В историографии принято выделять направления, в которых Платтер добился каких-то значительных результатов или совершил серьезные научные открытия, поэтому распространены следующие темы статей: Феликс Платтер как офтальмолог, как врач, декан медицинского факультета, как музыкант и как первый психолог. О Платтере как офтальмологе писал Ульрих Кёльбинг (1923 - 2007 гг.) - известный швейцарский офтальмолог и историк медицины, редактор журнала Gesnerus с 1989 по 1992 года Koelbing H. Felix Platter (1536-1614) als Augenarzt // Gesnerus. -- 1990. -- Vol. 47, no. 1 -- P. 21 - 30.. О Платтере как медике писал Валентин Лётшер в предисловии к изданию дневника Феликса и базельский городской врач и историк медицины XX века Иоганн Кархер Karcher J. Felix Platter. Lebensbild des Basler Stadtarztes 1536-1614. -- Basel, 1949. 112 pp.. О Платтере как музыканте писал швейцарский историк музыки Вильгельм Мериан (1889 - 1952 гг.) Merian W. Felix Platter als Musiker // Sammelbдnde der Internationalen Musikgesellschaft. -- 1912. -- Vol. 13, no. 2. -- P. 272 - 285.. Мы видим, что Платтер во всех случаях рассматривается как герой швейцарской истории, прославивший родину в разных областях, представили которых и воскресили имя Платтера.
В немецкоязычной историографии выделяются два автора, посвятивших монографии жизни Платтера. Речь идет о Валентине Лётшере и Катарине Губер. Валентин Лётшер в 1976 году подготовил к изданию текст «Дневника» Феликса Платтера, сопроводив основной текст подробными комментариями на немецком языке (сам текст дневника опубликован на базельском диалекте) и вводными статьями. Это статьи: «Молодые годы автора» Lцtscher V. Felix Platter Tagebuch 1536 - 1567. -- Basel: Schwabe, 1976. P. 9 - 19., «Феликс Платтера как медик» Ibid. P. 19 - 29., «Манускрипт дневника» Ibid. P. 29 - 36., «Язык Феликса Платтера» Ibid. P. 36 - 43., «Источники: издания, иллюстрации и т.д.» Ibid. P. 43 - 47..
Катарина Губер подготовила подробное издание о ключевом научном труде Феликса Платтера: ее книга «Observationes. Исследование здравоохранения в Базеле в Раннее новое время» подробно рассматривает «Observationes» Феликса Платтера - контекст времени, суть жанра, структуру текста и особенности медицинского подхода швейцарского медика.
В современной западной историографии Платтер упоминается в качестве одного из многих европейских врачей XVI века и ему в этом перечне достается место на периферии. О Платтере как о психологе в последнее десятилетие писала известная исследовательница истории медицины Нэнси Сираизи Bakker P., Boer S., Leijenhors C. Psychology and the Other Disciplines. A Case of Cross-Disciplinary Interaction (1250-1750). -- Leiden: Brill, 2012. 387 pp.. Известно, что Феликс призывал лечить душевнобольных людей и настаивал, что такое лечение входит в компетенцию врачей, а не духовников или экзорцистов. Кроме того, он впервые описал симптомы обсессивно-компульсивного расстройства. До Сираизи Платтера как психиатра рассматривал швейцарский медик и историк медицины Ганс Кристоффель Christoffel H. Psychiatrie und Psychologie bei Felix Platter (1536-1614) // Monatsschrift fьr Psychiatrie und Neurologie. -- 1954. -- Vol. 127, no. 1 -- P. 213 - 227..
Медицина XVI века
Медицине XVI века посвящена обширная историография, однако в нашем исследовании мы отдаем предпочтение школе историков медицины Университета Джонса Хопкинса. Многие современные исследования представителей этой школы стали классическими, а монографии стали классическими учебниками для исследователей медицины эпохи Средневековья и Раннего Нового времени. Для начала выделим общие работы о медицине XVI века: это работы Нэнси Сираизи «Communities of learned experience. Epistolary medicine in the Renaissance» Siraisi N. Communities of learned experience. Epistolary medicine in the renaissance. -- Baltimore: The Johns Hopkins University Press, 2013. 163 pp. о коммуникациях в научных сообществах эпохи Ренессанса и ее классические труды «Medieval and Early Renaissance Medicine» Siraisi N. Medieval and Early Renaissance Medicine. -- Chicago: The University of Chicago Press, 1990. 264 pp. и «History, Medicine and the Traditions of Renaissance Learning» Siraisi N. History, Medicine and the Traditions of Renaissance Learning. -- Michigan: The University of Michigan Press, 2008. 456 pp.. Нэнси Сираизи в своих монографиях исследует важную тему, для понимая медицинского сообщества XVI века: это период, когда в Европе формируется наднациональное общество медиков, ярко контрастирующее с религиозными войнами, которые наоборот раскололи общество. Также о взаимодействиях научных сообществ в XVI веке писал Эндрю Каннингэм, историк медицины из Кембриджа. Кроме Нэнси Сираизи общий хрестоматийный труд, достойный внимания принадлежит другому известному историку медицины, автору ряда работ, посвященных медицине Раннего Нового времени, Эндрю Уэру. Эндрю Уэр работал с Нэнси Сираизи, Вивианом Наттаном, Роджером Френчем. Также он состоял в научной группе, исследовавшей медицинские жанры эпохи Средневековья. Об этой научной группе мы говорим ниже.
В нашем исследовании представлено сравнение университета Монпелье с передовыми итальянскими медицинскими факультетами того времени. Итальянскими университетами XVI века подробно занимался Пол Гренделер, американский исследователь истории медицины. Его многорафия «Университеты Итальянского Ренессанса» посвящены не только медицинским факультетам, но устройству университетов XVI века в целом Grendler P. The Universities of Italian Renaissance. L.; Baltimore, 2004. 616 p.. Автор рассматривает шестнадцать итальянских университетов, разделив их на три волны по времени открытия, рассказывает об учениях, господствовавших в университете (о платонизме и проникновении аристотелизма в университеты в XIV веке). Гренделер разбирает частные вопросы: распорядок дня, структура университета, взаимодействие учебной и городской среды, докторантура и профессора в университете. Нас же будут интересовать главы «Анатомия в эпоху ренессанса», «Тела для диссекции», «Анатомия в университетах после Везалия». Схожей тематике посвятила статью Синтия Клестинек. Ее статья «История анатомических театров в Падуе в XVI веке» Klestinec C. A History of Anatomy Theaters in Sixteenth-Century Padua // Journal of the History of Medicine and Allied Sciences. 2004. №Vol. 59, No. 3. 375 - 412 pp. повещена схожей с данным исследованием тематике. В XVI веке в Падуе студенты начали критиковать метод Галена в медицине и выступали за увеличение числа практических занятий. Тогда ученик Фаллопия, Джероламо Фабриций Аквапенденте (1537 - 1619 гг.) ремонтирует анатомический театр в Падуе, вводит на факультете учение Аристотеля и Гиппократа и развивает практическую медицину, отвечая на вызов студентов того времени. Обратим внимание на то, что года жизни Аквапенденте практически совпадают с годами жизни Феликса Платтера.
В российской историографии мы будем обращаться к классическому труду Татьяны Сергеевны Сорокиной «История медицины». Это общий труд об истории медицины, начиная от древнегреческой традиции и до современных открытий. Так же мы обращаемся к более узконаправленным статьям, которые непосредственно соотносятся с темой нашего исследования. Это статья Анны Вячеславовны Стоговой «Дружеские отношения в медицинском дискурсе конца XVI - начале XVII вв.». Статья посвящена развитию коммуникаций между медиками в эпоху Раннего нового времени и созданию наднационального научного сообщества, о котором мы упоминали выше.
Так же мы будем обращаться к ряду работ Елены Евгеньевны Бергер, российскому историку медицины Раннего нового времени. Статья исследовательницы «Нехорошо, что монстры живут среди нас» посвящена практическим занятиям медициной Амбруаза Паре (1510 - 1590 гг.), его взглядам на медицинские аномалии. Известно, что помимо введения практического метода, медицина XVI века была революционной из-за нового отношения к ментальным больным, людям с отклонениями и аномалиями. Так, Феликс Платтер впервые предложил лечить душевнобольных людей «при помощи любви и заботы», вывести их из-под ведомства церкви и сделать лечение подобных недугов прерогативой врачей Siraisi N. Psychology and the Other Disciplines. A Case of Cross-Disciplinary Interaction (1250-1750). -- Leiden: Brill, 2012. 387 pp.. Еще две статьи Елены Евгеньевны непосредственно связаны с темой нашего исследования - «Особенности хирургического образования в средневековой Европе» Бергер Е. Е. Особенности хирургического образования в средневековой Европе // История медицины. М.: Изд-во Первого МГМУ им. И. М. Сеченова, 2014. № 3. С. 112-118. и «Античное наследие в медицине Возрождения» Бергер Е. Е. Античное наследие в медицине Возрождения // Интеллектуальные традиции в прошлом и настоящем. 2014. №2. С. 274-288. о введении практического метода в медицину и отношении к методу Галена и Гиппократа в университетах XVI века.
Жанр «Observationes»
В последние десятилетия западные историки медицины начали подробно изучать медицинские жанры эпохи Средневековья и Раннего Нового времени. В 2010 году группа исследователей из Университета Джона Хопкинса организовала проект «Practices of Observation of Early Modern Physicians» на базе Института Истории Науки Макса Планка. В группе работали такие известные историки медицины как Нэнси Сираизи, Лоррейн Дастон, Джианна Помата, Эндрю Уэр, Кэтрин Парк. Хотя исследователи по итогам работы опубликовали целый ряд совместных монографий о жанре «Observationes» (Наблюдений), по их словам, они затронули лишь вершину айсберга Подробнее об этом см: Pomata, 2010; Pomata, 2011; Pomata, Siraisi, 2005; Daston, Lunbeck, 2011; Wear, 2000.. Подробно о влиянии античных скептиков на медицину XVI века писали Джианна Помата и Нэнси Сираизи (Pomata, Siraisi, 2005). В частности, Помата посвятила отдельную статью истории понятия «observatio» (наблюдение) в эпоху Античности, Средневековья и Раннего Нового времени и отдельно исследовала историю медицинских наблюдений и формирования жанра «Observationes» в XVI веке Pomata G. A Word of the Empirics: The Ancient Concept of Observation and its Recovery in Early Modern Medicine // Annals of Science. -- 2011. -- Vol. 68, no. 1. -- P. 2.. Большое количество статей написано об отдельных представителях медицины XVI века, которые писали в жанре «Observationes». Мы посвящаем отдельный раздел жанру «Observationes», потому что во много благодаря этому жанру складывалась научная медицинская сеть XVI века. Врачи обменивались наблюдениями, налаживая сеть обмена письмами по всей Европе и задумывали свои труды как коллективные монографии. В Посвятительном письме (Epistola Dedicatoria) медики указывали всех корреспондентов, которые делились своими «observationes». Благодря таким посвятительным письмам мы сможем определить круг коллег Феликса Платтера, с кем он состоял в переписке. Подробнее об этом мы говорим в разделе «Источники».
Базельский университет
Широко представлена в немецкой историографии история Базельского университета. Ганс Кархер, немецкий историк, в статье «Парацельс, городской врач из Базеля и Везалий» рассказывает о двух ключевых персонах, оставивших след в истории Базельского университета первой половины XVI века. Обращаясь к этому исследованию, мы обратим внимание на то, в каком состоянии был медицинский факультет Базеля до рождения Феликса Платтера и во время его юности. Ганс Кархер называет Везалия и Парацельса двумя реформаторами медицины, которые, несмотря на краткий срок пребывания в Базельском университете, посадили зерно нового знания, которое проросло уже во времена Платтера и его учеников Karcher H. Paracelsus, Stadtarzt von Basel, und Vesal // Basler Jahrbuch. 1942. P. 7 - 16..
Далее в хронологической последовательности следует статья немецкого историка медицины Ульриха Кёльбинга «Место Феликса Платтера в медицине в его время» Koelbing H. Felix Platters Stellung in der Medizin seiner Zeit // Gesnerus: Swiss Journal of the history of medicine and sciences. 1965. №22. P. 59 - 67.. Статья посвящена отдельно Феликсу Платтеру, как медику, хотя сам Кёльбинг, упомянутый нами выше, офтальмолог. Кёльбинг пишет о том, что за сто лет, от рождения Везалия и до смерти Платтера медицина претерпела глубокие изменения. Затем автор ставит вопрос: какова роль Феликса Платтера в медицине его периода и продвижении новых идей. Кёльбинг отмечает, что оценки достижений Платтера противоречивы и полярно противоположны. Так, авторы крупных монографий об истории медицины в целом отводят Платтеру второстепенную роль, в то время как исследователи отдельных достижений в области медицины Платтера признают его выдающимся врачом своего времени.
Наконец, третья по хронологии статья Фридриха Мишера «Медицинский факультет в Базеле «Медицинский факультет Базеля и его подъем при Феликсе Платтере и Каспаре Баугине», посвященная зрелым годам Феликса Платтера, его руководству факультетом и его ученикам-последователям.
В заключение следует коснуться книги известного французского историка Э. Ле Руа Ладюри - «Век Платтеров» Le Roy Ladurie E. Le Siиcle des Platters. Le mendiant et le professeur. Fayard, 1995. 527 pp.. Трудно определить жанр этой книги. При помощи Д. Лиштенан - французской исследовательницы швейцарского происхождения, в совершенстве владеющей базельским диалектом немецкого языка Доминик Лиштенан - специалист по русской истории XVIII столетия. , Ле Руа Ладюри подготовил вольный пересказ наиболее интересных частей семейных хроник трех поколений семьи Платтеров, снабдив их подробными историческими и культурологическими комментариями. Этот стиль изложения когда-то принес большой успех его книге «Монтайю, окситанская деревня» Le Roy Ladurie E. Montaillou, village occitan de 1294 а 1324. Paris, 1975. 642 pp.. Если рассказ о средневековой пиренейской деревне на основе инквизиционных протоколов, призван был раскрыть читателям «другую Францию» - мир французских крестьян в их повседневных заботах, социальных связях, верованиях и ценностных ориентациях, то пересказ семейной саги Платтеров сквозь их воспоминания, дневники и путевые заметки, по замыслу автора, открывал публике «другую» Европу. Бурные события европейской Реформации, Религиозных войн, конфессионализации, научной революции показаны через историю семьи, через историю её социального возвышения.
Внимание авторов привлекают социально-психологические аспекты истории этого удивительного семейства, колоритные подробности описаний их путешествий. Большая часть издания (два тома) занимает перевод (пересказ) большого травелога Томаса II Платтера. Томасу I и Феликсу посвящен лишь один том на двоих.
базельский университет платтер анатомический
Глава 1. Становление взглядов студента-медика
1.1 История медицины XVI века и История Базельского университета
В этой главе мы попытаемся установить, в каком состоянии находилось научное медицинское знание во второй половине XVI века в Базельском университете, чтобы ответить на два вопроса: какое место Базельский медицинский факультет занимал среди остальных факультетов Европы и какое влияние оказал факультет на взгляды Феликса Платтера.
Для этого нам нужно 1) обратиться к ряду медицинских терминов (Consilium - Совет, Curationes - Лечения, Observationes - Наблюдения), 2) сравнить, как учения Галена и Гиппократа соотносились друг с другом в XVI веке, а также 3) обратиться к биографии Парацельса и Везалия.
В конце XIII века в Европе зародился жанр «Consilium contra pestilentia»Katinis T. Medicina e filosofia in Marsilio Ficino: il Consilio contro la pestilenza. Roma, 2007. 220 pp.. Впервые работу в таком жанре опубликовал итальянский медик Таддео Альдеротти (1223 - 1295 гг.) в 1276 годуAlderotti T. I Consilia. Torino, 1937.. Однако широкое распространение работы в таком жанре получили в XIV веке: В 1346 году из Восточного Китая в Европу попала эпидемия чумы. Первыми заражению подверглись портовые города (Марсель, Генуя и др.), но к 1348 году, заражению подверглась уже вся Европа.
По мнению историка медицины Пола Рассела, причину распространения жанра «Советов» в этот период стоит искать в области моралиRussel P. A. Ficino'sConsiglioContro la Pestilentia in the European Tradition // Verbum-analectaneolatina.hu Электрон. дан. S.l., s. a. URL: http://www.verbum-analectaneolatina.hu/en_cikk.php?id=8, свободный (дата обращения 08. 05. 15).. Духовенство, врачи и хирурги, пренебрегая своей миссией - морально и физически поддерживать народ в условиях стихийных бедствий, - получив известия о приближении чумы, бежали из городов. Ведь основной рецепт спасения от чумы, о каком веке бы не шла речь, оставался прост: «Cito! Longe! Tarde!» - «Беги, беги как можно дальше, и возвращайся лишь спустя много времени после прекращения чумы». По мнению Рассела, дабы искупить вину за неисполнение долга, врачи и хирурги оставляли перед побегом рекомендации людям, которые оставались в городе и вынуждены были лечиться самостоятельно. Таким образом, создание сочинения о борьбе с чумой облегчало совесть медика, нарушившего свои обязательства перед пациентами.