Материал: Честнов - История политических и правовых учений

стина о двух градах неясное, чтобы быть политической теорией, поскольку он рассуждает как теолог. Возможно, у Августина Церковь представляет собой Божье «царство», тогда как Империя — «царство» земное. Только в этом ключе возможно политическое прочтение трактата.

Град божий, о котором повествует Августин, основан Богом; он жив верой; он существует среди «нечестивых» людей и должен привести людей к счастью. Речь идет об обществе, по своему происхождению и своей сущности сверхприродном, — о Civitas Dei, которое временно смешано с другим обществом. Хранительницей его выступает Церковь, она поддерживает его единство авторитетом, которым наделена ради счастья людей.

Земное царство Августин рассматривал как необходимое для обуздания зла из-за грехопадения человека, хотя и временное. Впрочем, даже при отсутствии греха в обществе должен царить определенный порядок и тем самым определенная форма правления, но без использования принуждения. Такая точка зрения отличается как от платоновского, так и от аристотелевского (и томистского) понимания взаимосвязи человека и общества. Таким образом, Августин находит оправдание государства в том, что оно поддерживает социальный порядок. В земном государстве правители назначены Богом, и народ обязан подчиняться им, поскольку он обязан подчиняться воле Бога. Христиане по необходимости принадлежат к обоим градам. Если жители одного только земного града делают это из благоговения перед своей страной, то христиане — из благоговения перед Богом. Это различие в мотивах не мешает практическому согласию в проявлении общественных добродетелей, поэтому нет причин для того, чтобы оба града не могли существовать в согласии.

Государства по-разному осуществляют свою функцию. Одни — организации насилия и разбоя, олицетворяют грех и несправедливость. Иной вид государства представляют христианские государства. Оправдание государства было необходимо, чтобы поставить его в служение церкви. Церковь как организация нужна для спасения души путем ее морального и религиозного воспитания, а также для надзора за земным царством и его действиями по искоренению зла. Образцом являлось рабовладельческое христианское государство, управляемое с участием духовенства.

Ввиду смешения церковного и государственного порядка Августин смешивает и порядок благодатный с порядком правовым, а светское принуждение принималось им за необходимый способ

30

действия благодати. Но и духовная власть должна быть облечена силой власти государственной.

Таким образом, Августин завещал Средневековью идею религиозного общества. Он создал целостную картину мироздания, до такой степени законченную, что на протяжении восьми веков альтернативы ей не было.

3.3. Иоанн Солсберийский

Одна из первых в Западной Европе попыток рассмотреть вопросы государствоведения как таковые, а не в контексте теологических рассуждений связана с Иоанном Солсберийским (1115— 1180). В сочинении «Поликратикус» Иоанн собрал воедино и критически сопоставил все известные к тому времени политические теории и тексты. Хотя четкой системы он не предложил, его подходы к проблеме государства были новыми и необычными.

Важнейшим открытием Иоанна явилось употребление понятия «принцепс» (государь) для обозначения не конкретного правителя или должности, а главы государства. Он видел сущность государя в публичной власти, действующей на определенной территории, но еще не отделял публичную власть от ее носителя и подвластных. Иоанн Солсберийский воспроизвел традиционное различие двух типов государей: государи первого типа правили согласно закону, праву и справедливости и принципу общего блага, а государи второго типа правили силой, преследуя только свои порочные цели, они были тиранами, которые превратили законы в ничто, а людей — в рабов. Иоанн не только противопоставляет эти типы правителей, но и находит, что власть любого государя восходит к воле Бога. Жестокость тирана люди должны воспринимать как наказание, идущее от Бога. Теория Иоанна вышла за пределы идеи о смирении с властью. Дурной правитель не имеет шансов избежать суда Господня, поэтому если подданные терпеливы, то Господь рано или поздно избавит их от тирана и накажет его. «Если государь сопротивляется и противостоит Божьим заповедям и желает заставить меня участвовать в войне против Господа, тогда в полный голос я должен возразить, что Бога следует предпочесть любому человеку на земле»1, тем самым обосновывается право и даже обязанность тираноубийства.

Не обошел Иоанн и проблему правопреемства власти, прежде всего при пресечении династии. Он, не входя в правовые аспекты вопроса о наследовании королевской власти, рассмотрел его в

1 Цит. по: Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования.

2-е изд., М., 1998. С. 269.

31

контексте соотношения светской и церковной власти. Иоанн не отрицал ни наследственную передачу государственной власти, ни выборы. Он лишь не согласен с абсолютным значением этих факторов, право решающего голоса в любом случае должен иметь папский престол. Таким образом, соотношение властей Иоанн рассматривал следующим образом: король есть «служитель священнической власти, тот, кто исполняет такую сторону священных служб, которая кажется недостойной рук священства» 1 . Светская власть носит «подсобный» по отношению к церкви характер. Правление государя должно носить законный, разумный характер. Закон есть дар Божий, и задачей священников является просвещение правителя относительно закона.

Иоанн Солсберийский впервые ввел теорию светского политического строя, где государство и общество уподоблялись человеческому телу. Такое понимание государства подразумевало, что политическое управление должно осуществляться в соответствии с законами природы, разумно. Природа разума требует от короля править согласно праву и справедливости.

3.4. Фома Аквинский

Одним из столпов католической теологии, разработавшим значимую по масштабу и глубине христианскую доктрину — томизм, был Фома Аквинский (1225—1274). Его учение о праве и законе содержится в главном труде Фомы «Богословская Сумма».

В соответствии с общим направлением схоластики право выводится из нравственных начал, поэтому основание теории заключается в нравственном существе человека. Фома отмечал, что высшая цель человеческой жизни состоит в познании того, что выше человеческого разума, т. е. Бога. Соразмерность с ним человеческих действий он называет правдой, а несоразмерность — грехом. Закон существует во всем: в предметах естественных это закон самой природы, в волевых действиях (человеческих!) низшее правило поведения дается человеческим разумом, высшее — вечным законом. Насколько действие сообразно с этими правилами, настолько оно добро и праведно; насколько оно от них отклоняется, настолько оно зло и грех. Добродетель человека состоит в подчинении закону. Исходя из этих правил, Фома определил закон как «известное правило и мерило действий, которым кто-либо побуждается к действию или воздерживается от оного»

1 Там же. С. 116.

32

и«известное установление разума для общего блага, обнародованное тем, кто имеет попечение об обществе»1.

Согласно с делением добродетелей на естественные и сообщаемые благодатью, законы бывают человеческими и божественными. Поскольку каждый из этих разрядов, в свою очередь, разделяется на естественный и положительный, то в целом существует четыре вида закона: вечный, естественный, человеческий

ибожественный.

Вечный закон — это сам божественный разум, который как мерило всего сущего применяется ко всем вещам. В естественных предметах эта причастность к вечному закону проявляется в законах природы, а в людях — в законе естественном, который исходит из разума и содержит в себе общие практические начала, не требующие доказательств. Из этих начал разум выводит частные положения, которые называются человеческим, или положительным, законом. Наконец, кроме естественного и человеческого закона для направления человеческой жизни нужен еще божественный, или откровенный, закон. Видно, что Фома не проводил строгого различия между регуляторами общественных отношений, поэтому считал, что нарушение закона влечет наказание и является грехом.

Фома Аквинский рассмотрел отдельные виды закона. Меньше всего он сказал о законе вечном. Он писал, что в любом действии самому действию предшествует понятие о том, что делается (образец). Управлению предшествует понятие порядка. Это понятие «порядка» он называл законом. Иные виды закона Фома, наоборот, охарактеризовал подробнее, конкретизируя их проявления. Так, закон естественный состоит в том, что надо делать добро и избегать зла. Его предписания отражают сущностные характеристики человека, как сущего, живого и разумного существа, отсюда вытекают три естественных закона. Для совершенства одних естественных наклонностей мало, нужна дисциплина, человеческий, или положительный, закон. И здесь Фома Аквинский вновь смешивает «юридический» закон с нравственным. Он подчиняет положительный закон естественному: первый рассматривался им как частное определение для общего начала. В соответствии с этим положением решается вопрос об обязательной силе человеческого закона. Обязателен для совести только тот закон, который справедлив, а справедлив тот закон, который исходит из идеи общего блага, который не превышает власти издающего и

1 Фома Аквинский. Сумма теологии / пер. С. И. Еремеев. Киев, 2010. Ч. 4-1.

С. 4, 10.

33

который налагает тяготы на подданных в равной мере. Наконец, четвертый вид закона — это закон божественный, или откровенный. Он разделяется на ветхозаветный и новозаветный.

С представлениями Фомы о законе связаны его взгляды на право. Придерживаясь нравственного начала, он выводит «право» из «правды», справедливости. Правда касается воли и действий человека, поэтому здесь середина состоит в равенстве вещи или действия с другими. Иными словами, Фома обращается к римским юристам — правда есть постоянная и непрерывная воля воздавать каждому свое.

Способ же уравнения может быть по природе вещей или в силу человеческого установления. Отсюда разделение права на естественное и положительное. Третий вид права — право народов — Фома считает только видом естественного права. Таким образом, Фома и здесь утверждает, что только то человеческое установление может стать правом, которое не противоречит праву естественному.

Что касается учения о равенстве, Фома принимает идею Аристотеля об уравнивающей и распределяющей справедливости. Все добродетели сводятся к справедливости распределяющей как к высшему мерилу. Законная правда властвует над всеми добродетелями, но сама по себе она не включает в себя их, она определяет только внешние отношения человека, не касаясь его внутренних побуждений.

В своем учении о правде Фома воспроизвел многие идеи античного идеализма. Но у него присутствуют и иные начала — религия, благочестие, уважение и повиновение. Цель всех добродетелей — презирать земное и превозносить небесное. Следовательно, высшая нравственная добродетель состоит в презрении собственной воли и в повиновении Богу. Этот вывод не полностью согласуется с учением о правде.

Свои взгляды на государство и власть Фома изложил в Комментариях к «Сентенциям» Петра Ломбарда. Для него Бог — причина добра, а не зла; следовательно, только то, что есть доброго во власти, то от Бога. Во власти надо различать три элемента: ее происхождение, использование, форму, или существо. Первые два элемента могут быть любыми, но существо власти всегда хорошо, ибо оно состоит в определенном порядке управления и подчинения, а все, что устроено в порядке, то от Бога. По сути, всякая власть от Бога, но в некоторых отношениях не всегда. Так, незаконная или плохая власть не от Бога, разве что в силу дозволения, в наказание за грехи подданных. Этими началами определяются границы повиновения властям. Наконец, следует доба-

34