61
ся к фундаментальным нарушениям уголовно-процессуального закона. Случаи невыполнения или ненадлежащего выполнения подсудимым своих обязательств по досудебному соглашению о сотрудничестве к данному перечню отнести нельзя. Соответственно в этих условиях не допускается пересмотр в порядке надзора обвинительного приговора по основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного.
Значит, осуществим только пересмотр вступившего в законную силу приговора, постановленного в соответствии со ст. 317.7 УПК РФ, причем не в порядке, установленном разделом XV УПК РФ, как указывает ст. 317.8 УПК РФ, а в порядке, установленном гл. 49 УПК РФ (Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств). Говоря точнее, изучаемые случаи относятся ко вновь открывшимся обстоятельствам. Их исчерпывающий перечень приведен в ч. 3 ст. 413 УПК РФ. К исследуемому вопросу имеет отношение первое из оснований: установленные вступившим в законную силу приговором суда заведомая ложность показаний потерпевшего или свидетеля, заключения эксперта, а равно подложность вещественных доказательств, протоколов следственных и судебных действий и иных документов или заведомая неправильность перевода, повлекшие за собой постановление незаконного, необоснованного или несправедливого приговора, вынесение незаконного или необоснованного определения или постановления.
Невыполнение или ненадлежащее выполнение подсудимым своих обязательств по досудебному соглашению о сотрудничестве после постановления в отношении него приговора может быть установлено только вступившим в законную силу приговором суда по другому уголовному делу, по которому он являлся, например, свидетелем. Вместе с тем, пересмотр судебного решения ввиду вновь открывшихся обстоятельств возможен и в сторону, улучшающую положение обвиняемого, с которым было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. Например, при установлении обстоятельств, «устраняющих преступность и наказуемость деяния» (п. 2 ч. 2 ст. 413 УПК РФ) или опровергающих ложность сведений по сути соглашения о сотрудничестве или умышленный характер их несообщения подсудимым.
Следует заметить, что императивное предписание в виде употребляемой в ст. 317.8 УПК РФ формулировки «приговор подлежит пере-
62
смотру», во-первых, не отражает основание такого пересмотра, а вовторых, не указывает на субъект инициирования такого пересмотра.
Уголовное судопроизводство в соответствии с ч. 1 ст. 15 УПК РФ осуществляется на основе состязательности сторон. Приговор, постановленный по правилам ст. 317.7 УПК РФ, в случаях, указанных в ст. 317.8 УПК РФ, не может быть пересмотрен по инициативе суда, а только при наличии соответствующего обращения стороны. В данном конкретном случае речь идет о возбуждении прокурором производства ввиду вновь открывшихся обстоятельств, который после проведения проверки направляет уголовное дело со своим заключением в суд (ч. 1 ст. 416 УПК РФ).
Завершая исследование проблемы обжалования приговора, постановленного без проведения судебного разбирательства в общем -по рядке в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, представляется возможным заключить, что жалоба или представление на приговор, постановленный в соответствии со ст. 317.7 УПК РФ, не подлежат рассмотрению судом второй инстанции в той части, в которой они касаются доказанности вины подсудимого, обстоятельств совершенного им преступления. Вместе с тем, приговор, постановленный в соответствии со ст. 317.7 УПК РФ, может быть пересмотрен в порядке, установленном гл. 49 УПК РФ, если после его постановления будет обнаружено, что обвиняемый, выполняя обязательства, предусмотренные заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве, сообщил следствию заведомо ложные сведения.
63
Г л а в а 4. ОСОБЕННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МЕР
БЕЗОПАСНОСТИ В ОТНОШЕНИИ ПОДОЗРЕВАЕМОГО ИЛИ ОБВИНЯЕМОГО, С КОТОРЫМ ЗАКЛЮЧЕНО ДОСУДЕБНОЕ СОГЛАШЕНИЕ О СОТРУДНИЧЕСТВЕ
Положения уголовно-процессуального закона о мерах безопасности, применяемых в отношении подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, являются неотъемлемой частью деятельности по обеспечению прав и законных интересов указанных лиц. Однако анализ ст. 317.9 УПК РФ, закрепляющей соответствующие предписания, показал, что они не несут в себе специального смысла по отношении к исследуемому институту процессуального права. Части 1 и 2 указанной статьи фактически дублируют общие нормы о мерах государственной защиты, применяемых в отечественном уголовном процессе(ч. 3 ст. 11 УПК РФ), называя применительно к ним фигуры обвиняемого или подозреваемого, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве. Хотя эти же меры могут быть применены и к обвиняемому, согласившемуся с выдвинутым в отношении него обвинением и сотрудничавшим со следствием, и к «обычному» подозреваемому/обвиняемому.
Представляется, что смысл существования исследуемой нормы может заключаться в необходимости дополнительно обратить внимание правоприменителя на возможность применения мер государственной защиты, в том числе в отношении подозреваемых, обвиняемых, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве. Данные меры предусмотрены не только Уголовно-процессуальным -ко дексом Российской Федерации, но и Федеральным законом от20 августа 2004 г. № 119-ФЗ «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», который, в свою очередь, в ст. 5 дополняет данный список, фиксируя, что «законодательство Российской Федерации о государственной защите основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, Уголовного кодекса Российской Федерации, Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также международных договоров Россий-
64
ской Федерации». Руководствуясь тем, что сами по себе меры государственной защиты носят характер общих предписаний ряда нормативных правовых актов, их детальное рассмотрение в рамках настоящего пособия представляется возможным опустить.
Интерес в этом контексте вызывает положение ч. 3 ст. 317.4 УПК РФ, предписывающее следователю в случае возникновения угрозы безопасности подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, его близких родственников, родственников и близких лиц выносить постановление о хранении документов, указанных в ч. 2 ст. 317.4 УПК РФ, в опечатанном конверте. Часть 2 ст. 317.4 УПК РФ называет в качестве таких документов:
–ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве;
–постановление следователя о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве;
–постановление прокурора об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве;
–досудебное соглашение о сотрудничестве.
Обоснованность приведенного перечня и отсылающего к нему положения закона с точки зрения обеспечения прав и законных интересов обвиняемого (подозреваемого), заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве, не вызывает сомнений. Примечательным является то, что в обозначенную категорию не включены: представление прокурора об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве (ст. 317.5 УПК РФ), а также материалы, подтверждающие соблюдение обвиняемым условий и выполнение обязательств, предусмотренных данным соглашением (ч. 1 ст. 317.5 УПК РФ).
В данных материалах содержатся те же сведения, касающиеся сотрудничества обвиняемого (подозреваемого) со следствием, разглашение которых может поставить под угрозу безопасность указанных лиц. Невозможно скрыть роль обвиняемого в раскрытии преступления, поскольку его показания, благодаря которым и достигается этот позитивный результат, остаются доступными другим лицам при ознакомлении с делом. Однако материалы, подтверждающие соблюде-
65
ние обвиняемым условий и выполнение обязательств, предусмотренных соглашением, могут занимать значительную часть уголовного дела, хранение всех их в конверте, кроме того, что не предусматривается законом, едва ли оправдано. Представление прокурора направляется в суд вместе с материалами уголовного дела(ч. 4 ст. 317.5, ч. 1 ст. 317.6 УПК РФ), а не приобщается к нему и не может быть помещено в конверт, опечатанный по постановлению следователя. Данный документ в первую очередь должен быть изучен судом при -по ступлении уголовного дела для принятия решения о порядке его рассмотрения.
Положение с обеспечением безопасности лица, привлекаемого к уголовной ответственности, усложняется еще рядом фактов. Согласно ч. 1 ст. 317.4 УПК РФ дело в отношении подозреваемого или обвиняемого, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, выделяется в отдельное производство, что может быть воспринято как информация о желании именно данного лица сотрудничать со следствием. Само по себе судебное разбирательство, осуществляемое по правилам гл. 40.1 УПК РФ, свидетельствует о заключении с обвиняемым (подозреваемым) досудебного соглашения о сотрудничестве, что даже при условии его закрытости (п. 4 ч. 2 ст. 241 УПК РФ) несет в себе
опасность разглашения сведений о сотрудничестве подсудимого со следствием. В судебном заседании могут участвовать потерпевшие, а также свидетели, эксперты и специалисты, участие которых необходимо для исследования обстоятельств, указанных в ч. 4 ст. 317.7 УПК РФ.
По результатам такого разбирательства принимается судебное решение, которое должно содержать в описательно-мотивировочной части изложение тех обстоятельств, которые позволили назначить рассмотрение уголовного дела в особом порядке. Приговор, согласно ч. 7 ст. 241 УПК РФ, провозглашается в открытом судебном заседании (хотя эта процедура может быть осуществлена и с изъятием его описательно-мотивировочной части). Однако, в свою очередь, указанные обстоятельства основываются на ряде общих условий судебного разбирательства, пренебречь которыми, несмотря на особый порядок его проведения, недопустимо.
Представляется, что достичь более серьезного уровня обеспечения безопасности лица, привлекаемого к уголовной ответственности и заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, можно лишь при сохранении в тайне сведений о личности подозреваем-