Дипломная работа: Cтруктурная организация семьи с признаками посттравматического стресса

А вот для матерей, которые состоят в отношениях картина намного сложнее. Все признаки ПТС связаны с восприятием семейной роли, как ограничивающей социальную активность женщины, с восприятием мужа, как безучастного, возможно он воспринимается как периферийная фигура. А эмоциональный контакт с ребёнком у матери, которая состоит в отношениях и имеет выраженные признаки ПТС имеет черты гиперопекаемого и авторитарного стилей одновременно. То есть такая мать воспринимает материнство как ограничивающий фактор, возможно не может принять помощь мужа и перегружает себя заботой о ребёнке, возможно чрезмерно опасается за безопасность ребёнка, отсюда гиперопекаемые и авторитарные черты воспитания.

Признак ПТС вторжения, одним из основных симптомов которого является переживание флешбеков, то есть симптом, который человек переживает наедине с собой, связан с семейной ролью «ощущение самопожертвования», которая тоже связана с рядом внутренних переживаний. Женщина, которая переживает травматичное событие внутри себя может ощущать себя жертвующей ради семьи.

Признаки ПТС «вторжения» и «избегания» связаны с семейной ролью «зависимость от семьи», то есть такие матери воспринимают себя зависимыми. И здесь возникает вопрос, что поддерживает эту зависимость: признаки ПТС или само наличие отношений? А вот признаки ПТС возбудимости и избегания связаны с наличием семейных конфликтов, что подтверждает данные наших австралийских коллег [22].

6. Обнаружена взаимосвязь между признаком ПТС возбудимость и излишней эмоциональной дистанцией с ребёнком, то есть выраженность признаков ПТС затрудняет выстраивание функциональных эмоциональных связей с ребёнком при наличии партнёра.

Более того, на уровне тенденций, мы видим, что выраженность признаков ПТС выше в подгруппе с высокими значениями по излишней эмоциональной дистанции с ребёнком у матерей состоящих в отношениях.

На выборке, не состоящей в отношениях, затруднение поддержания функциональных эмоциональных связей не выявлено, но и обратное не выявлено тоже (связей с оптимальным эмоциональным контактом нет). Возможно это специфика нашей выборки. Возможно, нужен дальнейший анализ данных по различию типа эмоционального контакта в двух группах.

7. Не выявлено взаимосвязи между признаками ПТС и уровнем адаптированности отношений в паре. Этот аспект внутрисемейных отношений требует дальнейшего изучения

Выводы

Нами найдено, что выраженность признаков ПТС соотносится со спецификой структурной организации семьи, а именно:

1. Столкновение с травматическим стрессором способствует повышению уровня хаотичности в семейной системе и/или высокий уровень хаотичности в системе препятствует успешному переживанию травмы.

2. Семейные системы с высокими показателями по хаотичности, слитности и разобщённости способствуют проявлению «возбудимости» (как признака ПТС), или «возбудимость» способствует тому, что семейная система становится несбалансированной.

3. Если система проявляется как слитная, границы внутри системы размыты, есть эмоциональное слияние и эмоциональная зависимость между членами семьи, то такая семейная система является уязвимой к проявлениям признака ПТС возбудимость даже при выраженной сплочённости.

4. При сочетании с высокой хаотичностью, низкая выраженность гибкости показывает менее выраженный признак ПТС возбудимости. Поэтому дополнительные сведения о семейной системе респондентов могут быть опосредовано связаны с признаками ПТС и эти сведения нужно учитывать в дальнейшей работе.

5. В семьях с ПТС у мать воспринимает материнскую роль, как ограничивающую её социальную активность.

6. В семьях с ПТС мать, которая состоит в отношениях, воспринимает материнство как ограничивающий фактор, возможно не может принять помощь мужа и перегружает себя заботой о ребёнке, возможно чрезмерно опасается за безопасность ребёнка, отсюда гиперопекаемые и авторитарные черты воспитания.

7. Выраженность признаков ПТС затрудняет выстраивание функциональных эмоциональных связей с ребёнком при наличии партнёра.

8. Гипотеза о связи между особенностями супружеских отношений и уровнем выраженности признаков ПТС не подтвердилась, что требует дальнейшей проверки.

Заключение

В целом уровень проявления признаков ПТС связан с такими параметрами семейной системы как сплочённость, слитность и хаотичность. Признак ПТС возбудимость связан со всеми параметрами семейной системы, кроме ригидными. И этот признак вносит наибольший вклад в межличностное проявление ПТС. Соответственно, мы делаем предположение, что терапевтическая работа нацеленная прежде всего на уменьшение выраженности признака ПТС «возбудимость», на повышение сплочённости и уменьшение проявления слитности и хаотичности в семейной системе может стать эффективной для снижения признаков ПТС в семье, где один из член показывает наличие признаков ПТС.

Литература

1. Быховец Ю.В., Коган-Лернер Л.Б. Посттравматический стресс и структурные параметры семейной системы // Вестник Санкт-Петербургского университета. Психология. 2019. Т. 9. Вып. 2. С. 00-00. [В публикации]

2. Зеленская М.С. Адаптация методики FACES-IV на российской выборке подросткового возраста. Выпуская квалификационная работа. НИУ ВШЭ, 2016г.

3. Лидерс А.Г. Психологическое обследование семьи: учеб. пособие-практикум для студ. фак. психологии высш. учеб заведений. - 2-е изд., стер. - М.: Академия, 2008. 432 с.

4. Олифирович Н.И., Зинкевич-Куземкина Т.А., Велента Т.Ф. Психология семейных кризисов. СПб.: Речь, 2006. 360 с.

5. Полякова Ю.М., Сорокова М.Г., Гаранян Н.Г. Факторная структура и надежность Шкалы Взаимной Адаптации в паре (DAS) в российской выборке // Консультативная психология и психотерапия. 2018. Т. 26. N. 3. C. 105-126.

6. Пермогорская Е.М., Падун М.А. Посттравматический стресс и семейные отношения у сотрудников ОВД - участников контртеррористических операций на Северном Кавказе [Электронный ресурс] // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2011. N 3(17). URL: http://psystudy.ru (дата обращения: 21.11.2017). 0421100116/0031.

7. Тарабрина Н.В. и др. Практическое руководство по психологии посттравматического стресса. Часть 1. Теория и методы. М.: Когито-Центр, 2007. 208 с.

8. Тарабрина Н.В. Психология посттравматического стресса: интегративный подход: дис. … д-ра психол. наук: 19.00.04 / Надежда Владимировна Тарабрина. Cанкт-Петербург, 2008. 362 с.

9. Хрусталева Н. Психология кризисных и экстремальных ситуаций. Психическая травматизация и ее последствия. Учебник. СПб.: Издательство СПбГУ, 2014. 372 с.

10. Alderfer M., Navsaria N., Kazak N. Family functioning and posttraumatic stress disorder in adolescent survivors of childhood cancer // Journal of Family Psychology. 2009. Vol. 29. N. 5. P. 717-725.

11. Armour C. et al. Assessing a five factor model of PTSD: Is dysphoric arousal a unique PTSD construct showing differential relationships with anxiety and depression? // Journal of Anxiety Disorders. 2012. Vol. 26. P. 368-376.

12. Choi N., Ha J. Relationship between spouse/partner support and depressive symptoms in older adults: Gender difference // Mental Health. 2013. Vol. 15. N. 3. P. 307-317.

13. Coulter S. Systemic psychotherapy as an intervention for post-traumatic stress responses: an introduction, theoretical rationale and overview of developments in an emerging field of interest // Journal of Family Therapy. 2013. Vol. 35. P. 381-406.

14. Cukor J et al. Evidence-based treatments for PTSD, new directions, and special challenges // Annals of the New York Academy of Sciences. 2010. Vol. 1208. N. 1. P. 82-89.

15. Dalgaard N. et al. The transmission of trauma in refugee families: associations between intra-family trauma communication style, children's attachment security and psychosocial adjustment // Attachment & Human development. 2016. Vol. 18. N. 1. P. 69-89.

16. Dekel S., Mandl C., Solomon Z. Shared and unigue predictors of post-traumatic growth and distress // Journal on clinical psychology. 2011. Vol. 67. N.3. P. 241-252.

17. Downes C. et al. The trauma still goes on…: The multigenerational legacy of Northern Ireland's conflict // Clinical Child Psychology and Psychiatry. 2012. Vol. 18. N. 4. P. 583-603.

18. Elhai J. et al. Evidence for a unique PTSD construct represented by PTSD's D1-D3 symptoms // Journal of Anxiety Disorders. 2011. Vol. 25. P. 340-345.

19. Elklit A., Armour С., Shevlin M. Testing alternative factor models of PTSD and the robustness of the dysphoria. // Journal of Anxiety Disorders. 2010. Vol. 24. P. 147-154.

20. Elklit A., Shevlin M. The structure of PTSD symptoms: A test of alternative models using confirmatory factor analysis // British Journal of Clinical Psychology. 2007. Vol. 46. P. 299-313.

21. Erbes C. et al. Couple adjustment and posttraumatic stress disorder symptoms in National Guard veterans of the Iraq war // Journal of Family Psychology. 2011. Vol. 25. No. 4. P. 479-487.

22. Evans L. et al. Chronic posttraumatic stress disorder and family functioning of Vietnam veterans and their partners // Journal Psychiatry. 2003. Vol. 37. N. 6. P. 765-772.

23. Ford J. et al. Posttraumatic Stress Disorder: Scientific and Professional Dimensions. London: Academic Press, 2015. P. 618.

24. Gewirtz A. et al. Posttraumatic stress symptoms among National Guard soldiers deployed to Iraq: associations with parenting behaviors and couple adjustment // Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2010. Vol. 78. No. 5. P. 599-610.

25. Guerra C., Farkas C., Moncada L. Depression, anexiety and PTSD in sexually abused adolescents: Association with self-efficacy, coping and family support. // Child Abuse & Neglect. 2018. Vol. 76. P. 310-320.

26. Hafstad G. Parental adjustment, family functioning, and posttraumatic growth among Norwegian children and adolescents following a natural disaster // American journal of orthopsychiatry. 2010. Vol. 80. N. 2. P. 248-257.

27. Hershrowitz M. et al. Posttraumatic Stress Disorder, Parenting, and Marital Adjustment among a Civilian Population // Frontiers in Psychology. 2017. Vol. 8. P. 1655.

28. Kazak A. et al. Posttraumatic disorder (PTSR) and posttraumatic stress symptoms (PTSS) in families of adolescent childhood cancer survivors // Journal of Pediatric Psychology. 2004. Vol. 29. I. 3. P. 211-219.

29. Kilpatrick D. et al. National estimates of exposure to traumatic events and PTSD prevalence using DSM-IV and DSM-5 criterea // Journal of traumatic stress. 2013. Vol. 26. N. 5. P. 537-547.

30. Kilpatrick D. et al. Violence and risk of PTSD, major depression, substance abuse/dependence, and comorbidity: Results from the National Survey of Adolescents // Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2003. Vol. 71. No. 4. P. 692-700.

31. Lambert J., Holzer J., Hasbun A. Association between parents' PTSD severity and children's psychological distress: a meta-analysis // Journal Trauma. Stress. Vol. 27. P. 9-17.

32. Lehrner A. et al. Trauma across generations and paths to adaptation and resilience // Psychological trauma: theory, research, practice, and policy. 2018. Vol. 10. N.1. P. 22-29.

33. Leifker F. et al. Posttraumatic stress disorder symptoms impact the emotional experience of intimacy during couple discussions // Journal of Anxiety Disorders. 2015. Vol. 29. P. 119-127.

34. Manne S. et al. Posttraumatic growth after breast cancer: patient, partner and couple perspectives // Psychosomatic Medicine. 2004. Vol. 66. P. 442-454.

35. Marshall G., Schell T., Miles J. All PTSD symptoms are highly associated with general distress: ramifications for the dysphoria symptom cluster. // Journal Abnormal Psychology. 2010. Vol. 199. P. 126-135.

36. Meis L. et al. Relationship adjustment, PTSD symptoms, and treatment utilization among coupled National Guard soldiers deployed to Iraq // Journal of Family Psychology. 2010. Vol. 24. No. 5. P. 560-567.

37. Olff M. Sex and gender differences in post-traumatic stress disorder: an update // European journal of psychotraumatology. 2017. Vol. 8. N.4.

38. Olson D. FACES IV and circumplex model: Validation Study // Journal of Marital and Family Therapy. 2011. Vol. 3. P. 64-80.

39. Perricone G. et al. Functioning of family system in pediatric oncology during treatment phase // Pediatric hermatology and Oncology. 2012. P. 1-11.

40. Riggs D. Traumatized relationships: Symptoms of posttraumatic stress disorder, fear of intimacy, and marital adjustment in dual trauma couples // Psychological Trauma: Theory, Research, Practice, and Policy. 2014. Vol. 6. N. 3. P. 201-206.

41. Roberts A. et al. Posttraumatic stress disorder across two generations: concordance and mechanisms in a population-bases sample // Biological psychiatry. 2012. Vol. 72. N. 6. P. 505-511.

42. Ruiz S., Gabriel E. Presentation of a Psychological Test: FACES IV (Family adaptability and cohesion evaluation scale) [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.scribd.com/document/324012264/FACES-IV, свободный.

43. Saltzman W. et al. Enhancing family resilience through family narrative co-construction // Clinical child and family psychology review. 2013. Vol. 16. N. 3. P. 294-310.

44. Seligman М., Walker E., Rosenhan D. Abnormal Psychology. New-York: W. W. Norton & Company, 2001. P. 144.

45. Sieminska M., Greszta E. The family of a child with cancer - changes within the family system // Polish psychologicsl bulletin. 2008. Vol. 39. N. 4. P. 192-201.

46. Taft C. et al. Posttraumatic stress disorder and intimate relationship problems: a meta-analysis // Journal of consultation clinical psychology. 2011. Vol. 79. N. 1. P. 23-53.

47. Walsh, F. Traumatic loss and major disasters: Strengthening family and community resilience // Family Process. 2007. Vol. 46. N. 2. P. 207-227.

48. Yushko D. Post-Traumatic Stress Disorder: symptoms, causes, treatment, and coping [Электронный ресурс]. Режим доступа : https://www.anxiety.org/post-traumatic-stress-disorder-ptsd, свободный.

Приложение № 1

Таблица 11. Шкала оценки влияния травматического события (Impact of Event Scale -- IES-R)