В центральнокавказской группе хорошо изучены поселения Шулаверис (культурный слой 8 м), Шому-тепе и др. Они располагались группами на небольших холмах на речных аллювиальных равнинах. На многих поселениях открыто несколько строительных горизонтов с однотипными жилыми и хозяйственными постройками из сырцовых кирпичей и глинобитных круглых жилых помещений диаметром до 3 м. Перекрытия были куполообразные. У стен располагались очаги. Входом служил небольшой проем в стене, через отверстие в куполе выходил дым и поступал свет. Площади поселений были плотно застроены без четкой планировки. Рядом с жилищами располагались хозяйственные постройки. На поселениях найдено много кремневых вкладышей для серпов, глиняные фигурки людей и домашних животных. Обнаружено большое количество костей домашних животных: быка, свиньи, мелкого рогатого скота. Развитие земледелия подтверждается находками костяных и роговых мотыг, обсидиановых и кремневых ножевидных пластин -- вкладышей для серпов, большого числа каменных зернотерок, пестов и массивных каменных ступок. Отмечается широкое развитие каменной пластинчатой техники: вкладыши серпов, скобели, ножи, резцы, проколки. Особую группу составляют зернотерки, песты, долота, топоры. Весьма интересно, что в инвентаре поселений совсем отсутствуют наконечники стрел. Обнаружены остатки мягкой и твердой пшеницы, полбы, двурядного и многорядного ячменя, диких бобовых культур и вики. Глиняная посуда грубая по выделке, плоскодонная, без ручек. На некоторых сосудах вместо ручек имеются выступы. Известны большие толстостенные сосуды. Основная масса керамики черного и серого цветов, встречается небольшое количество керамики со следами краски. Металлических предметов совсем мало, и обнаружены они не на всех поселениях: это плоские ножички и обломки четырехгранных шильев. На поселении Кюль-тепе I и некоторых других между жилыми постройками и под ними открыты одиночные погребения. Погребенные лежали в скорченном положении на боку и на спине.
Несколько отличается нахичеваньско-мильско-муганская группа энеолитических памятников. Открытые на Кюль-тепе I круглые и прямоугольные в плане жилища диаметром 6--8 м сооружены из сырцового кирпича и камня. Каменный инвентарь типичен для энеолитических памятников, встречается расписная керамика, украшенная сложным геометрическим узором, который выполнен коричневой, черной и красной красками.
Хуже изучена энеолитическая культура Кавказского Причерноморья и Центрального Кавказа, лучше других здесь исследовано поселение Тетралица на р. Риони. Каменный инвентарь этой группы памятников весьма архаичен (аналогичен неолитическому инвентарю). В нем преобладают скребки, резцы, пластины, отщепы и нуклеусы. Известны крупные мотыгообразные орудия, зернотерки, кремневые вкладыши серпов, что свидетельствует о наличии на побережье и в прилегающих к нему долинах земледелия.
К сожалению, мы еще мало знаем об энеолите Северного Кавказа и судим о нем в основном по Нальчикскому могильнику и Агубековскому поселению, инвентарь которых не отличается от энеолитических памятников Закавказья. В Нальчикском могильнике обнаружены скорченные погребения с украшениями из камня, стекловидной пасты, клыков. Обращает на себя внимание медное кольцо и каменные браслеты, аналогичные месопотамским (Джармо). На Кавказе они известны и в других памятниках и продолжают существовать до эпохи бронзы.
Мировоззрение энеолитических жителей Кавказа отражало развитие земледелия и скотоводства. Значительную роль играло женское божество, символизирующее идею плодородия. Поэтому на поселениях встречаются глиняные и костяные женские статуэтки, фигурки коз, овец, быков. В эти изображения, несомненно, вкладывался магический смысл.
По некоторым особенностям (постройки, орудия труда, керамики) энеолитическая культура Закавказья близка к раннеземледельческим культурам Ближнего Востока, и в частности Северной Месопотамии.
Вопросы для самоконтроля:
1. Какова роль освоения металла в мировой истории?
2. Было ли освоение металла повсеместным и почему?
3. Почему сохранялось соотношение отдельных производящих центров-культур и периферии?
4. Что такое металлургическая провинция?
5. Почему возникает широкая сеть торговых связей именно в эпоху палеометалла?
Лекция 12. Ольмекская культура
Развитие земледелия в разных районах ойкумены проходило параллельно и по сходным сценариям. В Новом свете вслед за палеоиндейским периодом древних охотников и собирателей начинается новый этап - архаический, связанный с зарождением производящего хозяйства в наиболее благоприятных для этого регионов. Древнейшим центром появления земледелия на Американском континенте стала Мезоамерика - особая культурно-географическая область, где формируются древнейшие культуры и цивилизации индейцев.
Пожалуй, самой древней земледельческой культурой этого региона признается сегодня ольмекская, в рамках которой складываются основные признаки земледельческих цивилизаций, начиная от выращивания культурных злаков (маиса) до строительства крупных храмовых комплексов и создания письменности.
За последние десятилетия в результате проведенных раскопок и случайных находок число известных памятников культуры тенеселоме (этот термин был предложен на первой конференции по ольмекам Хименесом Морено и означает «люди с ягуарьей пастью»; это название не привилось), или археологических ольмеков, значительно выросло. Южную половину штата Веракрус и прилегающую к ней часть штата Табаско, вплоть до тех мест, где начиналась территория майя, т.е. примерно до реки Грихальвы, археологи начали изучать лишь в 40-х годах прошлого столетия. Это тропическое морское побережье Мексики было не самым приятным местом для археологических исследований, для поисков следов индейцев Америки. Это обширная скучная низменность, разрезанная реками, разливающимися подчас необычайно широко, край топей, болот, прибрежных мангровых лесов. Это земля, на которую летом обрушиваются бесконечные ливни. Необычайно влажный край, который часто страдает от сильных ветров, жары, где нередко термометр показывает даже в тени выше сорока градусов, до недавнего времени край без дорог, почти без городов, зато с москитами, ягуарами, гремучими змеями.
Возникшая в этих местах культура оказала заметное влияние на все последующие культуры Мезоамерики. Прежде чем термин «ольмеки» был введен в оборот Вайаном, чтобы обозначить новые находки специфичного стиля, многие из них были уже описаны. Савий и Вайан первыми признали ольмекский «очаг» отдельной культурой. В 1925 г. Блом и Лафарж посетили Ла Венту, описали несколько каменных памятников и заключили, что эти монументы схожи с майяскими, но четко прослеживаются и отличия, которые характерны для более ранних памятников из близлежащего региона Лас Тустлас. В конце 1938 г. М.В. Стирлинг организовал раскопки в Трес Сапотес, давшие новый комплекс ольмекских находок. После Трес Сапотес экспедиция Стирлинга провела исследования в Ла Венте, местечке на границе штатов Веракрус и Табаско. Открытые памятники позволили сказать, что Ла Вента являлась одним из наиболее значительных церемониальных центров культуры ольмеков.
На данный момент не существует единой точки зрения относительно времени существования, структуры и сути ольмекской цивилизации. Неизвестна нам ни этническая, ни антропологическая принадлежность этого населения. Определенно можно сказать, что основной территорией ольмекской культуры были болотистые низины тихоокеанского побережья. Комплекс оседлости развивался в условиях сбалансированной экономики, опирающейся на дары моря и на прогрессирующее земледелие. Несмотря на нездоровый климат, эта область очень богата с точки зрения сельского хозяйства. Рацион жителей был довольно разнообразен: помимо сельскохозяйственной продукции - рыба, морские птицы, собаки, возможно, крокодилы. Надо, однако, заметить, что ресурсы этой местности никогда не использовались до конца. Наиболее распространено мнение о том, что ольмеки появились в Табаско около четырех тысяч лет назад. Предшественников этой цивилизации до сих пор не найдено. За II тыс. до н.э. ольмеки распространили свое культурное влияние на огромный регион. Мощь и величие ольмекской культуры проявилось в том воздействии, которое они оказывали на всю Мезоамерику.
Происхождение этой культуры остается неизвестным. По этому вопросу существует несколько точек зрения. Согласно первой, выдвинутой и горячо отстаивавшейся М. Коваррубиасом, ольмекская культура является древнейшей и происходит из штата Герреро, где местность вокруг поселений Сумпанго и Сан Херонимо изобилует памятниками ольмекского стиля. По его мнению, это указывает на существование в древности «ольмекского пояса», тянувшегося через Теуантепекский перешеек от Тихого океана до побережья Мексиканского залива. Находки в Герреро, по мнению ученого, отличаются архаичностью и они древнее памятников из Ла Венты. Следовательно, Ла Вента стала последним прибежищем ольмекской культуры уже в период ее умирания.
Из анализа важнейших памятников ольмекской культуры можно заключить, что она прошла в своем развитии через несколько последовательных этапов. Все они связываются с найденными центрами ольмекской культуры: древнейший представлен в Сан Лоренсо и Ла Венте I, второй отчетливо выявляется в Ла Венте II, в Трес Сапотес I и в Серро де лас Месас. Крупнейшими центрами ольмеков считаются Сан Лоренсо и Ла Вента, которые датируются радиоуглеродным методом 1200-900 гг. до н.э. и 800-400 гг. до н.э. соответственно, хотя дальнейшие исследования заставляют пересмотреть эти даты. Также известны такие центры как Пуэрто-Нуэво, Рио-Чикито и др. Достаточно распространено мнение о том, что Лагуна де лос Серрос является культурным и политическим центром, равным по важности Сан Лоренсо.
Наиболее древний центр ольмекской культуры, как уже указывалось, - Сан Лоренсо-Теночтитлан. Анализ найденной керамики и скульптуры, а также стратиграфический план позволяют заключить, что культура в Сан Лоренсо была принесена уже в готовом виде. Город находится на платформе, на высоте 50 м относительно окружающей саванны, которая ежегодно затопляется. Восточная сторона городища обрывается крутым откосом к реке, а остальные три стороны отделены глубокими лощинами. Раскопки показали, что большая часть возвышенности сделана человеческими руками; ольмеки носили на себе землю, корзину за корзиной, чтобы создать искусственные гребни, торчащие подобно пальцам, но не хаотично, а в определенном порядке. По предположению Майкла Ко, проводившего здесь широкие археологические изыскания, плато Сан-Лоренсо представляет собой изображение гигантской птицы с вытянутыми крыльями, летящей на восток. Очертания правого крыла обозначены тремя хребтами к югу; левое крыло видится незавершенным, т.к. хребты к северу никогда не были закончены. Голова птицы располагается к востоку от лагуны 14, но она также четко не выделяется. Хвост птицы образуют группы холмов C и D, а также обширной трапециевидной, явно искусственной платформой чуть ниже к западу.
Поселение в Сан Лоренсо появляется около 1500 г. до н.э., но оно не имеет черт, присущих ольмекской культуре. Только в период Чичаррас (1250-1150 гг. до н.э) можно говорить о складывании типично ольмекской культуры. В керамике складывается единый стиль и способ обжига. Глина становится тонко выделанной, с различными видами штамповки и перекрестной штриховки. Что касается архитектуры в Сан Лоренсо, то множество холмов венчают плато; главная группа их вытянута в направлении север-юг, с прямоугольными дворами, окруженными пирамидами. Все постройки сделаны из земли или цветной глины. Камень в строительстве не применялся, хотя ольмеки умели обрабатывать базальтовые глыбы, но они использовались только для изготовления скульптур, которые могли достигать огромных размеров.
Одна из специфических черт Сан Лоренсо - дренажные каналы на склоне оврагов, один из которых достигает 200 м длины. Они выложены аккуратно подогнанными базальтовыми блоками, снабженными крышками. Эти водосборные системы проложены по обеим сторонам плато. Одна из них, по-видимому, отводила воду от церемониального водоема к монументу 9, напоминающему фонтан. Подобные системы, известные также в Ла Венте и Лагуна де лос Серрос, являются характерными чертами именно ольмекской культуры. Для культуры Сан Лоренсо характерны еще две замечательные черты. Первое - это знаменитые глиняные полые статуэтки, так называемые «baby-face». Подчеркнутость, почти одержимость этим мотивом - определяющая черта ольмекской цивилизации. Вторая черта - уже упоминавшаяся техника обработки и декорирования керамических изделий.
В период Нэкэст (900-700 г. до н.э.) ольмекская цивилизация в Сан Лоренсо подходит к концу. Здесь появляется керамика, повсеместно характерная для доклассического периода в регионе; она вытесняет старую, типично ольмекскую. В этот период происходит планомерное уничтожение ольмекской скульптуры и ее захоронение. Что послужило этому причиной, остается неизвестным. Разрушители, кто бы они ни были, старались уничтожить ольмекскую традицию. С другой стороны, в этот период была построена первая в Мезоамерике площадка для игры в мяч. Игра в мяч была очень распространена в Мезоамерике: она носила ритуальный, магический характер, возможно, была связана с культом плодородия. Суть ее заключалась в том, чтобы попасть каучуковым мячом в каменное кольцо, прикрепленное к стене стадиона. Касаться мяча нужно была не руками, не ступнями, а лишь бедрами, ягодицами, плечами и локтями. При этом одевали маски и нагрудники. Сама площадка располагалась в самом центре Сан Лоренсо; ольмеки построили ее из земли и глины, опоясав ее насыпями со всех четырех сторон.
Жизнь в Сан Лоренсо замирает окончательно около 400 г. до н.э. Новые насельники появляются здесь уже лишь в постклассическую эпоху и не имеют ничего общего со своими древними предшественниками. Из Сан Лоренсо ольмеки ушли в Ла Венту, где прослеживаются многие традиции предшествующего периода.
Архитектурный комплекс Ла Венты - это сложное сооружение четкой и продуманной планировки, рассчитанной на восприятие как отдельных объемов, так и общего планиграфического решения. Существует предположение, что в плане весь комплекс воспроизводил гигантскую маску ягуара. Именно в Ла Венте были начаты археологические изыскания, призванные разрешить загадку тогда вновь открытой культуры. Исследование было начато Стирлингом, который посвятил изучению этого центра несколько полевых сезонов. Огромную работу провел здесь ученик Стирлинга - Филипп Дракер.