Как показывают новейшие исследования, от того насколько правильно будет определена и описана текстовая форма пословиц, зависит правильность их перевода на другие языки [46], лексикографической репрезентации [47], описания как минимальных текстов в аспекте их внутренней организации [48], а также сопоставления с пословицами других языков как в диахроническом плане [49], так и в рамках языковой типологии [50], что приобретает особенную значимость при дифференциации в пословичных фондах конкретных языков общего с другими языками и национально специфического [51].
Афоризмы и национальные разновидности малых текстов
Отдельные национальные разновидности литературных текстов малых жанров («бейт» и «рубаи» в литературах Ближнего и Среднего Востока, японские «хайку» и «танка», малайский «гуриндам», тагальская «танага», древнегреческая «гнома (в форме дистиха)», польская «фрашка» и др.) весьма часто имеют обобщенно-универсальное содержание и поэтому являются афористическими. Однако их нельзя выделить в общую гомогенную группу афоризмов в силу ограничения их в содержательном и/или структурном плане определенными свойствами, детерминирующими стандартность («твердость») данных малых текстовых форм.
Как известно, «рубаи» -- это всегда четырехстишия со сложной ритмикой на лирическую тему с философским размышлением; «хайку (хокку)» -- строфа из трех строк без рифмовки с неизменным количеством слогов в каждой строке (5+7+5) и лиричным содержанием, не лишенным медитативности; «танка» -- пятистрочная строфа, в которой 31 слог, имеющая глубоко интимно-лирическое и часто рефлексивного содержание, «корни которого -- в человеческом сердце», по выражению древнего японского поэта Цураюки (IX -- начало X века); «гнома» -- это всегда дистих философско-морализаторского содержания; «фрашка» -- это в основном двух- или четырехстрочная строфа юмористического или пикантного содержания и др., напр.: «рубаи» -- Благородство и подвиг, отвага и страх -- // Все с рожденья заложено в наших телах, //Мы до смерти не станем ни лучше, ни хуже -- // Мы такие, какими нас создал аллах! (О. Хайям, «Рубаи»); «хайку (хокку)» -- Благороден, кто // Не скажет в блеске молний: // «Вот она наша жизнь!» (Мацуо Басё, из «Хокку»); «танка» -- Когда бы в жизни // Ни с кем мы не сходились, // Тогда бы, верно, // Мы ненависти к людям // Как и к себе, не знали (Асатада, из «Танки»); «гнома» -- Старость желанна, пока ее нет, а придет, порицают, // Каждому лучше всего, что не настало еще (Менекрат, «Старость»); «фрашка» -- польск. Wdowg гощ pojmujesz, jakoby tez stary // Zupan lubo schodzone kupil szarawary, // Chocby nie wiem jak silg wdowy chwalby mialy, // Przecig z poczgtej beczki trunek jest zwietrzaly (fraszka «Wdowozeniowi») и т.д. [21. S. 135]
Этнолингвокультурная специфика национальных разновидностей малых текстов не ограничивает их использование как жанровых форм в различных национальных литературах, в том числе весьма далеких от оригинальных и не всегда широко развитых в плане жанрового разнообразия. Так, достаточно многие национальные разновидности малых текстов и «твердые» поэтические формы представлены в русской литературе, есть они и в белорусской литературе, напр.: «хайку (хокку)» -- Кто назвал Любовь? // Имя ей он мог бы дать // И другое: Смерть (В. Брюсов, «Танки и хай-кай»); «танка» -- бел. Усе знікае //1 следу нат не кіне, // Як шэры попел // Ад чорнага агнішча, // Развеяны вятрыскам (М. Багдановіч, з цыкла «Японскія песні») и др. Однако наибольший интерес они представляют в национальных литературах коренных и малых народов России, где в отличие от русской литературы нередко приобретают «местный» колорит, ассимилируют и трансформируются под влиянием традиционных у этих народов литературных и фольклорных жанровых форм. Так, в современной татарской поэзии получили широкое распространение и гномические дистихи, и рубаи, и танки, которые получили в ней «вторую жизнь» в творчестве многих поэтов. Дистихи «искони присущи татарской поэзии, в этом жанре продуктивно работал Адхат Синугыл-Куганаклы», а в творчестве М. Мирзы они, как и подобает классическим гномам, «требуют от читателя напряженной работы ума, напр.: Весы поэзии, они точней иных, //Любую ценность можно взвешивать на них» [52. C. 133]. У татар есть и «свои Омары Хайямы», например, «классические образцы восточной поэзии можно встретить у Радифа Гаташа, прекрасные образцы рубаи представлены в творчестве Т. Миннуллина, Д. Гарифуллина, Г. Мухамметшина» [52. C. 133]. Более чем показательно то, что «в татарской литературе возникла «татарская танка», являющаяся образцом медитативной лирики, возродившая жанр хикмета в новой форме миниатюры» [52. C. 134]. Своим возникновением «татарская танка» обязана творчеству М. Мирзы, который усовершенствовал и широко использовал эту малую текстовую форму в своей книге пятистиший «Сын Адама», напр.: Хвала и хворого поднимет, // хула же с ног собьет быка... // Таков от века сын Адама: // всегда готова ложка дегтя // с его сорваться языка. [52. C. 134].
Как можно видеть, ни стандартная форма, ни заданный тип содержания национальных разновидностей литературных текстов малых жанров не является препятствием для выражения в них обобщенно-универсального взгляда на действительность, что делает их в этом случае афористическими. Соотношение афоризма и национальных разновидностей литературных текстов малых жанров можно определить как «взаимное пересечение» (по аналогии с отношением афоризма и литературного изречения), т.е. некоторые афоризмы создаются по образцу национальных разновидностей малых текстов, но афористическими (квалифицируемыми как афоризмы) являются только те из национальных разновидностей малых текстов, которые имеют обобщенно-универсальное содержание.
Следует отметить, что не все национальные разновидности малых текстов могут в силу своей специфики иметь обобщенно-универсальное содержание и, следовательно, вступать с афоризмами в те или иные парадигматические отношения (например, «лимерик», «триолет» и др.). С такими национальными разновидностями малых текстовых форм у афоризмов образуются только синтагматические отношения (афоризмы могут включаться в них в качестве структурных компонентов).
Заключение
Исследование показало, что понятие афоризма не следует отождествлять с представлением о какой-то своеобразной разновидности малых текстовых форм, будь то однофразовый текст, литературное изречение, паремия и т.д., поскольку такой признак афоризма, как текстовая форма, не является для него облигаторным (значительное количество афоризмов образуется и массово воспроизводятся как речевые формулы или как единицы языка). Это означает, что у афоризма нет и не может быть какой-либо специфической текстовой формы, позволяющей выделить его как тип текста в кругу малых текстовых форм. В то же время афоризм благодаря таким своим облигаторным признакам, как однофразовость и дискурсивная автономность, может порождаться и функционировать в качестве отдельного текста, который в разных видах дискурса (устном, письменном, электронном) может реализовываться в различных текстовых формах. С афоризмами не вступают в парадигматические отношения такие малые текстовые формы, которые имеют сверхфразовый объем и способны включать в себя афоризмы как структурные элементы.
Дифференциальным признаком афоризмов, на основании которых они противопоставляются как всем иным фразовым единицам языка / речи, так и всем иным малым текстовым формам, является обобщенно-универсальное содержание, которое манифестирует афористичность как уникальное свойство афоризма. Все однофразовые тексты, литературные изречения, паремии и иные малые текстовые формы могут быть либо афористичными (характеризоваться обобщенно-универсальным содержанием), либо не афористичными (не иметь обобщенно-универсального содержания). По отношению к афористичным однофразовым текстам, литературным изречениям, паремиям и т.д. понятие афоризма целесообразно квалифицировать как категориальное. В этом смысле афоризм может быть и однофразовым текстом, и литературным изречением, и паремией, и любой иной малой текстовой формой (если это не противоречит ее структурно-семантическим параметрам). По отношению ко всему корпусу однофразовых текстов, литературных изречений, паремий или иных малых текстовых форм устного, письменного или электронного дискурса понятие афоризма следует определять как классификационное в плане дифференциации их всех на «афоризмы» и «не афоризмы».
Библиографический список
1. Трунова Е.А. Малоформатный текст как объект лингвистического исследования // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Русский и иностранные языки и методика их преподавания. 2010. № 1. С. 49-53.
2. Иванов Е.Е. Аспекты эмпирического понимания афоризма // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика. 2019. № 10 (2). С. 381-401. https://www.doi.org/10.22363/2313-2299-2019-10-2-381-401
3. Дмитриева О.А. Пословицы и афоризмы как лингвокультурные тексты. Саратов: Вузовское образование, 2015.
4. Королькова А.В. Афористика и жанры художественной литературы // Известия Смоленского государственного университета. 2012. № 2 (18). С. 51-60.
5. Иванова Ю.С. Слоган, пословица и афоризм // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Лингвистика. 2011. № 5. С. 130-133.
6. Харченко В.К. Сентенции в речевом жанре бытового разговора: сопряжение акусматической и книжной культур // Жанры речи. 2015. № 1 (11). С. 68-75.
7. Зражевская Н.И. Коммуникация в интернете. Статусы как средство популяризации афоризмов в молодежной аудитории // Уральский филологический вестник. Серия: Язык. Система. Личность: лингвистика креатива. 2012. № 2. С. 67-69.
8. Степанов В.Н., Зарина Е.Н. Речевой жанр сентенции в социальных сетях: от изречения к мему // Верхневолжский филологический вестник. 2020. № 1 (20). С. 109-118.
9. Петренко В.Ф., Коротченко Е.А., Супрун А.П. Натюрморт как визуальный афоризм // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2010. № 7 (2). С. 26-44.
10. Мечковская Н.Б. Афористика: судьба жанра в семиотическом освещении // Wyraz i zdanie w j^zykach slowianskich: opis, confrontacja, przeklad / red. I. Luczkow, J. Sokolowski. Wroclaw: UwW, 2002. S. 183-189.
11. Туманова Е.О. Афоризм как речевой жанр: этапы становления и развития (на материале немецкого языка) // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 1/1(43). C. 175-179.
12. Горячева Е.Д. Афоризм как целостный текст: механизмы структурно-семантической организации // Актуальные проблемы филологии и педагогической лингвистики. 2020. № 3. C. 129-138.
13. Ваганова Е.Ю. Афоризм как тип текста в аспекте интертекстуальности (на материале немецкого языка). Калининград: Аксиос, 2010.
14. Мечковская Н.Б. Жанры афористики и градация высказываний по степени идиоматичности // Жанры речи. 2009. Вып. 6. С. 79-111.
15. НаличниковаИ.А. Афоризм как жанр, малоформатный текст и универсальное высказывание // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2016. № 4/3(58). C. 121-123.
16. ИвановЕ.Е. Афоризм как объект лингвистики: основные признаки // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика. 2020. № 11 (4). С. 659-706. https://www.doi.org/10.22363/2313-2299-2020-11-4-659-706
17. Иванов Е.Е. О рекуррентности афористических единиц в современном русском языке // Русистика. 2019. Т 17. № 2. С. 157-170. https://www.doi. org/10.22363/2618-8163-2019-17-2-157-170
18. Иванов Е.Е. Функции афористических единиц в русском языке // Русистика. 2022. № 20 (2). С. 167-185. http://doi.org/10.22363/2618-8163-2022-20-2-167-185
19. Иванов Е.Е. Критерии систематизации афористического материала как объекта лексикографического описания // Проблемы истории, филологии, культуры. 2009. № 2 (24). С. 88-91.
20. Иванов Е.Е. Лингвистика афоризма. Могилёв: МГУ имени А.А. Кулешова, 2016.
21. Glukhanko L., Ivanov E. Aphorisms and small text forms: тетратаМ^ and generality (in Belarusian, Russian, Polish, English) // J§zykoznawstwо. 2021. № (1) 15. S. 123-146.
22. Эпштейн М.Н. Однословие как литературный жанр // Континент. 2000. № 104. С. 279-313.
23. Pratt M.L. The Short Story: the Long and the Short of It // Poetics. 1981. № 10 (2/3). Р. 175-194.
24. Панченко К.І. Лінгвістичні особливості текстів малої форми // Наукові записки Національного університету «Острозька академія». Серія філологічна. 2013. № 38. С. 213-214.
25. Плотникова А.А. Объем текста лирической интернет-миниатюры как ключевой признак жанра // Вестник Томского государственного университета. 2012. № 354. С. 23-26.
26. Береговская Э.М. Стилистика однофразового текста (на материале русского, французского, английского и немецкого языков). М.: URSS: Ленанд, 2015.
27. Міхневіч А.Я. Афарыстыка Якуба Коласа (да пастаноукі праблемы) // Беларуская лінгвістыка. 1983. № 22. С. 59-65.
28. Іваноу Я.Я. Дыферэнцыяльныя прыметы афарызма. Магшёу: Брама, 2004.
29. КорольковаА.В. Русская афористика. М.: Флинта: Наука, 2005.
30. Беларуская мова: энцыклапедыя. Мінск: БелЭн, 1994.
31. Федоренко Н.Т., Сокольская Л.И. Афористика. М.: Наука, 1990.
32. Литературный энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1987.
33. Гаспаров М.Л. Примечания к «Изречениям царей и полководцев» Плутарха // Плутарх. Застольные беседы. Ленинград: Наука, 1990. С. 558-566.
34. Москвин В.П. Речевой жанр хрии: история изучения и типология // Жанры речи. 2015. № 2 (12). С. 96-104.
35. IvanovE., Teslenko E. Аutonomous aphorisms (aphorism in the non-aphoristic text) // West -- East. 2021. № 5 (1). Р. 26-36.
36. Глуханько Л.В. Афористические единицы в сонетах Уильяма Шекспира // Філологічні студії. 2017. Вып. 16. С. 311-317.
37. Королькова А.В., Ломов А.Г., Тихонов А.Н. Словарь афоризмов русских писателей. 2-е изд. М.: Русский язык-Медиа, 2005.
38. Гаурош Н.В., Нямковіч Н.М. Афарыстычныя вьіслоуі беларускіх пісьменнікау. Мінск: Вышэйшая школа, 2012.
39. Slownik aforyzmow a cytatow z literatury polskiej od XVI do XX wieku / под ред. Е.Е. Иванова. Могилёв: МГУ, 2005.
40. Ломакина О.В. Крылатые единицы в роли современного газетного заголовка: состав, тенденции употребления // Русский язык за рубежом. 2019. № 1 (272). С. 37-41.