Суд является органом, на который в числе прочего возложена и обязанность реализации важного принципа уголовного судопроизводства — права на обжалование процессуальных действий и решений должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство (ст. ст. 19, 125 УПК РФ), в данном случае — дознавателей. Ст. 123 конкретизирует, что действия (бездействие) дознавателя могут быть обжалованы участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы. Следует иметь в виду, что предметом обжалования в суд могут стать не только действия и решения следователя, возможность обжалования которых прямо предусмотрена УПК РФ (решение об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела и др.), но и иные его действия (решения), способные причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию (ч. 1 ст. 125 УПК РФ). Таким образом, предмет судебного обжалования очень широк. Вместе с тем закон устанавливает и определенные пределы такого обжалования.
Так, в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ, не могут быть обжалованы действия и решения следователя об истребовании судебного согласия на производство процессуальных действий (постановления дознавателя о возбуждении перед судом ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, залога, домашнего ареста; о продлении срока содержания под стражей; о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы, а также иных процессуальных действий, указанных в ч. 2 ст. 29 УПК РФ). Ограничение на обжалование этих решений связано с тем, что судебная проверка законности и обоснованности принимаемого решения уже предусмотрена в самой процедуре их принятия и дополнительного (в случае обжалования) судебного контроля не требует. Жалоба может быть направлена непосредственно в суд заявителем (его защитником, законным представителем или представителем) или через дознавателя или прокурора, а также администрацию мест содержания подозреваемого, обвиняемого под стражей или администрацию медицинского стационара, в котором производится судебная экспертиза заявителя. Хотя УПК РФ и не устанавливает конкретный срок, в течение которого дознаватель должен направить полученную им жалобу на его действия, бездействие или решение в суд, однако, по смыслу закона, это должно быть сделано незамедлительно. Притом дознаватель вправе приложить к жалобе свои письменные объяснения, дополнительно обосновывающие обжалуемое действие (решение). Как правило, дознаватели направляют в суд заявленные жалобы по почте, через канцелярию органа внутренних дел. Процедура рассмотрения жалоб судом закреплена и регламентирована положениями ст. 125 УПК РФ
При подготовке к судебному рассмотрению жалобы судья вправе затребовать копии процессуальных и иных документов, необходимых для рассмотрения жалобы по существу. Судья направляет копии жалобы заинтересованным лицам, назначает место и время проведения судебного заседания, определяет круг его участников. Поступившая жалоба рассматривается судьей в течение 5-суточного срока, который не подлежит продлению. Судебное заседание, как правило, является открытым <16>, в нем принимают участие заявитель и его защитник, законный представитель или представитель, иные лица, чьи интересы затронуло обжалуемое действие или решение дознавателя, а также сам дознаватель, на которого подана жалоба. Однако неявка указанных лиц, своевременно извещенных о времени рассмотрения жалобы и не настаивающих на ее рассмотрении с их участием, не является препятствием для рассмотрения жалобы судом.
До начала рассмотрения жалобы в судебном заседании все участники процесса имеют право ознакомиться как с содержанием самой жалобы, так и с материалами производства по жалобе, сделать заявления и ходатайства относительно порядка рассмотрения жалобы. Жалоба рассматривается в судебном заседании судьей единолично в порядке, установленном ч. 4 ст. 125 УПК РФ. При рассмотрении всех видов жалоб ведется протокол судебного заседания по правилам, предусмотренным ст. 259 УПК РФ. По результатам рассмотрения жалобы судья выносит либо решение о признании обжалуемого действия (бездействия) или решения дознавателя незаконным или необоснованным и обязывает последнего устранить допущенное нарушение, либо решение об оставлении жалобы без удовлетворения. В соответствии с ч. 7 ст. 125 УПК РФ принесение жалобы не приостанавливает производство обжалуемого действия или исполнение обжалуемого решения, если это не сочтет нужным сделать дознаватель, прокурор или суд. Соответствующие постановления судьи могут быть обжалованы в вышестоящий суд в кассационном порядке и (или) в порядке надзора.
Заключение
Подводя итог сказанному, можно сделать вывод о том, что судебный контроль и прокурорский надзор представляют собой важную гарантию законности производства дознания. В сфере судебного контроля и прокурорского надзора — важные конституционные права и свободы граждан — на личную неприкосновенность, на неприкосновенность жилища, тайну переписки и переговоров и ряд других. В свою очередь, законность судебного контроля и прокурорского надзора обеспечивается детально регламентированными законодательством процедурами их осуществления, наличием возможности обжалования судебных и прокурорских решений в вышестоящие инстанции. Существование данных процессуальных институтов в уголовном процессе России является непременным условием становления и развития правового государства.
Задача 15. Одинцов обвинялся в том, что проник в помещение одного из московских вузов, поставил в холле переносной столик и разложил на нем рекламные листы о возможности приобретения студентами билетов в театр «Ленком» на дефицитные спектакли с большими скидками. Обращающимся студентам он говорил, чтобы они сдавали деньги и приходили за билетами на это же место через три дня. Собрав таким образом крупную сумму денег, Одинцов скрылся.
В ходе расследования уголовного дела потерпевшие студенты жаловались следователю, что у них в институте отсутствует охрана, что практически любой может пройти к ним на территорию и совершить подобное деяние, что у них по зданию института постоянно ходят много посторонних людей.
Однако следователь каждый раз отвечал, что все это очень печально, но к данному уголовному делу не имеет никакого отношения, поэтому он, следователь, ничего сделать не может. И каждому потерпевшему он советовал в следующий раз быть повнимательнее.
Допустил ли следователь в данном случае какие-либо процессуальные ошибки?
Должен ли следователь осуществлять какую-либо профилактическую деятельность, в том числе направленную на недопустимость совершения аналогичных преступлений?
Как бы вы поступили в данном случае на месте следователя?
В уголовно-процессуальном законодательстве на органы предварительного следствия и дознания возлагаются не только задачи по расследованию и раскрытию преступлений, но и обязанности по предупреждению преступлений. При производстве расследования и его окончания следователь должен выявить причины и условия, способствовавшие совершению преступлению.
Профилактическая деятельность следователя и других правоохранительных органов позволяет снизить количественный и качественный рост преступности.
Каким же образом следователь проводит профилактическую деятельность в ходе расследования преступления? В уголовно-процессуальном законодательстве установлен перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию при расследовании преступления (ст. 73 УПК РФ).
При расследовании преступлений, совершенных несовершеннолетними, закон предусматривает необходимость установления условий жизни и воспитания. Это позволяет выяснить вероятные причины, которые подтолкнули лицо на совершение противоправного деяния.
Необходимо отметить, что обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, должны устанавливаться на протяжении всего процесса расследования, поэтому уже на начальном этапе расследования следователь планирует проведение таких следственных действий, которые направлены на установление обстоятельств, имеющих непосредственное отношение к делу.
По мере продвижения расследования и получения новой доказательственной информации, следователь должен в ходе проверки следственных версий выяснять, какие обстоятельства имеют отношение к делу и подлежат доказыванию.
Важную информацию об обстоятельствах, способствовавших совершению преступления, можно получить в ходе проведения следственного осмотра, следственного эксперимента, обыска жилища и рабочего места, допроса подозреваемых, обвиняемых, потерпевших и свидетелей. Важную роль для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, играет проведение судебной экспертизы.
Статья 158 УПК РФ регламентирует порядок окончания предварительного расследования и устанавливает право следователя вносить представления в соответствующую организацию или должностному лицу о принятии мер по обстоятельствам, способствующим совершению противоправных деяний. В представлении излагается существо уголовного дела, указывается, за что лицо привлечено к уголовной ответственности. Следователь может предложить рекомендации по устранению обстоятельств. Представление должно быть обязательно приобщено к материалам уголовного дела. Закон требует, чтобы меры по представлению были приняты не позднее одного месяца со дня его вынесения. Следователь может осуществлять контроль за исполнением рекомендаций, обозначенных в представлении. К предупредительным мерам относятся публикации материалов воспитательного и профилактического характера в средствах массовой информации, а также выступления по радио и телевидению.
Понятие и классификация следственных ошибок
Всякая ошибка в общеупотребительном значении представляет собой неправильность, неточность, погрешность, ляпсус, недочет, промах, неверную мысль, неверный или ложный шаг, неправильное действие или бездействие и т. п. В словарях русского языка ошибка трактуется как неправильность в действиях, поступках, высказываниях, мыслях.
В уголовном процессе ошибки могут иметь место при принятии процессуальных решений и производстве процессуальных действий. В мыслительной деятельности ошибки также могут быть, например, при оценке собранных по делу доказательств. Но такие ошибки, не будучи объективно выраженными в принимаемых по уголовному делу решениях и производимых процессуальных действиях, юридического значения не имеют.
В научной литературе и в практической деятельности органов уголовной юстиции для обозначения ошибок предварительного расследования употребляется множество терминов: «упущения предварительного следствия», «пробелы предварительного следствия», «недостатки предварительного расследования»[6], «следственные ошибки», «нарушения законности», «нарушения норм права» (процессуального, материального), в том числе – «существенные нарушения», «уголовно-процессуальные правонарушения», «отступления от норм закона», «процессуальные ошибки предварительного следствия», «заблуждения следователя» и т. д. Вне всякого сомнения, все эти понятия неоднозначны.
Нас же, в связи с проблематикой исследования, прежде всего интересует определение «следственная ошибка».
В уголовно-процессуальном законодательстве термин «следственная ошибка» не употребляется. Однако в уголовно-процессуальной науке понятие «следственной ошибки», несмотря на его условность, доказало право на свое существование.
Исходя из терминологического смысла «следственная ошибка» – это ошибка, допущенная должностными лицами, производящими предварительное расследование по уголовным делам – следователями, лицами, производящими дознание (дознавателями), и приравненными к процессуальному статусу указанных лиц иными должностными лицами, ведущими уголовный процесс (в дальнейшем изложении – следователями).
В ходе производства предварительного расследования следователь допускает различные следственные ошибки: в применении материального, процессуального законодательства, иные ошибки (неправильное применение тактических рекомендаций криминалистики, психологии, виктимологии, экспертологии и т. п.).
В данном исследовании, исходя из решаемых задач, мы в большей степени будем касаться следственных ошибок, связанных с неправильным применением процессуального и материального закона.
Важно подчеркнуть, что следственная ошибка – это ошибка, допущенная следователем при возбуждении уголовного дела и предварительном расследовании, т. е. на досудебных стадиях уголовного процесса.
Специфическим видом следственных ошибок являются ошибки, допущенные при расследовании новых или вновь открывшихся обстоятельств (ст. 413–419 УПК РФ). В ходе такого расследования могут производиться допросы, осмотры, экспертизы, выемки и иные необходимые следственные действия. Специфичность данного вида следственных ошибок будет состоять лишь в том, что они могут быть допущены не в досудебных стадиях уголовного процесса, а в стадии возобновления дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам. Во всем остальном данный вид следственных ошибок не отличается от ошибок, допускаемых в досудебных стадиях уголовного процесса.
Ошибки, допущенные судом (судьей) по уголовным делам в досудебных и судебных стадиях уголовного процесса, в стадии исполнения приговора, принято называть судебными ошибками. Как показывают результаты проведенных исследований, в подавляющем большинстве случаев ошибка судьи предопределяется первоначальной ошибкой следователя, которую «пропустили» (не заметили) начальник следственного отдела, прокурор.
Рассматривая определение понятия следственной ошибки, необходимо заметить, что в науке по вопросу о терминах необходима точность. Терминологическая точность – необходимый элемент правовых исследований, и отступление от этого требования чревато многими неблагоприятными последствиями, особенно если речь идет об отправных теоретических положениях.
В уголовно-процессуальной науке к определению понятия следственной ошибки обращался сравнительно ограниченный круг ученых. Поэтому есть смысл рассмотреть сформулированные ими дефиниции.
Авторским коллективом ученых процессуалистов НИИ Генеральной прокуратуры РФ дано следующее определение понятия «следственные ошибки».
Следственные ошибки – это «незаконные и необоснованные действия следователя по привлечению к уголовной ответственности и заключению под стражу граждан, приостановлению, прекращению, передаче прокурору с обвинительным заключением для направления в суд уголовных дел, которые по ошибочному представлению следователя являлись правомерными и якобы были направлены на обеспечение задач уголовного судопроизводства».
Как и ученые НИИ Генеральной прокуратуры РФ, мы не относим к следственным ошибкам умышленные действия следователя, направленные на привлечение заведомо невиновного лица к уголовной ответственности (ст. 299 УК РФ), на незаконное освобождение от уголовной ответственности (ст. 300 УК РФ), на незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301 УК РФ), на принуждение к даче показаний (ст. 302 УК РФ), на фальсификацию доказательств (ст. 303 УК РФ), а также последствия уголовно наказуемого злоупотребления следователем своими должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), превышения им своих должностных полномочий (ст. 286 УК РФ), получения взятки (ст. 290 УК РФ), служебного подлога (ст. 292 УК РФ), уголовно наказуемой халатности (ст. 293 УК РФ).
Подобные действия (или бездействия) следователя есть не что иное, как совершение преступления против правосудия, государственной власти и интересов государственной службы.
В. И. Власов считает, что следственные ошибки – «это любые непреднамеренные нарушения закона, недостатки и упущения, допущенные при возбуждении уголовных дел, всякая неправильность в процессуальной деятельности, в том числе и мыслительном процессе компетентного лица, носителя соответствующих прав и обязанностей».
Данный подход представляется нам достаточно спорным. Приведенное выше определение не включает в себя, к примеру, преднамеренных, но не преступных нарушений следователем законов, что также в конечном итоге приводит к следственным ошибкам. В то же время нельзя понимать под ошибкой «неправильности… в мыслительном процессе компетентного лица», так как невозможно выявить ошибочность мыслительного процесса до тех пор, пока он не найдет отражения в конкретном действии должностного лица и соответствующем процессуальном решении.
А. Д. Бойков в качестве следственной ошибки понимает «любое незаконное или необоснованное решение, вызванное неправильным действием или бездействием». В число ошибок им включаются грубые процессуальные нарушения, совершаемые вполне осознанно, и неправильное применение уголовного закона, незаконность и необоснованность которых констатирована соответствующим должностным лицом или органом. Указание в определении таких признаков ошибки (каждого самостоятельно), как «незаконность» и «необоснованность» решения, имеет значимость, поскольку позволяет различать ошибки по характеру их образования и точно устанавливать способ их исправления.
Наряду с понятием «следственные ошибки» в схожих ситуациях употребляется термин «процессуальные ошибки».
Так, А. М. Барановым под процессуальной ошибкой на предварительном следствии понимается «непреднамеренное нарушение процессуального закона, выразившееся в неисполнении или ненадлежащем исполнении его требований следователем либо иным процессуальным органом и признанное таковым компетентным субъектом в соответствующем правовом акте».
Вне всякого сомнения, понятие следственной ошибки – более широкое, нежели понятие процессуальной ошибки, связанной лишь с нарушениями процессуального закона. Кроме того, А. М. Барановым не признаются в качестве ошибок преднамеренные нарушения закона. Мы же являемся сторонниками того, что к ошибкам можно относить преднамеренные, осознанные действия (или бездействия) следователя, если они не являются преступными и, по мнению следователя, направлены на достижение назначений уголовного судопроизводства.
Одним из существенных признаков, позволяющих квалифицировать решение или деятельность следователя и равнозначных ему субъектов как ошибку, является признание его таковым соответствующим правовым актом.
По мнению Н. Н. Вопленко, правоприменительная ошибка есть результат властной деятельности специальных субъектов правоприменения, противоречащий нормам материального или процессуального права, не достигающий истинных целей правового регулирования, квалифицируемый компетентным органом в качестве ошибочного. Определением Н. Н. Вопленко охватываются такие признаки правовой ошибки, как нарушение закрепленных законодательством норм материального и процессуального права; несоответствие целям правового регулирования; наличие решения, действия или бездействия не любого субъекта, а только наделенного властными полномочиями специального субъекта правоприменения; констатация подобной деятельности как ошибочной компетентным лицом либо органом.
Имеет смысл определиться также с соотношением понятий «следственные ошибки» и «уголовно-процессуальные правонарушения».
А. Т. Дугин полагает, что «правомерным является такое уголовно-процессуальное действие, которое произведено органом расследования своевременно, при наличии достаточных оснований и в порядке, установленном нормами уголовного и уголовно
процессуального права вне зависимости от полученного при этом результата». То есть А. Т. Дугин, при условии правомерности уголовно-процессуального действия следователя, допускает возможность неосознанного совершения им следственных ошибок, добросовестного заблуждения, с чем, безусловно, необходимо согласиться. В понятие «уголовно-процессуального правонарушение» А. Т. Дугин вкладывает следующий смысл: «…это посягающее на уголовно-процессуальный порядок общественно опасное либо вредное виновное действие, исполненное вопреки требованиям уголовных и уголовно-процессуальных норм без достаточных оснований или несвоевременно, или с несоблюдением установленного порядка, а равно противоправное бездействие, когда имелись достаточные основания для производства необходимых процессуальных действий».
Нам представляется, что А. Т. Дугин, не используя понятия следственных ошибок, тем не менее имеет их в виду, когда в спектр уголовно-процессуальных правонарушений включает допущенные следователем по небрежности, неопытности, самонадеянности нарушения норм УПК, УК пробелы предварительного расследования.
В то же время А. Т. Дугин в понятие уголовно-процессуальных правонарушений включает и преступные действия следователя, что, как отмечалось выше, не может рассматриваться в качестве следственных ошибок.
Говоря об определении следственной ошибки, авторский коллектив НИИ Генпрокуратуры РФ саму ошибку видел в односторонности или неполноте исследования обстоятельств дела, существенном нарушении уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона.
Мы остаемся в целом приверженцами этой конструкции следственных ошибок, однако полагаем, что как отдельный вид ошибок в условиях действия Конституции РФ в уголовном процессе необходимо выделить несоблюдение конституционных прав и свобод человека и гражданина. С учетом наших подходов к понятию следственной ошибки можно сформулировать ее следующим образом:
Следственная ошибка – это не содержащее признаков уголовно наказуемых деяний незаконное или необоснованное действие или бездействие следователя, осуществляющего предварительное расследование по уголовному делу, выразившееся в неполноте и односторонности исследования им обстоятельств дела, несоблюдении в уголовном процессе конституционных прав и свобод человека и гражданина, существенном нарушении уголовно-процессуального закона, неправильном применении уголовного закона и направленное по субъективному мнению следователя на выполнение назначений уголовного судопроизводства, но объективно препятствующее их достижению.
* * *
Следственные ошибки – весьма сложное и многообразное явление в юриспруденции, а поэтому необходима их научно обоснованная классификация. Правильная, отвечающая запросам науки и практики, основанная прежде всего на изучении материалов уголовных дел и опыта практических работников классификация следственных ошибок имеет большое теоретическое значение, способствуя систематизации накопленных знаний, уяснению природы допускаемых в ходе предварительного расследования нарушений, упущений, недостатков, и выработке мер по их устранению.
Ученые, исследовавшие проблемы следственных ошибок на досудебных стадиях уголовного процесса, предлагали различные варианты их классификации.