Северо-Восточной Африки, приобретая все большее значение в зоне красноморского региона.
Таким образом, расположенная на магистральных географических путях, обладающая богатыми природными ресурсами, но отличающаяся низким уровнем развития экономики, феодальная Эфиопия стала играть весьма существенную роль в политических планах европейских государств. «С прорытием Суэцкого канала, – этой главной артерии торговых сношений Запада с Востоком, - отмечал русский посол в Эфиопии П. М. Власов, - Европа должна была обратить внимание на Красное море и на вход в оное с юга»12. Подобное экономическое положение постепенно выводило Эфиопию на арену международного соперничества крупнейших европейских держав, вступивших с начала 70-х гг. XIX столетия
внаиболее интенсивный период колониального противоборства.
Конец XIX в., ознаменовавшийся началом «схватки за Африку», привел к новым антагонистическим противоречиям между сильнейшими империалистическими государствами Европы – Великобританией, Францией и Италией.
Впоследней трети XIX в. крупнейшая из колониальных держав – Англия -захватила обширные территории не только
вЦентральной Азии и на Ближнем Востоке, но также в Западной13 и Восточной Африке14 и расширила свои владения в южной ее части15. Осуществляя колониальную экспансию, английский империализм стремился завладеть богатейшими источниками сырья, новыми рынками сбыта, взять под контроль выгодные сферы вывоза капитала с целью ускорения темпов своего экономического развития и сохранения мирового первенства в экспорте товаров и капитала. Имперские идеи все сильнее охватывали слои британского общества,
порождая страсть к экспансии в восточные страны, привлекшие перспективой сказочных богатств16. Важную роль в распространении колониальных идей в Англии играли представители британской интеллигенции. Так, особой популярно-
36
36
стью среди англичан пользовались публикации и выступления известных идеологов колониализма – Ч. Дилка, Д. Сили, Д. Конрада, Г. Спенсера, Р. Киплинга, неизменно поддерживавшие интерес английского общества к имперским проблемам.
Однако, осуществляя экспансию в Азии и Африке, Англия натолкнулась на ожесточенную конкуренцию со стороны Франции, Германии и Италии, размеры колониальных владений которых значительно уступали британским17. В Китае, Океании, Латинской Америке, на Балканах, в Южной, Северной и Восточной Африке Франция, Германия и Италия приходили к столкновению с промышленной и колониальной гегемонией Великобритании, стремящейся к установлению своего господства на территориях от Кейптауна до Каира. Осуществлению грандиозных планов британского правительства препятствовало возникновение сети немецких и французских протекторатов на Севере и Востоке Африки, а также существование еще непокоренных восточноафриканских стран – Эфиопии, Судана и Сомали, преграждавших путь английским колонизаторам для продвижения вглубь богатого природными ресурсами континента.
Тем не менее, уже с середины 70-х гг. XIX столетия Се- веро-восток Африки стал основным направлением английской колониальной экспансии. Глава британского консервативного кабинета министров Б. Дизраэли, понимая особое стратегическое значение красноморского региона, приобрел в 1875 г. акции Суэцкого канала у египетского хедива18, в результате чего Англия получила контроль над этой важнейшей торговой артерией.
И все же, несмотря на рост влияния Великобритании в Северо-Восточной Африке, установление английского протектората над зоной Красноморского региона, по-прежнему, оставалось невозможным без покорения независимой Эфиопии, рассматривавшейся английскими колонизаторами в качестве основного плацдарма для покорения Судана и Египта.
37
37
Так, характеризуя британскую колониальную политику в отношении Абиссинии, известный русский исследователь Африки К. С. Звягин отмечал: «Для Англии Абиссиния, лежащая между африканскими колониями Великобритании, составляет серьезное препятствие в деле объединения англий-
ского влияния во всей этой (Восточной – С. А.) части Африки».19
Политика Англии в регионе заметно осложнялась и все возрастающим соперничеством со стороны Франции, «…стремящейся всеми силами противодействовать успехам Англии в Африке».20 Стремление Франции завладеть зоной красноморского побережья и удобными кратчайшими морскими путями на Дальний Восток, в Индийский и Тихий океаны заставляло правящие круги спешить с реализацией собственных захватнических планов.
Еще в 1862 г. Франция приобрела порт Обок у африканского племени данакиль, превратив его в свой опорный пункт на побережье Красного моря, благодаря чему французское правительство в 1884-1888 гг. активно расширило зону колониальных владений путем захвата целого ряда красноморских портов – Таджуры, Дулжуна, Сагалло и Джибути, ставших основой для образования Французского Сомали.
Так, отмечая растущее влияние Франции в регионе, русский посол в Константинополе Ону, обеспокоенный усилением англо-французского колониального соперничества, доносил в Санкт-Петербург в ноябре 1889 г., что побережье Сомали на Красном море стало уже несколько лет назад объектом интенсивных переговоров между крупнейшими колониальными державами, каждая из которых стремилась как можно прочнее обосноваться в Эфиопии и Сомали, не принимая в расчет прав Османской империи на данные территории. «Недавно Франция, -говорилось в донесении, -хвалясь видимостью договора, заключенного с главою племени, который облачился в …пышный титул султана Шоа, оккупировала Таджуру на сомалийском берегу. Рассматривая побере-
38
38
жье Сомали как часть своего государства, султан (Османской империи – С. А.) послал в Париж предостережение и протест. Французское правительство ответило объяснениями запутанными и мало вразумительными»21.
Резкая активизация французского колониального влияния в Абиссинии подталкивала консервативное правительство Англии к ускоренной реализации собственных экспансионистских планов в отношении Эфиопии и прилегающих к Нилу районов, ставших к середине 80-х гг. XIX в. ареной ожесточенного соперничества двух крупнейших колониальных держав. С установлением французского протектората над Эфиопией ставилась бы под угрозу давняя мечта английских колонизаторов о создании необъятных британских владений от Кейптауна до Каира. «Абиссиния, недружелюбно настроенная по отношению к нам, если окажется в руках Франции, может поставить под серьезную угрозу осуществление проекта линии телеграфа и железной дороги от Каира до Кейпа (Кейптауна – С. А.)»22, -высказывал опасения один из главных идеологов британского колониализма А. Уилд. В связи с этим, придерживаясь в отношении Эфиопии сформулированного еще лордом Г. Палмерстоном принципа, гласившего, что «правительство Ее Величества хочет воспользоваться естественными ресурсами страны» для «поощрения британской торговли», консервативный кабинет Б. Дизраэли готов был использовать любые средства в достижении цели. Так, в 1875 г. Б. Дизраэли, стремящийся максимально ослабить Эфиопию в политическом и военном отношениях, выступил одним из главных инициаторов египетского вторжения в страну, поддержав территориальные претензии к Эфиопии египетского хедива. Осенью 1875 г. египетские войска под предводительством Рауфа-паши вторглись в Эфиопию, захватив Харрэр и ряд других стратегически важных городов, создав тем самым угрозу для независимости страны. Но уже весной 1876 г. в результате энергичных военных действий под руководством эфиопского императора Иоханныса23 еги-
39
39
петские войска были разгромлены и вынуждены покинуть страну. Однако план Б. Дизраэли был достигнут – обе стороны, ослабленные войной, не имели возможности оказать деятельного сопротивления британской экспансии.
В 1882 г. Англия, захватив Египет, установила фактический контроль над прилегающими к Суэцкому каналу территориями. Стремясь обезопасить захваченные земли и приобрести новые колониальные владения, Великобритания начала подготовку к завоеванию махдистского Судана и Сомали, но отстоявшая свою независимость Эфиопия могла помешать осуществлению этих планов. Поэтому английское правительство, используя территориальные противоречия Эфиопии с Суданом и Египтом, всеми силами стремилось спровоцировать вооруженный конфликт между ними. Для реализации этой задачи летом 1889 г. в Эфиопию была отправлена миссия британского контр-адмирала Г. Хьюита, подписавшего договор с императором Иоанном. По условиям заключенного договора, эфиопская сторона обязалась предоставить помощь английским войскам против Судана в обмен на возвращение Богоса и других исконно эфиопских земель. Выполняя союзнические обязательства, эфиопские войска приступили к освобождению Мэтемы, Амедита и Санкита, осажденных сторонниками Махди. Завершив эвакуацию гарнизонов этих крепостей, эфиопские войска поспешили на помощь окруженной суданцами Кассале.
Однако политическая ситуация вновь резко изменилась: в то время как Эфиопия честно выполняла союзнические обязательства по отношению к Англии, итальянские войска при дипломатической поддержке британского правительства заняли Массауа. Стремясь помешать активизации усилившегося французского влияния в регионе и заручиться поддержкой Италии в качестве временного союзника для осуществления совместной восточноафриканской экспансии, Британия пошла на сговор с итальянским кабинетом. Отрезанная от моря и преданная своими английскими «союзниками», Эфиопия
40
40