Визит Г. Макмиллана в Африку и афро-британские связи в последующий период
1960 г. был провозглашен ООН «годом Африки». В январе -- феврале 1960 г. премьер-министр Великобритании Г. Макмиллан совершил турне по африканским странам Содружества и колониям. Это была первая в британской истории поездка действующего премьер-министра по государствам континента. За полтора месяца лидер Соединенного Королевства побывал в Нигерии, Гане, Федерации Родезии и Ньясаленда и Южно-Африканском Союзе.
Завершил свое путешествие Г. Макмиллан в Кейптауне. Именно в этой законодательной столице ЮАС 3 февраля 1960 г. премьер-министр, выступая перед парламентариями, сделал выступление, вошедшее в историю как «речь о ветре перемен».
Представленный политикам доклад был обстоятельным и хорошо подготовленным. Г. Макмиллан выстроил свою речь в логике концепции взаимозависимости, озвученной им в октябре 1957 г. на Бермудской встрече с президентом США Д. Эйзенхауэром. Несмотря на сложности с реализацией концепции на Ближнем и Среднем Востоке, британский лидер последовательно стремился реализовать ее в других регионах мира.
Премьер-министр начал с общей характеристики отношений с давним доминионом Великобритании. Он указал на исключительно позитивное британское влияние на развитие Южно-Африканского Союза, особо подчеркнув «взаимозависимость» двух стран, прежде всего выражавшуюся в крепких торгово-экономических связях. В «основной части» своего выступления Макмиллан обозначил свой взгляд на политические изменения по всему миру. «Со времени распада Римской империи, -- заявил он, -- одним из постоянных фактов политической жизни в Европе стало возникновение независимых государств. Эти государства появились в разных формах, с разным государственным устройством, но все они возникли с чувством глубокого искреннего национализма... В двадцатом столетии, особенно после окончания войны, процессы, давшие жизнь национальным государствам в Европе, повторяются по всему миру. Мы видим пробуждение национального самосознания среди народов, которые веками жили в зависимом положении» [6, р. 169].
Премьер-министр подчеркнул, что «ветер перемен подул на Африканском континенте, и, нравится нам это или нет, рост национального самосознания является свершившимся политическим фактом» [6, р. 169]. По сути, это было признание неизбежности освобождения колоний и курса на трансформацию Британской империи в Содружество. Особый смысл этим установкам придавало озвученное Макмилланом деление мира на три части. Первую группу, по его мнению, представляли западные державы, составлявшие «свободный мир». Во вторую группу входили «коммунисты -- Россия, ее сателлиты в Европе и Китай, население которого к концу десятилетия достигнет 800 млн человек». В третью группу были включены те страны, которые не принадлежали ни к первому, ни ко второму мирам. В связи с этим Макмиллан наиболее серьезной проблемой второй половины XX в. считал вопрос о том, к какой группе присоединятся освободившиеся страны. «Идет война за умы людей (выделено мной. -- Е. Х.), -- заявил он. -- Испытанию подвергается большее, чем наша военная мощь или наши дипломатические и административные навыки, -- наш способ жизни. Неприсоединившиеся государства хотят увидеть, прежде чем выбрать» [6, р. 170].
Предложить «неопределившимся» африканским государствам Британии было что: речь шла о Содружестве. Г. Макмиллан стремился доказать в выступлении, что вхождение обретающих суверенный статус колоний в эту организацию в наибольшей степени соответствует их интересам. Он подчеркнул, что «неопределив- шиеся» государства при выборе своей внешнеполитической ориентации не могут не признать, что та форма сотрудничества между странами, которую предполагает участие в Содружестве, лишь относительно ограничивает их суверенитет. Явно проводя параллель с блоком стран народной демократии, Макмиллан указал, что основным принципом Содружества является невмешательство во внутренние дела друг друга.
Основной посыл речи, как видно, был направлен на широкую «рекламу» Содружества и западного образа жизни. Г. Макмиллан особо оговорил, что его участники «не всегда согласны по каждому вопросу», но это не является «условием их объединения», наоборот, организация является «свободной ассоциацией», основная цель которой состоит в «достижении общих задач и целей в мировых делах» [6, р. 173].
При этом тревогу Британии продолжала вызывать активизация СССР и США на Африканском континенте. Советский Союз и освободившиеся страны объективно сближала оценка политики европейских метрополий по сохранению экономических связей с бывшими колониями посредством общего рынка как новой формы колониализма. Такие страны -- участницы ЕЭС, как Франция, Бельгия, Нидерланды, включили свои колонии на правах ассоциированных членов в торговоэкономическую систему общего рынка. Поэтому риторика Москвы была созвучна мнениям некоторых лидеров стран третьего мира, что только способствовало возрастанию влияния СССР в афро-азиатских государствах.
В заключение британский лидер вновь вернулся к идее «взаимозависимости», обращаясь в первую очередь к США, завуалированно приглашая их к совместным действиям по решению всего комплекса колониальных вопросов и отражению расширяющегося коммунистического влияния в Африке. Время изоляционизма прошло, утверждал Г. Макмиллан, и, кроме концепции взаимозависимости, судя по его выступлению, других альтернатив для построения эффективной системы безопасности британский лидер не видел [6, p. 173].
Примечательно, что Г. Макмиллан оставил в стороне политику апартеида, проводимую в ЮАС и некоторых других африканских территориях; скорее, наоборот, он привлек внимание к дискриминации «белого населения». На пресс-конференции после выступления в Кейптауне южноафриканский журналист задал Г. Макмиллану вопрос о том, что он думает о мультирасовых проблемах на британских территориях в Африке. Британский лидер ответил, что при наличии «в Родезии и Кении больших сообществ “белого” населения» сложился «любопытный парадокс, который состоит в том, что вместо гарантии прав африканцев мы вынуждены решать вопрос гарантии прав британцев» [7].
В дальнейшем таких больших турне по крупнейшим странам Африки вплоть до 2018 г. британские лидеры не совершали. Африка находилась на периферии внимания всех премьеров, пришедших после Г. Макмиллана, включая М. Тэтчер; продолжалась политика апартеида, и поддержка, которую они оказывали правительству Южной Африки, серьезно обострила отношения Великобритании с рядом африканских государств, ударив по репутации страны на континенте. В 1973 г. Британия с третьей попытки вступила в Европейские сообщества и включилась в совместную с Брюсселем политику развития и механизм ассоциированного членства в общем рынке бывших колониальных территорий. В период активной фазы деколонизации в 1960-1970-е годы колонии продолжали обретать независимость и вступать в Содружество, позволявшее на другой основе сохранять торгово-экономические, политические и культурные связи в преобразованном формате. Британия не расставалась со своей империей окончательно, с помощью Содружества создавая иллюзию безболезненного перехода в новый постколониальный статус.
Визит Т. Мэй в Африку 2018 г.
С середины 1990-х годов отношения между Соединенным Королевством и Тропической Африкой приняли новый оборот, особенно при лейбористских правительствах Э. Блэра и Г. Брауна. Совпав с ростом экономического благосостояния африканских стран и проведением демократических реформ (так называемый Африканский ренессанс), это время стало расцветом британо-африканских отношений, о чем свидетельствует внимание, которое Великобритания уделяла Африке на различных международных площадках, и увеличение ее расходов на помощь с 2,5 млрд фунтов стерлингов в 1997 г. до 8,5 млрд ф. ст. в 2010 г. [8].
После 2010 г. отношения начали ослабевать, хотя внешне коалиционное правительство Д. Кэмерона придерживалось риторики о необходимости развивать и укреплять их, поощряло инвестиции и помощь. Например, в марте 2015 г. был принят закон, официально закрепивший обязательство Великобритании тратить 0,7 % ВНД на иностранную помощь. Страна стала первой среди государств «Большой семерки», достигшей 45-летней цели ООН по расходам на помощь. Соединенное Королевство впервые достигло цели в 0,7 % в 2014 г., когда потратило 11,4 млрд фунтов стерлингов, или 0,72 % ВНД, на зарубежную помощь. Обязательство в размере 0,7 % было установлено ООН в 1970 г. В 2013 г. только пять других стран -- Швеция, Норвегия, Люксембург, Дания и Объединенные Арабские Эмираты -- выполнили или превысили целевой показатель расходов на помощь в размере 0,7 %. Нидерланды последовательно выполняли поставленную задачу, но в 2013 г. не достигли ее [9].
Однако товарооборот продолжал сокращаться, поездки в Африку и встречи с африканскими лидерами в основном были делегированы тогдашнему заместителю премьер-министра Н. Клеггу. В декабре 2013 г. Д. Кэмерон прибыл на похороны бывшего президента ЮАР Н. Манделы, запланировав следующий визит летом 2016 г., но визит был отменен в связи с его отставкой после референдума 23 июня 2016 г.
В апреле 2014 г. в Брюсселе прошел первый за несколько лет саммит ЕС -- Африка. В нем приняли участие почти все европейские и африканские главы государств и правительств, кроме премьер-министра Великобритании Д. Кэмерона, который предпочел вместо этого посетить собрание избирателей Консервативной партии в Уэльсе [8].
Новая точка опоры, которой стала внешнеполитическая линия «Глобальная Британия», предполагала активизацию политики Лондона в Африке и других частях света, прежде всего на территориях, когда-то входивших в обширную колониальную империю. В поддержку новых планов в конце августа 2018 г. премьер- министр Т. Мэй совершила аналогичное визиту Г. Макмиллана трехдневное турне в сопровождении высокопоставленных министров и широкой торговой делегации в страны Тропической Африки, посетив ЮАР, Нигерию и Кению. Визит стал не только выражением новой внешнеполитической линии, но и ответом на критику правительства за недостаточное внимание региону [10].
Страны назначения входят в число ключевых членов Содружества. Великобритания -- важный партнер Нигерии и Кении в области развития и безопасности. Лондон регулярно проводит военные учения в Кенийской Республике, которая также является одним из привлекательных мест для британских туристов. Нигерия входит в пятерку крупнейших получателей британской помощи в мире (вторая после Эфиопии), в 2016 г. Лондон пообещал ей выделить 40 млн фунтов стерлингов на борьбу с терроризмом и экстремизмом. Нигерия и Кения, наряду с ЮАР, являются крупнейшими торговыми партнерами Великобритании в Африке (в 2016 г. объем торговли составил 3,3 млрд долл. и 8,7 млрд долл. соответственно) и сильными экономиками континента; Кения занимает девятое место. Все три страны оказывают значительное экономическое влияние в своих субрегионах и являются воротами для инвестиций в остальную часть континента [11].
Т. Мэй до 2018 г. не посещала страны Африки к югу от Сахары. Ее единственная поездка на континент -- это визит в Тунис в 2015 г. после терактов в отелях города Суса. Выступая перед вылетом в Южную Африку, премьер-министр заявила: «...поскольку мы готовимся покинуть Европейский союз, сейчас самое время для Великобритании углубить и укрепить свои глобальные партнерские отношения» [10]. Т. Мэй планировала обсудить вопросы увеличения инвестиций и создания новых рабочих мест, а также продолжения «совместной работы для поддержания стабильности и безопасности» [12].
Первой страной посещения стала Южно-Африканская Республика. 28 августа в республику вместе с Т. Мэй прибыла торговая делегация из 29 представителей бизнес-сообщества, среди которых были, например, председатель и владелец компании по производству строительного оборудования JCB Э. Бэмфорд (являлся крупным донором тори и сторонником Брекзита), а также исполнительный директор Лондонской фондовой биржи Д. Швиммер, исполнительный директор банка Standard Chartered для развивающихся рынков Б. Уинтерс и другие.
В Кейптауне Т. Мэй встретилась с президентом ЮАР С. Рамафосой и посетила остров Роббен, где известный борец с апартеидом, ставший впоследствии президентом республики, Н. Мандела находился в заключении. В этой законодательной столице республики Т. Мэй, как и ее далекий предшественник Г. Макмиллан в 1960 г., произнесла претендующую на содержательность и программный характер речь. Заметим, что выступление Т. Мэй имело мало схожего с речью «о ветре перемен». В самом начале Т. Мэй сделала предсказуемый реверанс в сторону Н. Манделы, который 18 лет провел в тюрьме за борьбу против апартеида: «Поскольку в начале этого года мир отмечал 100-летие со дня его рождения, в Вестминстерском аббатстве был открыт памятник великому человеку. Там он стоит рядом с памятниками королям и королевам, поэтам и ученым, сформировавшим историю моей страны, -- достойное признание непреходящего влияния Манделы на мир» [13]. Далее Т. Мэй перешла к вопросам помощи, пообещав увеличить вклад в развитие: «Роль Великобритании в международном развитии -- это то, чем я безмерно горжусь, как, думаю, и вся нация в целом. Мы останемся мировым чемпионом по расходам помощи, гуманитарной помощи и международному развитию. Мы будем и впредь выполнять наше обязательство расходовать 0,7 % ВНД на официальную помощь в целях развития. И не остановимся в нашей работе по достижению Целей в области устойчивого развития» [13]. Заметим, что визит Т. Мэй пришелся на непростое время для руководства ЮАР. С. Рамафоса, сменивший Дж. Зуму в феврале 2018 г. на посту президента, пытался привлечь дополнительные иностранные инвестиции в условиях острых внутриполитических разногласий и обвинений в коррупции. Поэтому намерения Британии увеличить размеры помощи были важны для ЮАР.
Среди других стран -- получательниц помощи были названы Кот-д'Ивуар и Сенегал, Мали, Чад и Нигер, которые ведут борьбу с терроризмом в Сахеле. Были затронуты вопросы безопасности и борьбы с терроризмом. «Мы будем сильнее взаимодействовать с такими странами, как Иордания, которые сталкиваются с угрозой рассредоточения ИГИЛ Организация запрещена в Российской Федерации. и бременем трагического конфликта на границе с Сирией, а также будем укреплять демократии, сталкивающиеся с угрозами со стороны государства, как недавно на нашем саммите на Западных Балканах. И мы будем вкладывать больше ресурсов в противодействие нелегальной миграции, современному рабству и торговле людьми» [13].