Материал: Древнегреческие праздники в Элладе и Северном Причерноморье

382 Μ. В. Скржинская. Древнегреческие праздники.

менования всех месяцев (КБН. С. 846), а от первого уцелели лишь три начальных: Тавреон, начинавшийся, по-видимому, с мартовско­ го весеннего равноденствия, и следовавшие за ним Таргелион и Каламайон. Единственный источник с упоминанием месяцев милет­ ского календаря на Боспоре это граффити на стене святилища в Нимфее. Там авторы надписей, жившие во второй половине III - начале II в. до н. э., записывали даты отправления и прибытия кораблей.11 Остальные месяцы можно восстановить по имеющим­ ся эпиграфическим памятникам Милета и Ольвии.

Македонский календарь широко распространился в гречес­ ком мире после завоеваний Александра Македонского. Названия месяцев и начало года отличались от милетских. Год начинался с осеннего равноденствия, а после смерти императора Августа - со дня его рождения, 23 сентября. В боспорских надписях I—IV вв. неоднократно упоминаются все 12 месяцев: Диос (сентябрь-ок­ тябрь), Апеллайос (октябрь-ноябрь), Авдинайос (ноябрь-декабрь), Перитиос (декабрь-январь), Дистрос (январь-февраль), Ксандикос (февраль-март), Артемисиос (март-апрель), Даисиос (апрель-май), Панемос (май-июнь), Лойос (июнь-июль), Горпиейос (июль-август) и Гиперберетейос (август-сентябрь).

Введение нового календаря на Боспоре существенно повлияло на общественную и частную жизнь . Всем жителям надо было привыкать по-новому рассчитывать всевозможные сроки, датиро­ вать события и пр. Названия лишь двух месяцев, Панемоса и Артемисиона, оставались прежними, но они не совпадали по вре­ мени, перейдя на следующие по порядку месяцы. В связи с этим встает вопрос о том, передвинулись ли сроки традиционных бос­ порских празднеств и были ли введены новые - соответственно названиям месяцев. Возможно, сначала новый календарь и лето­ счисление коснулись лишь гражданского года, а религиозный оста­ вался прежним, подобно тому, как теперь отмечаются праздники в православной церкви. Наверное, нововведение Митридата сначала вызывало неприятие местного населения, однако введенное на-

11Грач Н. Л. . Открытие нового исторического источника в Нимфее / /ВДИ. 1984. №1 . С. 87; Яйленко В. П. Женщины, Афродита и жрица Спартокидов в новых боспорских надписях // Женщина в античном мире. М, 1995. С. 259, 260.

сильно новшество привилось, а календарь больше не изменялся до конца античности. По сравнению с милетскими другими стали не только названия месяцев, скорее всего и числа не соответствова­ ли прежним. Например, сражение при Платеях в 427 г. до н. э. произошло 4-го Боэдромиона по афинскому календарю и за 4 дня до окончания месяца Панемоса по беотийскому. Сообщая об этом, Плутарх писал: «Несовпадению дней не следует удивляться, ведь даже теперь (II в. н. э. - М. С.), когда познания в астрономии стали основательнее, в разных местах по-разному исчисляются начало и конец месяца» ( Plut. Arist. 19).

Херсонес, единственная дорийская колония в Северном При­ черноморье, пользовался календарем своей метрополии Гераклеи Понтийской. В херсонесских надписях упоминаются пять меся­ цев: Гераклеос, Дионисиос, Латойос, Эвклейос и Ликейос (ΙΡΕ I2 . 357-359, 361, 402).1 2 Из-за плохой сохранности дорийских календа­ рей сейчас невозможно точно определить последовательность хер­ сонесских месяцев и соответствие их нынешним. Предположи­ тельно, Дионисиос начинался в феврале, Эвклейос - в марте, Ли­ кейос - в мае, а Латойос - в июле.13 Может быть, три первых буквы месяца, сохранившиеся в одном декрете, следует восстано­ вить не как известный по другим надписям месяц Гераклеос, а как Герайос, то есть месяц, посвященный Гере, который в некоторых дорийских городах соответствовал сентябрю-октябрю.14 Одни ис­

Антонова И. Α., Яйленко В. П. Херсонес, Северное Причерноморье и Маркоманские войны по данным декрета 174 г. н. э. в честь Тита Кальпурния Аполлонида / / ВДИ.

384 Μ. В. Скржинская. Древнегреческие праздники.

существования, по традиции предков устраивали ряд празднеств. Названия трех месяцев связаны с торжествами в честь Аполло­ на. Весной в Таргелионе отмечали дни рождения этого бога и его сестры Артемиды, принося им в жертву кашу «таргелос», сварен­ ную из разных злаков и овощей. В Боэдромионе Аполлона чество­ вали как военного бога, помощника в битвах. В сентябре проходил соименный месяцу праздник Кианепсии, во время которого готови­ ли для Аполлона блюдо из чечевицы, бобов и овощей. В этом месяце Аполлон олицетворял бога, способствовавшего урожаю пло­ дов и злаков. Кианепсион, включавший осеннее равноденствие, считался поворотом к зиме, когда Аполлон, по верованиям эллинов, отправлялся на несколько месяцев к сказочному племени гипер­ бореев, обитавшему где-то к северу от городов Северного Причер­ номорья.

Широко распространенный у ионийцев праздник Апатурии справляли в соименный месяц. Торжества проходили после завер­ шения земледельческих работ. Во время Апатурий отцы вносили детей в списки граждан и представляли гражданской общине своих сыновей-подростков. В месяцах Ленеон и Антестерион про­ славляли Диониса, в Посейдионе - Посейдона и заключали год праздником, посвященным Артемиде.

Херсонесский календарь показывает, что здесь отмечали Дио­ нисии, чтили Аполлона Ликейского и его мать Латону, поклоня­ лись божеству с эпиклезой Эвклеос, то есть славный (это могли быть либо Зевс, либо Артемида), и Гераклу, в честь которого была названа метрополия Херсонеса Гераклея Понтийская.

Должностные лица и выборные жрецы в Греции и Риме, как правило, исполняли свои обязанности один год. Постоянство их ежегодной службы дало толчок для использования этого срока в качестве хронологической единицы, и гражданский год стал тож­ дественным по продолжительности срока службы одного из маги­ стратов или жрецов, именем которого назывался данный год. Эти лица назывались эпонимами. В Афинах ими становились архонты, в других городах - жрецы, стратеги, пританы, цари и другие. Время их вступления в должность могло не совпадать с началом года. Например, в Риме эпонимами были два консула, приступавшие к

до сих пор принята в европейских и американских государствах. Однако названия сохранившихся в нашем календаре римских ме­ сяцев - октябрь, ноябрь, декабрь (восьмой, девятый, десятый) - указы­ вают, что год некогда начинался с марта (Plut. Mor. 268 а).

В каждом городе существовали списки эпонимов,16 некото­ рые из них сохранились либо в надписях, либо переписаны в сочинениях античных авторов. Например, Диодор Сицилийский включил в свою «Библиотеку» список афинских архонтов с нача­ ла V в. до 302 г. до н. э., а в Милете найдена стела со списком эпонимов начиная с 525 г. до н. э. Надпись на ней исполнена в 334 г. до н. э., а затем на свободном месте там ежегодно дополня­ ли новые имена.17

Для перевода античных дат в современные необходимо свя­ зать список эпонимов с абсолютной хронологией. Это бывает воз­ можно, если в нем обнаруживается синхронизм с ранее извест­ ными датами. В списке эпонимов Милета такой оказалась запись об исполнении должности стефанофора Александром Македон­ ским. Из других источников известно, что это было в 333 г. до н. э. Так удалось датировать весь ряд милетских эпонимов с 525 по 314 г. до н. э. и получить хронологическую канву для истории Ионии более чем на двести лет.

Путем перекрестных сопоставлений надписей и свидетельств древних авторов установлен список афинских архонтов с 496 по 293 г. до н. э.18 Поэтому нам известны годы и даже месяцы издания афинских декретов в честь боспорских царей. Постанов­ ление о привилегиях, данных Спартаку и Перисаду, написано при архонте Фемистокле в восьмое пританство Эгеиды, т. е. в апреле 346 г. до н. э., а декрет в честь другого царя Спартока, сына Евмела, относится к февралю 288 г. до н. э., ибо в его заглавии сказано: «при архонте Диотиме в седьмое пританство Антигониды... в последний день Гамелиона» (МИС . 3, 4).

16Возможно, одна ольвийская надпись (IPE I2. 201), исполненная на рубеже II и I вв. до н. э., представляет собой диахронный каталог ольвийских жрецов-эпонимов. См.: Виноградов Ю. Г. Политическая история Ольвийского полиса. М.. 1989. С. 220.

17Биккерман Э. Указ. соч. С. 62.

18Там же. С. 62-65, 204,205.

25 Зак. 4078

386 Μ. В. Скржинская. Древнегреческие праздники.

В начальный период существования Ольвии здесь, по образцу милетского, организовался аристократический союз мольпов, и хро­ нология велась по именам стоявших во главе него айсимнетов. В III в. до н. э. функция эпонимов перешла к жрецам Аполлона Дельфиния, а в римское время эпонимами стали гражданские ма­ гистраты - первые архонты.19 На Боспоре с классического перио­ да годы назывались именами первых архонтов, а затем царей, кото­ рые сначала также именовались первыми архонтами. В Херсонесе эпонимами были лица, исполнявшие религиозную функцию «ца­ рей».

К сожалению, ни один список эпонимов городов Северного Причерноморья не сохранился, поэтому точные годы документов, датированных эпонимами, удается определить в редчайших случа­ ях. Таков, например, договор о дружбе и союзе Херсонеса с прави­ телем Понта Фарнаком I, который обязался оказать помощь херсо­ неситам при угрозе со стороны скифов (IPE I2. 402). В надписи зафиксированы две даты: херсонесская определена именем царяэпонима Аполлодора, сына Горгита, и понтийская - по принятому там счислению лет - 157-й год месяца Даисиоса. Месяцы и годы понтийской эры хорошо синхронизируются с современным ле­ тосчислением, поэтому дата договора определяется апрелем-маем 179 г. до н. э.

В эллинистический период в ряде греческих государств на Ближнем Востоке и в Малой Азии возникла датировка по эрам. Затем различные эры (от латинского слова aera - число, цифра) стали принимать правители во всем античном мире. Счет лет велся от определенной даты, а в качестве основной единицы счис­ ления употреблялся единообразный год. Напомним, что до этого год у греков из-за вставных месяцев охватывал разные проме­ жутки времени.

Счисление по эрам, заимствованное на Ближнем Востоке, впер­ вые применил соратник Александра Македонского Селевк I, распо­ рядившийся начать счет времени по годам своего наместничества в этом регионе (308 - 280 гг. до н. э.). Его преемники продолжили

19 Карышковский П. О. Ольвийские эпонимы // ВДИ. 1978. № 2. С. 82-96.

эту традицию и таким счислением пользовались много веков. Се­ левкидскую эру употребляли арабские астрономы, а в некоторых районах Ближнего Востока она дожила до XX века.20

Эра, по которой мы живем до сих пор, была установлена в VI в. н. э. По ней отсчитываются годы от Рождества Христова,21 а первое число года восходит к римской традиции считать началом

тосчисление в своем государстве на вифинскую эру, начинавшу­

Древнейшие сохранившиеся боспорские памятники, датиро­ ванные такой эрой, представляют золотые статеры, выпущенные при Фарнаке, сыне Митридата VI. На монетах с портретом этого царя стоят даты с 244 по 247 годы, что соответствует 54 - 51 гг. до н. э. В Боспорском царстве, чаще, чем в других государствах Се­ верного Причерноморья, встречаются надписи с указанием числа, месяца и года. Точные даты называли в текстах на постаментах статуй, на почетных стелах и надгробиях, на документах об отпус­ ке рабов на волю, в надписях с перечислением членов различных союзов и надписях о строительстве и восстановлении храмов и оборонительных сооружений.

В римский период Херсонес, Тира и, возможно, Ольвия вводили счисление лет по своим эрам. Херсонесская эра начиналась в 25 или 24 г. до н. э. Высказывается два предположения о событии, положившем ее начало. Согласно одной гипотезе, в 24 г. до н. э.

20Биккерман Э. Указ. соч. С. 66.

21Современные ученые установили, что на самом деле Христос родился между 6

и2 годами до н. э. Обычно исследователи принимают дату 4 год до н. э. См.: Дюрант В. Цезарь и Христос. М., 1995. С. 600, 606.

22Перл Г. Эры Вифинского, Понтийского и Боспорского царств / / ВДИ. 1969. № 3. С. 68.

388 Μ. В. Скржинская. Древнегреческие праздники.

херсонеситы победили царя Асандра, пытавшегося полностью под­ чинить Херсонес Боспору.23 По другому предположению, в 25 или 24 году император Август утвердил элевтерию (статус свободного города), которая была дана херсонеситам Цезарем, а затем отмене­ на Антонием.24

Эра, принятая в Тире, начиналась в 56 или 57 г. н. э. Это устанавливается по двум надписям II в. с датами тирской эры и ссылкой на римских консулов тех лет (IPE I2 .2, 4).25 Тирская эра начиналась, вероятно, с года дарования Римом элевтерии. Ведь надписи и монеты показывают, что римляне в I в. включили Тиру в орбиту своего политического влияния.26

Относительно Ольвии трудно сказать, принималась ли там местная эра. На ольвийских монетах I в. н. э. с изображением Зевса на аверсе и орла на реверсе имеются цифровые обозначения от 6 до 9. Некоторые ученые полагают, что это - даты ольвийской эры, начинавшейся в 46 г.27 Другие источники об ольвийской эре пока не найдены, и это заставляет думать, что в Ольвии счет лет по ее эре либо вовсе не существовал, либо велся недолго. Сохра­ нившиеся надписи римского времени традиционно датируются только именами эпонимов, которыми в этот период были первые архонты.

Датировки по эрам не отменили названий лет по эпонимам. В Херсонесе рядом с годом называли имя жреца Девы, в Тире - первого архонта, а на Боспоре - царя. Столь подробная датировка, нередко с перечислением ряда магистратов текущего года, харак­ терна для официальных документов, особенно для почетных декре­ тов. Например, Гераклеец Папий в 129/130 г. н. э. получил в

23Анохин В. А. Монетное дело Херсонеса. Киев, 1977. С. 75, 76.

24Кадеев В. И. Херсонес Таврический. С. 7, 8.

25Карышковский П. О., Клейман И. Б. Указ. соч. С. 90-92.

26Давня історія України. T. 2. Київ, 1998. С. 415, 416.

27Анохин В. А. К вопросу об ольвийской эре / / Нумизматика и сфрагистика. Киев, 1971. № 4 . С. 90.

то «за 5 дней до майских календ в консульство императора Ком­ мода в третий раз и Актистия Бурра, а по счету тирян в 125 году при архонте Феодоре, сыне Воифа с товарищами, месяца Артеми­ сиона, 30-го дня». В 82 г. н. э. в Пантикапее союз почитателей Зевса и Геры поставил в честь этих богов мраморную стелу «в царствование Тиберия Юлия Рескупорида... в 379 году, месяце Перитии, 20-го» (IPE I2. 2; КБН. 76).28

Боспорские надписи показывают, как развивалось стремление все более точно определять время тех или иных событий не только в официальных документах, но и в повседневной жизни. Об этом свидетельствуют указания года, месяца и часто дня в надписях I- IV вв., сообщающих о постройке частными лицами молелен, храмов, склепов (КБН. 64, 335, 734, 1115 и др.) и об установке различных памятников, главным образом надгробных (КБН. 628, 656, 675, 975 и др.). Стоит отметить, что такие датированные надписи делали не только граждане, но и неполноправные жители Боспора (КБН. 710). В целом в эпиграфике Боспора чаще, чем других областях Север­ ного Причерноморья, встречаются надписи с указанием числа, ме­ сяца и года. К настоящему времени их найдено около сотни. Это - почетные стелы, манумиссии, надгробия, надписи о строительстве и восстановлении храмов и оборонительных сооружений, поста­ менты статуй, документы различных союзов.

Иная картина наблюдается в Ольвии. В эллинистический пе­ риод, когда в боспорских надписях постоянно указывается имя правящего царя, в ольвийских декретах часто названо лишь число без месяца и даже без эпонима года, так что вскоре забывалось время издания постановления. Большие и чрезвычайно важные с точки зрения ольвиополитов декреты в честь Протогена и Антес­ терия датированы только двадцатым и шестнадцатым числом. Лишь в исключительных случаях (пока их известно всего два) в оль­ вийских надписях эллинистического времени названы имя эпони­ ма года, месяц и число (IPE I2. 33, 35).

В римское время, когда повсюду распространилась точная да­ тировка официальных документов, ольвиополиты указывали число,

28 Суров Е. Г. Новая херсонесская надпись // ВДИ. 1960. № 3. С. 154-158.

3 90 Μ. В. Скржинская. Древнегреческие праздники.

месяц и год по архонту-эпониму лишь в постановлениях Совета и Народного собрания. В надписях же коллегий стратегов, агорано­ мов и частных лиц упоминается только эпоним года, и то далеко не всегда. Из этого можно заключить, что в отличие от боспорян ольвиополиты в частной жизни редко прибегали к точным дати­ ровкам тех или иных событий.

Греческие историки издавна пытались синхронизировать со­ бытия, даты которых определялись по местным календарям. Бос­ порские историки наряду с местной, вероятно, пользовались афин­ ской хронологией. На это указывают главы из «Библиотеки» Диодора Сицилийского, где деяния боспорских царей V - I V вв. до н. э. датированы по афинским архонтам-эпонимам. Таким образом, ис­ тория Боспора вводилась в контекст истории Эллады. Ведь благо­ даря политическому и экономическому влиянию Афин в антич­ ном мире их летосчисление было широко известно и синхронизи­ ровано со многими греческими календарями. Не случайно также, что события на Боспоре, датированные по афинским архонтам, при­ ходятся на период наивысшего расцвета боспоро-афинских связей.

Начиная с трудов Эратосфена (276 - 194 гг. до н. э.), греческая книжная хронология по большей части строилась на датах Олим­ пиад. Таким образом, сохранялась идущая с глубокой древности традиция определения дат в связи с выдающимися праздниками. Имелось немало списков Олимпиад, в которых указывались раз­ нообразные события во всем греческом мире. Наиболее полный список сохранился в «Хронике» Евсевия. Под первым годом 34-й Олимпиады ( 6 4 7 / 4 6 г. до н. э.) в нем названо основание Борис­ фена - поселения на о. Березань. Эта дата восходит к милетским документам о выводе колоний, и ее, безусловно, всегда помнили в Ольвийском полисе. В Тире и на Боспоре также хранились ныне утраченные сведения о годах основания милетскими колонистами поселений в устье Тираса и на берегах Керченского пролива. Древ­ ние милетские даты синхронизировали с местными списками эпо­ нимов, а позже - с тирской и боспорской эрами.

Итак, счисление времени в Северном Причерноморье было тесно связано с датами религиозных праздников и шло в русле развития хронологии в греческой ойкумене. В римский период жители Боспорского царства ближе всего подошли к бытующим в наше время представлениям о точной датировке события.

З А К Л Ю Ч Е Н И Е

На страницах этой работы перед читателем прошла череда празд­ ников, которые составляли существенную часть жизни эллинов, поселившихся на самом северном краю греческой ойкумены. Ко­ нечно, картина получилась далеко не полная, отчасти потому, что автор исследования, вероятно, не сумел извлечь все возможное из относящихся к теме источников, но главным образом потому, что уцелевшие письменные и материальные памятники в состоянии приоткрыть лишь сравнительно небольшую часть этой области античной культуры. Ведь праздник воплощался в разнообразных ритуалах, сопровождавшихся пением, танцами, устной импровиза­ цией, а они с трудом поддавались описанию в античной литерату­ ре или воспроизведению на предметах искусства.

Что касается относящихся к праздникам изображений, то боль­ шинство из найденных в Северном Причерноморье представляет импортные предметы, и потому они характеризуют вообще гречес­ кий праздник, а не его местные особенности. В литературных и эпиграфических источниках не сохранилось ни одного описания местных праздников. Их называют в надписях обычно в связи с оглашавшимися во время торжеств награждениями либо в ката­ логах победителей на местных агонах.1 Древние авторы говорят об интересующих нас праздниках лишь вскользь в связи с други­ ми событиями. Геродот (IV, 76) в новелле о царе Скиле упомянул дионисийские шествия на улицах Ольвии, Павел Оросий (VI, 5,4)

1 В тексте «Заключения» здесь и далее не даются ссылки на источники и науч­ ную литературу, которые были приведены в соответствующих главах; в примечани­ ях будут указаны лишь не использованные в основном тексте работы.