Поскольку на суд не может быть возложено осуществление несвойственных ему функций, следует признать, что поддержание обвинения по этим делам не столько право, сколько обязанность потерпевшего и его представителя. Таким образом, на них возлагается бремя доказывания. Поддерживая обвинение, адвокат - представитель потерпевшего участвует в судебном следствии, где он заявляет различные ходатайства в интересах обоснования обвинения, представляет доказательства и принимает участие в их исследовании, а также выступает в судебных прениях, где высказывает свои соображения о доказанности обвинения, юридической квалификации содеянного и мере наказания, то есть пользуется всеми правами обвинителя.
В судебной практике нередки случаи, когда лицо, на которое подано заявление в порядке частного обвинения, подает встречное заявление на действия потерпевшего и со своей стороны требует привлечь его к уголовной ответственности (например, при обоюдном оскорблении, нанесении побоев и т.п.). Уголовно-процессуальный закон в целях полного и всестороннего исследования обстоятельств дела, процессуальной экономии позволяет объединить такие заявления в одно производство и рассмотреть в одном судебном заседании. В таких случаях каждая из сторон выступает в процессе одновременно и в качестве обвинителя (по своей жалобе) и в качестве обвиняемого (по встречной жалобе) и пользуется правами как потерпевшего, так и подсудимого (ст.321 УПК РФ). Если при этом интересы той или иной стороны представляет адвокат, то его процессуальное положение также в известной степени усложняется, так как он един в двух ипостасях - защитник обвиняемого и представитель потерпевшего, представляет как доказательства обвинения, так и доказательства защиты, выступает одновременно и с обвинительной и с защитительной речью.
Таковы основные особенности участия адвоката - представителя потерпевшего в делах частного обвинения. Нельзя не отметить, что в связи с наметившейся в последние годы тенденцией расширения начал диспозитивности в уголовном судопроизводстве и все более настойчиво звучащими предложениями о расширении круга дел как частного, так и частно-публичного обвинения, неизбежно увеличение случаев участия адвокатов - представителей потерпевших по делам такого рода, что, на наш взгляд, самым положительным образом скажется как на защите прав и законных интересов потерпевших, так и на решении задач уголовного судопроизводства.
Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств является видом пересмотра решений судов, вступивших в законную силу, и предусматривает основания и процедуры устранения допущенных при рассмотрении уголовных дел судебных ошибок, которые не были или не могли быть устранены ранее.
Положения гл.49 УПК РФ существенно расширяют основания для возобновления производства по делу, когда приговор, определение и постановление суда, вступившее в законную силу, могут быть отменены. Действовавший ранее УПК РСФСР предусматривал возобновление дел только по вновь открывшимся обстоятельствам.
Расширению круга оснований к возобновлению уголовного дела и их закреплению в УПК РФ предшествовало постановление Конституционного Суда РФ, в котором было признано неконституционным положение п.4 ч.2 ст.384 УПК РСФСР, ограничившее круг оснований к возобновлению производства по делу лишь обстоятельствами, неизвестными суду при постановлении приговора или определения, и в силу этого препятствовавшее в случаях исчерпания возможностей судебного надзора исправлению судебных ошибок.
При этом были приняты во внимание положения п.6 ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., предусматривающие возможность пересмотра окончательных решений судов, если какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки.
УПК различает вновь открывшиеся обстоятельства и новые обстоятельства.
Согласно п.2 ч.2 и ч.4 ст.413 УПК РФ новыми обстоятельствами являются следующие обстоятельства, не известные суду на момент вынесения судебного решения, устраняющие преступность и наказуемое деяние:
1. признание Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ;
. установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, связанное с:
а) применением федерального закона, не соответствующего положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод;
б) иными нарушениями положений Конвенции о защите прав человека и иных основных свобод;
3. иные новые обстоятельства.
. Признание Конституционным Судом РФ закона, примененного судом в данном уголовном деле, не соответствующим Конституции РФ.
Статья 3 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 №1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" наделяет Конституционный Суд РФ полномочиями по разрешению дел о соответствии Конституции РФ федеральных законов в целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечение верховенства и прямого действия Конституции РФ на всей территории РФ.
2. Установление Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении судом Российской Федерации уголовного дела, связанное с применением федерального закона, не соответствующего положениям Конвенции о защите прав человека и основных свобод; иными нарушениями положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Данное обстоятельство связано с возможностью обращения российских граждан за защитой своих прав и свобод в Европейский Суд по правам человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (ст.46 Конституции РФ) и базируется на нормах международного права. Согласно ст.46 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Договаривающиеся Стороны приняли обязательство придерживаться решения Европейского Суда по правам человека, по которому они являются стороной и, что Комитет Министров будет осуществлять контроль за его исполнением.
В ст.1 Федерального закона от 30.03.1998 № 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней" закреплено, что Российская Федерация в соответствии со ст.46 Конвенции признает ipso fakto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случаях предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после их вступления в действие в отношении Российской Федерации.
При этом Конвенция не содержит положений, обязывающих предусматривать во внутреннем праве возможности пересмотра дел и возобновления производства по делу. Однако, учитывая очевидную важность восстановление той ситуации, в которой находилось лицо до нарушения Конвенции, Комитетом министров Совета Европы была дана Рекомендация № 02 (2000)"По пересмотру дел и возобновления производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского суда по правам человека". Согласно данной Рекомендации следует обеспечить существование адекватных возможностей для пересмотра дел, включая возобновление производства в тех инстанциях, в которых Суд установил нарушения Конвенции и, в особенности и в случаях, когда:
3. Потерпевшая сторона продолжает испытывать влияние негативных последствий от решения национальной инстанции, которое не обеспечивает справедливой компенсации и не может быть изменено путем пересмотра или возобновления производства по делу; и
) Решение Суда позволяет заключить, что
) оспоренное решение национальной инстанции по существу противоречит Конвенции, или
3) признанное нарушение основывается на процедурных ошибках или нарушениях, имеющих такой серьезный характер, что оказывает влияние на результаты внутригосударственного разбирательства. Процедура установления нарушения положения Конвенции регламентируется Правилами процедуры (регламентом) Европейского Суда по правам человека (4 ноября 1998 г.) '
Применительно к рассмотренным обстоятельствам следует заметить, что УПК РФ не связывает установление "новых обстоятельств" с вынесением судом приговора и вступлением его в законную силу. Новые обстоятельства, предусмотренные п.1 и 2 ч.4 ст.413 УПК РФ, устанавливаются копиями решений соответственно Конституционного Суда РФ и Европейского Суда по правам человека.
4. Иные новые обстоятельства.
УПК РФ не дает исчерпывающего перечня иных обстоятельств, относя к ним различные обстоятельства, касающиеся обвинения или личности виновного. Иные новые обстоятельства являются основанием для возобновления производства, если они сами по себе или вместе с обстоятельствами, ранее установленными, доказывают: а) невинность осужденного; б) совершение им менее тяжкого преступления; в) совершение им более тяжкого преступления; г) виновность оправданного; д) виновность лица, в отношении которого дело было прекращено.
С учетом указанного выше Постановления Конституционного Суда РФ от 02.02.1996 под "иными обстоятельствами" следует понимать, во-первых, новые и неизвестные суду или лицу, производящему расследование по уголовному делу, обстоятельства, незнание которых привело их к добросовестному заблуждению о подлинном характере обстоятельств преступления и принятию необоснованного или незаконного решения; во-вторых, иные новые или вновь открывшиеся обстоятельства, неоспоримо доказывающие неправосудность вынесенного по делу решения, в том числе в порядке апелляционного и кассационного надзора.
К иным обстоятельствам практика относит: установление данных, свидетельствующих о совершении преступления не тем лицом, которое было осуждено; выявление новых соучастников преступления; факт смерти потерпевшего в случаях, когда виновный был осужден за причинение телесных повреждения; самооговор осужденного; изменение одним из подсудимых после вступления приговора в законную силу своих показаний, которые были положены в основу обвинительного приговора другого осужденного; получение в процессе расследования других преступлений таких данных, которые существенно влияют на характер обвинения по данному делу; установление доказательств, ставящих под сомнение невиновность лица, в отношении которого вынесен оправдательный приговор за недоказанностью; установление факта, что лицо, считавшееся убитым, живо; установление невменяемости осужденного во время совершения общественно опасного деяния; наличие нового заключения экспертов, существенно отличающегося от ранее данного, лежащего в основе приговора, и т. д.
В данном случае к иным новым обстоятельствам УПК РФ относит такие, которые по УПК РСФСР именовались вновь открывшимися обстоятельствами. Данные обстоятельства не были известны суду, хотя и существовали на момент принятия решения. Это те случаи, когда имеются данные, которые не были отражены в материалах дела, и суд не располагал сведениями о них, а имевшиеся в деле доказательства позволили суду прийти к убеждению, выраженному в приговоре суда.
Во всех названных стадиях возможно участие представителя потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика.
Подводя итоги данной главы, можно сделать следующие выводы.
С одной стороны, как следует из содержания п.1 ч.1 ст.6 УПК РФ, в первую очередь уголовное судопроизводство имеет своей целью защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений. И это совершено справедливо, как справедливо и то, что закон наделят потерпевшего широким кругом полномочий по защите своих интересов (ч.2 ст.42 УПК РФ).
Однако с другой стороны, в последующих нормах УПК РФ, регулирующих производство по уголовным делам в судебных стадиях, прослеживается постепенный отход от необходимости реализации названных положений, что приводит к серьезному ущемлению прав потерпевшего, а проще говоря, сводит их на нет.
Рассматривая участие представителя потерпевшего в следственных действиях, остановимся на нерешенной до сих пор проблеме участия потерпевшего и его представителя в назначении экспертизы. Не вызывает сомнений, что заключение эксперта может иметь огромное значение для потерпевшего. Так, вывод эксперта о том, что дорожно-транспортное происшествие - результат неправильного поведения самого потерпевшего, может привести не только к прекращению дела, но и к утрате права на возмещение ущерба от увечья. Между тем, по действующему закону экспертиза может быть проведена таким образом, что даже о самом факте ее назначения и проведения потерпевший и его представитель узнают только после объявления об окончании предварительного следствия. Как показывают результаты изучения уголовных дел, проведенного авторами, адвокаты - представители потерпевших наибольшую активность в ходе судебного следствия проявляют при проведении допросов подсудимых (по 90% уголовных дел), потерпевших (по 90% дел), свидетелей (по 85% дел) и экспертов (по 65% дел).
В окончании судебного следствия адвокаты - представители потерпевших участвуют посредством ходатайств о приобщении характеристик, материалов, подтверждающих размер исковых требований, других документов, постановки дополнительных вопросов потерпевшим и иным участникам процесса, сообщения новых данных о личности представляемого. Обобщение результатов изучения уголовных дел выявило высокую активность участия адвокатов - представителей потерпевших в окончании судебного следствия (75%).
Статья 292 УПК РФ предоставляет потерпевшему и его представителю возможность участвовать в судебных прениях. В этом исследователи обоснованно усматривали недооценку законодателем значимости неимущественных благ, принадлежащих потерпевшему и нарушенных преступлением, поскольку, будучи гражданским истцом, потерпевший правом участвовать в судебных прениях обладал всегда, а теперь вправе ходатайствовать.
Возьмем, к примеру, правила, закрепленные в ст.246 УПК РФ, в соответствии с которыми полный или частичный отказ государственного обвинителя в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью или в части по основаниям, предусмотренным п.1 и 2 ч.1 ст.24 и п.1 и 2 ч.1 ст.27 УПК РФ, а согласно ч.9 ст.246 УПК РФ пересмотр определения или постановления суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения допускается лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств в соответствии с гл.49 УПК РФ.
В связи с этой ситуацией возникает вопрос о смысле участия потерпевшего в судебном разбирательстве, имея в виду, что его позиция по существу рассматриваемого дела, расходящаяся с позицией государственного обвинителя, судом во внимание не принимается. А поскольку, как уже отмечалось, решение суда о прекращении уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения от обвинения может быть пересмотрено лишь при наличии новых или вновь открывшихся обстоятельств, теряет смысл предоставленное потерпевшему право на обжалование такого решения в апелляционном или кассационном порядке (п. 19 ч.2 ст.42 УПК РФ).
По этому поводу высказано суждение о том, что защиту законных интересов потерпевшего осуществляет государственный обвинитель, который как юрист более осведомлен в сугубо юридических нюансах рассматриваемого судом уголовного дела. С этим суждением вряд ли можно согласиться, хотя бы потому, что потерпевший является равноправным участником уголовного процесса. И, несмотря на то, что потерпевший выступает на стороне обвинения, он вправе иметь и отстаивать свое мнение по существу дела, отличающееся от мнения государственного обвинителя.
Что касается довода о большей осведомленности государственного обвинителя, по сравнению с потерпевшим, о существе уголовного дела и перспективах его разрешения судом, то этот довод некорректен по отношению к потерпевшему, который так же может воспользоваться помощью адвоката - представителя.
Кроме того, неясно, почему потерпевший лишается права на обжалования указанного решения в суд второй инстанции? Ведь такое решение может быть незаконным, необоснованным и несправедливым. И почему его пересмотр возможен лишь в соответствии с правилами предусмотренными гл.49 УПК РФ, если своевременное исправление судебной ошибки вполне может быть осуществлено в апелляционном, кассационном или надзорном порядке?