Революционный марксизм и диктатура пролетариата восторжествовали в России в октябре 1917 г. Однако попытки В. И. Ленина распространить их победное шествие на Германию после ноября 1918 г. потерпели неудачу. А радикальные экономические идеи К. Маркса, которые под видом военного коммунизма пытались реализовать в России в 1918-1921 гг., завершились провалом. Прав оказался Шпенглер, а не Маркс. «Критик и разрушитель первого ранга, он (К. Маркс. - А. Г.) как создатель и творец оказался совершенно бессилен» (Spengler 1920: 76). Это было написано в 1920 г., а в марте 1921 г. политик-прагматик Ленин перешагнул через теоретика-ортодокса Ленина. Марксистская утопия (военный коммунизм) без собственности и рынка, без денег и свободной торговли, породившая гражданскую войну, экономический хаос, разорение, повальный голод, эпидемии, была заменена новой экономической политикой. При этом В. И. Ленин в 1922 г. отзывался о «хныкающем» по поводу упадка старой Европы О. Шпенглере однозначно высокомерно: «Как бы ни хныкали по этому поводу Шпенглеры и все способные восторгаться (или хотя бы заниматься) им образованные мещане, но этот упадок старой Европы означает лишь один из эпизодов в истории падения мировой буржуазии, обожравшейся империалистским грабежом и угнетением большинства населения земли» (Ленин 1970: 174). Значит, верил в мировую пролетарскую революцию. Между тем Шпенглер уже в работе «Воссоздание германского рейха» (1924 г.) прозорливо отметил, что со смертью Ленина идея мировой революции сошла на нет. И не только по причине ухода с политической сцены самого Ленина, но в не меньшей степени по экономическим причинам: идеалы военного коммунизма утратили привлекательность (Spengler 1933a: 294). В самом деле, в 1929 г. с началом индустриализации в СССР окончательно восторжествовало сталинское представление о построении социализма в отдельно взятой стране. «Размышления о революции практически полностью исчезли из сознания революционеров»[6]. Иными словами, даром предвидения в большей степени обладал все-таки Шпенглер, а не Маркс или Ленин.
К революционному марксизму в области экономики и государственного строительства ни в СССР, ни в РФ больше не возвращались. Но социализм как стержень социально-экономического устройства позволил Советскому Союзу добиться грандиозных успехов в экономике, науке, образовании, оказаться победителем во Второй мировой войне и первопроходцем в освоении космоса. Социалистический базис сохранился в СССР до самого его распада. Многие его достижения унаследовала Российская Федерация. Поэтому социализм - возможно, главное звено между творчеством Шпенглера и российской историей.
4. К. Маркс и О. Шпенглер о социализме
«Каждый употребляет это понятие. Каждый подразумевает при этом нечто свое» (Spengler 1920: 3), - так парадоксально точно сформулировал Шпенглер трудность в определении социализма. Ученый ставил цель «освободить немецкий социализм от марксизма» (Ibid.). Социализм, в его понимании, существовал в Пруссии уже без малого 150 лет, и мог вообще функционировать только как неотъемлемый фундаментальный принцип государства при согласии большинства нации - правителей и управляемых. Представление К. Маркса о том, что социализм - это некое будущее человечества, дарованное революционной победой пролетариата в классовой борьбе с буржуазией, О. Шпенглер отвергал как примитивную выдумку. «Социализм, который все еще не осознан как суть прусской государственности, есть действительность самого высокого ранга. Маркс - это просто литература. Литература устаревает. Действительность торжествует или умирает» (Ibid.: 80).
Шпенглер понимал немецкий социализм как «инстинкт» и «обычное, ежедневное состояние» общества (Ibid.: 61). И ни в коем случае - как продукт борьбы одной части общества с другой. Социализм он считал принципом объединения общества. «Немецкий, точнее, прусский инстинкт заключался в следующем: власть принадлежит всему сообществу. Каждый в отдельности служит сообществу. Оно есть суверен. Король есть лишь первый слуга государства (как Фридрих Великий). Каждый имеет свое место. Сообщество и повелевает, и повинуется. И этот принцип существует с XVIII столетия как авторитарный социализм, являясь антилиберальным и антидемократическим с точки зрения английского либерализма или французской демократии» (Ibid.: 63).
О. Шпенглер вслед за М. Лютером понимал труд человека как призвание, как внутренний долг индивида перед сообществом (Господом). Поэтому марксистское толкование общественного труда в качестве товара и средства угнетения неимущих классов классом собственников было для него неприемлемым. «Если бы Маркс понимал значение труда в прусском смысле, как деятельность по собственному желанию, как служение во имя сообщества, для всех, а не для себя, как нечто благородное без оглядки на род деятельности, тогда его “Манифест” никогда не был бы написан» (Spengler 1920: 74).
Принципиально важно, что Шпенглер 100 лет назад, в момент, когда на территории соседней великой державы в гигантском масштабе разворачивался революционный эксперимент по лекалам марксизма, однозначно отверг эту возможность для Германии и доказал утопичность затеи в принципе. Революционный марксизм-социализм нигде в длительной перспективе не стал идеей объединения общества, не продемонстрировал успешную, устойчивую динамику экономического и политического развития. Напротив, всегда порождал раскол общества, затяжную кровавую гражданскую войну, экономический упадок. Еще более наивным выглядит утверждение К. Маркса о социализме как о некоей абсолютно новой, высшей формации развития человечества, которая, если восторжествовала, будет всеобщей в планетарном масштабе и неизменной до той поры, пока мирно не трансформируется в конечную и идеальную коммунистическую формацию.
В то же время принципы прусского социализма (противоположность революции, по Шпенглеру) «живы» до сих пор, в частности записаны в основной закон ФРГ. Государство там социально-рыночное. Бесплатное образование, включая высшее (обязательное бесплатное начальное образование было введено в Пруссии во второй половине XVIII в. при Фридрихе Великом), медицинское обслуживание, социальная помощь безработным, пенсионная система, влиятельные профсоюзы - эти чисто социалистические элементы отчасти существовали в Пруссии и объединенной Германии до Маркса и при Марксе, отчасти были реализованы во второй половине XX в. Но - по рецепту Шпенглера, а не Маркса.
5. Марксистско-либеральный тупик
Для сегодняшних россиян важно осознать, что ни западный либерализм в той форме, которую навязали России в 1917 г. или РФ в 1991 г., ни марксизм времен военного коммунизма не могли стать и не стали формой государственного устройства и образом жизни нации в целом. Второй редакции военного коммунизма Россия избежала, а вот повторный приход доктринерского, навязанного Западом либерализма испытала в 1990-х гг. Он даровал хаос, экономическую разруху и миллионы преждевременных смертей.
Марксистско-либеральный тупик в гуманитарной области не преодолен в полной мере до сих пор. Марксизм как официальная научно-политическая догма в СССР, с одной стороны, и оплаченный западными деньгами доморощенный либерализм - с другой, долгое время образовывали некий замкнутый круг. История, политология, право, философия десятилетиями вплоть до наших дней блуждали в лабиринте, в котором не было места собственно российской истории, насчитывающей, между тем, до 1917 г. без малого 700-800 лет и содержащей достижения всемирно-исторического масштаба.
Заслуга О. Шпенглера в том, что он предсказал теоретическую и практическую несостоятельность ортодоксального марксизма, а в длительной перспективе - и либерализма англо-французского образца. И сейчас, через сто лет, его «Закат Европы» заставляет, как минимум задуматься о том, что же в действительности лежит в основе исторического процесса.
6. Carthaginem esse delendam[7]
Марксисты в СССР утверждали, что причиной революционных событий в России в 1917-1921 гг. были именно всемирно-исторические законы марксизма. Но в таком случае законами марксизма надо было бы объяснить и гибель Советского Союза в 1991 г. А это вряд ли возможно. Ни частной собственности, ни буржуазии, ни классовой борьбы в позднем СССР не существовало. Между тем законы геополитики в общем виде дают исчерпывающее объяснение событиям и февраля 1917 г., и августа 1991 г. Государство, проигравшее геополитическую схватку, рискует исчезнуть из мировой политики как действующий субъект. При этом схватка - не обязательно война, какими были Первая и Вторая мировые войны. СССР разрушился в мирное время. Сегодняшнего читателя можно спросить: какие классы и за что борются по ту и другую сторону Атлантики? И что, собственно, порождает межгосударственный конфликт между РФ и США, который в видимой форме длится уже не одно десятилетие?
Ответ можно извлечь из высказывания современного английского православного священника (протоиерея) А. Филлипса. Оно интересно по существу и форме публикации - на интернет-портале, поскольку, как и предсказал О. Шпенглер сто лет назад, все ведущие средства массовой информации как важнейшие инструменты противостояния монополизированы сегодняшним мировым гегемоном - США (ср.: Шпенглер 1998: 492). Причину конфликта А. Филлипс видит в том, что «президент Путин и правительство Российской Федерации не согласны и не согласятся ни с западным (сегодня - американски) культурным, ни с западным политическим империализмом. Более того, Русская Православная Церковь, как и русский православный народ, думает так же». Поэтому они «должны быть атакованы и уничтожены в организованной кампании - так же, как это сделали западные державы с русским имперским правительством и Церковью в 1917 г.» (Phillips 2012).
Никто не может сейчас точно сказать, когда противостояние завершится. С другой стороны, нет тайны в том, что жребий проигравшего будет столь же трагичным, какими оказались Февраль 1917 г. для России или Ноябрь 1918 г. для Германии: исчезновение государства в его нынешнем виде. Это недвусмысленно провозглашали еще древние римляне: Карфаген должен быть разрушен. В этом смысле нелишне задуматься о том, кто в XXI в. играет роль Рима, а кто - Карфагена. Из истории Пунических войн известно, что Карфаген был морской торговой республикой, а Рим - континентальной по преимуществу сельскохозяйственной державой. Так что можно делать предварительные выводы.
Литература
Архипов, И. 2013. П.Н. Милюков: заложник войны и революции. Звезда 12: 60-96. URL: https://zvezdaspb.ru/index.php?page=8&nput=2202 (дата обращения: 02.08.2019).
Горелов, А.А., Горелова, Т. А. 2016. «Закат Европы» О. Шпенглера и возможность заката мира. Знание. Понимание. Умение 1: 29-43. DOI: https://doi.org/10.17805/zpu.2016.1.2.
Данилевский, Н.Я. 2011. Россия и Европа. Взгляд на культурные и политические отношения славянского мира к германо-романскому. М.: Ин-т русской цивилизации, Благословение. 816 с. URL: http://www.rusinst.ru/docs/books/N.Ya.Danilevskii-Rossiya.i.Evropa_2.pdf (дата обращения: 02.08. 2019).
Дурново, П.Н. 1922. Записка П. Н. Дурново Николаю II. Февраль 1914. Красная новь 6(10): 182-199. URL: http://ruthenia.ru/sovlit/j/407.html (дата обращения: 02.08.2019).
Кант, И. 1966. Метафизические начала естествознания. В: Кант, И., Соч.: в 6 т. М.: Мысль. Т. 6. С. 53-175.
Ленин, В.И. 1970. К десятилетнему юбилею «Правды». В: Ленин, В. И., Полн. собр. соч.: в 55 т. 5-е изд. Т. 45. М.: Изд-во полит. лит-ры. С. 173-177.
Маркс, К., Энгельс, Ф. 1955. Манифест Коммунистической партии. В: Маркс, К., Энгельс, Ф., Соч.: в 50 т. 2-е изд. Т. 4. М.: Гос. изд-во полит. лит-ры. С. 419-459.
Мирный договор между союзными и объединившимися державами и Германией (Версальский договор): вместе со Статутом Лиги Наций, Уставом Международной Организации Труда и Протоколом: подписан в г. Версале 28 июня 1919 г. Юридическая Россия. Федеральный правовой портал. URL: http://law.edu.ru/norm/norm.asp?normID=1167125&subID=100059709,100059717,100059967,100059972#text (дата обращения: 02.08. 2019).
Павлович, М. Л. 1922. Записка Дурново. Вступительная статья. Красная новь 6(10): 178-182. URL: http://ruthenia.ru/sovlit/j/407.html (дата обращения: 02.08.2019).
Об отмене некоторых ограничений в правах сельских обывателей и лиц других бывших податных состояний: Именной Высочайший указ 5 октября 1906 г. Полное собрание законов Российской империи. Собрание третье. Т. 26. № 28392. Собрание узаконений. 1906. 6 октября. Отд. I. Ст. 1700. СПб.: Гос. типография. 1157 с.
Степанова, А. А. 2015. «Закат Европы» Освальда Шпенглера и литературный процесс 1920-1930-х гг. Поэтология фаустовской культуры. СПб.: Алетейя. 494 с.
Струве, П. Б. 1918. Исторический смысл русской революции и национальные задачи. Из глубины. Сборник статей о русской революции. М.; Пг.: Русская мысль. URL: http://vehi.net/deprofundis/index.html (дата обращения: 02.08.2019).
Шпенглер, О.
1993. Закат Европы. Очерки морфологии мировой культуры. Т. 1. Гештальт и действительность. М.: Мысль. 663 с.
1998. Закат Европы. Очерки морфологии мировой культуры. Т. 2. Всемирно-исторические перспективы. М.: Мысль. 606 с.
Bethmann-Hollweg, Th. von. 1989. Betrachtungen zum Weltkriege. Essen: Reimar Hobbing. 514 S.
Betz, A. 2012. Oswald Spenglers Untergang des Abendlandes. Deutschlandfunk. Archiv / Essay und Diskurs Mai 13. URL: https://www.deutschlandfunk.de/oswald-spenglers-untergang-des-abendlandes.1184.de.html?dram:artic le_id=185504 (дата обращения: 02.08.2019).
Farrenkopf, J. 1994. Klio und Cдsar. Spenglers Philosophie der Weltgeschichte in Dienste der Staatskunst. In Farrenkopf, J., Demandt, A. (Hrsg.), Der Fall Spengler, eine kritische Bilanz. Kцln; Weimar; Wien: Bцhlau Verlag. S. 45-46.