сравнительно многие жители |
уже испытали на себе |
влияние монотеистических |
религий — христианства и |
иудаизма, а некоторые и восприняли одну из этих религий. Но в Мекке, являвшейся одним из важных центров арабского политеизма, распространению ханифизма препятствовал хорошо организованый культ Каабы. Этот культ, выражавшийся в поклонении идолам, был тесно связан с экономической деятельностью курейшитов и освящал их влияние на бедуинские племена. Поэтому курейшитская знать вела упорную борьбу за сохранение многобожия и идолопоклонства.
Но эпоха политеизма в Аравии приближалась к концу. В разлагавшемся первобытнообщинном обществе уже появились элементы новых классовых отношений, а это должно было привести к существенным идеологическим изменениям: монотеизм должен был прийти на смену политеизму. В частности, образование союзов племен выражало стремление к объединению Аравии, возникновению центральной власти, отражением и освящением которой мог быть только монотеизм.
Ханифизм, как арабская форма монотеизма, вступил в борьбу с политеизмом. Прежде всего ханифы боролись против его наиболее грубого проявления в виде идолопоклонства. Противопоставляя племенным и местным божествам своего единого рахмана, они выражали идею всеарабской религии. В Мекке ханифам предстояло вести особенно упорную борьбу, так как здесь политеистическое вероучение имело наиболее солидный базис по сравнению с другими племенами, а культ был гораздо лучше организован.
«Сира» вполне определенно представляет Мухаммеда в начале его религиозной деятельности как типичного ханифа. Вероучение мекканских ханифов изложено в «рахманских» сурах Корана. В более ранних материалах этого сборника, которые европейские исследователи группируют под названием «поэтические» суры, содержатся фантастические представления о скором наступлении конца света, о страшном суде и о загробном существовании людей. В этих материалах идея единобожия является господствующей и проповедуется особенно настоятельно. Содержание «поэтических» сур (если отбросить шаманские заклинания, относящиеся к периоду политеизма) ни в чем не расходится с учением ханифов;
104
только в этих сурах в большей мере, чем в ханифизме, проявилось влияние иудейского и христианского сектантства, приверженцев которого можно было в немалом числе встретить в доисламской Мекке среди посещавших ее и проживавших в ней иностранцев.
Уже в наиболее ранних сурах проявляется весьма интересная и существенная деталь. Единый бог выступает под именем «Аллах», т. е. носит имя племенного божества курейшитов, и сохраняется культ Каабы как «дома Аллаха»; предписывается соблюдение некоторых обрядов, установившихся в прежние времена.
Ханифизм в его меккаиской форме, создание которой мусульманское историческое предание и европейское
буржуазное исламоведение |
приписывают Мухаммеду, |
не мог получить широкого |
распространения в Мекке. |
Причину этого явления следует искать не только в противодействии, оказанном новому учению курейшитской господствующей верхушки. Гораздо важнее были социальные причины, ограничивавшие распространение ханифизма в Мекке. Социально-экономические противоречия в этом городе достигли значительно большего развития, чем в племенах. Мекканцы, несомненно, стремились избавиться от засилья господствующей верхушки и от ростовщической кабалы, а рабы, конечно, стремились освободиться из рабства. Мекканский же ханифизм не мог привлечь и удовлетворить угнетенных и обездоленных. Он давал далеко не заманчивую перспективу гибели мира и обращал взоры верующих к загробному миру, обещая только после смерти лучшее существование. Устрашение грядущей катастрофой светопреставления и мучениями в геенне не могло оказать желаемого воздействия на арабов того времени. Это следует объяснять не только широко распространенным неверием в загробный мир, но и деловой практичностью мекканцев.
В такой обстановке, под влиянием социальных потребностей населения, мекканский ханифизм перешел в следующий этап развития, который уже можно рассматривать как возникновение новой религии, получившей название «ислам». Вероучение времени зарождения этой религии получило свое выражение в мекканских «пророческих» сурах. В них наряду с единством Аллаха выдвигается другой, не менее важный догмат о «посланнике Аллаха» (расул аллах), который претендует на по-
105
ложение единственного посредника между верховным существом и людьми.
В «пророческих» сурах обращено гораздо большее внимание на некоторые земные, реальные явления. Прежде всего осуждается и безоговорочно запрещается ростовщичество, являвшееся очень болезненной язвой меккапской экономической жизни. От непомерного хищничества и алчности мекканских ростовщиков сильно страдали население Мекки и окрестные бедуинские племена.
«То, что вы даете в рост, чтобы оно возросло от имущества других людей, не возрастет перед Аллахом» (XXX, 38).
В отличие от ростовщичества торговля считается вполне допустимым и даже похвальным занятием. Ал- лах-рабовладелец наделен типичными чертами купца; в его образе отразилась торговая обстановка Мекки. Из «Сиры» видно, что Мухаммед, выступая вероучителем, продолжал заниматься торговыми делами. Курейшиты, подвергая сомнению его пророческую миссию, с насмешкой говорили ему: «Какой же ты пророк! Ты ходишь по рынкам, как самый последний из нас». Как полагают, ответом на это является стих Корана, в котором Аллах говорит: «И до тебя мы не посылали посланников, которые бы не ели пищи и не ходили по рынкам» (XXV, 22).
В «пророческих» сурах встречаются особенно настоятельные призывы соблюдать правильность в мере и весе, т . е. быть честным при торговых и ростовщических сделках и расчетах. «И будьте верны в мере, когда отмериваете, и взвешивайте правильными весами» (XVII, 37). Наряду с запрещением растрачивать имущество сирот предписывается: «Выполняйте меру и вес по справедливости» (VI, 153). Мифический древнеарабский пророк Шу'айб, обращаясь к мадайанитам, убеждает их поклоняться только единому Аллаху и «не убавлять меры и веса». «О народ мой! — повторяет он. — Полностью соблюдайте верность в мере и весе» (XI, 85—86). В качестве неоспоримого аргумента приводится отдельный целеустремленный творческий акт Аллаха: «И небо Он воздвиг и установил весы, чтобы вы не нарушали весов. И устанавливайте все справедливо и не уменьшайте весов» (LV, 6—8). По представлению Корана, в день страшного суда будут приведены в действие «весы вер-
106
ные», на которых будут взвешены дела людей; при этом от имени Аллаха говорится: «Достаточны Мы как счетчики» (XXI, 48).
В этих и им подобных призывах и предписаниях получили выражение кровные интересы мекканского торгового люда, постоянно страдавшего от отсутствия коммерческой честности у заправил караванной торговли и у ростовщиков. Выше мы уже видели, как осуждает Коран «обвешивающих» (LXXXIII, 1—3).
Согласно историческому преданию, Мухаммед и почти все его мекканские последователи были выходцами из средних и малоимущих слоев населения, испытывавших на себе суровую и жестокую власть «курейшитов центра». Мухаммед принадлежал к роду хашим, который не владел богатством и не пользовался влиянием. Следовательно, он и его ближайшее окружение вполне могли проникнуться интересами и нуждами среднего и мелкого мекканского торгового люда.
Деятельность первых мусульман в Мекке завершилась полным провалом. Нет оснований полагать, что они создали в своем городе какую-либо организацию. Наряду с верой в религиозные догматы в Коране им предписаны две практические обязанности — «салат» и «закят», т. е. совершать молитву и уплачивать «очистительный» налог. Не всегда мог Мухаммед выступать публично со своими проповедями; для слушания их и для молитвы его приверженцам приходилось собираться тайно гденибудь в пригородах и даже в «ущельях» из боязни преследований. Согласно «Сире», мусульмане оказались в таком стесненном и опасном положении, что Мухаммед был вынужден часть их отправить в Эфиопию под покровительство христианского негуса. Оставшиеся же в Мекке во главе с Мухаммедом подверглись бойкоту: мекканцы отказались заключать с ними брачные союзы и вести торговые дела. Интересно, что их сородичи не могли оказывать им никакой помощи и защиты. Это показывает, что экономическая зависимость мекканцев от «курейшитов центра» была сильнее кровных связей.
Основная причина неудачи ислама в Мекке крылась в социальном содержании этого вероучения. Имущественное и социальное неравенство представлено в Коране как порядок, установленный Аллахом. Следовательно, он не подлежал ни отмене, ни изменению. Рабство
107
тоже представлено как неотменяемый социальный институт. Расправа с богатыми н власть имущими перенесена в фантастический загробный мир только после смерти; попав в райский сад, праведники избавятся от житейских тягот и материальных нужд. Но чтобы стать прапедником в земной жизни и небожителем после смерти, необходимо неизменно проявлять «покорность» и «терпение». Эти добродетели, по Корану, столь же необходимы, как вера в Аллаха и его посланника.
В ранних сурах Корана сохранились стихи, содержащие осуждение богатства и богачей, для которых характерны алчность, скупость и жестокость и которые «пожирают» имущество сирот и с руганью прогоняют нищего. Такой протест против имущественного неравенства привлек к новому вероучению некоторое число работ и неимущих свободных. Но их. ждало разочарование, так как проповедник новой религии, как это видно из Корана, не выдвигал требования о каком-либо переустройстве социально-экономических отношений, обещая своим последователям улучшение их существования только в потустороннем мире. Существующее неравенство и произвол оправдывались в Коране, в котором от имени Аллаха говорится: «И так мы в каждом селении сделали вельмож грешниками его, чтобы они ухищрялись там» (VI, 123).
Ислам в Мекке не обрел социальной опоры; он не получил поддержки как со стороны населения города, так и бедуинов прилегающих к нему районов. К тому же «курейшиты центра» оказывали новой религии решительное противодействие, а ее последователей подвергали гонению.
По преданию, Мухаммед выступил в роли проповедника в 610 г., по лишь через 12 лет окончательно убедился в полной невозможности достичь успеха в своем родном городе. Попытка найти последователей в соседнем Таифе также не удалась: он был встречен жителями градом камней. По преданию, возвращаясь в Мекку, он для самоуспокоения выступил с проповедью перед толпой джиннов.
Выход из создавшегося положения первые мусульмане нашли в решении переселиться в Йасриб-Медину. Это переселение (по-арабски — хиджра) произошло осенью 622 г.
1G8