Материал: Генри Элленбергер Открытие бессознательного. Том 1

От первобытных времен до психологического анализа

психотерапией, как не следует упускать и тот факт, что в бесчисленном разнообразии методов первобытного лечения можно распознать опре­ деленные основополагающие черты.

Первобытный целитель играет в своей общине гораздо более суще­ ственную роль, чем та, которую играют врачи сегодня. Сигерист пишет: «Назвать целителя предшественником современного врача — это зна­ чит оскорбить его. Да, он, конечно же, им является, но является и еще чем-то гораздо большим; можно сказать, что он является предшест­ венником большинства наших профессий»80. Он занимается не только проблемами благосостояния своего племени (начиная с того, что он вызывает дождь и кончая обеспечением победы в войне), но часто явля­ ется волшебником, вызывающим у окружающих трепет, иногда бардом, который знает, как создавался мир, и историю своего племени. Еще задолго до того, как появилось разделение труда, лекарь был единст­ венным человеком, обладающим профессиональным статусом, наряду с вождем и жрецом, а иногда он совмещал все эти три должности. Чаще, однако, различные функции целителя были разделены между несколь­ кими людьми. У некоторых племен существовало несколько классов целителей: возможно, у них были шаманы, которые пользовались высо­ чайшей репутацией и занимались только лечением болезней, вызванных потерей души, в то время как лечением обычных физических заболева­ ний занимались целители более низкого разряда.

При наличии заболевания, особенно тяжелого и опасного, пациент возлагает больше надежды и больше доверяет личности целителя, не­ жели лекарствам и другим способам лечения. Отсюда следует, что глав­ ным агентом излечения является сама личность целителя, помимо необ­ ходимых для него навыков лечения и знаний. Медер различает три типа первобытного целителя: первый можно было бы назвать светским це­ лителем, то есть целителем, который лечит рациональными или претен­ дующими на рациональность методами. Второй — это колдун, который действует, используя свой авторитет и внушение. Третий — это религи­ озный целитель, на которого, как говорит Медер, пациент проецирует «архетип Спасителя», в то время как целитель пробуждает и развивает собственные способности пациента к самоизлечению81.

Первобытный целитель — это весьма искусный и ученый человек, «человек высокого ранга», как называет Эткин австралийского целите­ ля, который завоевывает свой статус путем долгой и трудной подготов­ ки. Целители у наиболее слаборазвитых народностей обучаются у це­ лителей старшего поколения и являются членами объединения, которое передает их знания и традиции следующему поколению. Многим из них приходится пережить «болезнь посвящения». В действительности, мно­ гие первобытные целители подвержены психопатологическим наруше-

Глава 1. Предшественники динамической психотерапии

ниям. В этом отношении Акеркнехт различает три типа целителей: а) не вдохновляющие себя, видения и состояния транса которых вызываются постом, алкоголем и лекарствами, в) вдохновляющие себя, те, которые подвергаются ритуальной одержимости, то есть различным приемам самогипноза, несколько напоминающим состояние транса у наших за­ падных медиумов, с) истинные шаманы, то есть те, кто становятся цели­ телями только пройдя специфическое состояние тяжелых психических нарушений82. Таковы шаманы некоторых африканских племен, абори­ генов Индонезии и прежде всего Сибири. Русские этнологи так описы­ вают болезнь посвящения сибирского шамана:

Ниорадзе рассказывает, как молодой человек, принявший решение стать шаманом, отдаляется от людей, он спит на голой земле или даже на снегу, соблюдает длительные периоды голодания, преодолевает огромные физические трудности и беседует с духами. Из всего этого вырисовывается картина больного, страдающего тяжелой формой психоза. Однако, в отли­ чие от обычного психического заболевания, в этом случае началом болез­ ни служит момент, когда индивид ощущает призвание стать шаманом, и во время этой болезни он проходит период инициации под руководством дру­ гих шаманов. Болезнь заканчивается сразу, как только завершается период подготовки, и пациента провозглашают шаманом83.

Очевидно, что здесь мы имеем дело не с обычным психическим за­ болеванием, но скорее с чем-то, что можно было бы назвать «болезнью инициации», которую можно отнести к более широкой группе «творче­ ских болезней»84. К этой группе относится и то, что переживают неко­ торые мистики, поэты и философы. Ниже мы рассмотрим роль, кото­ рую такого рода болезнь, по-видимому, сыграла в основании динамиче­ ской психиатрии.

Целитель может обладать искусством лечения переломов, знанием лекарственных препаратов, умением делать массаж и знанием других эмпирических видов лечения, часто оставляемых на долю светских це­ лителей. Но главные методы его лечения носят философский характер, касается ли дело лечения заболевания, имеющего физическую природу, или речь идет о психическом расстройстве. В первобытных обществах не проводится столь четкого разделения между телом и сознанием, как в более цивилизованной среде, и туземного целителя вполне можно считать психосоматиком.

Первобытное лечение — это почти всегда публичная и коллектив­ ная процедура. Пациент, как правило, не ходит к лекарю сам, и при этом во время лечения в доме остаются родственники больного. Как мы уже видели, лечение с помощью магии в то же время представляет собой

От первобытных времен до психологического анализа

церемонию, проводимую внутри хорошо структурированной группы, включающей в себя всех сородичей пациента, либо членов медицинско­ го общества, в которое пациент вступает после излечения.

Таким образом, мы суммировали основные черты первобытного лечения и сделали обзор наиболее важных его разновидностей. Форест Е. Клементе предпринял попытку воссоздать его историческую эволюцию на основе тщательно проделанного сравнения областей рас­ пределения основных теорий заболевания85. Его гипотеза относительно времени их происхождения и хронологического порядка их возникно­ вения в суммарном виде представлена в таблице 1-2.

Теория, объясняющая болезнь как результат колдовства, является наиболее распространенной из всех, и установить ее хронологию не представляется возможным.

Храмовое лечение и философская психотерапия

Примерно около 4000 года до нашей эры (более точное время установить невозможно) в Азии возникли первые государства и им­ перии. Они заложили основу для формирования организованных религий с учебными заведениями для жрецов и создания системати­ зированных комплексов знаний, которые представляли собой про­ образ современной науки, основанной на наблюдении и дедукции, но не на измерениях и эксперименте — что является характерным для науки современной.

Некоторые методы первобытной медицины были усвоены новой храмовой медициной. (Примером здесь может служить экзорсизм.) Другие методы были разработаны и развиты в самих храмах (такие, как излечения в Асклепии). Светская медицина также подверглась самосто­ ятельному развитию, но она оказалась более эффективной при лечении физических заболеваний, нежели при лечении эмоциональных состо­ яний. Это привело к отделению храмовой медицины от медицины как таковой: теперь первую осуществлял целитель-жрец, а вторую — врач. Акеркнехт убедительно показал, что истинными предшественниками

Глава 1. Предшественники динамической психотерапии

современного врача являются светские целители (то есть те, кому ле­ карь оставлял эмпирическую и физическую заботу о пациентах), в то время как «лекарь (medicine man) являлся скорее предшественником священника, который на протяжении многих столетий выступал в ка­ честве антагониста врача»86. В течение нескольких веков врач и жреццелитель существовали бок о бок: Кос был колыбелью Гиппократа и его школы, но славу его составлял также и Асклепий. Гален, знаменитый врач второго века нашей эры, без колебаний шел за советом по конкрет­ ным вопросам в Асклепий Пергама. Психологические методы лечения, по-видимому, достигли более высокой ступени развития в Асклепий, нежели в светской медицине.

Помимо храмовой медицины и ранней научной медицины, замеча­ тельной особенностью этих культур является тщательная разработка методов ментальной тренировки — часто с психотерапевтическими целями — на основе определенных философских и религиозных уче­ ний. Наиболее известным из этих методов является Йога, необычайно подробно разработанная «мистическая техника», общая для большин­ ства религиозных и философских школ Индии87. Другие философские и психотерапевтические методы вышли из буддизма, такие, например, как методы секты Дзен.

В западном мире некоторые техники ментальной тренировки так­ же ассоциируются с определенными философскими школами. Часто не учитывается тот факт, что в эпоху древних греков и римлян принятие конкретной философии не означало просто принятие определенной доктрины. Пифагорейцы, платонисты, ученики Аристотеля, стоики, эпикурейцы были не просто приверженцами «философских систем», они были членами организованных «школ», также называемых «сек­ тами», которые обязывали своих членов пользоваться определенным методом подготовки и вести определенный образ жизни88. Каждая из таких школ имела центральное учреждение или управление, помимо которого существовали местные отделения. Пифагорейский институт в Кротоне, на юге Италии, был разрушен врагами этой ассоциации, но на протяжении столетий последователи Платона, Аристотеля и Эпику­ ра имели свои институты в Афинах (Академия, Лицей, Дом и Сад Эпику­ ра, соответственно). Эти институты включали в себя жилье, предостав­ ляемое выдающимся членам общества, помещения для чтения лекций, библиотеки и мастерские, где производилась публикация трудов. Ка­ ждая из таких школ была организована по-своему и существовала под руководством сколарха, который являлся последователем основателя школы. Каждая имела иерархию старших и младших членов. Члены, которые переходили из одной философской школы в другую, должны были пройти инициацию и поддерживать определенный образ жизни

От первобытных времен до психологического анализа

вплоть до диеты и манеры одеваться. Они либо поддерживали доктрины школы и соблюдали ее правила, либо исключались из нее.

Каждая школа передавала своим ученикам доктрину своего основа­ теля, последователи такой школы могли в чем-то расходиться с его иде­ ями, но всегда существовало «официальное» учение школы. Это учение включало в себя не только метафизику, но также и логику, мораль, фи­ зику и другие науки. Наиболее фундаментальные знания сохранялись прежде всего для учеников, но проводились лекции и издавались рабо­ ты и для обычной широкой публики. Эти школы часто вели полемику с нефилософами, с другими школами, а также с теми, кто покидал их общество. Члены каждой школы были объединены общими убеждени­ ями, выполнением одних и тех же упражнений, одинаковым образом жизни и культом основателя — памятью о нем, а чаще, вероятно, ле­ гендами, которые о нем ходили, и его произведениями. Этим особенно отличались эпикурейцы: где бы ни образовалась их местная группа, они раз в месяц устраивали пир в честь основателя своего общества. В тех местах, где они имели обыкновение собираться или занимались упраж­ нениями, всегда имелось его изображение, и те, кто приезжал в Грецию, никогда не пренебрегали возможностью посетить его дом и сад в при­ городе Афин.

В каждой школе преподавался и практиковался определенный ме­ тод психической подготовки. Пифагорейцы, которые были связаны строгой дисциплиной и повиновением «мастеру», соблюдали строгие ограничения в диете, упражнялись в выработке самообладания (напри­ мер, в период инициации соблюдался длительный период молчания),

вспособности запоминания и в заучивании наизусть отрывков. Они даже изучали математику, астрономию и музыку. Ученики Платона за­ нимались совместными поисками истины, которая, как они ожидали, может возникнуть в беседах между учителем и учеником. Школа Ари­ стотеля напоминала собой научно-исследовательский институт энци­

клопедического масштаба. Стоики и эпикурейцы придавали большое значение физическим упражнениям89. Стоики учились контролировать свои эмоции и практиковались устно и в письменном виде в искусстве концентрации и медитирования, их метод был столетия спустя взят на вооружение святым Игнатием Лойолой. Они выбирали заданную тему, например смерть, и упражняющийся должен был опровергнуть все ас­ социируемые с ней устоявшиеся мнения, страхи и воспоминания. Дру­ гой практикой было упражнение в «утешении», которое представляло собой дружеские философские рассуждения, с которыми адепт обра­ щался к скорбящему лицу в устном или письменном виде. Эпикурейцы

всвоих медитациях избегали прямого столкновения со злом, они, ско­ рее, предпочитали думать о прошедших и будущих радостях. Они также