И, наконец, американские психологи провели исследование, где подтвердилась взаимосвязь ПТСР у матерей и ПТСР и признаков ПТС у ребёнка [41]. Всего в исследовании приняли участие 6944 матери (одного поколение) и 8453 ребёнка (одного поколения). У 1237 (20,7%) матерей, у 1500 (28,85%) их дочерей и у 575 (17,7 %) сыновей этих матерей были выявлены признаки ПТС.
На данный момент существует ряд тем в связи с которыми исследуется семейная структура: изменения структуры семьи на разных этапах развитии семьи, стили воспитания, семья с особым ребёнком. Есть ряд исследований, изучающий функционирование семьи с ПТСР и признаками ПТС, но не структурные особенности такой семьи. В нашем исследовании мы собираемся рассмотреть взаимосвязь между ПТСР и признаками ПТС и структурными параметрами семейной системы.
Целый пласт исследований посвящен изучению функционирования семьи с признаками ПТС. Американские исследователи, изучающие функционирование семьи и ПТСР у подростков, переживших раковое заболевание, обнаружили, что 8% подростков, переживших онкологическое заболевание, демонстрируют ПТС-симптоматику. В семьях таких подростков были отмечены трудности решения каждодневных проблем, нерелевантные эмоциональные реакции друг на друга и либо чрезмерно много времяпрепровождение друг с другом, либо чрезмерно мало совместного времяпрепровождения [10].
Австралийские коллеги рассмотрели связь между ПТСР симптоматикой ветеранов вьетнамской войны, признаками ПТС их партнёров и семейным функционированием этих пар [22]. Они пришли к выводу, что для ветеранов существует взаимосвязь между всеми тремя признаками ПТС (вторжение, избегание, возбудимость) и семейным функционированием, а для их партнёров эта взаимосвязь существует между двумя признаками ПТС (избегание и возбудимость). То есть симптомы избегания и возбудимость вовлечены во межличностное взаимодействие, в то время как симптомы вторжения больше связаны с внутриличностными процессами и больше воздействуют на самого носителя ПТСР. Еще одно исследование было проведено норвежскими учеными и рассматривает наличие взаимосвязи между семейным функционированием и посттравматическим ростом у норвежских детей и подростков, которые пережили природный катаклизм, а именно - цунами на Тайланде в 2004 году вместе со своими родителями, [26]. С наличием посттравматического роста у детей и подростков связано наличие посттравматического роста у их родителей. Наличие признаков посттравматического стресса у родителей не предсказывает посттравматический рост. Также в этом исследовании не было выявлено взаимосвязи между сплочённостью семьи и посттравматическим ростом детей и подростков.
Нам удалось найти два исследования, которые рассматривают структуру семьи с ребёнком-онкопациентом. В первом исследовании был обнаружен высокий уровень хаотичности в такой системе, [39]. Учёные сделали вывод, что хаотичность и запутанность системы могут быть адаптивны для матерей, когда те должны сфокусироваться на ребёнке, то есть в период острой фазы заболевания. Если же хаотичность и запутанность продолжают характеризовать систему в стадии ремиссии, то они вносят дополнительный дистресс для каждого члена семьи, мешая справляться с задачами новой стадии заболевания. Второе исследование, проведённое польскими коллегами, использует FACES III, чтобы посмотреть, как отличаются сбалансированные и несбалансированные семейные системы с ребёнком-онкопациентом, [45]. Несбалансированные семейные системы показали взаимосвязь со старшинством ребёнка и с продолжительностью заболевания. В сбалансированных семьях 80% детей были вторыми по старшинству, а в несбалансированных 58% детей являлись первенцами в подростковом возрасте. Продолжительность болезни была более затяжной у несбалансированных по сравнению со сбалансированными семьями. Исследователи приходят к выводу, что особая позиция первенца в семье, в момент его заболевания, делает семейную систему более уязвимой к изменениям в сторону несбалансированности.
Мы видим, что целый огромный ряд исследований посвящён изучению признаков ПТС в индивидуальном контексте, где ПТСР рассматривается как внутриличностное расстройства. Затем, целый пласт исследований посвящённый изучению признаков ПТС в контексте семейной системы (детско-родительские отношения и супружеские отношения) указывает на важность межличностного фактора в переживание ПТСР. Есть исследования рассматривающие признаки ПТС в расширенной семье и изучающие механизм передачи переживаниря травмы через поколения. Но, во всём этом изобилие, нужно отметить отсутствие данных о взаимосвязях между структурными параметрами семейной системы и признаками ПТС. Основываясь на вышеизложенной литературе, мы можем предположить, что такая система будет хаотичной [45]. Можно предположить, что некоторые изменения возможны в детско-родительской подсистеме: родитель с признаками ПТС будет использовать либо авторитарный, либо тревожно-опекаемый стили воспитания [6]. И, наконец, можно предположить наличие связи между типом супружеского взаимодействия и уровнем проявленностью признаков ПТС.
2. Эмпирическое исследование
2.1 Обоснование исследования
Актуальность данного исследования состоит в том, что вероятность попадания в травматическую ситуацию в современном мире чрезвычайно высока и постоянно растет (Тарабрина, 2008). Формирование у человека, пережившего травматическую ситуацию, признаков посттравматического роста (ПТС) неизбежно оказывает влияние и на его ближайшее окружение, в первую очередь - семью. Таким образом, изучение признаков ПТС в семейном контексте представляется актуальным.
Научная новизна данного исследования заключается в изучении признаков ПТС с точки зрения системного подхода, а именно, структурных особенностей такой семьи, в том числе особенностей детско-родительских отношений и восприятия супружеской поддержки. Впервые на российской выборке предлагается рассмотреть признаки ПТС в контексте семейной структуры.
Значимость данного исследования состоит в том, что его результаты могут быть использованы прежде всего в семейной терапии признаков посттравматического стресса. Кроме того, результаты данного исследования могут существенно дополнить имеющиеся представления о модели посттравматического стресса, благодаря рассмотрению данного понятия в системном ключе.
Объектом исследования являются структурные характеристики семейной системы.
Предметом исследования являются признаки ПТС у одного из членов семьи и структурная специфика семейной системы такого индивида.
Целью исследования ставится изучение взаимосвязи между выраженностью признаков ПТС и структурными характеристиками семьи, в том числе - особенностями детско-родительских отношений и отношений в паре.
Мы ставим следующие эмпирические задачи:
1. Изучить связи между уровнем выраженности признаков ПТС и структурными параметрами семейной системы.
2. Сравнить выраженность признаков ПТС в подгруппах с разным сочетанием функциональных и дисфункциональных параметров семейной системы (сплоченность и разобщенность, сплоченность и слитность, гибкость и хаотичность, хаотичность и ригидность).
3. Изучить связь между уровнем выраженности признаков ПТС и отношением к семейной и родительской ролям у состоящих и не состоящих в отношениях респондентов.
4. Рассмотреть различия между подгруппами с низкими и высокими значениями по характеру эмоционального контакта с ребёнком и выраженности признаков ПТС.
5. Изучить связь между уровнем выраженности признаков ПТС и уровнем взаимной адаптации в паре.
Общая гипотеза:
Выраженность признаков ПТС соотносится со спецификой структурной организации семьи.
Частные гипотезы:
1. Существует взаимосвязь между выраженностью признаков ПТС у одного из членов семьи и уровнем дисфункциональных параметров семейной структуры (ригидность, хаотичность, слитность, разобщенность);
2. Существует взаимосвязь между выраженность признаков ПТС у одного из членов семьи, открытостью коммуникации и удовлетворенностью семейными отношениями;
3. В семьях с ПТС характер эмоционального контакта с ребёнком (оптимальный, излишняя концентрация на ребёнке или излишняя дистанция с ребёнком) в родительской подсистеме будут отличаться от характера эмоционального контакта с ребёнком в родительской подсистеме в семьях без ПТС. В семьях с ПТС этот контакт скорее будет охарактеризован излишней концентрацией на ребёнке или излишней дистанцией с ребёнком.
4. В семьях с ПТС будет присутствовать больше внутрисемейных конфликтов относительно семей без ПТС.
5. Материнская роль в семьях с ПТС будет восприниматься матерями как обременяющая в сравнении с семьями где нет ПТС .
6. Материнская роль в семьях, где женщины состоят в отношениях будет отличаться от семей, где женщины не состоят в отношениях.
7. Удовлетворённость супружескими отношениями будет ниже в семьях с ПТС.
2.2 Программа исследования
Характеристики выборки
Всего в исследовании приняли участие 203 человека. Респондентам предлагалось заполнить методики после обращения:
«Дорогие друзья!
Меня зовут Катя Орлова, я - студентка магистерской программы "Системная семейная психотерапия" НИУ ВШЭ. В рамках обучения я провожу исследование, которое поможет понять, как стрессовые события влияют на отношения и устройство семьи. В этом исследовании может принять участие каждый желающий.
Исследование проводится анонимно, Вам не надо будет указывать Ваше имя. Все полученные ответы будут собраны в общий массив данных и обработаны только после этого. Это гарантирует полную конфиденциальность для участников.
Ответы на вопросы занимают около часа. Сам опросник состоит из нескольких разделов. По окончании одного раздела Вам будет предложено перейти к следующему. Просим Вас ответить на вопросы без пропусков. Если Вы не уверены как ответить, выберете наиболее подходящий ответ (это всего лишь опросник ;-)).
Я буду очень признательна за участие! Если Вы оставите свой электронный адрес, я с удовольствием поделюсь с Вами результатами своего исследования, когда они будут готовы.
Спасибо!!!»
Не все респонденты заполнили все необходимые методики, кроме того выборка оказалась не выровнена по параметру гендера. Поэтому для дальнейшей обработки использовались результаты 162 анкет, заполненных женщинами. Это те респонденты, которыми были заполнены методики ШОВТС и FACES. Методику PARI заполнили 157 респондентов из них 54 в отношениях (средний возраст 34 года (+/- 11 лет) и 103 не в отношениях (средний возраст 35 лет (+/- 9 лет). Методика DAS была заполнена 86 респондентами.
Таким образом, выборка нашего исследования - 162 женщины, средний возраст 38 лет (+/- 12 лет).
62 респондента, 38% в качестве травматического события отметили смерть близкого человека, 18 (11%) отметили насилие, как физическое, так и эмоциональное, 14 (9%) отметили изнасилование, 11 (7%) - не отметили никакого события, 10 (6%) выбрали развод, 8(5%) - суицид, 8(5%) - течение беременности, 8(5%) - пережитую аварию, 7(4%) - предательство, 7 (4%) - другое событие, 3 респондента указали здоровье, 2 -переезд, 1- кражу, 1- наркотики, 1 - пожар, 1- суд.
Надо отметить, что после обработки первичных данных стало понятно, что наша выборка характеризуется высоким уровнем выраженности признаков ПТС. Можно предположить, что одной из причин этого стало то, что само обращение к респондентам привлекало внимание тех, кто имел опыт переживания травматического события, или психологическая помощь настолько недоступна для подавляющего большинства населения, а если и доступна, то за ней не обращаются во избежание стигмы, что вот через такие опросы люди и говорят о переживании травматического события. 35% респондентов нашей выборки показали высокий уровень выраженности признаков ПТС, в то время как генеральной совокупности соответствуют цифры 8,3 % - 10, 5 % (Kilpatrick et al., 2013).
При проведении нашего исследования была использованы следующие методики:
1. Шкала оценки влияния травматического события (Impact of Event Scale -- IES-R, Horowitz, Winner et al. 1979, адаптация Н.В. Тарабриной [7] Методика направлена на выявление симптомов посттравматического стрессового расстройства и оценку степени их выраженности. Шкала состоит из 22 пунктов, которые распределяются в три шкалы: «вторжение», «избегание» и «возбудимость». Эти три шкалы суммируются в четвёртую: «общий ШОВТС». (Приложение № 1)
2. Методика изучения родительских установок (Parental Attitude Research Instrument -- РARI, Е. С. Шефер и Р. К. Белл, адаптация Т. В. Нещерет [4] которая используется для изучения отношения родителей к разным сторонам семейной жизни (семейной роли). Методика состоит из 115 суждений, которые касаются семейной жизни и воспитания детей. В методику заложено всего - 23 шкалы где, 8 шкал-признаков описывают отношение к семейной роли, а 15 касаются родительско-детских отношений, подразделяясь на 3 группы: