Учитывая повышенную опасность неоднократно совершенных захватов большого количества заложников, среди которых находились больные различной тяжести, граждане в возрасте от новорожденных до престарелых, под угрозой применения современных средств поражения, представляется необходимым п. «д» ч. 2 ст. 206 УК РФ дополнить отягчающим обстоятельством, связанным с захватом лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. Численность и организованность виновных в захвате заложников лиц, являясь обстоятельством, отягчающим наказание для субъекта преступления, в то же время обуславливают повышенные требования, предъявляемые к субъекту действий по освобождению заложников.
В третьем параграфе «Отличие захвата заложника от смежных составов преступлений» отмечается, что особую сложность на практике вызывают отграничения захвата заложника от смежных с ним преступлений, предусмотренных ст.ст. 126, 127, 205, 211, 227 УК РФ. Решение данной проблемы позволяет правоохранительным органам четче понять характер и оценить обстановку совершенного деяния и на основе этого определить адекватные меры по освобождению заложников.
Наиболее трудно разграничить захват заложника и похищение человека из корыстных побуждений, так как и в том, и в другом деянии предполагается захват и насильственное удержание потерпевшего с последующим выдвижением требований. Об этом свидетельствует и судебно-следственная практика. Так, по данным В.А. Осипова, 30% уголовных дел, возбужденных по ст. 206 УК РФ, в суде переквалифицируются на ст. 126 УК См.: Осипов В.А. Захват заложника: уголовно-правовой и криминологический аспекты: автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., 1999. - С. 3. . Проведенное нами исследование указывает на то, что основным критерием отличия захвата заложника от похищения человека является открытое удержание заложника и непосредственное предъявление требований к третьим лицам, т.е. к государству, организациям, а также общественным (политическим) деятелям. Гражданин как непосредственный адресат требований характерен для похищения человека, которое чаще всего совершается из корыстных побуждений. В связи с этим решение проблемы разграничения автор видит в замене слова «гражданин» на «общественный (политический) деятель», а также предлагает дать законодательное определение понятия похищения человека в диспозиции ст. 126 УК РФ, изложив его в следующей редакции: «Захват и перемещение человека в другое место с последующим его тайным удержанием, совершенные путем психического, физического насилия или обмана».
Третья глава «Обоснованность причинения вреда при освобождении заложников» состоит из двух параграфов, в которых автором исследуются условия правомерности причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам применительно к действиям, направленным на пресечение захвата заложника, связанным как с неизбежным наступлением такого вреда, так и с обоснованным риском.
В первом параграфе «Возможность причинения вреда в целях освобождения заложников» оценивается деятельность сотрудников правоохранительных органов по освобождению заложников с учетом условий правомерности уголовно-правовых норм, которыми она охватывается.
Условия правомерности необходимой обороны применительно к указанным действиям определяются наличием посягательства со стороны лиц, удерживающих заложников, и пределами во времени - оптимально выбранным моментом возможного причинения вреда посягающим лицам при отсутствии непосредственной опасности для жизни и здоровья заложников. Начальным моментом правомерных действий, предусмотренных ст. 38 УК РФ, следует считать одновременное прекращение террористом криминального противостояния органам власти и удержания захваченных им лиц с последующей попыткой скрыться с места происшествия, а моментом окончания - его нейтрализацию, задержание (здесь возможно причинение ему физического вреда вплоть до лишения жизни) с целью доставления в правоохранительные органы для последующего уголовного преследования.
Применение института крайней необходимости характерно для тех ситуаций, когда возможно соизмерение ценностей различного уровня, например, личных и имущественных интересов, и невозможно в случаях наличия одноплановых интересов: жизнь - жизнь. Данный подход в полной мере согласуется с крайними мерами, принимаемыми органами государственной власти в ходе переговоров с лицами, захватившими заложников. При этом могут выполняться требования террористов, за исключением имеющих политический характер, влекущие за собой любые материальные затраты, в том числе и по выдаче оружия, боеприпасов и наркотических средств, как сознательное (рискованное) решение, пренебрегающее возможными негативными последствиями, с целью обеспечения безопасности жизни заложников.
Во втором параграфе «Обоснованность риска причинения вреда при освобождении заложников» диссертант рассматривает содержание ст. 41 УК РФ применительно к рискованным действиям по освобождению заложников. Автор делает вывод о том, что деятельность сотрудников спецподразделений, связанная с силовым вариантом освобождения заложников, с точки зрения уголовно-правового риска - это вынужденные целесообразные действия специально подготовленных сотрудников правоохранительных органов, направленные на предотвращение начавшегося преступления, предусмотренного ст. 206 УК РФ, осуществляемые в экстремальной ситуации, условиях неопределенности и альтернативности, при осознании ими возможности причинения этими действиями тяжкого вреда (смерти) лицу, совершившему данное общественно опасное деяние, или захваченным им заложникам, а также значительного ущерба имущественным интересам, и заключающиеся в выборе определенного варианта пресечения данного общественно опасного деяния с использованием разрешенных средств и методов, основанного на соблюдении норм закона и соответствующего требованиям нормативных ведомственных актов.
Автором отмечается, что большое значение должно придаваться субъективному критерию достаточности, который указывает на соответствие субъекта риска в ситуации освобождения заложников следующим требованиям: 1) рискующее лицо должно иметь специальную подготовку и практический опыт в этом виде деятельности (специальный допуск); 2) лицо, действующее в ситуации риска, должно предпринять все возможные меры по исключению преступного легкомыслия в своих действиях. Для сотрудников с низкой квалификацией, начинающих и малоопытных, риск в этих условиях представляется неуместным. Их действия должны совершаться в рамках крайней необходимости, когда ситуация вынуждает их выполнять свой служебный долг.
В четвертой главе «Совершенствование уголовно-правовой регламентации правомерности причинения вреда при освобождении заложников» даны направления решения проблем уголовного законодательства, регулирующего сферу борьбы с захватами заложников.
Автор, анализируя Федеральный закон «О противодействии терроризму», приходит к выводу о том, что все мероприятия по борьбе с терроризмом направлены только против конкретного преступления, предусмотренного ст. 205 УК РФ «Террористический акт».
Подобное положение криминологически не обосновано и может негативно сказаться на правовом регулировании мер по пресечению захватов заложников, совершенных с террористической целью. Так, исходя из буквального толкования закона в отношении захвата заложников, совершенного с указанной целью, нельзя проводить контртеррористическую операцию для пресечения данного преступления См.: Косарев М.Н. Новое законодательство о противодействии терроризму // Рос. юстиция. - 2006. - № 10. - С. 36. . Для эффективного применения уголовного законодательства, направленного на борьбу с данным преступлением, диссертант предлагает ввести в уголовный закон такое понятие, как «массовый захват заложников», и дать соответствующее разъяснение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации. В основу определения этого понятия положены следующие критерии: а) захват заложников группой террористов имеет высокоорганизованный характер; б) демонстративный захват и удержание большого количества заложников способствуют созданию обстановки повышенной общественной опасности (страха), осуществляются с применением боевого оружия, взрывных устройств и т.п., чтобы воздействовать на принятие решения государством или организациями; в) требования террористов имеют преимущественно политический характер. Отсюда массовый захват заложников - это умышленные действия организованной группы террористов, направленные на захват большого количества людей и создающие под угрозой применения современных средств поражения обстановку повышенной общественной опасности (страха) с целью воздействия на принятие государством или организациями, как правило, политических решений.
Для совершенствования правовой регламентации действий по освобождению заложников, связанных с опасностью причинения им вреда, повышения адекватности этих действий фактической общественной опасности массовых захватов заложников соискатель предлагает рассматривать указанный вид захвата заложников в качестве разновидности преступлений террористической направленности, ввести понятие «массовый захват заложников» в ч. 3 ст. 206 УК РФ как особо отягчающее обстоятельство. В целях обеспечения правильной квалификации данных действий по совокупности со ст. 105 УК РФ необходимо дополнить ее частью третьей, предусмотрев в ней особо отягчающее обстоятельство - убийство многих лиц, сопряженное с массовым захватом заложников (п. «а»), влекущее наказание в виде пожизненного лишения свободы либо смертной казни. терроризм заложник уголовный правовой
Успешное пресечение преступной агрессии, особенно выражающейся в массовом захвате заложников, невозможно без совершения рискованных действий сотрудниками правоохранительных органов. Действия по освобождению заложников могут охватываться несколькими обстоятельствами, исключающими преступность деяния, однако в особо опасных случаях, связанных с массовым захватом заложников, наиболее актуальным обстоятельством является обоснованный риск, так как иные, нерискованные действия ограничивают возможности эффективной борьбы с данными преступлениями.
Учитывая, что редакция ст. 41 УК РФ «Обоснованный риск» в основном рассчитана на уголовно-правовую оценку действий, связанных с экспериментальным (научным) риском, и ограничивает возможности оценки правоохранительных действий, направленных на пресечение захвата заложника при экстремальном (вынужденном) риске, диссертант предлагает включить в Уголовный кодекс Российской Федерации ст. 411 «Вынужденный профессиональный риск».
Заключение содержит краткие итоги проведенного исследования, в нем также изложены предложения и рекомендации теоретического и практического характера, подчеркнута необходимость дальнейших научных исследований рассмотренных проблем.
ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОПУБЛИКОВАНЫ В СЛЕДУЮЩИХ РАБОТАХ АВТОРА
Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Минобрнауки России для публикации результатов диссертационного исследования:
1. Хоменко А.Н. Подготовка сотрудников ОВД к действиям по освобождению заложников // Психопедагогика в правоохранительных органах. - 2004. - № 2. - 0,3 п.л.
Иные научные публикации:
2. Хоменко А.Н. Вопросы риска в деятельности сотрудников ОВД по освобождению заложников // Законодательство и практика: научно-практический журнал. - 2003. - № 1. - 0,5 п.л.
3. Хоменко А.Н. Особенности объективной стороны захвата заложника // Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения: межвуз. сб. науч. тр. адъюнктов и соискателей. - Омск: Омская академия МВД России, 2003. - Вып. 10. - 0,4 п.л.
4. Хоменко А.Н. Квалификация торговли людьми, использования рабского труда, похищения человека и захвата заложника // Новая редакция Уголовного кодекса России: попытка теоретического осмысления: мат-лы межвуз. науч. конф. - Омск: Омская академия МВД России, 2004. - 0,4 п.л.
5. Хоменко А.Н. Субъективные признаки захвата заложника (ст. 206 УК РФ) // Преемственность и новации в юридической науке: мат-лы межвуз. науч. конф. адъюнктов и соискателей - Омск: Омская академия МВД России, 2005. - 0,25 п.л.
6. Хоменко А.Н. Конкуренция обстоятельств, исключающих преступность деяния, в действиях сотрудников правоохранительных органов по освобождению заложников // Научный вестник Омской академии МВД России. - 2005. - № 1. - 0,5 п.л.
7. Хоменко А.Н. Правовые основания правомерного причинения вреда при проведении специальных операций по освобождению заложников // Международные юридические чтения: мат-лы международ. науч.-практ. конф. - Омск: Омский юридический институт, 2005. - 0,2 п.л.
8. Хоменко А.Н. Вопросы совершенствования уголовно-правовых норм, определяющих сферу борьбы с захватом заложников // Десять лет действия Уголовного кодекса Российской Федерации: опыт применения и перспективы совершенствования: мат-лы международ. науч.-практ. конф. - Омск: Омский юридический институт, 2007. - 0,25 п.л.