Материал: Военно-стратегический опыт Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.)

По бронетехнике, на 3 мая ЦФ имел 674 танка и 38 самоходных артустановок (САУ), или 40 % от их наличия на 5 июля, а 13А - 137 танков или 64 % от числа к началу боев. В начале мая ЦФ существенно уступал соседу: на 15 мая ВФ имел в строю 1380 танков или 76 % от того количества, что он получит к началу Курской битвы, а ЦФ - в два раза меньше. Но уже к концу этого месяца ситуация начала меняться, и на 5 июня у Рокоссовского стало 1216 танков (72 % от числа на 5 июля), в том числе в 13А - 171 (80 %).114 Столь же быстро шло восстановление и войск ВФ ген. армии Н. Ф. Ватутина. На 5 апреля в нём числилось 208 391, а на 5 мая - 351 459 (рост на 143 068) военнослужащих, или 84 % от плана на 5 июля. За этот период направлено: в 6 гв. А ген. - лейтенанта И. М. Чистякова, стоявшую на вероятном направлении главного удара, - 30 262 человека, и её численность достигла 72 836 (средняя численность стрелковой дивизии выросла на 28 %, с 5982 до 7666), и в 7 гв. А ген. - лейтенанта М. С. Шумилова, (район возможного вспомогательного удара), - 9407, в результате её численность составила 67 231 человек (рост средней численности дивизии на 27 %, с 5965 до 7600). К 30 мая общая численность ВФ выросла до 409 785 (98 % к данным на 5 июля), а армий И. М. Чистякова и М. С. Шумилова на 5 июня до 79 937 (около 100 %) и 71 332(93 %).

Подвижные соединения, действовавшие зимой и в начале весны 1943 г. на ВФ и Юго-Западном фронтах, понесли очень большие потери. В отдельных корпусах общее число танков не превышало численности полнокровного батальона. Из-за этого уже в конце марта Ставка ВГК приняла решение: пополнить их в первую очередь115. В апреле на эти цели направлялась основная часть техники с заводов, только войска ВФ с 1 по 15 апреля получили 219 новых боевых машин и 6432 человека для танковых корпусов и бригад116. В результате если 9 апреля фронт располагал 276 исправными танками, то на 21 апреля в строю находилось уже 540. Параллельно активно шел ремонт аварийных боевых машин ремсредствами фронта. Кроме того, 28 апреля Ставка официально передала в подчинение Н. Ф. Ватутина 1 ТА ген. - лейтенанта М. Е. Катукова, прибывшую с Северо-Западного фронта в район Курска ещё в марте, а также несколько отдельных танковых частей. К 5 мая армия Катукова уже практически полностью была укомплектована бронетехникой, она располагала 481 танком, и к 5 июля получит лишь 61 машину117.

Были ли шансы на успех Германии? Исходя из данных о составе двух советских фронтов перед началом операции «Цитадель», следует, а чем располагал Вермахт накануне наступательной операции. Оба стратегических объединения Красной Армии были готовы к Курской битве. В то же время, например, группировка 9А в начале мая не получали того минимума, что было обещано перед началом «Цитадели». Её пехотные дивизии и танковые соединения в этот момент сами ещё не были полностью восстановлены и не могли решить задачи летней кампании. Советская же сторона уже в мае могла отразить удар имевшихся у неприятеля сил. Поэтому далекими от реалий видятся утверждения Э. Манштейна о том, что к концу мая в районе Курска оборонялись советские войска якобы не полностью боеспособные118.

Существует аксиома 119 : для успеха наступательной операции на стратегическом уровне (то есть фронт или группа армий) атакующая сторона должна располагать бóльшими силами, чем имеют обороняющиеся, идеальное соотношение 3:2.

На 4 мая в ГА «Центр», в состав которой входила и 9А, по списку было всего 442 танков (Т-3, Т-4 и ни одного Т-6 «тигр»), из них в строю находились 71 %, то есть 314, а в ГА «Юг» - 1087 танков, из них исправными числилось 728120 - 67 %. Таким образом, уже в мае соотношение на севере Курской дуги по этому типу вооружения было 1,5:1 в пользу советской стороны, а на юге 1,3:1. Столь неблагоприятное положение для вермахта сохранится вплоть до начала Курской битвы. Поэтому нельзя не согласиться с командиром 6 тд ГА

«Юг» генерал-майором Г. Функом, изначально критиковавшим план операции

«Цитадель», называя её «идиотской» и утверждавшим, что вся «будущая операция нарушает основные правила руководства войсками»121.

На карте нанесены основные оборонительные линии Красной Армии на южном фасе Курского выступа, которые разделены на три полосы обороны: (главная полоса обороны, вторая полоса обороны и армейская полоса обороны). Так же на карте нанесены направления ударов немецкой ГА «Юг» по трём направлениям: (1-е из района Белгорода на Гостищево и Ржавец, 2-е из района Томаровка на Яковлево, Грезное с общим продвижением на Обоянь и Прохоровку, 3-е из района Черкасское на Новенькое - Кочетковку с целью выхода к Обояни). (см. прилож. 5) Замысел немецкого командования был основан на быстром прорыве и форсировании рек Сев. Донец и Псёл с выходом на степные участки для быстрого продвижения в тыл войск ВФ и ЦФ. Общее направление движения было неизменно на Курск для соединения с наступающими войсками ГА «Центр». Из оперативной сводки от 10 июля 1943 года (ВФ): «Условием для прорыва танков противника послужило следующее: при отходе автомашин и танков протвиник преследовал их вплотную. По этой причине не было возможности перекрыть дорогу, идущую с Тетеревино на Ивановский Выселок противотанковыми минами» 122.

Важным стратегическим решением, принятым ещё до начала немецкого наступления, является контрартподготовка двух фронтов, о которой два командующих рассуждали накануне. «Ведь Вы сами предлагали начать наступление, не дожидаясь, пока его начнут немцы, чтобы сорвать их планы! - Я считал это возможным и необходимым до начала развертывания войск противника и приведения их в готовность к наступлению. Момент упущен. Теперь нам остается дождаться наступления немцев и встретить их, как положено. - А Вы уверены, что немцы его в ближайшее время начнут? - Абсолютно уверен! Не пройдет и недели, как немцы ударят сразу по двум направлениям - на Ольховатку и на Обоянь. Жарко будет и мне, и Вам. - А почему Вы так в этом уверены? - Полководец должен быть психологом! Надо уметь поразмыслить и за противника. - Но что-то же мы должны предпринять! - Хороший эффект даст упреждающая артподготовка по разведанным целям перед самым началом наступления противника. Такой сюрприз я ему готовлю. - Я готов присоединиться. Но риск велик... - Он себя оправдает»123.

Во многом исход битвы под Курском определило именно это решение Ватутина и Рокоссовского, которое упредило действия немецких соединений. В полосе ВФ (6 гв. А и 7 гв. А) основные усилия были направлены на подавление пехоты и танков в районах их вероятного нахождения, что составляло около 80 % всех поражаемых объектов. Это обусловливалось более широкой полосой вероятного удара противника (до 100 км), большей чувствительностью обороны войск первого эшелона к танковым ударам, меньшим количеством средств борьбы с неприятельской артиллерией в армиях ВФ. Также не исключалось, что в ночь на 5 июля часть артиллерии противника сменит свои огневые позиции при отходе боевого охранения 71-й и 67-й гв. сд. Таким образом, артиллеристы ВФ в первую очередь стремились нанести урон танкам и пехоте, то есть основной силе атаки немцев, и подавить лишь наиболее активные батареи противника (достоверно разведанные)124.

Наступление, которое назначалось на 3 часа утра было перенесено на 7:00, а немецкой разведке так и не удалось вскрыть полностью систему обороны Красной Армии. В результате уже к 18:00 5 июля 1943 года на южном фасе курского выступа немцы не достигли ни одной из поставленных задач по прорыву обороны и развитию наступления на Обоянь. Советское командование, сделав, ставку на артиллерию в связи с участием в прорывах тяжёлых немецких танков сумело сдержать первые самые мощные удары Вермахта.

На северном фасе обороны (Орловско-Курское направление), наступала 9А ГА «Центр», против неё стоял Центральный фронт (командующий г.-п. К. К. Рокоссовский) - здесь с первым дней операции «Цитадель» всё пошло не по плану. Ударная группировка 9А предназначалась для нанесения главного удара с севера в общем направлении на Курск. Глубина задачи - 75 км. Оперативное построение - в два эшелона; в первом эшелоне: пехотных дивизий - 7, танковых - 2; во втором эшелоне: танковых - 4, моторизованных - 1, пехотных - 1. Прикрытие флангов ударной группировки и ведение обороны на занимаемых рубежах осуществлялось в полосе иск. Троена-Севск 6 пехотными дивизиями 9А, в полосе 10 км южн. пос. Змиевка - 10 км сев. г. Малоархангельск - 2 пехотными дивизиями 9А. Оперативное построение - в один эшелон. 125 Беря в расчёт, что главный удар ГА «Центр» нанесёт на северном фасе, наибольшая плотность обороны была на правом фланге ЦФ. Силами 17 стрелковых дивизий левого фланга 70А, 65А и 60А и 4 стрелковых бригад планировалось продолжать удерживать оборону на занимаемых рубежах общей протяженностью 200 км. (см. приложение №6)

Основные направления, выбранные для наступления танковым соединениям, были ст. Поныри с общим продвижением в район Щигры и ст. Тёплое с общим продвижением в район Курска. Замысел противника был в том, чтобы разрезать оборону и окружить по частям обороняющихся, а затем, не останавливаясь двигаться на Курск для соединения с частями ГА «Юг». Оценка обстановки Моделем: «По данным, представленным Моделем, ЦФ К. К. Рокоссовского в начале мая насчитывал 31 дивизию, 1200 орудий, 200 установок реактивной артиллерии и 1500 танков. Боевой состав войск Рокоссовского оценивался немцами в 124 тыс. человек. Это давало ЦФ почти двойное превосходство над 9А, насчитывавшей в середине мая 324 924 «едока» при численности боевых подразделений 67188 человек, 824 орудия и около 800 танков и САУ. При этом аэрофотоснимки показывали множество советских противотанковых позиций и траншей. Прорыв обороны требовал сильной пехотной составляющей. Однако большая часть пехотных дивизий армии Моделя имела численность пехоты вдвое меньше штатной, многие из этих соединений расформировали, по крайней мере, три из штатных девяти пехотных батальонов. К 16 мая 1943 г., когда должна была начаться

«Цитадель», пехотные дивизии имели среднюю «боевую численность» (непосредственно участвующих в бою) в 3306 человек. Тринадцати пехотным дивизиям 9А недоставало 2000 грузовиков, а 4 тд из-за их нехватки была вынуждена держать 2500 лошадей.126

Фельдмаршал фон Клюге заявил в свойственной ему резкой форме, что данные Моделя о том, что глубина позиций противника достигает 20 км, преувеличены. На аэрофотоснимках, по его мнению, были зафиксированы только уже развалившиеся от прежних боев окопы. Затем фельдмаршал указал на то, что при дальнейшей отсрочке мы упустим инициативу. Это может привести к тому, что мы будем вынуждены снять части с фронта «Цитадель».

Манштейн считал: «Я также высказался против предложенной Гитлером отсрочки по двум причинам. То пополнение танками, которое мы получим, будет, видимо, более чем компенсировано увеличением танков на советской стороне. Ежемесячный выпуск танков составлял у противника не менее 1500 единиц. Кроме того, дальнейшее ожидание приведет к тому, что советские части после потерь в зимнюю кампанию и после недавних поражений, сильно повлиявших на моральный дух и боевые качества вражеских соединений, вновь обретут свою ударную силу. Наконец, укрепление вражеских позиций будет продолжаться с все большей интенсивностью. Против отсрочки операции

«Цитадель» говорил также и тот факт, что это значительно увеличило бы опасность в полосе обороны группы. Сейчас противник ещё не готов к наступлению на Донце и Миусе. Но в июне он сможет это сделать» 127. Забегая вперёд, отмечу - Манштейн оказался прозорлив: «17 июля противник, как и ожидалось, начал наступление на Донецком и Миусском фронтах. 17 июля ОКХ приказал немедленно снять весь 2 тк СС и направить его в своё распоряжение, а 18 июля оно потребовало передать 2 другие танковые дивизии в распоряжение группы «Центр» 128.

На Орловско - Курском направлении 9А ГА «Центр» не имела превосходства над 13А и 2ТА (командующий генерал-лейтенант А. Г. Родин) ЦФ, поэтому после начала наступления Модель в основном нацеливался на крупные советские узлы обороны (прим. Ст. Поныри, Ст. Тёплое). Модель нащупал слабую точку советской обороны в районе с. Тёплое. Однако введя в бой 7 июля свежую танковую дивизию подчинённую 41тк (командир генерал Лемельзен) свёл все танки в одну бригаду, атакуя крупной массой техники на узком участке фронта под Ольховаткой. Здесь их и встретили замаскированный советские танки 2ТА и атаки немцев разбились о советскую оборону. Другой ключевой точкой сражения на северном фасе советской обороны стала ж/д станция Поныри. Для её штурма немцы создали группу «Каль» из уцелевших Фердинандов и САУ Sturmpanzer IV «Brummbar», группе удалось прорваться глубоко вперёд в тыл советским частям оборонявшим станцию, однако здесь немецкие танки попали в «огневой мешок» нескольких противотанковых артполков (наводчик орудия 2-го дивизиона 159-го гвардейского артполка гвардии сержант М. С. Фомин, уничтожил 5 средних и 2 тяжёлых танка

«Тигр»). Группа «Каль» была остановлена, не под Ольховаткой не под Понырями немцы успеха не достигли, уже к 10 июля наступление Моделя на северном фасе курской дуги практически остановилось. Задачу измотать противника Рокоссовский практически выполнил, да и Модель уже понимал, что возможность наступления исчерпана.

С 12 - 14 июля на Орловско - Курском направлении наступила оперативная пауза, то есть кратковременное затишье на данном участке военных действий. Однако Рокоссовский использовал эту паузу для перегруппировки войск, восполнения потерь и затраченных ресурсов, подтягивания тылов, обеспечения коммуникаций, так как сумел не только остановить немецкое наступление, но и не позволил воспользоваться для совершения аналогичных действий Германскому командованию. Подводя итог оборонительным сражениям и боям на северном фасе, можно сделать характерные выводы. Во-первых, к 10 июля 1943 года общее наступление немцев было остановлено, во-вторых, с 10 по 12 июля 9А Моделя перешла к обороне на протяжении всего северного фаса Курского выступа, в-третьих, для войск ЦФ сложилась благоприятствующая ситуация для перехода в наступление по окружению 9А ГА «Центр». Измотанные в оборонительных боях части 13А, 2ТА, 70А ЦФ в период с 12 - 17 июля были пополнены живой силой, техникой и материальными ресурсами. Немецкие войска, отдавшие последние резервы на выставление заслонов в прикрытие отступающих частей были сильно обескровлены и могли лишь выравнивать линию фронта, чтобы не оказаться в окружении.

На Воронежском фронте с 10 - 11 июля наступил кризисный момент, танковые части ГА «Юг» прорвали первые две линии обороны советских войск и вплотную вышли к последнему рубежу. Навстречу прорывающимся немецким частям были брошены: общевойсковая армия Жадова, 5-Гв. ТА (Ротмистрова) и 6тк генерала Кравченко. Они сумели сдержать передовые части немецких войск и оттеснить их за реку Псёл, но важнейший участок фронта остался за немецкими войсками. 12 июля 1943 года в районе д. Прохоровка и Совхоза Октябрьский разыгралось одно из крупнейших танковых сражений Второй Мировой войны. С обеих сторон приняли участие более 1500 танков и САУ - элитные танковые дивизии «СС» «Мёртвая голова» и

«Лейбштандарт СС Адольф Гитлер» усиленные батальоном тигров в 13:00 12 июля перешли, в наступление одновременно с этим в наступление перешла 5- Гв. ТА (генерала Ротмистрова). Бой у деревни Красная Армия проиграла, так как поле боя осталось за немцами, но в стратегическом плане уничтожив или выведя из строя около 12 тигров и пантер, а также свыше 190 танков (Т-3, Т-4), Ватутин заставил отказаться Манштейна от намерений продолжать наступление на Курск.

Войска двух советских фронтов в ходе Курской стратегической оборонительной операции с 5 - 23 июля 1943 года полностью перехватили стратегическую инициативу, лишив Германию наступательной инициативы на Восточном фронте. Непосредственно в ходе операции «Цитадель» потери ГА «Центр» составили129: