Глубокое познание и оптимальное использование права в жизнедеятельности общества невозможны без уяснения тех целей, которые лежат в основе его создания и функционирования.
В этимологическом плане цель - это то, к чему стремятся, что надо достичь. В философии она интерпретируется как идеально намеченная модель, мысленно представляемый образ предполагаемого результата человеческого поведения. Соответственно, под целью права следует понимать намеченное в нем и выражающее определенные идеалы состояние регулируемых общественных отношений и установок их участников.
Цель права может рассматриваться и как объективная, и как субъективная категория. Она вполне объективна по истокам, содержанию и формам проявления во вне, поскольку детерминируется реальными условиями жизни общества, аккумулирует интересы и волю определенных социальных групп, возводится в общеобязательный ранг и не зависит от сознания каждого отдельного индивида. Вместе с тем эта же цель субъективна как сознательное творение людей, как идеальное, пока лишь мысленно намеченное состояние предмета властного воздействия. Это - две органически взаимосвязанные и дополняющие друг друга стороны единой цели права.
Цель права может фактически привести к устойчивому результату в заданном направлении только при условии, если она, во-первых, вызвана актуальными жизненными потребностями, правильно (хотя с опережением) отражает объективную действительность и сформулирована с должным учетом ее закономерностей и, во-вторых, оптимально соотнесена с теми средствами и возможностями, которыми располагает общество на данном этапе своего развития. Для этого, говоря другими словами, требуется прежде всего истинность и реальность цели. Иначе последняя окажется ложной, произвольной или невыполнимой, способной в лучшем случае содействовать получению лишь случайного, временного результата.
Нельзя сбросить со счета и некоторые нюансы категорий "цель права" и "цель в праве". В первой из них, очевидно, имеется в виду только та спрессованная цель, которая становится непосредственно перед самим правом данной страны как единой системой действующих там юридических норм. Тогда как под "целью в праве" допустимо подразумевать как те цели, которые свойственны каждому структурному элементу этой сложной системы, так и те, которые в каждом конкретном случае добиваются субъекты правовой деятельности, в том числе отдельные граждане, осуществляющие свои субъективные права, свободы, охраняемые законом интересы и юридические обязанности. В последнем случае цель, будучи отражением индивидуальных потребностей конкретных участников регулируемых общественных отношений, выступает главным образом как идеальный внутренний мотив юридически значимых действий, как компонент механизма правореализации. И вовсе не исключено, что указанные выше цели не вполне совпадают и по объему, и по содержанию, и по направленности.
Цели права с точки зрения последовательности осуществления подразделяются на ближайшие (тактические) и перспективные (стратегические). Первые из них олицетворяют насущные потребности правового регулирования на данном этапе развития общественных отношений и сознания их участников, рассчитаны на реализацию безотлагательно, в "сегодняшней" жизнедеятельности общества. Перспективные цели выражают более отдаленные идеальные результаты, которые могут достигаться лишь в будущем, посредством повседневного осуществления целей всей суммы правовых установлений.
Непосредственная цель олицетворяется в тех общих масштабах поведения, которые адресованы участникам регулируемых жизненных отношений. Достижение именно намеченного в праве состояния упорядочиваемых отношений и сообразных ему установок их участников означает тот прямой результат, который в первую очередь планируется регулирующей подсистемой.
Но эта цель сама является средством получения определенных результатов в экономической, политической, социальной и духовной сферах человеческой жизнедеятельности. Такие результаты, предвосхищаемые при установлении тех или иных правовых нормативов, в юридической литературе чаще всего рассматриваются в качестве определенных социальных целей. Последние указываются прямо в текстах многих нормативных правовых актах. В остальных случаях они выявляются путем применения всех без исключения приемов (способов) толкования правовых норм.
При соотнесении непосредственных и опосредованных, ближайших и перспективных целей права следует отказаться от порочного тезиса "цель оправдывает средства". Использование антигуманных средств для осуществления каких-либо целей человеческой деятельности приводит к обесчеловечиванию самой такой цели. Цель, для достижения которой требуются или фактически применяются не правовые средства, не есть правовая цель.
Цели права носят многоаспектный характер, направлены на закрепление определенных масштабов поведения, на обеспечение намечаемого состояния регулируемых отношений, на осуществление ценностных ориентаций, внутренних потребностей и установок их участников, на создание надежного мерила при оценке их поведения. Благодаря такой многоаспектности своих целей право служит одновременно и модульно-информационным средством, и регулятором общественных отношений, и средством воздействия на сознание и психологию людей, и мерилом правомерности поведения субъектов права. Это обстоятельство имеет важное значение при рассмотрении функций права.
Функции права - это основные направления его воздействия на социальный организм, определяемые сущностью, целью и назначением права в обществе.
Первое из таких направлений заключается в модульно-информационном воздействии, которому соответствует модульно-информационная функция права. Она выражается:
в описании образа намечаемой цели тех или иных правовых норм;
в указании на типичные образцы жизненных ситуаций, при которых упорядочиваемые общественные отношения возникают, изменяются и прекращаются;
в обозначении общих правил (масштабов) поведения участников этих отношений;
в обобщенной дозировке юридических средств, призванных обеспечивать выполнение таких правил;
в определении субъектного состава устанавливаемых правил поведения.
Эта функция имеет важное значение. Она прямо ориентирует регулирующую подсистему на то, чтобы правовые нормы своевременно сообщались возможным участникам регулируемых отношений, правоприменительным учреждениям и т.д.
Модулируемая в правовых нормах программа должна во всех своих частях воплощаться в жизнь, реализоваться в реальных действиях реальных лиц. Этому предназначению соответствует вторая, регулятивная функция права. Она осуществляется путем властного воздействия на складывающиеся в обществе отношения, направления внешнего поведения их участников по общеобязательным эталонам (правилам, масштабам), обозначенным в нормах права. Регуляция ограничена строго этой сферой, поскольку любой индивид подвластен законодателю лишь постольку, поскольку он проявляет себя, изъявляет свою волю, совершает те или иные поступки.
Это властное воздействие в одних случаях выражается в закреплении определенных отношений, в других - в запрещении (вытеснении их путем запретов) или в ограничении, в третьих - в стимулировании, в четвертых - в упорядочении взаимных прав и обязанностей соответствующих лиц и т.д. Здесь речь идет о разных формах его проявления, зависящих в первую очередь от особенностей предмета и метода правового регулирования.
Регулятивная функция права носит, безусловно, сложный, многогранный характер. В ее рамках позволительно различать охранительную, ограничительную, поощрительную, обязывающую и т.п. формы властного воздействия на упорядочиваемые отношения. Но все это - различные проявления одной и той же регулятивной функции права, выделяемые в ходе ее детализации по средствам, способам и приемам оказываемого властного воздействия.
В таком подходе не содержится никакой недооценки охранительных задач права. Только подчеркивается, что последним и охрана, и содействие развитию, и вытеснение вредоносных жизненных отношений, и определенное ограничение тех или иных отношений достигается именно путем их регулирования.
Единая регулятивная функция права призвана обеспечить оптимальное сочетание статики и динамики упорядочиваемых отношений в том русле, которое очерчено в правовых нормах. Даже тогда, когда правовая норма, казалось бы, закрепляет регулируемое общественное отношение, она не только не умерщвляет, не останавливает его движения, но и создает простор для определенных изменений в заданном направлении.
Иначе и быть не может. В обществе устойчивость любого отношения, закрепленного правом, динамична, а его динамизм - устойчив. Хотя при правовом регулировании упор может быть сделан на то или иное изменение соотношения стабильности и динамичности в предмете воздействия, однако это не дает основания ни для отрыва статики и динамики предмета друг от друга, ни для воздействия их в ранг разных функций права.
Цель и назначение права, как указывалось выше, проявляются не только в регулировании непосредственно самих общественных отношений, но и в воздействии на представления, чувства, ценностные ориентации, внутренние потребности и установки их участников. Тем самым обусловливается еще одна функция права - функция воздействия на сознание и психологию участников регулируемых отношений. Воздействие это осуществляется путем информирования их об общеобязательных образцах поведения в тех или иных общественных отношениях, разъяснения мотивов и целей установления таких масштабов, убеждения в их необходимости, справедливости и ценности, предупреждения о возможных последствиях отклонения от них и т.д. Оно, в отличие от регулирования, не является властным, ибо правовые нормы, которые делают предметом воздействия не действия как таковые, а образ мыслей людей, - это не что иное, как позитивные санкции произвола и беззакония.
Нормы права выполняют и оценочную функцию, так как устанавливаемые ими образцы и правила поведения служат своеобразными мерилами дозволенности и приемлемости действий субъектов права, их правомерности или неправомерности. Оценка ценности или, напротив, ущербности поведенческих актов в юридически значимых сферах и процессах основывается в первую очередь на этих нормах. То же самое можно сказать в части оценки тех мер юридического принуждения или поощрения, которые предусматриваются в правовых нормах и применяются при их реализации.
Указанные выше функции права не только взаимосвязаны, но и взаимно переплетены. В современных условиях любая информация об общественных явлениях не отделена, например, от воздействия на сознание людей. Сознание и внешнее поведение личности тоже взаимообусловлены. Тем не менее, разграничение различных функций права имеет существенное познавательное и практическое значение.
С.С. Алексеев предложил на отдельных уровнях различать общесоциальные, социально-политические и социально-юридические функции права1, хотя здесь логика классификации не выдержана. Кроме того, в литературе нередко говорится об экономической, политической, социальной и т.д. функциях права. Для надлежащего понимания данной стороны проблемы необходимо учесть следующее.
В принципе можно подходить многопланово к социальному назначению права, рассматривая его как средство и управления, и распределения благ, и обеспечения свободы личности, и социального контроля и т.д. При таком подходе оттеняются те или иные задачи, выполняемые при участии права, и выделение множества различных "функций" последнего происходит своеобразно со спецификой этих задач. Тем самым упрощается анализ экономической, социальной, политической и духовной роли права, если он осуществляется по основным сферам регулируемых отношений.
Но в подобных случаях речь идет не о каких-то особых общественных и социально-политических функциях права, дополняющих его специально-юридические функции. В выполнение всякой социальной задачи в рамках любого вида общественных отношений право участвует не иначе, как путем модульно-информационного, регулятивного, духовного и оценочного воздействия. Эти магистральные направления всегда общесоциальны, ибо призваны решать важные для всего общества задачи, и всегда социально-юридические, так как связаны с сущностью, целью и назначением специфического социального феномена, каким служит право.
Значит, под экономической, социальной и политической, а равно под управленческой, контрольной, распределительной и т.п. функциями права фактически подразумевается активное проявление всех его постоянных функций либо в сфере экономических, социальных и политических отношений, либо в осуществлении управленческих, контрольных, распределительных или иных социальных задач. Это обстоятельство важно не только для правильного решения проблемы количества, названий и группировки основных функций права, но и для того, чтобы надлежащим образом понять роль этих функций в различных сферах жизни, не допуская невольного расформирования магистральных направлений регулятивного воздействия права на все эти сферы, растворения его функций в явлениях несколько другого порядка.
Известно, что ценности - суть предметы, явления, их свойства, идеи и побуждения, которые нужны людям, их общностям и образованиям для удовлетворения их интересов и потребностей. В конечном счете, ценно все то, что объективно необходимо и значимо для надлежащей организации жизнедеятельности общества, достижения в ней прогресса, благополучия людей.
Раз ценности проектируются через призму человеческих потребностей и интересов, они представляют собой известное единство объективного и субъективного; их наличие и величина зависят не только от качества самого объекта, но и от отношения субъекта.
По всем своим подлинным целям, назначению и функциям право должно обладать несомненной ценностью. Исторически оно появилось как феномен цивилизации и культуры, а своим предназначением имеет содействие обеспечению естественных и иных прав и свобод личности, обогащению ее индивидуальности, развитию демократии. Право утверждает равенство граждан, с древних времен в нем усматриваются "политическая справедливость" (Аристотель), "свободная воля" (Гегель), "продукт народного духа" (Гуго), "защищенный государственный интерес" (Иеринг), "продукт сознательной деятельности людей" (Муромцев), "правила социальной солидарности" (Дюги), "общественные потребности" (Новгородцев).
Право, будучи связано с государством, в то же время отсекает произвол в деятельности его механизма, ограничивает ее возможные негативные проявления. Государство подчинено нормам права точно так же, как и все остальные субъекты права. В гражданском обороте, например, оно действует по тем же правилам, которые установлены для юридических лиц, предпринимателей и местного самоуправления. И законодательная, и исполнительная, и судебная власть должны непременно руководствоваться действующим правом, принимать решения в строгом соответствии с его нормами. Любое принуждение может применяться ими лишь по основаниям, в порядке и в пределах, которые очерчены правовыми нормами, обеспечивающими всеобщий масштаб и равную меру свободы для всех, кто находится в сфере правового регулирования. "Органы государственной власти, местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения, - сказано в статье 15 Конституции РФ 1993 года, - обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы".
Для понимания ценности права важно и то, что в нем воплощаются начала справедливости, гуманизма, нравственности и человечности. Уважение к достоинству личности, создание условий для ее совершенствования и защита общечеловеческих ценностей - одно из исторических предназначений права.
Предусматривая общие, обязательные и наиболее рациональные масштабы (правила) поведения участников общественных отношений, нормы права намечают определенный этический минимум для каждого из них, строго обеспеченный государством. Они, благодаря своим специфическим свойствам, не только поддерживают достигнутый этический уровень социальных связей, зависимостей и ограничений, но и способствуют целенаправленному его повышению. Таким образом, эти нормы излучают социальные импульсы, направленные на неуклонное совершенствование самого человека, его внутренней и внешней культуры, на изменение в лучшую сторону его этических представлений, установок и устремлений.
Величина нравственного потенциала норм права ярко выражается также в том, что эти нормы определяют юридический статус (положение) человека в обществе, наделяют его необходимыми правами и свободами, защищают его интересы. Эти права и свободы олицетворяют возможность не только совершения определенных положительных действий, но и пользования производственными, социальными, политическими и духовными благами.
В этом отношении весьма ценно и то, что право, в отличие от этики, искусства, литературы и т.п., служит средством распределения в индивидуальное пользование материальных и духовных благ. Выражая юридическим языком своего рода алгоритм распределительных связей, правовые нормы обеспечивают программирование материального и духовного обмена на длительные сроки.
Нередко отдельные граждане не фиксируют своего внимания не только на разумности, оптимальности, но и на большей социальной ценности адресованных им юридических конструкций. Между тем эти конструкции призваны отражать объективно насущные потребности, интересы и ориентации людей, являются правовой основой для их достижения. Переводя эти потребности, интересы и ориентации в плоскость субъективных прав, юридических свобод и охраняемых законом интересов, правовые нормы гарантируют их, обеспечивают их реализацию.