Согласно исследованию Slaby «Robotic automation emerges as a threat to traditional low-cost outsourcing» [24], RPA является технологической имитацией человека-работника с целью автоматизации структурированных задач быстрым и экономически эффективным способом. Даже несмотря на то, что термин «робот» напоминает об электромеханических машинах, важно понимать, что RPA - это не физический робот, а программное решение, которое настроено на выполнение повторяющихся операционных задач и процедур, которые, как правило, осуществляются людьми. RPA может автоматизировать основанные на правилах процессы, которые включают в себя рутинные задачи, структурированные данные и детерминированные результаты, например, передачу данных из нескольких источников ввода, таких как электронная почта и электронные таблицы, в системы, такие как ERP и CRM. Так, RPA - это технология автоматизации, основанная на программных инструментах, которые могут имитировать поведение человека для выполнения повторяющихся задач, не связанных с добавленной стоимостью, таких как перенос, копирование, вставка, извлечение, объединение и перемещение данных из одной системы в другую. Согласно данным Института роботизированной автоматизации процессов (IRPA) [14], технология RPA не является частью инфраструктуры информационных технологий компании, а находится на ее вершине.
Ниже приведены некоторые более детальные характеристики, которые отличают RPA от систем управления бизнес-процессами (BPMS):
* во-первых, RPA имеет доступ к платформам BPMS через уровень представления, поэтому никакой базовой логики системного программирования не затрагивается;
* во-вторых, в отличие от большинства пакетов моделирования BPMN, решения RPA не требуют навыков программирования для настройки программного интерфейса, RPA настраивается путем перетаскивания и сброса элементов проектирования;
* в-третьих, RPA не создает новое приложение и не хранит транзакционные данные, поэтому нет необходимости в модели данных или базе данных, как, например, система BPM.
Однако нужно отметить, что в последние годы (в частности, в 2018 г.) все больше лидеров рынка BPM-решений стремятся к интегрированию с поставщиками RPA-платформ и интеграторами роботизированных ПО. Подтверждением этому являются недавние активности вендоров по покупке и установлению партнерств: компания Kofax купила Kapow, одна из лидирующих платформ BPM Pega приобрела OpenSpan, Blue Prism стал партнером Appian, а IBM - партнером Automation Anywhere. На наш взгляд, это связано с тем, что RPA - прекрасный инструмент для исполнения одиночных операций, но у него есть ограничение - сложность интеграции таких задач в цепочку, и именно для таких целей нужен BPM. В то же время, с точки зрения BPM, боты РАП (роботизированная автоматизация процессов) рассматриваются как отличный инструмент быстрой и эффективной интеграции с корпоративными системами компании [47].
С другой стороны, РАП также отличается от когнитивной автоматизации. Согласно Willcocks and Lacity [25], Cognitive Automation используется для автоматизации задач и решений, которые включают алгоритмы для интерпретации неструктурированных данных, что приводит к набору вероятных ответов, в отличие от RPA, которая использует правила для обработки структурированных данных и инструкций. При этом результат когнитивной автоматизации вероятностный, при внедрении RPA же получается детерминированный, единый результат. Это говорит о том, что каждое информационное решение должно решать определенную проблему, для которой наиболее оптимальным является именно выбранное решение. Критерии выбора технологии для автоматизации исследуемого в данной выпускной квалификационной работе процесса приведены в п. 2.1. Что касается стоимости RPA, исследование Capgemini [19] предполагает, что полноценная лицензия программного обеспечения RPA с Оркестратором (структура платформы для роботизации будет более подробно рассмотрена в п. 2.2.3) может стоить от 1/3 до 1/5 от цены штатного сотрудника (FTE). Lacity и Willcocks утверждают, что один робот может выполнять структурированные задачи, эквивалентные двум-пяти людям. Какое решение в итоге будет экономически эффективнее и целесообразнее с точки зрения повышения качества исследуемого процесса, выясним путем расчетов в п. 2.2 данной выпускной квалификационной работы.
1.2 Современное отношение исследователей и заинтересованных компаний к роботам и роботизированным программам
Роботизированные системы интриговали авторов художественной литературы, ученых и широкую публику на протяжении десятилетий. Некоторые пророчества, сделанные в научной фантастике, еще не сбылись (например, из знаменитых фильмов «Мир дикого запада», 2016; «Бегущий по лезвию», 1982), но импульс робототехнических технологий невероятно силен. По прогнозам, в ближайшие годы продажи промышленных, а также сервисных роботов вырастут с двузначной маржой, и скоро появятся новые категории продуктов для роботов. Например, компания Waymo, автономное автомобильное подразделение Alphabet, начала тестировать наиболее безопасные автомобили на автопилоте еще осенью 2017 года [30]. Также роботы помогают в медицинских операциях, включая процедуры, которые в принципе невозможно проводить без участия роботов; в последние годы они активно применяются во всех социальных аспектах жизни людей: роботы становятся популярны в уходе за больными и пожилыми людьми, в секс-индустрии (особенно в качестве замены суррогатных партнеров для людей с физической инвалидностью и психически нездоровых людей). Таким образом, можно сказать, что общество в настоящее время находится на грани роботизированной эры, которая, по всей вероятности, приведет к тому, что роботы вскоре станут обычным явлением в жизни многих людей во всем мире.
Последствия этих неизбежных технологических изменений остаются спорными, но продолжают обсуждаться. Сторонники оптимистического взгляда утверждают, что роботизированные системы будут поддерживать людей и способствовать экономическому росту. С другой стороны, критики утверждают, что до 20% мировой рабочей силы могут потерять свои рабочие места к 2030 году из-за роботизированных систем. В дополнение к этим экономическим проблемам, у некоторых людей опасения вызывают внешне человекоподобные роботы, призванные помогать людям в повседневной жизни, которые своей «человечностью» как раз и отпугивают. При этом в последние годы люди все больше примеряются с идеей о том, что роботы станут частью нашей повседневной жизни. С одной стороны, это связано с огромным количеством новостных материалов о роботизированных инновациях, а с другой - игрушечные роботы и роботы-уборщики становятся все более доступны для массового рынка. Каковы же последствия для развития отношения к роботам с течением времени? Такие исследователи, как Аппель, Краузе утверждают, что с распространением роботов в нашем обществе отношение к ним станет более позитивным, учитывая, что страх перед инновациями будет снижен благодаря личному опыту и знакомству с их продуктами [3, p. 10]. Тем не менее, технология, которая включает в себя потенциальные положительные (поддержка и помощь) и потенциальные отрицательные последствия (потеря работы, экзистенциальные вопросы), может вызвать конфликт избегания подхода. Следуя модели Миллера, тенденции подхода должны быть относительно сильными, пока технология является частью отдаленного будущего. По мере того, как технология становится все более актуальной, негативные аспекты и избегание становятся все более доминирующими. Таким образом, негативное отношение будет становиться все более вероятным, поскольку роботы все чаще становятся частью обычной жизни людей. Действительно, недавний репрезентативный опрос показал, что население Соединенных Штатов имеет в два раза больше шансов выразить беспокойство по сравнению с прежним энтузиазмом (когда роботы еще не так активно применялись) по поводу роботов на рабочем месте. В то же время большинство американцев неохотно выбирали в качестве лиц, осуществляющих уход или обслуживание, автономные системы, такие как беспилотные автомобили или роботы. Таким образом, нынешнее общественное мнение в отношении роботов в США кажется в лучшем случае осторожным.
Далее исследователи Timo Gnambs, Markus Apprel [12, p. 54] распространили эти результаты на европейском континенте и, что более важно, исследовали, как отношение к роботам изменилось с течением времени. Исследователи изучили ответы более 80 000 граждан Европейского Союза, которые участвовали в опросах Eurobarometer в 2012, 2014 и 2017 годах. Помимо среднего рейтинга роботов, также были рассмотрены индивидуальные и страновые различия и различия в зависимости от задач роботов. В частности, ожидалось, что экономические условия и возраст респондентов будут существенно влиять на оценку роботизированных агентов. Во-первых, было выдвинуто предположение, что работники с рабочими местами, у которых самый высокий риск замены на автоматизированные системы, и те, у кого нет работы, будут оценивать роботов более негативно. Кроме того, была проведена оценка соответствующих контекстных эффектов. В частности, это строилось из предположения, что общества с большей долей безработных будут более неохотно поддерживать роботов (особенно роботов, помогающих на рабочем месте), потому что это может еще больше сократить ограниченные возможности трудоустройства. В отличие от этого, страны с крупным технологическим сектором или страны, которые тратят больше денег на исследования и разработки, могут быть более открыты для технологических изменений, поскольку эти технологии уже являются важным источником доходов и возможностей трудоустройства в стране. Во-вторых, предполагалось, что стареющие общества или пожилые респонденты будут использовать роботизированную помощь более открыто, поскольку многие европейские страны уже сталкиваются с растущими трудностями в удовлетворении потребностей пожилых людей. Роботы могут облегчить некоторые проблемы в области здравоохранения и поддержки пожилых граждан, взяв на себя рутинные задачи в этой области. Наконец, также были оценены различия в отношении пола и уровня образования, поскольку в предыдущих исследованиях предполагалось, что мужчины и лица с высшим образованием могут иметь более позитивное отношение к роботам ввиду большей склонности к любознательности, авантюризму (по сравнению с женщинами), а также вследствие высокого уровня интеллекта (в сравнении с людьми со средним образованием или без него), позволяющего переквалифицироваться в случае необходимости, либо научиться управлять роботизированными ПО вместо выполнения прежних задач.
Чтобы определить наиболее важные переменные, прогнозирующие отношение к роботам, общие оценки были регрессированы по двум фиктивным кодированным индикаторам, представляющим волну измерения (с использованием первой волны в качестве эталонной категории) и характеристикам респондента по полу (кодированный 0 для мужчин и 1 для женщин), возрасту (в десятилетиях), количеству лет образования и статусу занятости (фиктивная кодировка с использованием «белых воротничков» в качестве эталона). Этот анализ включает в себя соответствующие случайные эффекты для учета вложенности респондентов внутри стран. Как показано в таблице А1, Модель 1 (см. Приложение А), в среднем мужчины придерживались более (p <0,001) благоприятного отношения к роботам, чем женщины (d = 0,21). Аналогичным образом, увеличение уровня образования на три года (т.е. около 1 SD) привело к сдвигу оценок отношения примерно на d = 0,19 (p <0,001), что отражает положительную связь между образованием и отношением к роботам. Кроме того, работа в профессии белых воротничков по сравнению с профессией «синих воротничков» или незанятостью была связана с чуть более позитивным отношением, d = 0,08 (p <.001) и d = 0,07 (p <.001). Напротив, возраст человека оказал незначительное влияние на отношение к роботам: разница в возрасте в 10 лет изменила соответствующие оценки менее чем на 1%.
Более благоприятные взгляды на роботов, выполняющих медицинские операции, помогающих на в офисах, пожилым людям или управляющих автомобилями, чаще были характерны для мужчин, лиц с более высоким уровнем образования и так называемых «белых воротничков». Потенциальные различия между европейскими странами были изучены путем расширения предыдущей регрессионной модели и включения шести характеристик на уровне страны, а именно: процент пожилых людей, процент технологического экспорта, инвестиции в исследования, уровень безработицы, а также географическая широта и долгота (см. Модель 2 в таблице А1). Страны с большей долей пожилых граждан демонстрировали несколько более позитивное отношение (р = 0,001). Тем не менее, соответствующий эффект был довольно небольшим: разница примерно в 2,5 балла (т.е. около 1 SD) в доле жителей старше 65 лет соответствовала сдвигу в общих оценках роботов примерно на d = 0,22. Так, пожилые общества были более склонны поддерживать робототехническую помощь, чем молодые. Более того, увеличение уровня безработицы примерно на 5 баллов (то есть около 1 SD) соответствует изменению отношения примерно на d = 0,11 (p = 0,003), что указывает на очень небольшую положительную связь между безработицей и отношением к роботам. Напротив, другие макроэкономические переменные, такие как различия в инвестициях в исследования или процент технологического экспорта, не объясняли различий в позициях в Европе (т.е. R2 меньше 1 процента). Что касается географического положения в Европе, северные страны продемонстрировали значительно (p = 0,0046) более позитивное отношение к роботам, чем страны, расположенные на юге.
Приведенное исследование основывается на уникальном крупномасштабном наборе данных, раскрывающем отношение к роботам в Европейском Союзе в течение пяти лет. Данные показали, что отношение европейцев к роботам остается довольно противоречивым. Когда европейцев спрашивают о роботах довольно абстрактно, они реагируют весьма благоприятно - то есть, в целом, роботы воспринимаются как потенциально полезная технология, обогащающая жизнь людей. Однако, как только респонденты рассмотрели конкретные применения роботизированных услуг, которые вскоре могут стать реальностью, они стали более осторожными. Важно отметить, что в течение пяти лет, между 2012 и 2017 годами, европейцы стали все более и более настороженно относиться к роботам. Примечательно, что размер соответствующего эффекта (до d = от -0.21 до -0.30) был довольно похож на многие интервенционные исследования, которые были явно разработаны, чтобы вызвать изменение отношения, несмотря на тот факт, что в текущем исследовании наблюдаются естественные изменения траекторий общественного мнения по отношению к роботам без осуществления каких-либо преднамеренных манипуляций. В частности, отношение к роботам на рабочем месте все еще более позитивно, чем отношение к ним в других прикладных областях, но они также показали наиболее заметные изменения. Растущее беспокойство населения объясняется тем, что, по прогнозам исследователей и ученых, к 2030 году около пятой части всех рабочих мест планируется заменить роботами. Таким образом, возросшее внимание средств массовой информации и общественное обсуждение роботов в последние годы, по всей вероятности, также повлияли на общественное мнение, сместив фокус населения в более критическое русло. В новостях и телевизионных документальных фильмах регулярно подчеркивается, что роботы находятся на грани замены многих рабочих мест, при этом говорится, что они несут ответственность за снижение заработной платы в различных профессиях. Эти постоянные предупреждения не могут не способствовать негативному восприятию роботов-помощников на работе.
Все это говорит о том, что необходимы дополнительные исследования с целью раскрытия процессов, формирующих наблюдаемые изменения в отношении к роботам. Будущие исследования должны оценить, в какой степени спорные дискуссии в СМИ формируют негативное отношение к роботам, непропорционально выделяя потенциальные недостатки роботов, преуменьшая их преимущества. Потенциально изменяющееся отношение также следует оценивать, когда все больше разнообразных автономных роботизированных систем (к примеру, тех же беспилотных автомобилей) будут массово продаваться. По мнению ученых Savela, Turja, Oksanen, существует немалая вероятность, что увеличение числа более осведомленных людей, напрямую взаимодействующих с роботами, приведет к росту лояльности населения к роботизированным системам. Когда люди приобретут практический опыт использования своей полезности, их оценка роботов, как ожидается, возрастет [21, p. 493-502]. В этом ключе также может быть полезным исследование различных личностных характеристик, которые были связаны с распространением инноваций (например, лидерство во мнениях), чтобы предсказать изменение отношения и принятие новых роботизированных услуг в социальных группах.