделение института власти, субъекта власти и отношения власти12 , которое, в свою очередь, связано еще с одним разделением: государства, политических институтов и гражданского общества внутри государственности. В современной либеральной демократии все эти разделения реализуются за счет разделения властей и создания соответствующей системы “сдержек и противовесов” 13.