По всей вероятности, в языке-рецепторе останутся многие заимствования, служащие цели разграничения понятий, заключающие в себе дифференциальный семантический признак: image - povмst, renomй, killer - vrah, index - znaиka, preference - pшednost, sponzor - mecenбљ, profit - zisk, prognуza - pшedpovмd, prйmie - cena, prezentace - ukбzka и т. п.
Стремление языка к семантической и структурной компактности способствует утверждению однословных заимствований, конкурирующих с собственными описательными наименованиями: know-how - novй pokrokovй technologie, leadr / lнdr - vщdин osobnost, lifting - chirurgickй vэhlazenн vrбsek na obliиeji, lobby - ovlivтovбnн veшejnэch иinitelщ pшi prosazovбnн zбjmщ urиitэch skupin osob, sammit - setkбnн na nejvysљн ъrovni, secondhand - obchod s pouћitэm nebo poљkozenэm zboћнm, showgirl - dнvka ъиinkujнcн v zбbavnйm programu (v show), showroom - pшedvбdмcн mнstnost pro prezentaci vэrobkщ и др.
Делая общие выводы относительно процесса заимствования иностранной лексики, в которой явное преимущество имеют англицизмы, следует согласиться с мнением авторов, считающих, что сколько-нибудь поспешное насильственное вмешательство в интерлингвальные отношения и тем более широкие пуристические кампании, игнорирующие семантическую и стилистическую значимость заимствованных слов, не принесут пользы языку-рецептору [Tejnor 1979 : 212]. Конкуренция между заимствованиями и собственными наименованиями - естественное и даже неизбежное явление, наблюдающееся в каждом развитом языке. И в этой борьбе побеждают те языковые единицы, которые в большей степени удовлетворяют информационные потребности общества, успешно выполняют семантические и стилистические функции и не вызывают “протеста” со стороны структурной организации.
III. Активные процессы в лексике литературного чешского языка
Лексическая система является, как известно, наиболее подвижным ярусом языка. Она всегда активно реагирует на происходящие в обществе перемены. Естественно поэтому, что революционные события конца 90-х годов XX века не могли не отразиться на характере лексических инноваций. Тенденции, определяющие развитие лексической системы современного литературного чешского языка, имеют много общего с процессами, происходящими в ряде других европейских языков так называемого постперестроечного периода, в том числе русского. Общность семантического развития языков можно классифицировать по следующим параметрам:
1. деактуализация значений, отражающих прежнюю, “доперестроечную” общественно-политическую систему;
2. деидеологизация некоторых пластов лексики, относящихся к области политической и экономической жизни общества;
3. активизация периферийной лексики, являющейся наименованиями реалий, вернувшихся в повседневную жизнь носителей языка;
4. архаизация лексики, отражавшей прежнюю общественную идеологию;
5. появление новых и исчезновение старых моделей концептуальной метафоризации;
6. расширение границ функционирования повседневной лексики [Hlavsovб 1997 : 30-35; Bartoљek 1997 : 60-62; Ермакова 2000 : 32-63; Какорина 2000 : 67-84].
Обращает на себя внимание тот факт, что все обозначенные выше направления развития лексики прозрачно мотивируются требованиями и условиями социальной среды. Так, например, утрачивают негативную коннотацию некоторые личные имена, относящиеся к “капиталистической” сфере производства. То же самое характерно и для названий некоторых производственных и экономических процессов, игнорировавшихся социалистической системой, а также для ряда наименований общественных учреждений. К их числу могут быть отнесены следующие лексемы: byznysmen, podnikatel, vlastnнk, soukromnнk, burziбn, finanиnнk, policista; byznys, podnikatelstvн, konkurence; burza, policie и др. Позитивное значение имеют такие неологизмы, как byznyscentrum, byznysplбn: mнt schщzku v byznyscentru hotelu Prezident; podнlet se na pшнpravм byznysplбnu; pшedloћit byznysplбn do deseti dnщ [Novб slova v иeљtinм 1998].
Отметим, что и русские эквиваленты приведенных выше чешских наименований также деидеологизировались: бизнесмен, собственник, частник, предприниматель, биржевик; бизнес, предпринимательство, биржа и т. д.
Со сменой общественного строя из языка уходят или перемещаются на периферию наименования, отражающие прежние ценности. Новые реалии получают свои имена. Смену актуальных понятий наглядно демонстрируют изменения в составе ряда словосочетаний. Изменения в наборе сочетаемостных компонентов оказываются как бы языковым срезом происшедших в обществе социальных перемен. Так, например, уходят из обращения такие ранее частотные сочетания, как tшнdnн spoleиnost, rozvinutб socialistickб spoleиnost, beztшнdnн komunistickб spoleиnost. Опорные слова развивают новые сочетаемостные связи: akciovб spoleиnost, dceшina spoleиnost, spoleиnost s majetkovou ъиasti, spoleиnost s ruиenнm omezenэm, holdingovб spoleиnost, investiиnн spoleиnost: splnit poћadavky pro zaloћenн spoleиnosti s ruиenнm omezenэm; k zaloћenн spoleиnosti s ruиenнm omezenэm staин i jedinб osoba [Novб slova v иeљtinм 1998].
Аналогичным образом изменяется область сочетаемостных связей существительного vlastnictvн - собственность. Типичные ранее сочетания socialistickй vlastnictvн, vљelidovй vlastnictvн вытеснились сочетаниями podнlovй vlastnictvн, soukromй vlastnictvн, individuбlnн vlastnictvн, komerиnн vlastnictvн, drobnй vlastnictvн, spoleиnй vlastnictvн, pozemkovй vlastnictvн, neomezenй vlastnictvн, mнt v osobnнm vlastnictvн [Odbornэ slovnнk иesko-ruskэ 1999]. Утратили свою значимость сочетания spoluprбce socialistickэch zemн, bratrskб spoluprбce. Значение, выражаемое опорным компонентом - spoluprбce “сотрудничество”, реализуется в сочетаниях licenиnн spoluprбce, obchodnн spoluprбce, vэrobnн spoluprбce и др. По понятным причинам вышел из употребления экономический термин nadplбnovэ zisk - сверхплановая прибыль. Понятийное значение, заключенное в опорном компоненте, в современном языке реализуется в сочетаниях utajenэ zisk - cкрытая прибыль, zakladatelskэ zisk - учредительская прибыль, zdanitelnэ zisk - облагаемая прибыль, zisk z kapitalu - прибыль на капитал, pщvodnн zisk - первоначальная прибыль, honba za ziskem - погоня за прибылью, mнt milionovй zisky - иметь миллионные прибыли, podнlet se na zisku - участвовать в прибылях, pшinбљet zisk - приносить прибыль и др.
Социальные перемены создают в общественном сознании новые концептуальные образы, которые воплощаются, в частности, во вновь создающихся метафорических наименованиях. Выходят из употребления концептуальные метафоры, воспроизводящие образ мира как пространство враждующих сторон: tшнdnн zбpas, boj za vybudovбnн socialismu, boj za mнr, nepшбtelй socialismu, armбda renegбtщ, zrбdce dмlnickйho hnutн, ideologickб fronta, socialistickэ tбbor, studenб vбlka. Новые концептуальные метафорические номинации создают самые различные образы общественной жизни, при этом они, однако, не имеют характера идеологической шаблонности: hydra profesnнch komor, љkrtiи reformy, koktejl slibщ, nбrodnostnн a sociбlnн fтuky, prognostickй krбkory, vytunelovat banky, totalitnн trvalka [Bartoљek 1997:60].
Кроме отмеченных выше фактов “социологичности” языка, связь языка и общества отчетливо проявляется в тенденциях развития отдельных пластов лексического состава национального языка. Хорошо известно, например, что кардинальные изменения в государственном устройстве неизбежно влекут за собой пополнение разряда архаизмов и историзмов. Не стали исключением и последние общественные перемены в Чехии. К разряду историзмов сегодня могут быть отнесены те имена, которые называли сущности и отношения, характерные для прежнего общественного устройства: politbyro KSИS, hrdina socialistickй prбce, pracovnн brigбda, socialisticky zpщsob ћivota, nadplбn, soudruh, okresnн vэbor, lidovб milice, Svaz иeskoslovenskй mlбdeћe, pionэrskб organizace и др. вместе с тем активизируются наименования, функционировавшие во времена Первой республики: starosta, radnн, obecnн ъшad, magistrбt. Увеличилась частотность некоторых политических терминов: kampaт, koalice, opozice, skrutinium [Hlavsovб 1997 : 31].
Небезынтересно отметить, что возвращение некоторых реалий прошлого фиксируется в языке не только возрождением некогда забытой лексики, но иногда и попытками вовлечь в обиход архаичные морфологические формы и категории. Имеется в виду прежде всего участившееся употребление архаичных форм инфинитива на -ti: chtмl bych bэti pшi tom; o tom bude jednati; hudebnн pexeso se dб kouputi; mщћete vyhrбti и др. То же самое следует сказать и о формах деепричастия, занимающего в морфологической системе чешского языка периферийное положение: Vyskytujн se lidй, kteшн se domnнvajн, ћe jsouc ћena, nechбm se snadno zakшiknout sprostotou a arogancн; Odchбzeje z velkй politiky, hodlб se Dole vмnovat charitativnн иinnosti [Bartoљek 1997 : 52]. Такое искусственное обращение к реликтовым, во всяком случае непродуктивным языковым единицам, можно трактовать как своеобразное проявление языковой моды, отдающей дань прошлому, а также стремлением к броскости и оригинальности. В этой связи интересно провести параллель с русским языком, в частности, с употреблением ъ в позиции конца слова, которое встречается в современной рекламе, объявлениях, различного рода вывесках и т. п. в русском языке: ломбардъ, трактиръ, банкъ, циркъ. “Состоялась первая церемония вручения национальной премии “Циркъ”“ (пресса), Домъ Ханжонкова, “Товарищество Пироговъ и Караваевъ”, “Русский холодъ” и др.
Примечательной чертой семантического развития лексики современного чешского литературного языка являются изменения частотной характеристики ряда наименований. В первую очередь это относится к экономическим терминам. Они имеют широкое употребление не только в специальных коммуникативных сферах, но и в средствах массовой информации, в печати, а также в повседневной коммуникации [Hlavsovб 1997 : 30].
Повышенная частотность объясняется ярко выраженной ориентацией на экономическое переустройство чешского общества.
Наряду с изменением частотности номинаций, обращает на себя внимание расширение границ функционирования отдельных пластов лексики, что, в частности, является результатом интенсивного влияния нелитературных формаций на литературный язык (см. выше).
В заключении проведенного фрагментарного анализа состояния современного чешского языка, который, разумеется, не охватывает всех имеющихся проблем, связанных с динамикой его современного развития, следует подчеркнуть масштабный характер происходящих в языке перемен. Они затрагивают все ярусы языковой системы и свидетельствуют о том, что язык, как и социум, переживает переходный период. Он находится в том состоянии, когда требуются комплексные изменения в нормативных предписаниях литературного языка.
Литература
Ермакова 2000 - Ермакова О. П. Семантические процессы в лексике // Русский язык конца XX столетия (1985-1995). М., 2000.
Какорина 2000 - Какорина Е. В. Трансформация лексичеcкой семантики и сочетаемости (на материале языка газет) // Русский язык конца XX столетия (1985-1995). М., 2000.
Нещименко 2001 - Нещименко Г. П. Динамика речевого стандарта в современной публичной вербальной коммуникации: кризис - тенденция развития? // ВЯ, № 1. 2001.
Чешский язык 1990 - Широкова А. Г., Васильева В. Ф., Едличка Е. Чешский язык. М., 1990.
Bartoљek 1997 - Bartoљek Jar. Jazyk ћurnalistiky // Daneљ Fr. a kol. Иeskэ jazyk na pшelomu tisнciletн. Praha, 1997.
Daneљ 1997 - Daneљ Fr. Situace a celkovэ stav dneљnн иeљtiny // Daneљ Fr. a kol. Иeskэ jazyk na pшelomu tisнciletн. Praha, 1997.
Jedliиka 1978 - Jedliиka A. Spisovnэ jazyk v souиasnй komunikaci. Praha, 1978.
Jelнnek 1979 - Jelнnek M. Posuny v stylistickй charakteristice jazykovэch prostшedkщ a jejich kodifikace // Aktuбlnн otбzky jazykovй kultury v socialistickй spoleиnosti. Praha, 1979.
Hlavsa 1988 - Hlavsa Zd. K nмkterэm aktuбlnнm otбzkбm syntaktickй normy // Dynamika souиasnй иeљtiny z hlediska lingvistickй teorie a љkolskй praxe. Praha, 1988.
Hlavsovб 1997 - Hlavsovб Jar. Jazyk politiky // Daneљ Fr. a kol. Иeskэ jazyk na pшelomu tisнciletн. Praha, 1997.
Hronek 1972 - Hronek Jiшн. Obeиnб иeљtina. Praha, 1972.
Koшenskэ 1997 - Koшenskэ Jan. Vнcejazyиnб komunikace v иeskэch zemнch // Daneљ Fr. a kol. Иeskэ jazyk na pшelomu tisнciletн. Praha, 1997.
Martincovб 1988 - Martincovб O. Vэvojovй procesy v souиasnй иeskй slovnн zбsobм // Dynamika souиasnй иeљtiny z hlediska lingvitickй teorie a љkolskй praxe. Praha, 1988.
Mathesius 1947 - Mathesius V. Problйmy иeskй kultury jazykovй // Mathesius V. Иeљtina a obecnэ jazykozpyt. Praha, 1947.
Mistrнk 1977 - Mistrнk J. Љtylistika slovenkйho jazyka. Bratislava, 1977.
Mluvnice иeљtiny 1986, 2 - Mluvnice иeљtiny. Tvaroslovн, 2. Praha, 1986.
Sgall-Hronek 1992 - Sgall P., Hronek Jiш. Иeљtina bez pшнkras. Praha, 1992.
Tejnor 1979 - Tejnor A. Anglicismy v иeљtinм // Aktuбlnн otбzky jazykovй kultury v socialistickй spoleиnosti. Praha, 1979.
Pшнruиnн mluvnice 1995 - Pшнruиnн mluvnice иeљtiny. Brno, 1995.
Словари
Novб slova v иeљtinм - Martincovб O. Novб slova v иeљtinм. Slovnнk neologismщ. Praha, 1998.
Odbornэ slovnнk иesko-ruskэ 1999 - Csirikovб M., Vysuљilovб E. a kol. Odbornэ slovnнk Иesko-ruskэ z oblasti ekonomickй, politickй a prбvnн. Praha, 1999.
SSИ - Slovnнk spisovnй иeљtiny pro љkolu a veшejnost. Praha, 2000.
SSJИ - Slovnнk spisovnйho jazyka иeskйho. Praha, 1958-1971.