Центр изучения России Восточно-Китайского педагогического университета
Сибирский институт управления - филиал РАНХиГС
Томский государственный университет
ГТРК «Кузбасс»
Закономерности и парадоксы октябрьской революции 1917 года
Сергей Владимирович Бирюков, Андрей Владимирович Андреев, Александр Михайлович Барсуков, Дмитрий Сергеевич Карпов
Шанхай, Китай
Новосибирск, Россия
Томск, Россия
Кемерово, Россия
Аннотация
Исследуются причины и противоречия, приведшие к Октябрьской революции 1917 года в России, которая рассматривается авторами как закономерное явление российской истории с точки зрения системного подхода. Выявляются и акцентируются присущие Октябрю 1917 г. парадоксы, показаны многомерность и неоднозначность этого явления. Проанализированы комплексные и многообразные политические последствия российской революции ХХ в. как для развития самой России, так и для мирового социально-политического развития.
Ключевые слова: Октябрьская революция, системный кризис, гражданская война, социальные трансформации, мировое развитие.
Abstract
Patterns and paradoxes of the October revolution of 1917
Sergey V. Biryukov, Andrey V. Andreev, Aleksandr M. Barsukov, Dmitriy S. Karpov
Center for Russian Studies, East China Normal University, Shanghai, China
Siberian Institute of Management, Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration, Novosibirsk, Russian Federation
Tomsk State University, Tomsk, Russian Federation
Kuzbass State Television and Radio Broadcasting Company, Kemerovo, Russian Federation
The question of the historic role and importance of the October Revolution of 1917 is still a subject of both political and ideological discussions and debates within the academic community. The questions of the historical results of the 20th century for Russia, as well as of the specifics, consequences and prospects of the modernization process in our country are inseparably linked to the question of importance of the 1917 Revolution. According to the authors of the article, today we need systemic reflection of the causes and consequences of the October Revolution of 1917 with regard to internal dynamics and contradictions in the Russian political, social and economic systems, and of the revolution as a special way of resolving these contradictions. The 1917 Revolution was a result of the large-scale systemic crisis of Russian society, economy and politics, the preconditions for which had developed by the beginning of the last century, as well as of the failed attempt of modernization “from above” which had been implemented by the authorities of the Russian Empire since the last third of the 19th century. The lack of systemic solutions to the peasant, national and workers “issues” had become a catalytic factor for the revolutionary process in Russia which fundamentally changed the structure and character of Russian society. The Russian revolution had become an attempt of a “modernization leap” to reduce the gap with the leading countries of the world and an attempt to implement the strategy of “alternative modernity” in relation to the capitalist West, which for several decades was an example for a large number of societies and countries that had chosen a non-capitalist path of development. At the same time, the development potential which was created as a result of such a “leap” was not fully realized in the second half of the 20th century despite a number of significant political, social and economic successes of our country which managed to maintain its sovereign status and the prospect of independent state and political development due to a mobilization scenario and large-scale sacrifices. Ultimately, the defeat of the USSR in the Cold War despite the enormous tension of forces meant a failed attempt to implement its declared alternative to the capitalist path of development. Based on the results of addressing the stated problem, the authors of the article conclude that the potential of such a type of modernization that was implemented by Russia in the 20th century was fully realized, and that our country needs to return to the path of consensual and qualitative evolution which will require an in-depth rethinking of experience of both recent national history and its preceding periods.
Keywords: The October Revolution, systemic crisis, civil war, social transformations, global development
Дискуссии о месте и роли Октябрьской революции 1917 года приобрели особый масштаб и значимость в год ее столетнего юбилея. При этом спектр исследовательских и экспертных мнений относительно этого крупнейшего события российской и мировой истории оказывается весьма широким.
Для российских либералов характерен известный скепсис в отношении итоговых результатов Октябрьской революции как события, из-за которого Россия сошла с «западного пути» развития, отказалась от капиталистической модернизации и построения общества современного (западного) типа, изолировалась от «остального человечества» и потеряла для себя ХХ век. Подобной категоричной позиции придерживаются тележурналист и публицист Николай Сванидзе [1] и философ и политолог Александр Ципко [2]. Вместе с тем некоторые исследователи-историки либеральной ориентации говорят о потенциальной многовекторности Октября, допускавшего целый спектр вариантов послереволюционного развития, включая модернизационно- реформаторский, - однако глубина российского кризиса и радикализм большевиков привели к реализации не самого оптимального из сценариев, когда произошли «цивилизационная катастрофа» и «крушение демократической республики» [3]. Можно вспомнить в этой связи и точку зрения известного советского и российского историка Михаила Гефтера, который рассматривал Октябрьскую революцию как трагический процесс, особую форму «катастрофического развития», ставшую реакцией на накопившиеся внутри страны противоречия. По мнению Гефтера, капитализм в царской России явно не создал необходимых условий для перехода к социализму, но перезрел для обычной буржуазной революции. Неразвитость капитализма на русской почве породила все перегибы и неудачи как произошедшей революции, так и послереволюционного развития, не позволив последней реализовать весь имеющийся у нее конструктивный потенциал - в том числе и потому, что попытка «термидора» (остановки революции), начатая Лениным, не получила своего логического завершения [4].
В свою очередь, в представлении российских марксистов революция 1917 года выступает как событие, в котором проявилось многовековое стремление русского народа к справедливости и равенству, которое в полной мере не удовлетворено и не исчерпано и сегодня, но должно использовать более современные и эффективные средства, формы и стратегии. Сама Октябрьская революция рассматривается левыми марксистскими теоретиками как средство решения рабочего, крестьянского и национального вопросов в России, а также как первый прецедент социального освобождения в глазах трудящихся всего мира, - так рассуждает современный российский марксистский философ Александр Бузгалин [5].
С точки зрения видного американского специалиста в области исторической макросоциологии и одного из основоположников клиодинамики Джека Голдстоуна, исследовавшего структуру, причины и результаты различных революций, Октябрьская революция - событие всемирно-исторического значения, которое изменило не только Россию и ее отношения с Европой, но и на столетие вперед определило всю глобальную политику в целом [6. С. 9].
В 1917 г. царский режим, существовавший в Российской империи с XVI в., пал, подточенный низким уровнем запоздалой индустриализации и тяжелыми поражениями в войнах - Русско-японской и Первой мировой. В крупнейших городах империи прошли массовые антиправительственные выступления, в результате которых государственная власть пала неожиданно легко. От поддержки режима отказались армия, интеллигенция, чиновничество. В результате развернувшегося политического кризиса монархический режим уступил место неустойчивой многопартийной парламентской демократии (Временное правительство), на смену которой в октябре 1917 г. пришло первое в истории правительство коммунистов-революционеров, попытавшихся реализовать марксистский проект на российской почве (с поправками на специфику страны).
Целью революционеров являлось создание нового «советского человека» с тем, чтобы на смену традиционному русскому обществу пришел руководствующийся научным мировоззрением человек в структуре потенциально бесклассового общества. На месте распавшейся Российской империи возник Союз Советских Социалистических Республик (СССР).
Революционные преобразования носили весьма жесткий, а временами - и беспрецедентный характер. Острые политические дискуссии внутри партии времен Ленина сменились масштабными сталинскими «чистками», устранившими внутрипартийную оппозицию.
Однако, несмотря на эксцессы и жесткую политику, страна развивалась ранее невиданными темпами. Советский Союз смог выстоять в тяжелейшей ситуации Второй мировой войны, когда стоял вопрос об историческом выживании страны и народа, в послевоенный период сумел в короткие сроки восстановить и запустить промышленное производство, а также распространить свое влияние на ряд стран Восточной Европы. По результатам Второй Мировой войны Советский Союз стал одной из ведущих мировых держав. СССР первым вывел на орбиту искусственный спутник Земли, создал одну из самых многочисленных и сильных армий, реализовал ядерную программу.
При всей своей неоднозначности Русская революция 1917 года изменила социально-политическое развитие не только России, но и всего мира. Она явила собой пример масштабного социального скачка, совершенного не самой развитой страной капиталистической системы, которая под руководством партии авангардного типа осуществила преобразования, вызвав к жизни мощные революционные движения во многих странах «капиталистической периферии». Китайская коммунистическая партия, получив поддержку Советского Союза на начальном этапе масштабных трансформаций, сумела завоевать власть и создать обновленное китайское государство в 1949 г.
Благодаря влиянию и поддержке СССР революционные и национально-освободительные движения одержали победы в рамках «мировой капиталистической периферии» - в Монголии, на Кубе, в Египте, Анголе, Конго, Вьетнаме, Мозамбике, Югославии, Никарагуа, Камбодже, Лаосе, Северной Корее и Афганистане. Во многих странах Европы и Азии возникли коммунистические движения и партии и происходили масштабные выступления, пусть и не закончившиеся победой этих сил. В странах Западной Европы в результате мощной «левой» волны, начавшейся вскоре после окончания Второй мировой войны, у власти на долгое время оказывались партии социал-демократического и социалистического толка, уступившие свое место после спада «левой волны».
Согласно цитируемому нами выше Дж. Голдстоуну, специфика Русской революции заключается в том, что это была первая и имевшая беспрецедентный характер коммунистическая революция, а также в том, что она повлияла на режимы правления во всем мире.
Русская революция имела много общего с другими революциями всемирного масштаба. Она подтвердила известную невозможность избавиться в процессе послереволюционного развития от целого ряда традиционных национальных черт. Помимо этого, Октябрьская революция показала, что на революции всегда влияет международный контекст. Русская революция 1917 года отчасти была вызвана объективным отставанием царской России от Европы, а также слабостью правящей элиты Российской империи перед лицом масштабных внутренних проблем и внешних вызовов. Не менее ярко Русская революция продемонстрировала, что революции часто выдвигают незаурядных лидеров, встающих у истоков новых государственно-политических проектов. Наконец, она показала, что революции, следующие идеологии разрушения «старого мира», обычно отличаются беспрецедентными проявлениями социального насилия, которое, продвигая общество вперед, имеет весьма неоднозначные последствия для развития социального и культурного капиталов.
Какие же закономерности позволяет нам выявить анализ революционного процесса второй декады ХХ в. в России?
Во-первых, Октябрь 1917 года -- результат сложного общественно-политического процесса, следствие многолетнего системного кризиса (одновременно политического, экономического, социального и идеологического), охватившего все ключевые сферы жизни Российской Империи - идеологию, культуру, политику, систему государственного управления, экономику, социальную сферу.
Во-вторых, осуществление в Российской империи «усеченной модернизации сверху» на рубеже XIX- XX вв., что означало изменение экономического базиса и социальной структуры без изменений в политической системе и системе государственного управления, не разрешило, но обострило существующие социальные противоречия и углубило общий политический и социально-экономический кризис, который трансформировался в социальную революцию.
В-третьих, конфликт между сословно-иерархической структурой общества, поддерживаемой сверху имперским государством, и нарождающимися социальными классами (возникшими в результате капиталистической модернизации буржуазией и интеллигенцией), желавшими большей мобильности, политического представительства и свобод (включая автономный от государства статус), стал ключевым социальным фактором масштабных общественно-политических изменений, принявших революционную форму.
В-четвертых, ключевой социальной предпосылкой Октября 1917 года стала принципиальная нерешенность национального (об автономии для крупнейших нерусских народов империи - поляков, украинцев, балтийских народов, народов Закавказья), крестьянского (крестьяне, несмотря на проведенную реформу 1861 г., в своей значительной части не получили доступа к земле и возможности вести хозяйство интенсивным путем), рабочего вопросов (условия труда и система социальных гарантий для промышленных рабочих в Российской империи заметно отставали от европейских). российский политический октябрьский
В-пятых, революция в России - как в вертикально организованном обществе - развертывалась «сверху вниз», от центра к периферии, и одновременно продвигалась вглубь, захватывая все новые социальные слои и классы, сферы жизни общества. Начавшись в Петрограде с относительно бескровного свержения Временного правительства, она охватила крупнейшие индустриальные центры России, распространилась на село, охватила национальные регионы, вызвав повсеместно рост активности самых разных социальных и политических сил - как революционных, так и контрреволюционных. Таким образом, развертывание революции «вглубь и вширь» в условиях России неизбежно вело к гражданской войне - в то время как гражданская война способствовала продвижению революции вглубь.
Отдельного и самостоятельного анализа заслуживает кризис, который предшествовал революционным событиям 1917 г. Россия как сложная система, находившаяся в состоянии неустойчивости и перехода, не смогла разрешить актуальные противоречия (как внутренние, так и внешние), которые были актуализированы и дополнительно обострились вследствие вовлечения России в Первую мировую войну без должного анализа ее возможных последствий.
Первое противоречие - между структурами и механизмами служилого государства и стремившимися к автономии классами и сословиями.
В свое время оригинальное и глубокое толкование этой проблемы предложил видный российский политический мыслитель Борис Николаевич Чичерин (18691902) - либеральный консерватор, пытавшийся примирить либеральные свободы с идеей сильной государственности. Чичерин исходил из того, что государственность в истории России является главным фактором не только правовых, но и любых общественных перемен. Подобная роль российского государства, по его мнению, была связана с суровой естественной средой, традиционной слабостью в русском обществе начал самоорганизации и самоуправления, а также с необходимостью обеспечения ускоренного развития промышленности, освоения новых территорий, модернизации армии и т.п. Государство, согласно Чичерину, служило организатором общества, побуждая его членов служить национальным интересам «сверху», - что в корне отличало историю России от истории стран Европы. Русское государство изначально возникло как надсословное и в целях общего выживания наложило на все сословия «тягловые обязанности».