Федеральное государственное бюджетное учреждение науки
Федеральный исследовательский центр
«Карельский научный центр Российской академии наук»
Влияние спиртного на социально-экономическое положение карельских крестьян накануне Первой мировой войны
Александр Федорович Кривоноженко, кандидат исторических наук,
младший научный сотрудник сектора истории
Института языка, литературы и истории
Петрозаводск, Российская Федерация
Аннотация
Винная монополия, существовавшая в Российской империи на рубеже XIX-XX веков, остается важным объектом исследования для отечественной исторической науки. Алкогольный вопрос в определенные исторические периоды значительно влиял на определение вектора развития внутренней политики страны. Очевидна актуальность этой проблемы и в современной России. Роли винной монополии в формировании социально-экономического климата посвящено большое число работ, в которых проблема анализируется как в общероссийском, так и региональном масштабе.
На материалах Карелии эта тема рассматривается впервые, что определяет ее новизну. Проанализированные опубликованные статистические материалы, архивные данные и сведения из периодической печати свидетельствуют о планомерном увеличении поставок казенных спиртных напитков в регион перед Первой мировой войной. В этот же период зафиксирован рост потребления алкоголя сельским населением Карелии. Негативные социально-экономические последствия этих тенденций заключались в потере крестьянским бюджетом значительных сумм. На конкретных примерах продемонстрировано, насколько пагубно этот отток финансов влиял на развитие крестьянского хозяйства. Кроме того, изучено негативное влияние роста потребления спиртного на моральный облик деревни. Однако наряду с отрицательными факторами была установлена и определенная экономическая выгода от алкоголя для крестьян пограничных волостей Олонецкой губернии, которая заключалась в контрабандных поставках спиртного в Финляндию.
Ключевые слова: винная монополия, Карелия, Олонецкая губерния, Выборгская губерния, контрабанда, алкоголь, крестьянство, благосостояние
Введение
История алкогольного вопроса в России традиционно является одной из тем, к которым приковано внимание как ученого сообщества, так и широких общественных кругов. Не будет преувеличением сказать, что особое место в научных исследованиях и общественных дискуссиях в рамках истории алкогольной проблемы занимает винная монополия, являвшаяся важным механизмом в системе организации государственного бюджета России периода поздней империи.
Целью данной статьи является изучение влияния алкоголя на социально-экономическую жизнь населения Карелии накануне Первой мировой войны. Хронологические рамки исследования - 1911 - первая половина 1914 года, то есть период острой общественной дискуссии вокруг целесообразности винной монополии. Географические рамки исследования ограничены Пудожским, Олонецким, Петрозаводским и Повенецким уездами Олонецкой губернии, Кемским уездом Архангельской губернии, а также Выборгской губернией Финляндии.
Заметная роль питейного вопроса в формировании внутриполитической повестки дня в России на рубеже XIX-XX веков обуславливает актуальность этой темы для отечественной исторической науки. Подготовлено большое число научных работ, посвященных изучению алкогольного вопроса в начале ХХ века как в масштабе страны, так и на уровне отдельных регионов [1], [4], [5], [8], [10]. На материалах Карелии этим вопросом занимались И. Р. Такала [9], М. В. Пуль- кин [7] и А. Ф. Кривоноженко [3].
Исследование основано на анализе комплекса неопубликованных и опубликованных источников. К первым относятся документы из Национального архива Республики Карелия, которые были выявлены в Ф. 1 (Канцелярия Олонецкого губернатора) и Ф. 27 (Олонецкий губернский статистический комитет). Если первый из приведенных фондов представлен циркулярами губернатора, перепиской, рапортами уездных исправников и земских начальников, то во втором содержится многочисленная статистическая информация, отражающая текущее социальноэкономическое положение на местах.
В качестве опубликованных источников в исследовании были использованы выпуски журналов «Вестник Олонецкого губернского земства» и «Известия Архангельского общества изучения Русского Севера». На их страницах печатались как делопроизводственные документы, отражающие деятельность губернского и уездных земств, так и дискуссии вокруг питейного вопроса. Значительный массив выявленной и использованной в исследовании информации содержится в многочисленных статистических ежегодниках, посвященных описанию Олонецкой и Архангельской губерний, а также Великого княжества Финляндского. Имеющиеся в нашем распоряжении источники позволяют применить историко-генетический и историко-сравнительный методы исследований.
Общая характеристика алкогольного вопроса в Карелии накануне войны
Предвоенные годы в России проходили под знаком борьбы с пьянством. Острой эта проблема была и для Карелии. Олонецкое земство с тревогой констатировало существенное ухудшение социального и морального климата в деревне под влиянием «вина». В частности, пьянство рассматривалось в качестве одной из причин роста преступности среди крестьянства в губернии1.
В земской печати накануне Первой мировой войны постоянно появляются материалы, рассказывающие о массовых пьяных драках со смертельными исходами и тяжкими увечьями, которыми регулярно заканчивались деревенские праздники.
Количество преступлений в 1902-1906 годах оказалось на 19 % больше, чем в предыдущем пятилетии. В 1907-1911 годах этот рост оказался еще более внушительным - на 97 % по сравнению с предыдущим периодом2. Связь между увеличением количества тяжких преступлений в Олонецкой губернии и пьянством отмечается и другими современными историками. Так, М. В. Пулькин пишет, что большая часть убийств совершалась в состоянии алкогольного опьянения [7].
Материалы по Архангельской губернии также красноречиво свидетельствуют о пьянстве как одном из основных катализаторов роста преступности. К концу 1900-х годов количество преступлений (подлежащих рассмотрению общими судами), совершенных здесь в состоянии опьянения, было выше общероссийского показателя почти в 4 раза по мужчинам и в 5,5 раза по женщинам. Данные по преступлениям, которые находились на рассмотрении в мировых судах, дают сопоставимые сведения: в Архангельской губернии3 преступник был в состоянии опьянения в 2 раза чаще, чем в среднем по России. Та же тенденция наблюдалась и в отношении женской преступности4.
Рост пьянства обсуждался не только на уровне местного самоуправления. Губернатор М. И. Зубовский уже через несколько месяцев после вступления в должность писал в начале ноября 1913 года управляющему акцизными сборами по Новгородской и Олонецкой губерниям: спиртной винный напиток карелия война
«На каждом шагу у нас (в Олонецкой губернии. - А. К.) в городах и сельских местностях встречаются люди, пропивающие совесть, здоровье и материальное свое благосостояние, а в результате, по общим отзывам и официальным данным, население губернии заметно хиреет, растет нищета и накопляются недоимки»5.
Между тем в отношении алкогольной политики правительства складывалась парадоксальная ситуация, характерная, впрочем, для всей страны. С одной стороны, губернатор, представлявший государственную власть, был серьезно озабочен негативными последствиями, которые оказывало пьянство на социально-экономическое положение в губернии.
С другой стороны, государство, обладая винной монополией, многое делало для того, чтобы население могло удовлетворить свою потребность в алкоголе. Формально сложившуюся противоречивую ситуацию можно объяснить тем, что губернатор М. И. Зубовский выполнял свои обязанности в рамках системы МВД, а винная монополия находилась в ведомстве Министерства финансов.
Имеющиеся статистические данные на примере Карелии красноречиво говорят о заинтересованности государства в повышении доходов от акцизных сборов с продажи алкоголя и винной монополии. В 1910 году эта статья составляла 45,3 % от всех государственных сборов по Олонецкой губернии6. В Карелии не существовало винокуренных заводов, поэтому спирт и вино завозились в регион с дальнейшим хранением в нескольких казенных винных складах.
В 1911 году петрозаводскому винному складу было поставлено, в пересчете на водку, 62 688,7 ведра7, в 1912 году - 82 063,2 ведра, а в 1913 году - 120 911,9 ведра. Таким образом, объем поставок государством водки только в один казенный винный склад губернии увеличился за два года почти в 2 раза. С некоторыми колебаниями объемов, но также с итоговым ростом в 48 % за 2 года осуществлялись поставки в петрозаводский склад виноградных вин: 438 ведер в 1911 году, 354 ведра в 1912 и 837 ведер в 1913 году. В то же время обнаруживается тенденция к снижению объемов производства пива в Олонецкой губернии: если в 1911 году на двух негосударственных заводах в Петрозаводске и Каргополе было приготовлено 188 000 ведер этого напитка, то в 1912 году объем производства резко упал до 52 978 ведер.
Статистика 1913 года несколько изменилась в большую сторону - 65 832,5 ведра (809 674 литра), но поднялась она, очевидно, лишь за счет открытия еще одного частного пивоваренного завода8. Для сравнения: в соседней Выборгской губернии в 1913 году действовало 9 пивоваренных заводов, на которых было произведено 4 324 927 литров пива9.
Таким образом, если на одного жителя этой части Финляндии в 1913 году приходилось 8 литра пива, то на одного олончанина - только 0,14 литра10. В публицистике начала прошлого века можно было встретить мнение о том, что падение объемов производства пива было связано с недобросовестной конкуренцией со стороны государства, стремившегося ориентировать предпочтения населения на казенные винные лавки для извлечения большей прибыли от питейной монополии11.
За увеличением поставок спиртного в казенные винные склады Карелии рос и объем алкоголя, приходящегося на одного жителя региона в год. Так, в четырех уездах Олонецкой губернии и Кемском уезде Архангельской губернии в 1912 году было продано 142 622,5 ведра водки12 при населении на этих территориях 277 115 человек13. Таким образом, на одного человека в 1912 году приходилось 0,51 ведра водки (6,32 литра).
В 1913 году произошло увеличение потребления водки во всех уездах и уездных городах Олонецкой губернии. Если в Петрозаводске этот рост составил 4,17 %, то в Олонецком уезде - 15,6 %. Мы не располагаем прямыми сведениями о количестве потребленного населением Кемского уезда алкоголя в 1913 году.
По косвенным данным, здесь этот показатель ненамного понизился (на 0,29 литра) по сравнению с предыдущим годом14. Однако общее количество казенной водки, потребленной всем населением Карелии в 1913 году, повысилось по сравнению с предыдущим годом на 7,7 % до 154 509,6 ведра, или 0,54 ведра (6,73 литра) на человека в год.
Несмотря на рост потребления водки в крае, на общероссийском фоне карельские показатели выглядели все еще обнадеживающими. В то время низким уровнем потребления водки на душу населения считался показатель до 0,51 ведра на человека в год, то есть рубеж, которого Карелия достигла в 1912 году15.
Экономические последствия пьянства в карельской деревне
На севере Петрозаводского уезда находился крупный волостной центр - село Тивдия, где преобладало карельское население. В нем действовала казенная винная лавка № 94. Только за один год работы в этой лавке крестьянами Тивдии и еще 7 окрестных деревень покупалось «вина» на сумму 7-8 тысяч рублей.
Для сравнения: такие же деньги закладывались в бюджете Петрозаводского уездного земства в 1913 году для содержания полотна всех дорог уезда16. На эти же деньги можно было построить 4 больницы для волостных центров17.
Значительные суммы, которые оставлялись крестьянами в «казенке», гипотетически могли послужить первоначальным капиталом, на отсутствие которого крестьяне указывали, отвечая на упреки земства в нежелании вводить более рациональные формы хозяйствования18.
При демонстрации экономических потерь от злоупотребления водкой местная печать накануне Первой мировой войны для наглядности часто публиковала таблицу, которая давала представление о суммах, утекавших из бюджета крестьянской семьи. Если бы человек вместо потраченных каждый день 5 коп. на водку вкладывал их в сберегательную кассу под 4 %, за год он накопил бы 18 руб. 25 коп.19
В случае если воздерживаться от выпивки на 25 коп. в день, то за год на счете окажется 91 руб. 25 коп. Для сравнения приведем предвоенные цены на домашний скот по Олонецкой губернии. В зависимости от уезда корова или бык стоили от 15 до 50 руб., но в случае неурожая они могли продаваться еще дешевле. Стоимость лошади варьировала от 30 до 85 руб., а одну овцу можно было купить за 1-3,5 руб.20
Таким образом, в год, в зависимости от уровня потребления, на алкоголе крестьянин потенциально мог сэкономить сумму, эквивалентную стоимости 2-3 коров, лошади или нескольких овец. Зачастую пропивались более крупные суммы, что особенно часто происходило на сельских ярмарках или престольных праздниках.