беги не сопровождались территориальными приобретениями, но причиняли немалый ущерб хозяйству населения пограничных районов.
В правление халифа Мамуна и его ближайших преемников в арабо-византийских отношениях наблюдалось стремление использовать внутренние осложнения и затруднения в государстве противника для активизации своей внешней политики. В то время в Византии верховная власть перешла к императорам Аморийской династии (820—867). В царствование первого из них — Михаила II Косноязычного (820—829), развернулось мощное народное восстание, начавшееся в 821 г. в Малой Азии под предводительством Фомы Славянина. Правители Халифата в лице халифа Мамуна пытались использовать этого предводителя, претендовавшего на императорский титул. Фома «обещал халифу сделать территориальные уступки в Малой Азии, после чего с разрешения халифских властей короновался в арабской Антиохии. Восстание, в котором приняли участие различные народности и общественные классы, распространилось на всю Малую Азию. Византийский военный флот в Эгейском море перешел на сторону повстанцев, что дало им возможность переправиться во Фракию и Македонию и осадить Константинополь. Но войску Михаила II, которому болгарская знать оказала активную помощь, удалось оттеснить крупные силы повстанцев. В 823 г. Фома попал Б плен
ибыл казнен. Ставка Мамуна на Фому оказалась битой.
Вто же время правители Византии сумели более удачно использовать мощное движение хурремитов, происходившее под предводительством Бабека-в 815/16— 837 гг. (о нем см. ниже).
Дружественные отношения и военное сотрудничество Византии с хурремитами, ведшими успешную войну с Халифатом, явились основной причиной четырех походов халифских войск под командованием Мамуна в византийскую Малую Азию — в 830, 831,832 и 833 гг.3 2 . После подавления хурремитского движения и казни Бабека халифское войско в 838 г. предприняло новое вторжение в Малую Азию и после продолжительной осады взяло хорошо укрепленный город Аморий. Этот военный успех был настолько значительным, что дал основание халифу
3 2 А. А. Васильев, Византия и арабы, стр. 82—104.
244
Мутасиму строить планы о походе на Константинополь. Однако осуществить эти планы так и не удалось.
В районе Средиземного моря Византия испытывала военные поражения и территориальные потери в борьбе с арабами. В 825 г. Византия потеряла Крит, имевший для нее большое стратегическое и торговое значение. Этот плодородный остров, на котором было много городов и селений, захватили жители Кордовы, изгнанные из Андалусии в 814 г., после восстания против омейядского эмира Хакама I. Эти жители кордовских предместий отплыли с Пиренейского полуострова на восток и высадились в Египте; их было около 15 тыс. человек, не считая женщин и детей. Через четыре года, в 818/819 г., воспользовавшись восстанием египетского наместника против халифа Мамуна, они овладели Александрией. В 825 г., после разгрома мятежников, Абдаллах ибн Тахир, ставший правителем Египта, предложил андалусцам выселиться за пределы долины Нила. Тогда они, сев на корабли, направились к Криту и захватили его, не встретив сопротивления, так как в то время все византийские войска и флот были заняты борьбой с приверженцами Фомы Славянина. По примеру арабских завоевателей они построили военный лагерь, который окру-
жили |
рвом. От арабского слова «хандак» (что значит |
«ров») |
произошло название г. Кандия. Крит стал гнездом |
мусульманских пиратов, нападавших на острова и побережья Эгейского моря. Попытки византийцев восстановить свою власть на острове долго (до 961 г.) не имели успеха.
В западном Средиземноморье североафриканские арабы также одержали крупные успехи. Многочисленный и хорошо оснащенный арабский флот преобладал над византийским флотом в западной части Средиземного моря и в значительной мере способствовал успеху арабского оружия.
Завоевание Сицилии арабами последовало за восстанием византийского стратега Евфимия, объявившего себя императором. Однако далеко не все города и области Сицилии признали власть новоявленного императора, и тогда он обратился за военной помощью к Зий- адет-аллаху I, правителю Ифрикии из династии Аглабидов. Войска, направленные Зийадет-аллахом I, высадились в Сицилии и приступили к завоеванию остро-
24S
ва. Евфимий был убит сторонниками византийского императора. Аглабидские войска заняли Палермо, Мессину и большинство других городов острова и установили на нем господство североафриканских арабов; только Сиракузы оставались под управлением византийской администрации вплоть до падения Аморийской династии3 3 .
Из Сицилии североафриканские арабы переправились на Апеннинский полуостров и захватили Тарент (совр. Таранто), принадлежавший лангобардокому беневентскому герцогу. Затем овладели несколькими пунктами в принадлежавших Византии Калабрии и Апулии, в том числе важным укрепленным портовым городом Бари. Венецианский флот, пришедший в Тарентский залив (залив Таранто), потерпел поражение в морском сражении с арабским флотом. Войско под командованием императора Людовика II было разбито и отброшено арабами.
Гавайи сицилийских приморских городов стали удобными базами для кораблей арабских пиратов, предпринимавших смелые нападения на побережья Италии и Южной Франции и на острова в западной части Средиземного моря. Арабские пираты захватывали богатую добычу на суше и в море, в том числе людей, которых они затем продавали как рабов на невольничьих рынках в городах Северной Африки. В 840 г. арабские пиратские корабли вошли в устье Тибра и создали угрозу Риму, население которого охватила неописуемая паника.
Народные движения, являвшиеся проявлением социальных противоречий и классовой борьбы, составляли основное содержание истории Багдадского халифата. Массовыми участниками этих движений выступали крестьянство и плебейское население городов, а иногда также еще довольно многочисленные рабы. Отдельные группировки господствующего класса феодалов, недовольные правлением Аббасидов и вступавшие с ними в борьбу за власть, иногда на время присоединялись (вернее, приспосабливались) к этим движениям.
Основной причиной народных движений, принимавших форму бурных восстаний против господства феода-
3 3 Там же, стр. 53—75; А. А. Васильев, Лекции по истории Ви зантии, стр. 262—263.
246
лов, возглавлявшихся аббасидскими халифами, являлись угнетение и эксплуатация трудящихся. Тяжелое положение народных масс становилось невыносимым вследствие незаконных поборов и притеснений, которым они подвергались со стороны халифской администрации.
В Сирии, утратившей свое привилегированное положение в Халифате еще при последних Омейядах, оставалось немало приверженцев и сторонников этой иизвержениой династии. Им удавалось убедить значительную часть населения Сирии, что восстановление господства Омейядов, которое они представляли в идеализированном виде, избавит страну от аббасидского гнета, произвола и ограбления. Поэтому вплоть до начала X в. в Сирии происходили антиаббасидские восстания ради реставрации Омейядов. Участники этих восстаний, сражавшиеся под омейядским белым знаменем, возлагали свои
радужные надежды на |
«суфианита» (т. е. потомка Абу |
Суфиапа) как своего |
избавителя от зол и бедствий |
Такой проомейядский |
политический мессианизм полу- |
чил среди сирийцев настолько широкое распространение, что его вынуждена была воспринять и аббасидская пропаганда. Конечно, проаббасидские агитаторы представили этого «суфианита» в образе смутьяна и совратителя мусульман, который выступил в роли основателя царства зла и безбожия.
После истребления членов рода омейя Абдаллахом ибн Али, дядей халифа Абу-л-Аббаса, в Хауране и Киннесрине, в Сирии, подняли восстание два омейядских военачальника, причем один из них действовал от имени какого-то «суфианита». Одновременно восстали жители Дамаска и разбили войско аббасидского наместника. В 754 г., получив известие о смерти Афу-л-Аббаса, они вторично восстали и присягнули одному из оставшихся в живых омейядских эмиров. В то же время часть сирийцев вступила в войско Абдаллаха ибн Али, начавшего борьбу за халифский престол, против своего племянника Мансура. Но это войско потерпело поражение в Месопотамии в сражении с войсками знаменитого Абу Муслима.
Отношение сирийцев к Мансуру получило правильное отражение в таком, например, анекдоте. Однажды этот халиф заявил с удовлетворением, что чума перестала опустошать Сирию в его царствование. На это один
247
сириец ответил: «Аллах слишком милостив, чтобы объединить против нас тебя и чуму!»3 4 .
Усиленная податная эксплуатация населения, сопровождаемая произволом и вымогательствами агентов фискального ведомства, вызвала в 759—760 гг. восстание в Ливане. Восставшие крестьяне-горцы, спустившись в долину Бикаа, увеличили свои силы за счет населения местных деревень, после чего двинулись на Баальбек. Теснимые превосходящими силами халифских войск, они отступили в свои родные горы. Последовавшие за ними карательные отряды, проводя жестокие экзекуции, изгнали многих ливанцев из их деревень, после чего они были расселены в равнинной Сирии.
В начале царствования Харуна ар-Рашида страшная эпидемия чумы обезлюдила многие селения в Палестине. Часть населения вымерла, другая бежала, гонимая страхом смерти. Положение этих крестьян оказалось настолько бедственным, что даже халиф предписал предоставить податные льготы тем из них, которые вернутся в покинутые деревни и приступят к обработке заброшенных полей.
Тревожное и смутное положение в Сирии усугублялось кровавыми распрями между местными кельбитами и кайситами, которые и при Аббасидах продолжали сводить свои нескончаемые счеты.
Вскоре после смерти Харуна ар-Рашида в обстановке ожесточенной борьбы за престол между его сыновьями Амином и Мамуном в Египте произошло восстание войска, а в Сирии опять появились «суфианиты». Одного из них, который в 811 г. был провозглашен в Дамаске халифом, поддерживали кельбиты, другого — их противники кайситы. В Сирии началась кровавая междоусобица, прервавшая всякое сообщение между Египтом и Ираком и нарушившая хозяйственную деятельность сирийского населения. Хозяйственная разруха стала причиной сильного голода, поразившего страну.
С воцарением Мамуна народные движения приобрели еще более широкий размах. Все царствование этого халифа можно признать смутным временем, как его определяли Н. А. Медников и А. А. Васильев. До 204 г. х.
3 1 Н. Lammens, La Syrie. Precis historique, vol. I, Beyreuth, 1921, p. 131.
248