Dockner и Gaunersdorfer [Dockner, E. J., & Gaunersdorfer, A., 2001] проанализировали выгодность горизонтальных слияний на рынках с динамической конкуренцией. Традиционно горизонтальные слияния фирм рассматривались в рамках статической модели стратегического взаимодействия по Курно, что предусматривало экзогенное изменение рынка [Cabral, L. M., 2017]. Однако в данном случае слияния оказывались невыгодными, если они конкурируют на рынке с однородным (homogeneous) товаром. Авторы задаются вопросом, как природа конкуренции может менять прибыльность от слияния. Они меняют предпосылки предыдущих моделей и рассматривают случаи, когда фирмы находятся в ситуации динамической конкуренции по Курно. В отличие от статических моделей, при таких предпосылках слияние всегда выгодно участникам, не зависимо от их количества. До тех пор, пока у фирм есть стимулы к слиянию, общественное благосостояние не увеличивается, так как выгоды от роста излишка производителя не могут компенсировать потерю покупательского из-за роста цен. ценообразование конкуренция сетевой слияние
Salant et al. [Salant, S. W., Switzer, S., & Reynolds, R. J., 1983] отмечают, что при статическом взаимодействии по Курно слияния невыгодны, если они включают менее 80% рынка. Происходит это потому, что такое слияние заставляет инсайдеров снизить выпуск, чтобы поднять цену. В условиях определения конкурентного положения фирмы посредством стратегических субститутов реакцией оставшихся фирм будет увеличение выпуска, что приведёт к падению цены и снижению прибыли инсайдеров. Если издержки линейны, то рост выпуска оставшихся фирм сможет перекрыть снижение цены или, другими словами, горизонтальное слияние окажется невыгодным. Тем не менее, при производстве дифференцированного товара и конкуренции посредством цен, а не количества, любое слияние становится выгодным для участников.
В основном экономисты сходятся на мнении, что выгодные слияния должны сопровождаться реализацией синергии издержек, поскольку только снижение уровня конкуренции не в состоянии самостоятельно обеспечить стимулы к слиянию. Тем не менее, Dockner и Gaunersdorfer [Dockner, E. J., & Gaunersdorfer, A., 2001] показывают, что данный результат актуален только в рамках статической постановки модели, в то время как при предпосылке динамического взаимодействия только снижение уровня конкуренции может сделать слияние выгодным как для инсайдеров, так и для аутсайдеров. Происходит это потому, что при динамической конкуренции по Курно оптимальные объемы выше, чем в статическом случае, поэтому равновесные цены ближе к предельным издержкам, что делает такое взаимодействие похожим на конкуренцию по Бертрану, при которой в общем слияния выгодны для участников.
Для того, чтобы проводить анализ горизонтальных слияний, крайне важно понимать, что побуждает фирмы к этому действию. Rothschild [Rothschild, R., 1990] проводит анализ стимулов к горизонтальному слиянию на рынках с доминирующими фирмами. Автор рассматривает несколько случаев, которые могут способствовать слиянию, и его влияние на прибыль как объединяющихся, так и оставшихся фирм. В отличие от предыдущих статей, автор расширяет множество случаев, когда фирмам может быть выгодно слияние. В своей работе он пользуется концепциями доминирующей олигополии и конкурирующих фирм-последователей (fringe). Так, он расширяет модель 1985 года [Perry, M. K., & Porter, R. H., 1985] и помимо ранее рассмотренного желания фирм-последователей присоединиться к лидеру-олигополии автор добавляет в качестве возможных сценариев объединения фирм также слияния между фирмами-последователями, между фирмами внутри олигополии и между фирмами, функционирующими на границе олигополии и фирм-последователей.
К основным выводам статьи можно отнести независимость прибыли оставшихся фирм на рынке от факта слияния, если слияние не приводит к снижению издержек (synergy), в то же время оно уменьшает прибыль участников. Однако же при наличии эффекта снижения издержек прибыль фирм, не участвующих в слиянии, падает, а прибыль участников слияния (внутри олигополии или оставшихся фирм) увеличивается только в случае незначительного влияния на выпуск.
Если же слияния происходят между фирмами разных типов, то влияние на прибыль неоднозначно. Слияния внутри олигополии приводят к росту прибыли всех неучаствующих фирм.
В статье Valletti et.al [Valletti, T., Langus, G., & Federico, G., 2018] задаются вопросом, как слияния оказывают влияние на стимулы к инновациям и потребительский излишек в рамках олигополистической модели. Авторы статьи выделяют 2 конкурирующих канала, связанных со слиянием фирм: первый - это ценовая координация, второй - инновационные экстерналии. Под ценовой координацией авторы понимают прекращение ценовой конкуренции между объединяющимися фирмами, в таком случае при слиянии фирм интернализируется негативная ценовая экстерналия. Снижение степени ценовой конкуренции оказывает влияние на прибыль фирм, не зависимо от того, инвестируют они в инновации или нет. Несмотря на то что эффект на потребительский излишек от слияния очевидно отрицательный, его влияние на стимулы к инновациям нельзя однозначно определить. Инновационные экстерналии характеризуются снижением прибыли одной из фирм как следствие успешной инновации другой фирмы, причем прибыль первой фирмы снижается как в случае, если она тоже инвестировала в инновации, так и в противном случае. В итоге, фирма с успешной инновацией либо привлекает часть постинновационных продаж конкурента, либо каннибализирует предынновационных продаж конкурента. При слиянии данная негативная экстерналия интернализируется.
Авторы статьи приходят к выводу, что ценовая координация двух продуктов объединенных фирм способствует возникновению инноваций, в то время как интернализация экстерналии снижает стимулы к инновациям. В ходе численного решения модели авторы наблюдали более сильным второй эффект, таким образом, слияние фирм в конечном счете имеет отрицательное влияние на стимулы к инновациям и потребительский излишек. Негативный эффект на стимулы к инновациям оказывается сильнее, когда объединяющиеся фирмы являются близкими конкурентами, даже при росте стимулов к инновациям оставшихся на рынке фирм, эффект от снижения стимулов объединяющихся фирм перевешивает.
В дополнение к стимулам к инновациям экономисты обращают внимание на общественное благосостояние, которое всегда ухудшается, если происходит слияние верхних (upstream) фирм, в случае, когда торговля производится не по двуставочному тарифу, поэтому антимонопольные органы должны разрешать такие слияния только в случае значительного увеличения эффективности.
Beckman et. al. [Beckman, S. R., DeAngelo, G., & Smith, W. J., 2012] задаются вопросом, важен ли размер фирмы (а именно её производительность) при определении её рыночной доли или прибыли после слияния. На данный счет существуют противоречивые мнения, например, Salant et at. [Salant, S. W., Switzer, S., & Reynolds, R. J., 1983] утверждают, что при слиянии 2 из 3 идентичных фирм на рынке с конкуренцией по Курно их рыночные доли распределятся пополам, а не в соответствии с их производительностью. Однако другие экономисты полагают, что размер фирмы может играть роль при распределении долей на рынке. Авторы данной статьи проводят несколько экспериментов по горизонтальному слиянию и приходят к выводу, что производительность фирмы может не играть никакой роли, если размер выбора позволяет фирме вести себя на равных с объединившимися фирмами. Иными словами, при анализе горизонтальных слияний стоит обращать внимание на выручку и издержки и как слияние повлияет на эти два показателя, а не только на историческую долю на рынке.
Chone и Linnemer [Chonй, P., & Linnemer, L., 2008] анализируют роль неопределенности выгод в терминах эффективности при разрешении компромисса между выигрышами в эффективности и односторонними эффектами от слияния (под ними понимается изменение равновесных цен, следующее за изменением рыночной структуры). Авторы статьи строят экономическую модель, в которой горизонтальные слияния приводят к росту рыночной власти, однако влияние на эффективность в издержках является случайной величиной (и может принимать любые значения, в том числе отрицательные). В своей модели общего равновесия они определяют два фактора, влияющих на тип кривых потребительского излишка и прибыли фирмы: с одной стороны, как только неопределенность разрешена, фирмы и потребители могут подстроиться под появившуюся информацию. Такие эффекты делают функции потребительского излишка и прибыли выпуклыми (convex). С другой стороны, улучшения в эффективности могут сказаться на ценах, что способствует противоположному характеру кривых. Chone и Linnemer [Chonй, P., & Linnemer, L., 2008] считают, что регулирующие органы должны направлять все усилия на устранение неопределенности и использовать для этого всю имеющуюся информацию.
Антимонопольные законы применяются для всех отраслей и подразделяются на 2 типа: относящиеся к сговору и имеющие отношение к исключению. Первый тип фокусируется на способах ограничения конкуренции между собой, в основном регулирующие органы занимаются картелями и горизонтальными слияниями. Вторая категория рассматривает случаи снижения уровня конкуренции доминирующей фирмой путём исключения своих конкурентов с рынка (исключение может быть неполным, а лишь снижением их конкурентноспособности, например, эксклюзивные контракты, связывающие контракты или хищническое ценообразование) [Whinston, M. D., 2007]. Прикладным применением экономических исследований в области горизонтальных слияний являются рекомендации для антимонопольного регулирования.
Ivaldi и Verboven [Ivaldi, M., & Verboven, F., 2005] проводят сравнительный анализ трех тестов (гипотетический тест рыночной власти, тест реальной рыночной власти и сравнительный тест рыночной власти), которые можно использовать для оценки слияния фирм. Авторы советуют воспринимать эти тесты в качестве продолжения существующих практик антимонопольных органов и уделять достаточное внимание построению доверительных интервалов при оценке эффектов от слияния (когда тестируются гипотезы об отсутствии этих эффектов). Традиционно в начале анализа антимонопольные органы определяют размеры рынка, а затем уровень доминирования той или иной фирмы, и только в начале XXI века в антимонопольных органах стали обращать внимание еще и на экономические аспекты поведения олигополии, делая принципы антимонопольного регулирования соответствующими новым экономическим моделям.
В статье 2005 года Ivaldi и Verboven [Ivaldi, M., & Verboven, F., 2005] строят модель и проводят эконометрический анализ, показывающий, что предложенные тесты могут помочь антимонопольным органам оценить эффекты от слияния фирм. Экономисты делают особый акцент на сравнительном тесте рыночной власти, который позволяет сравнивать результат слияния не со статусом кво, а с релевантным и реалистичным альтернативным сценарием слияния.
Сделка слияния компаний «Яндекс такси» и «Uber» относится к горизонтальным слияниям, так как эти компании находились на одном уровне по отношению к стадиям производства товара на рынке такси, поэтому для грамотного анализа этой сделки необходимо также опираться на теорию горизонтальных слияний. А именно каковы были стимулы компаний к слиянию, было ли оно выгодно для обеих фирм и как их объединение повлияло на остальных участников рынка.
Глава 3. Рынок такси в России
На конец 2019 года рынок такси в России переживал стадию стабильного роста в силу завершения стадии развития сервисов такси, функционирующих с помощью агрегаторов (платформ, наиболее быстро и точно соединяющих водителей такси и пассажиров). Согласно исследованию рынка такси, проведенного Аналитическим центром при правительстве РФ объем рынка растет темпами, опережающими рост численности водителей, что говорит об интенсивном росте, связанном со снижением холостого пробега, ростом утилизации автомобиля и дохода водителей. В 2019 году объем легального рынка вырос на 5,6% и достиг 709 млрд. рублей. Наибольший рост шел в регионах с городами-миллионниками (кроме Москвы и Санкт-Петербурга).
Тем не менее, по данным докризисного прогноза Аналитического центра в последующие годы ожидается менее бурный рост рынка в связи с его переходом в новое состояние (рис.3). Согласно этому прогнозу, в 2020 году темп роста составит около 2%, при этом доля агрегаторов на рынке будет продолжать увеличиваться и может возрасти до 65% в 2022 году (на конец 2019 года эта цифра составляла 60%). Вероятно, в условиях кризиса, вызванного эпидемией коронавируса, данный прогноз не является корректным, так как с одной стороны, меньше людей стали передвигаться по городу, но с другой стороны, такси считается более безопасным видом транспорта, чем общественный.
В целом по стране 60% легальных поездок (в денежном выражении) совершается с помощью агрегаторов, однако их позиции значительно различаются в зависимости от размера города: в крупных городах с населением от 500 тысяч большую долю занимает «Яндекс Такси», в городах от 100 до 500 тысяч жителей «Яндекс Такси» занимает примерно равную долю с «Везет» и «Максим», а в маленьких городах до 100 тысяч в основном работают «Везет» и «Максим».
Одним из главных игроков рынка такси в России на данный момент является объединенная в 2018 году компания, возникшая при слиянии «Яндекс Такси» и «Uber». По состоянию на февраль 2018 года объединённая компания «Яндекс Такси» и «Uber» работает в 169 городах с населением выше 100 тысяч человек и еще в 56 городах с населением от 50 тысяч до 100 тысяч человек.
Рис.3 Прогноз объема рынка такси в 2020-2022 гг., млдр. руб.
В 2018 году оборот рынка такси в России составлял 633,1 млрд. рублей, что более, чем в два раза, превышает оборот 2014 года. По оценкам Discovery Research Group в 2016 году оборот составлял 339 млрд. рублей. Объемы рынка такси в России: в 2015 441 млрд, 2016 - 503, 2017 - 575. «Яндекс Такси» занимает лидирующее положение с 66%.