Одним из наиболее интригующих международных событий 2018 г. стала встреча двух лидеров - Дональда Трампа и Ким Чен Ына - в Сингапуре. Изначально эксперты гадали о месте проведения такой встречи - назывались и территории Республики Корея, и города российского Дальнего Востока (Хабаровск и Владивосток), что было бы совсем уж экстравагантно даже для американского президента. В конечном итоге наиболее оптимальным вариантом для обеих сторон стал Сингапур. От этой встречи, имея в виду импульсивность обоих политиков, можно было ожидать чего угодно, вплоть до самых радикальных сценариев. Однако следовало понимать, что американо-северокорейский саммит был сенсацией только в плане самого факта встречи: стороны прекрасно осознавали, к чему им нужно стремиться и чего будет добиваться вторая сторона. США добивались реального свертывания всех ядерных и ракетных программ и начала процесса денуклеаризации северной части полуострова, а Северная Корея - снятия санкций и нахождения формулы реальных гарантий безопасности со стороны Вашингтона и его союзников. При этом вопрос объединения двух Корей вряд ли ставился на сколько-нибудь серьезном уровне. Задачи дипломатов обеих сторон очень непростые, поэтому переговорный процесс будет растянут на несколько лет, что в принципе «на руку» и тем и другим. Однако пока в обозримой перспективе реального компромисса не просматривается. Скорее, все закончится сохранением статус-кво [3].
Территориальные споры в Северо-Восточной Азии
Ситуация в Северо-Восточной Азии осложняется еще и наличием большого числа нерешенных территориальных споров - между Китаем и Японией (острова Сенкаку / Дяоюйдао), между Россией и Японией (острова Южно-Курильской гряды), между Китаем и Республикой Корея, между Республикой Корея и Японией. И компромиссы здесь вряд ли возможны. Учитывая особенности восточноазиатского видения мира и менталитета, негативное отношение большинства стран и народов к Японии, а также настороженность всех акторов региона к усиливающемуся с каждым годом Китаю, мирное разрешение этих споров в ближайшей и среднесрочной перспективе не просматривается, что создает серьезную угрозу региональной безопасности.
Территориальный спор между Китаем и Японией (а также между Тайванем, который тоже претендует на эти территории, и Японией) о принадлежности островов Сенкаку (Дяоюйдао). Данный архипелаг расположен в 410 км от префектуры Японии Окинава и в 170 км от Тайваня. Самые крупные острова - Уоцури, Куба, Китако, Минамико, Тайсе (остальные фактически находятся под водой). Общая площадь - 6,3 кв. км. Острова впервые попали под юрисдикцию Японии в 1895 г. в результате японо-китайской войны и Симоносекского мирного договора 1895 г., по которому острова Сенкаку и остров Тайвань отошли Японии. После Второй мировой войны архипелаг до 1972 г. находился под временной юрисдикцией США, после чего был передан Японии. Китай считает данные острова исконно китайскими территориями. Спорные территории богаты рыбными ресурсами и залежами природных ископаемых. В частности, после исследований ООН в конце 1960-х гг. был сделан вывод о наличии запасов нефти и газа (по разным оценкам от 28 до 500 млрд кубометров углеводородов. Разработка данных залежей может решить проблему энергодефицита Японии или существенно продвинуть решение схожей проблемы Китаем. Также архипелаг имеет и очень важное стратегическое значение, так как обладание островами значительно расширяет гражданское и военное судоходство [7].
Впервые и Китай, и Тайвань заявили о своих притязаниях в 1971 г., когда встал вопрос о возвращении американцами данных территорий. В 1978 г., когда между Японией и Китаем был заключен договор о мире, дружбе и сотрудничестве, стороны договорились сохранять статус-кво. В 1992 г., во время визита Цзян Цзэминя в Токио, было принято решение отложить данную повестку на усмотрение будущих поколений. А в 2000-х гг. стороны вообще начали обсуждать возможность совместной разработки месторождений в районе данного архипелага. Однако ситуация резко изменилась в 2012 г. 11 сентября 2012 г. правительство Японии национализировано три острова архипелага - Уоцури, Китако и Минамико, проданные в частные руки еще в 1932 г. В Пекине данные действия были восприняты крайне негативно. По всей стране прокатилась волна антияпонских выступлений, были разгромлены японские магазины, сожжены автомобили. Сторожевые корабли Китая стали постоянно находится вблизи Сенкаку и периодически совершать заходы в прибрежную зону (от 7 до 28 раз в месяц). В ноябре 2014 г. министерство обороны Китая объявило о создании опознавательной зоны воздушной обороны в Восточно-Китайском море, которая распространяется и на острова Сенкаку. В рамках данного распоряжения было объявлено, что будут предприниматься меры оборонительного характера в отношении любых воздушных судов, находящихся в этой зоне и не отвечающих на запросы или не подчиняющихся приказам (полетный план, заранее направленный в МИД КНР, четкие опознавательные знаки на борту, быстрые ответы на идентификационные запросы). Ситуацию удалось нормализовать только в ноябре 2014 г., когда Си Цзиньпин и Синдзо Абэ смогли достичь соглашения из 4 пунктов, суть которого сводилась к предотвращению сползания к конфликту в острой военной фазе и сохранению статус-кво. Ни о каком преодолении территориального спора речи пока не идет. В 2018 г. китайские корабли вновь начали активно входить в прибрежные воды и приближаться к островам Сенкаку, что вызвало протесты со стороны Токио. Это грозит новым обострением ситуации [Там же].
Еще одна важная проблема, являющаяся непосредственной угрозой военной безопасности в СевероВосточной Азии, - проблема принадлежности южных Курильских островов, или Проблема северных территорий, как ее называют в Японии. Это территориальный спор между Россией и Японией, который не урегулирован со времен Второй мировой войны. После ее окончания все Курильские острова были включены в состав СССР, однако принадлежность островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи оспаривается Японией. Площадь спорных территорий - 5 тыс. кв. км, с 200-мильной экономической зоной. История данного спора началась еще в XIX в., когда 7 февраля 1855 г.
Россия и Япония подписали первый в истории двух стран межгосударственный документ - Симодский трактат о торговле и границах. Граница по нему устанавливалась между островами Итуруп и Уруп. К Японии отходили острова Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи, а остальные признавались российскими владениями. При этом не был урегулирован статус острова Сахалин. В 1875 г. был подписан Петербургский договор, по которому Россия уступала Японии все 18 Курильских островов в обмен на полный контроль над островом Сахалин. А в 1905 г., после подписания Портсмутского мирного договора (по итогам русско- японской войны), Россия уступала Японии и южную часть Сахалина. После капитуляции Японии, 29 января 1946 г., меморандумом № 677 главнокомандующего союзных держав генералом Дугласом Макартуром из территории Японии были исключены Курильские острова. А 8 сентября 1951 г. в Сан-Франциско был заключен мирный договор между союзниками и Японией, согласно которому последняя отказалась от всех территорий, которые получила 5 сентября 1905 г. по Портсмутскому договору. При этом, согласно официальной точке зрения Японии, 4 оспариваемых острова в состав Курильских островов не входили, и от них Страна восходящего солнца не отказывалась. Так как в договор не была внесена поправка о признании суверенитета СССР над Сахалином и Курильскими островами, советская сторона договор не подписала. 19 октября 1956 г. между двумя странами была подписана Московская декларация, которая прекращала состояние войны, восстанавливала дипломатические отношения, а также устанавливала согласие Москвы на передачу Токио островов Шикотан и Хабомаи после заключения мирного договора. Однако, под давлением США Япония отказалась от подписания договора на таких условиях.
СССР на протяжении всего послевоенного периода не признавал наличие территориального спора. И только Михаил Горбачев 18 апреля 1991 г., в ходе визита в Японию, признал наличие территориальной проблемы. В 2004 г. министр иностранных дел РФ Сергей Лавров в преддверии визита Президента РФ в Токио заявил, что Россия признает Декларацию 1956 г. как существующую и готова вести переговоры о территориальном урегулировании на ее базе. Однако японская сторона на компромисс идти не захотела. Ситуация обострилась в 2009 г., когда премьер-министр Японии Таро Асо в ходе заседания парламента назвал Южные Курилы «незаконно оккупированными территориями», и в том же году парламент этой страны принимает поправки к закону «О специальных мерах по содействию решения вопроса Северных территорий и подобных ему», в которых содержится положение о принадлежности Японии четырех оспариваемых островов. На это последовали протесты от российской стороны. С 1982 г. в Японии 7 февраля проводится День северных территорий. В 2010, 2012 и 2015 гг. Дмитрий Медведев неоднократно посещал спорные острова. В 2011 г. секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев также посетил Южно-курильские острова и провел там совещание, а чуть позже было принято решение создать на Кунашире и Итурупе два военных городка. В 2017 и 2018 гг. в ходе переговоров Владимир Путин и Синдзо Абэ договариваются о совместной хозяйственной разработке Южно-курильских островов и о приверженности необходимости заключения мирного договора. Стороны пытаются найти компромиссное решение данного вопроса, так как улучшение экономических и политических отношений необходимо обеим странам. Однако какова «дорожная карта» этого процесса на данный момент, не совсем ясно [8].
Еще одним территориальным спором в СевероВосточной Азии являются разногласия между Японией и Республикой Корея по поводу принадлежности островов Токто. Острова Токто - это два крупных острова (Содо и Тондо) и 35 маленьких островов (скал) в западной части Японского моря. Площадь островов составляет 180 тыс. кв. км. Постоянное проживание людей на островах практически невозможно без поставок с суши. На данный момент там несут службу 32 сотрудника южнокорейского полицейского отделения и три смотрителя маяка. Недалеко от островов Токто были найдены значительные запасы газогидратов, которых хватит, чтобы полностью удовлетворять потребности всей Республики Корея в течение 30 лет. Помимо этого, акватория вокруг островов богата рыбой и морепродуктами. Острова одновременно относятся и к южнокорейскому уезду Уллын, и к японской префектуре Симанэ [9].
Острова были включены в состав Японии 22 февраля 1905 г., за пять лет до захвата самого Корейского полуострова. После этого острова остались частью префектуры Симанэ, а не корейского генерал-губернаторства. После поражения во Второй Мировой войне одним из условий заключения мирного договора между странами-победительницами и Японией было прекращение японского суверенитета над территориями, объявленными японскими колониями (о чем было сказано выше). Главный аспект, который не находит своего разрешения, заключается в том, прекращен ли суверенитет Японии над островами так же, как и над другими территориями, к числу которых относится Республика Корея. Решение о прекращении суверенитета Японии над территориями колоний было прописано в Инструкции № 667/1 от 29 января 1946 г., изданной от имени Верховного Командования оккупационных союзных сил, однако Сан-Францисский мирный договор (8 сентября 1951 г.) обходит этот пункт стороной. На данный момент острова Токто де-факто находятся под контролем Сеула. Однако это не помешало изданию в Японии серии учебников по географии, где острова были обозначены как территория Японии. Реакция Республики Корея была однозначной: был отозван посол из Токио. Такой же бурной была реакция Японии на посещение островов Президентом Республики Корея Ли Мен Баком 10 августа 2012 г. - был отозван уже посол Японии в Республике Корея.
Республика Корея отказывается идти на какие-либо компромиссы в данном вопросе, выступает против предложений Токио о передаче данного вопроса на рассмотрение ООН. Одним из аргументов, который приводит южнокорейская сторона, является ссылка на исторические хроники, в которых описывается ряд островов, принадлежавших корейским государствам. Эти острова интерпретируются как современные острова Токто. Контраргументом Японии является утверждение, что эти данные не являются достоверными. Позиция Токио базируется на факте передачи островов по договору 1905 г. или еще более раннему договору 1895 г. Правительством США был издан отдельный документ, в котором сообщалось, что острова являются японской территорией и носят название Такэсима. И именно этот документ стал одним из основных фундаментальных аргументов Страны восходящего солнца, обосновывающим ее права на острова [Там же].
В последнее время обострился спор между Южной Кореей и Китаем за право обладания рифом Иодо, находящимся в Восточно-Китайском море, в 149 км к юго-западу от южнокорейского острова Марадо и в 287 км к северо-востоку от китайского острова Юйшаньдао. Подводная скала Иодо, находящаяся на глубине 4,6 м от морской поверхности, впервые отмечена на морской карте в 1900 г., когда была обнаружена английским торговым судном «Сокотра». Накануне Второй мировой войны Япония собиралась возвести на скале Иодо маяк высотой 35 м и диаметром 15 м, однако с началом войны в Тихом океане японское правительство вынуждено было отказаться от своих планов [10]. В 1951 г. «Корейское общество альпинистов» совместно с южнокорейским военно-морским флотом опустило на риф бронзовую пластину с надписью «Остров Иодо - территория Республики Корея [11]. В 1952 г. правительство Ли Сын Мана приняло Указ Госсовета № 14, согласно которому в ВосточноКитайском море по 32-й параллели устанавливалась так называемая «Линия мира», в результате чего риф Иодо оказался в зоне ответственности Южной Кореи [12]. В 1970 г. правительство Республики Корея приняло Закон об освоении полезных ископаемых на континентальном шельфе, по которому риф Иодо оказался в числе приоритетных зон проведения изысканий природных ресурсов [13]. В 1984 г. южнокорейские ученые-гидрографы начали изучение подводной скалы. Активные научные изыскания южнокорейской стороны вылились в начало строительства в 1995 г. на Иодо универсальной научной морской базы с метеорологической станцией и взлетно-посадочной площадкой для вертолетов. Это вызвало серьезную озабоченность с китайской стороны и привело к возникновению спора между Китаем и Южной Кореей. В процессе строительства морской платформы китайская сторона неоднократно выражала протест, требуя прекратить возведение станции, на что южнокорейские власти отвечали отказом. После окончания строительства морской платформы в 2003 г. военные самолеты КНР стали регулярно совершать облет южнокорейской морской научной базы, а патрульные корабли Китая постоянно направлялись в район Иодо для контроля над исключительной экономической зоной. Во избежание накала обстановки две стороны в 2006 г. провели встречу, в результате которой была достигнута договоренность, что данные скалы не возвышаются над поверхностью воды, а потому и не могут быть объектом территориальных споров. Несмотря на это, в том же году представитель МИД КНР Цзин Ган выступил против действий южнокорейской стороны, считая, что Южная Корея не имеет права осуществлять односторонние действия в районе, где еще не установлены границы исключительной экономической зоны между двумя государствами. Пытаясь оказать информационное давление на Южную Корею, Министерство морского транспорта Китая в декабре 2007 г. разместило на своем интернет-ресурсе описание рифа Иодо как части китайской эксклюзивной экономической зоны, а на морских картах Китая Иодо был обозначен как часть морского пространства, контролируемого КНР. Действия китайских властей вызвали незамедлительный протест со стороны правительства Республики Корея [14]. Министерство иностранных дел Китая 12 мая 2009 г. подготовило доклад в ООН, в котором ставился вопрос об установлении границ материкового шельфа в Восточно-Китайском море [15]. В конце 2011 г. китайское руководство заявило о своих планах регулярно осуществлять патрулирование в районе острова Иодо. Кроме того, Китай включил остров Иодо в пределы китайских границ. В ответ на это президент Республики Корея Ли Мён Бак заявил, что остров Иодо навсегда останется под контролем Республики Корея. Осенью 2012 г. Китай выразил намерение контролировать район Иодо с помощью беспилотных летательных аппаратов.