Цветовая реальность: свойства и относительность
Кузьмин Владимир Геннадьевич
аспирант, кафедра социологии, философии и работы с молодежью, Смоленский государственный университет
Аннотация
Цель статьи: используя феноменологический подход, показать, что концепт «цвет» с онтологической точки зрения может быть представлен как особого рода цветовая реальность. В момент интенции она проявляет себя через цветовой текст. В интенциональности такой текст представляет собой единое целое, которое конституируется в сознании на основе восприятия цвета конкретного предмета и всей той ситуации, в которую он помещён (освещённость, носитель цвета, цветовая комбинация окружающих предметов и т. д.). Научная новизна исследования обусловлена необходимостью дать исчерпывающий единый подход к онтологии цвета. Выявляются основные свойства цветовой реальности в её взаимосвязи с познающим субъектом (стабильность, абстракция и категоризация, герменевтика, её динамизм и др.). Описываются два её базиса: хроматический и ахроматический, выделяются её стабильные компоненты (инварианты), проявляемые в языке через категории цвета. На основе таких инвариантов для выражения цветовой реальности в языке создаётся метаязык, важным свойством которого является статистическая основа его образования. Инварианты цветовой реальности проявляются и в культуре через использования одних и те же цветов в обрядах и традициях. Анализируя ранее опубликованные данные из отечественной и зарубежной литературы, предложен принцип относительности: цветовая реальность, актуализированная в конкретном цветовом тексте, соответствует тому общему состоянию познающего субъекта, в котором он готов её воспринять в момент интенции. При этом учитываются физиологические и психические особенности субъекта, его языковые и культурные традиции. В интерсубъективности в границах языка указанный принцип выражается через гипотезу лингвистической относительности Сепира-Уорфа.
Ключевые слова: концепт цвет, реальность, цветовой текст, категоризация цвета, относительность, гипотеза Сепира-Уорфа, цветообозначения, семантика цвета, абстракция цвета, интенциональность
Abstract
Using the phenomenological approach, the author attempts to demonstrate that the concept of “color” from the ontological perspective can be introduced as a special type of color reality. At the moment of intention it manifests through the color text. In the context of intentionality, such text represents a coherent whole, which constitutes in consciousness based on the perception of color of a particular subject and the overall situation it is placed within (illumination, color carrier, color combination of the surrounding subjects, etc.). The scientific novelty is substantiated by the need for providing a comprehensive universal approach to the ontology of color. The author determines the main attributes of color reality and its relation to the cognizing subject (stability, abstraction and categorization, hermeneutics, dynamism, and others); describes two of its basis: chromatic and achromatic; as well as underlines its stable components (invariants) manifested in language through the categories of color. Based on such invariants, for expressing the color reality is created the metalanguage, which important attribute is the statistical ground of its formation. The invariants of color reality also manifest in culture through using the same colors in rituals and traditions. Analyzing the previously published data from the Russian and foreign literature, the author suggests the principle of relativity: color reality actualized in the specific color text corresponds to such overall state of cognizing subject, in which he is willing to perceive it at the moment of intention. At the same time, the physiological and psychical peculiarities of the subject alongside his language and cultural traditions are being considered. In intersubjectivity, the boundaries of language, the aforementioned principle is reflected through the hypothesis of linguistic relativity of Sapir-Whorf. феноменологический цвет онтологический реальность
Keywords: semantics of colour, colour naming, the Sapir-Whorf hypothesis, relativity, categorization of colour, text of colour, reality, concept of colour, abstraction of colour, intentionality
Концепт «цвет» рассматривается с многих позиций: физиологической, психологической, лингвистической, культурологической и т. д. О многовекторности исследований в этом вопросе писали многие авторы. Имеющаяся литература по цветоведению как в отечественной, так и в зарубежной литературе в основном посвящена многочисленным статистическим исследованиям о влиянии цвета на культуру, традиции и языки народов, а также на психику людей. Между тем, философских исследований, посвящённых сущности цвета, практически нет (за исключением некоторых работ Исаева А. А. и Серова Н. В.). В основном, цвет в философии упоминается в той или иной связи как удобный пример иллюстрации каких-либо мировоззренческих взглядов.
В этой статье, основываясь на феноменологическом подходе, попробуем дать онтологическое описание цвета как особого рода реальности. Реальность для нас интересна в том самом аспекте, в котором она проявляет себя в интенции в каждый момент времени через интенциональное (актуальное) свойство относительно познающего субъекта. В момент интенции цвет представляет собой актуализированное с какой-то конкретной характеристикой свойство «быть цветным», конституируемое познающим субъектом. Все остальные свойства предмета, на которые направлена интенция, игнорируются. Тем самым задаются особые (цветовые) граничные условия реальности. Такая реальность приобретает свою «цветовую» топологию и связанную с ней семантику (смыслонаполненность). Её и будем называть цветовой. С развитием бытия (с увеличением числа объектов в нём) развивается и цветовая реальность. В каждый момент времени в интенции она проявляет себя дискретно: через цветовой текст. Он представляет собой единое целое, которое в момент интенции конституируется в сознании на основе восприятия цвета конкретного предмета и всей той ситуации, в которую предмет помещён (освещённость, цветовая комбинация окружающих предметов и т. д.). Важным элементом цветового текста является та основа, на которой цвет предмета закреплён (холст, ткань, штукатурка и т. д.). Поверхность предмета становится носителем цвета, благодаря чему цветовой текст приобретает функциональные черты. Цветовая реальность на дискретном уровне состоит из бесчисленного количества цветовых текстов, актуализирующихся поочерёдно в интенциональности.
Цель настоящего исследования: дать онтологическое описание концепта «цвет» через цветовую реальность; рассмотреть различные аспекты этой реальности, выявить её основные свойства, показать зависимость этих свойств от физиологии, психологии познающего субъекта, от его языка и культурной среды, в которой пребывает. Обосновывается положение об относительности цветовой реальности: актуализированная в каком-то цветовом тексте, она относительна тому общему состоянию познающего субъекта, в котором он готов её воспринять в момент интенции. По Гуссерлю, реальное существование всегда конкретно. Актуальное свойство «быть цветным» конкретно в той мере, в какой конституирование цветового текста ограничено естественными установками, теми ограничениями, которые ставятся самим познающим субъектом в момент интенции. Цветовая реальность не воспринимается вся целиком, в каждый момент времени она конституируется через актуальный цветовой текст, она всегда конкретна. В интерсубъективности она проявляется для большинства познающих субъектов объективно как полнота визуального. Визуальную информацию об окружающем мире мы получаем через непрерывный поток цветовых текстов. «Все живое стремится к цвету», - писал Аристотель. «Цвет - это жизнь, и мир без красок представляется нам мертвым», - пишет И. Иттен [10, с. 10]. Цветовая реальность есть тот этап в познании мира, на котором достигается полнота его визуального восприятия. Окружающий мир мы можем воспринимать либо конкретно, либо в какой-то мере абстрактно. При этом она может быть абстрагирована в зависимости от контекста (ситуации).
Культура и цветовая реальность
В культуре каждого народа цветовая реальность занимает особое место. Как пишет Кульпина В. Г.: «Цвет разлит в природе, но в первую очередь он ? принадлежность нашего сознания, в том числе этнического, этнолингвистического сознания, и он ? часть мира наших эмоций» [12, с. 79]. Несмотря на очевидность того, что всё воспринимаемое нами с помощью зрения имеет какой-либо цвет, изучением систематического влияния цвета на культуру стали заниматься лишь в XX веке. Цвет в своём аспекте встраивает нас в культуру. Как пишет Макаров О.: «Цвета ? окно во внешний мир, однако, человек видит и сознает в них самого себя. Красный, синий, зеленый могут внушать страх, действуют угнетающе, повергают в меланхолию или, напротив, возбуждают, дарят людям радость, украшают жизнь. Но, главное, цвет нас не обманывает» [13, с. 341]. В каждой культуре тот или иной цвет имеет свои культурные традиции, ведущие своё начало с древнейших времён. «Цветовосприятие и цветопредставление включают все основные области жизнедеятельности этноса» [7, с. 111].Символизм цвета на протяжении многих и многих веков оказывает своё влияние на наши обычаи. Как пишет Шашева С. А.: «Своя цветовая символика есть у каждого народа, как носителя языка» [20, с. 145].
В искусстве, в живописи, цвет изображаемого предмета носит смысловую нагрузку, которую в обычной жизни обычно не замечают. Дополнительное эстетическое измерение цветовой реальности есть её важная характеристика. Цвет предмета при этом приобретает особую ценность, вместе с другими способами выражения составляет то единое целое, которое идеализирует реальность в конкретном контексте, ситуации. Как писал И. Гёте, произведения живописи представляют мир более зримым, чем сама действительность. Удачное экспериментирование с цветом создаёт со временем весомые в культуре эстетические направления, в частности, в живописи. Так открытие М. Э. Шеврёля (мельчайшие точки чистого цвета смешиваются непосредственно в глазу человека) в некотором смысле породило живопись импрессионистов.
Цветовой текст ассоциативно cвязан с каким-либо семантическим полем значений. В конкретной ситуации он становится главной смыслонаполненной компонентой, именно на него обращается внимание в связи с общим контекстом в культурном измерении каждого народа. Как отмечают Кудрина А. В. и Мещеряков Б. Г.: «Каждый цвет обладает своим значением, закрепленным в культуре, а значение основывается на чувственной ткани (например, красный повышает давление и пульс, прилив крови к коже, так как, по мнению М. Люшера, еще со времен первобытного человека он символизирует опасность нападения и атаки)» [11, с. 2]. Они пришли к выводу о том, что каждый цвет имеет свои семантические поля в разных культурах. Ими были выстроены такие поля в трёх культурах: английской, немецкой и русской. Подчёркнута связь синего цвета с пьянством и алкоголем в немецкой культуре, красного цвета с красотой, праздником и торжественностью в русской культуре, зеленого цвета с ревностью и завистью в английской культуре, желтого цвета с сумасшествием и изменой в русской культуре и завистью в немецкой культуре. Цветовая реальность многогранна: одна семантическая область, обозначенная в нашем сознании каким-либо цветом, незримо связана с какой-то другой областью, относящейся, может быть, вообще к другой реальности, но с которой у познающего субъекта есть какие-то воспоминания и ассоциации. В этом плане она не только многогранна, она крайне субъективна.
Абстракция и категоризация
Как пишет О. Макаров: «Главная загадка цвета заключается в его укоренённости в мире ? физическом и метафизическом, природном и духовном, реальном и идеальном» [13, с. 333]. Эта укоренённость цветовой реальности с философской точки зрения обусловлена двумя важными её свойствами. Благодаря инвариантности в коммуникативном пространстве социума она стабильна и представляет собой целое. Кроме того, она может рассматриваться с разной степенью детализации-абстракции.
Абстрагирование - это логическая операция, а категоризация - это абстрагирование, действующее в какой-либо реальности. На тесную связь категоризации с языком указывает Р. М. Фрумкина: «Познавательную операцию, позволяющую определить объект через его отнесение к более общей категории, принято называть категоризацией. Категоризация ? это фундаментальная операция, которую мы совершаем незаметно для себя на каждом шагу.… Наиболее важную роль в процессах сжатия информации и концептуализации неисчерпаемого многообразия мира играет именно отношение член категории?имя категории, поскольку оно лежит в основе операции обобщения. Категоризация начинается с принятия решения о том, имеем мы дело с уже известным объектом или нет. Если объект нам не знаком, то мы пытаемся выяснить, не похож ли он на что-то уже известное. Как только мы начинаем искать в новом возможные сходства и отличия между этим новым и известным, мы переходим к категоризации. Осмысление любой полученной нами из внешнего мира информации проходит данные этапы: мы сравниваем новое с известным, отождествляем или обнаруживаем несходство, ищем подходящую категорию и присваиваем "ярлык" ? слово естественного языка» [18, с. 36]. Если абстрагирование совершается в цветовой реальности, то речь будет идти о категоризации цвета. Поэтому, этот «ярлык»-слово есть цветообозначение, подпадающее под какую-то категорию цвета. С исторической точки зрения в соответствии с теорией Берлина-Кея цветообозначения в языке появились не сразу. Это было обусловлено развитием процесса абстрагирования. Об этом пишет А. П. Василевич: «Вначале цвет передается в языке опосредованно, путем указания на цвет соответствующих распространенных предметов или объектов природы: “как молоко”, “как снег” (белый), “как сажа” (черный), “как кровь” (красный) и т. д. Затем появляются абстрактные слова специально для обо¬значения цвета (белый, черный, красный). Некоторые из них ста¬новятся названиями основных категорий, на которые делится цве¬товое пространство в данной культурно-языковой общности людей (те самые “основные цветонаименования”)» [5]. (В противоположность этой точки зрения следует упомянуть о когнитивной теории Анны Вежбицкой, согласно которой цвета в языке не абстрактны, а связаны с какими-то значимыми для человека объектами во внешнем мире, ассоциирующимися с тем или иным цветом).
Первым осознанным цветом-абстракцией был красный (после традиционных ахроматических - белого и чёрного). Это произошло уже у древних греков [1, с. 120]. У древних римлян не было абстракции синего цвета. Соответственно, у римлян не было общего слова, обозначающего синий цвет, но были разные слова, обозначающие его оттенки [1, с. 116]. В языках древних неевропейских народов не было конкретных понятий «синий» и «зеленый». Но понятие красного у них уже было [1, с. 118]. По тому, как со времён Сократа происходили изменения в цветонаименовании, мы можем судить о том, как человечество постигало абстрагирование и училось построению понятий.
Итак, абстрагирование цветовой реальности производится на языковом поле. В этой связи в цветовой реальности можно выделить три уровня абстракции: конкретность (это нулевой уровень абстракции), категории цвета и, наконец, цветность вообще (аналог онтологических Всё и Ничто, они конституируется как присутствие и отсутствие цветности вообще; последние играют роль двух полюсов, между которыми любой цветовой текст бытийствует относительно познающего субъекта, это те границы, между которыми заключена цветовая реальность; в этом смысле она представляет собой тот универсум, внутри которого возможна какая-либо визуализация). Уровень абстракции зависит от общего контекста. В одной ситуации достаточно указать категорию цвета, например, красный, а при других обстоятельствах требуется, указать не просто категорию, а уточнить цвет предмета в этой самой категории, например, не просто красный, а малиновый.
Динамика цветовой реальности
Цветовая реальность может быть только в динамическом развитии. Она «живет» своей жизнью. Особенно это сказывается на произведениях искусства. Родившись под рукой мастера, живописное полотно со временем стареет. Краски тускнеют. Первоначальный цветовой текст с течением времени сменяется другим. Этот процесс затрагивает не только произведения искусства, но и архитектурный колорит городов, раскраску домов. Покрашенные дома со временем становятся бледными, их снова красят уже в другой цвет и т. д. На этот счет проведено много статистических исследований, касающихся цветового многообразия городов мира (Грибер Ю. А., Шиндлер В. М., Зу Дж. Дж., Херинг Б., Шарне И. и др.). Такое изменение происходит как в малых, так и в больших масштабах времени. Изменения цветовых текстов касаются, прежде всего, изменений материальных носителей цвета: стен, холстов, камня и т. д., всего того, что несёт на себе цвет. Кроме того, вопрос о динамизме цветовой реальности тесно связан с познанием цветовых текстов в исторической ретроспективе. Например, если где-то обнаружим в источниках описание цвета тоги Юлия Цезаря в день его гибели в сенате, мы вряд ли сможем сейчас этот цвет воспроизвести. Одного словесного описания мало, даже если и была цветная зарисовка - она со временем изменилась бы: один цветовой текст сменился на другой - более бледный и тусклый. Цветовые тексты со временем изменяются так же, как меняются ситуации, окружение предметов, освещенность, сами предметы, их поверхности и т. д. Изменяются и сами познающие субъекты с их восприятием цвета. Говоря о цветовом восприятии в прошлом, К. С. Романова пишет: «В то время наши предки воспринимали цвета и оттенки гораздо тоньше. В наше время восприятие цвета грубеет, утрачивает свою философичность и многозначительность» [16].