исшествия и предварительную проверку в порядке ст. 144 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации.
Как правило, в данной ситуации проводится административное расследование, а впоследствии, при установлении факта, что результате ДТП потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью, материалы административного расследования направляются в следственные органы, что зачастую влечет за собой трудности относительно доказывания того обстоятельства, что виновник ДТП управлял автотранспортным средством в состоянии опьянения.
Основной причиной этого явления является то обстоятельство, что водители в ситуации совершения ДТП, повлекшего причинение вреда здоровья человека, получив соответствующую консультацию защитников, зачастую отказываются от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Причем инспектор по исполнению административного законодательства не вправе получать пробы и образцы в принудительном порядке, тем более, что в соответствии со ст. 12.26 КоАП РФ за невыполнение водителем транспортного средства требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения установлена административная ответственность, аналогичная предусмотренной чч. 1 и 3 ст. 12.8 КоАП РФ, за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения.
Однако если в ходе административного расследования выясняется, что в результате ДТП по неосторожности потерпевшему (потерпевшим) причинен тяжкий вред здоровью, материалы административного расследования передаются в следственные органы для производства предварительного расследования, а провести освидетельствование, получить образцы для сравнительного исследования и назначить экспертизу на установление нахождения лица, управлявшего транспортных средством, в состоянии опьянения в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уже не представляется возможным.
Кроме того, УПК РФ не предусматривает случаи, когда отказ от прохождения медицинского освидетельствования являлся бы обстоятельством, доказывающим факт нахождения проверяемого лица в состоянии опьянения. Соответственно, доказать, что водитель находился в состоянии опьянения в рамках уголовного судопроизводства становится практически невозможно. В этом случае лицо, совершившее в состоянии опьянения ДТП, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, привлекается к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 264 УК РФ, а не несет справедливое наказание по ч. 2.
Решением данной проблемы было бы возложение обязанности проводить предварительную проверку в случаях, когда следствием ДТП является причинение вреда здоровью человека и имеются основания
41
предполагать, что тяжкого вреда здоровью, на следственные органы. Это обусловлено тем, что в соответствии с ч. 1 ст. 144 УПК РФ следователь вправе до возбуждения уголовного дела получать образцы для сравнительного исследования, назначать экспертизу, проводить освидетельствование. С учетом того, что указанные следственные действия носят принудительный характер, согласие лица, совершившего ДТП, на их производство не обязательно и, соответственно, факт нахождения водителя в состоянии опьянения может быть установлен уже в день совершения ДТП. Кроме того, протоколы освидетельствования, получения образцов для сравнительного исследования, заключения эксперта являются процессуальными документами и соответствуют требованиям, предъявляемым УПК РФ, а их наличие в материалах уголовного дела впоследствии позволит доказать факт нахождения лица, управлявшего транспортным средством, в состоянии опьянения. В случае же если в ходе предварительной проверки будет установлено, что имело место не преступление, а административное правонарушение, следователь должен отказать в возбуждении уголовного дела и направить материалы в подразделения ГИБДД для производства административного расследования.
Безусловно, основной вопрос, подлежащий доказыванию в ходе производства по делам об административных правонарушениях, – это вопрос о наличии вины лица, в отношении которого ведется соответствующее производство. В соответствии со ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело. Лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.
Таким образом, административно-правовыми нормами, выраженными в изменении принципа презумпции невиновности и определения оснований ответственности владельцев транспортных средств, создан механизм функционирования порядка привлечения нарушителей к ответственности в случае фиксации правонарушений техническими приборами, работающими в автоматическом режиме.
Так, в частности, из анализа Постановления Верховного Суда РФ от 13 декабря 2017 г. № 46-АД17-40 следует, что гражданка Т., являясь собственником автотранспорта, была привлечена к ответственности по ч. 2 ст. 12.9 Кодекса, так как водитель автомобиля нарушил допустимый нормативными правовыми актами скоростной режим. Несмотря на то, что гражданка Т. обжаловала решения, вынесенные инспектором ЦА-
42
ФАП и судебными инстанциями, решения о ее привлечении к ответственности оставлены без изменений, с мотивировкой отсутствия в них достаточных доказательств, подтверждающих факт управления автомобилем иным лицом в момент фиксации правонарушения техническими приборами.
Вместе с тем гражданка Т. обжаловала решения, вынесенные нижестоящими инстанциями в Верховный Суд нашей страны, так как в момент фиксации правонарушения техническими приборами, работающими в автоматическом режиме, автомобиль, владельцем которого она является, находился под управлением гражданина Ф.
Анализ положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» позволяет установить, какие же доказательства необходимо представить собственнику автотранспорта для подтверждения факта управления его автомобилем иным лицом, в распоряжении которого находится транспортное средство.
Из материалов, отражающих фактические обстоятельства рассматриваемого правонарушения, следует, что гражданка Т. в обоснование своей невиновности представила такие доказательства, как полис ОСАГО с отметкой о предоставлении права допуска к управлению данным автомобилем, помимо ее, и гражданину Ф. Также показания гражданина Ф., подтверждающего факт управления автомобилем во время фиксации правонарушения техническими приборами, работающими в автоматическом режиме.
Указанные обстоятельства вынудили Верховный Суд Российской Федерации усомниться в виновности гражданки Т. Кроме того, были учтены положения ч. 4 ст. 1.5 Кодекса, в соответствии с которыми невосполнимые сомнения трактуются в пользу привлекаемого к ответственности, то есть гражданки Т. В дополнение к указанным сомнениям Верховный Суд России усмотрел нарушение права на защиту гражданки Т., в связи с рассмотрением сотрудниками Госавтоинспекции ее жалобы в ее отсутствие из-за ненадлежащего уведомления и извещения.
Таким образом, Верховный Суд России, рассмотрев, исследовав и оценив имеющуюся совокупность доказательств, посчитал необходимым освободить от ответственности собственника автотранспорта в связи с отсутствием в его деянии состава. Тем самым суд удовлетворил жалобу гражданки Т., признав ее невиновной, и отменил решения нижестоящих инстанций, а дело прекратил.
Необходимо отметить, что практика Верховного Суда Российской Федерации по делам об административных правонарушениях, зафиксированных техническими приборами, работающими в автоматическом
43
режиме, очень разнообразна, неоднородна, а порой полярно противоположна.
Что уж говорить о работе судов общей юрисдикции. Так Постановлением инспектора по ИАЗ ЦАФАП ОДД ГИБДД ГУ МВД России по Красноярскому краю от 1 декабря 2017 года Брыляков К.Е. привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ за превышение установленной скорости движения транспортного средства на величину более 20, но не более 40 километров в час. Назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.
Согласно постановлению, 19.11.2017 в 14:31:26 по адресу: <адрес> водитель транспортного средства марки BMW X5 XDRIVE30D, государственный регистрационный знак №, собственником которого является ФИО1, нарушил п. 10.1 ПДД, превысив установленную скорость движения транспортного средства на 41 км/ч, двигаясь со скоростью 131 км/ч при разрешенной 90 км/ч на участке автодороги <адрес>. Правонарушение выявлено путем использования работающего в автоматическом режиме специального технического устройства, имеющего функцию фотосъемки. Постановление вынесено в порядке, установленном ч. 3 ст. 28.6 КоАП РФ. Решением судьи Новоселовского районного суда Красноярского края от 21 февраля 2018 года жалоба Брылякова К.Е. на постановление по делу об административном правонарушении оставлена без удовлетворения.
В жалобе, поданной в порядке ст. 30.1-30.3, 30.9 КоАП РФ, Брыляков К.Е. просит судебное решение, а также постановление о назначении административного наказания отменить, ссылаясь на то, что в указанное в постановлении месте и время он автомобилем не управлял, автомобиль был во владении ФИО3, которым та управляет по его доверенности и полису ОСАГО, куда вписана как лицо, допущенное к управлению. Кроме того в этот же день ФИО3 на той же трассе была привлечена инспектором ГИБДД к ответственности за нарушение ПДД.
Сомнений в достоверности данных, указанных в постановлении ГИБДД о превышении водителем автомобиля, принадлежащего ФИО1, разрешенной скорости движения, не имеется.
Однако материалами дела доводы жалобы подтверждаются. Так, согласно постановлению по делу об административном правонарушении № от 19.11.2017 года, принятом в отношении ФИО3, последняя 19.11.2017 года в 15 часов 20 минут, управляя автомобилем BMW X5, государственный регистрационный знак №, на <адрес> нарушила п. 2.1.2 ПДД РФ – была не пристегнута ремнем безопасности, совершив правонарушение, предусмотренное ст. 12.6 КоАП РФ. С чем водитель ФИО3 согласилась.
44
Согласно полису ОСАГО на вышеназванный автомобиль от 25.03.2017 года со сроком действия до 24.03.2018 года, ФИО3 указана как лицо, допущенная к управлению данным транспортным средством.
Из анализа приведенных документов следует, что ФИО3 совершила правонарушение, предусмотренное ст. 12.6 КоАП РФ, на вышеназванном автомобиле, спустя менее 50 минут после того как нарушение скоростного режима водителем этого же автомобиля было зафиксировано работающим в автоматическом режиме специального технического устройства, имеющего функцию фотосъемки. При этом местом совершения обоих нарушений ПДД является автодорога «Енисей»: первое нарушение на 245 км, второе на 173 км дороги, то есть второе нарушение допущено через 72 км.
Соответственно, имеются доказательства, согласно которых в момент фотофиксации нарушения, автомобилем Брыляков К.Е. не управлял.
При таких обстоятельствах принятые по делу решение судьи и постановление административного органа подлежат отмене, а производство по делу прекращению в виду отсутствия в действиях Брылякова К.Е. состава административного правонарушения.
Представляется возможным на основе анализа рассмотрения отдельных судебных решений констатировать отсутствие в российской правовой системе полноценно выраженных норм прецедентного права: имеющиеся в материалах дела документы (доказательства) не имеют заранее установленной силы, а их оценка осуществляется по внутреннему убеждению.
45