Все тот же ротмистр Астраханцев в одном из приводимых ниже документов (№ 8), дает ответ и на вопрос о восстании 1916 г., заданный нами выше и определенный как «риторический». Это активное изъятие имперской властью в предшествующее десятилетие земель у кочевого населения Семиречья. Поэтому и самым мощным восстание было именно там. Турки вряд ли могли его организовать. Они могли ему только обрадоваться, как неожиданному подарку, со стороны геополитического соперника - Российской империи Подробнее об этом см.: Восстание 1916 года в Туркестане: докумен-тальные свидетельства общей трагедии: Сб. док. и материалов / Сост., авт. предисл., вступ. ст. и коммент. Т.В. Котюкова. М.: Ин-т всеобщей истории РАН, 2016. 468 с..
В 1911-1913 гг. Департамент полиции и Департамент духовных дел иностранных вероисповеданий турецкого Министерства внутренних дел всерьез беспокоили политические симпатии и настроения мусульман Российской империи, в том числе туркестанских. Беспокойство не было беспочвенным, особенно на фоне столкновения в Средиземноморье и на Балканах двух глобальных идей - славянской и тюркской. Понятно, что Россия, олицетворявшая мировое славянство, в очередной раз выступала в роли защитницы славянских народов.
Итало-турецкая война (1911-1912 гг.) и Первая Балканская война (1912-1913 гг.) стали прологом Первой мировой войны. Италия захватила области Османской империи - Триполитанию и Киренаику, а также архипелаг Додеканес (включая остров Родос). В результате Первой Балканской войны государства Балканского союза Болгария, Греция, Сербия и Черногория потеснили Османскую империю с ее европейских территорий. В связи с этим отец-основатель тюркизма в России Исмаил Гаспринский, признавая национальные требования балканских народов, писал, что на Балканах вот уже пять столетий живет несколько миллионов мусульман, которые считают полуостров своей Родиной, и с этой данностью правительствам и народам балканских государств придется считаться [Зайцев, Котюкова 2020, с. 526].
Напомним, что именно Гаспринским была сформулирована идея «бесконфликтного существования» православных и мусульман в рамках Российской империи Гаспринский Исмаил-бей. Русское мусульманство // Исмаил-бей Гаспринский. Россия и Восток. Казань: Татарское кн. изд-во, 1993. С. 17-58.. Она возникла на фоне столкновения в российском общественно-политическом дискурсе панславизма и пантюркизма. Если бы теория Гаспринского, во многом предвосхитившая более поздние концепции евразийцев, была взята на вооружение имперской властью, русским обществом и русскими мусульманами, она могла бы усилить Российскую империю изнутри. А в начале ХХ в. последняя как никогда нуждалась в таком внутреннем единстве.
Свой проект «русско-восточного соглашения» Гаспринский выдвигал в качестве альтернативы государственной политике русификации и христианизации О Гаспринский Исмаил-бей. Русско-восточное соглашение // Исмаил-бей Гаспринский. Россия и Восток. Казань: Татарское кн. изд-во, 1993. С. 59-78.. Однако он был убежден, что эта идея вполне актуальна и в международном формате. В одном из писем выдающемуся русскому и советскому тюркологу Александру Самойловичу он прямо писал о «тюрко-балканской унии» и о том, что тюркам и балканским народам «необходимо сообща сохранить свое бытие» [Зайцев, Котюкова 2020, с. 526].
Однако идеи Гаспринского не нашли отклика ни в русском обществе, ни во властных кругах империи, ни тем более в Европе. Не встретили понимания они и в среде самих мусульман. Во многом эти идеи были неосуществимы и утопичны, а может быть, просто опередили свое время. И вот почему: идея «русско-восточного соглашения» в рамках Российской империи нуждалась в расширении списка участников, ведь за ее пределами оставались евреи, финны, поляки и другие народы. Империю не могли спасти «двусторонние соглашения» - чтобы осуществить модернизацию и выйти на новый, принципиально иной уровень развития, были необходимы соглашения «коллективные». международная геополитика мусульманский
Однако у идеолога тюркского единства, автора триады - «единство в языке, мыслях, делах», - были мысли и относительно перспектив международной интеграции в Европе и Азии. В работах «Русское мусульманство» и «Русско-восточное соглашение» Гасприн- ский высказался о необходимости военно-политического союза России с Турцией. О возможности такого сближения в прессе развернулась дискуссия между Исмаилом Гаспринским и М.О. Меньшиковым одним из ведущих идеологов русского национализма.
В частности, М.О. Меньшиков писал: «Что со стороны турок нет к России фанатичной ненависти, доказывает то, что идея русско-турецкого сближения приветствуется в Константинополе. По-видимому, она нашла бы сочувственный отклик и среди наших мусульман»13. В статье «Восточный вопрос и русская пресса» (1908 г.) И. Гаспринский цитирует заметку Меньшикова о неготовности России участвовать в разрешении балканского кризиса и выражает солидарность с ним: «Господин Меньшиков сказал без прикрас. Коль уж мы не готовы, коль уж от нас не будет зависеть, то лучше было бы, если бы нам не напоминали, что “Мы должны взять Стамбул!”» [Тихонова 2019, с. 163].
Это сближение в русско-турецких отношениях пришлось на канун начала Итало-турецкой войны.
В октябре 1911 г. русский посол в Стамбуле Н.В. Чарыков получил предписание начать переговоры с Османским правительством. Чарыков вручил великому визирю Саид-паше проект русско- турецкого соглашения об открытии проливов для русских военных кораблей. Турецкое правительство отнеслось к русскому предложению отрицательно. В результате министр иностранных дел Российский империи С.Д. Сазонов был вынужден дезавуировать предложения Чарыкова, ссылаясь на то, что последний якобы превысил свои полномочия [Чарыков 2016, с. 189-190].
После этого в «Новом времени» все чаще стали появляться критические заявления Меньшикова по поводу Турции и возможности ее раздела. В свою очередь Гаспринский в издаваемой им газете «Терджимане» начал обвинять «Новое время» и ее авторов в провокациях [Тихонова 2019, с. 163].
Гаспринский умер в 1914 г. накануне начала Первой мировой войны, а тон высказываний Меньшикова с ее началом стал еще жестче и уже не предполагал ни компромисса, ни сближения.
Переместимся с макроуровня мировой геополитики, на котором Россия в начале ХХ в. выступала в качестве одного из основных игроков, на региональный микроуровень самой большой мусульманской окраины Российской империи и проследим на примере архивных документов, сохранившихся в фонде Туркестанского 13 Меньшиков М.О. Велико-восточный вопрос // Новое время. 1908. ноября.районного охранного отделения Национального архива Республики Узбекистан, как население края реагировало на столкновение Турции и европейских государств накануне Первой мировой войны, как отголоски глобальной политики отражались на внутриполитической обстановке в Туркестане. Подчеркнем, что мы имеем дело не столько с самой объективно зафиксированной реакцией туркестанских мусульман на Итало-турецкую и Первую Балканскую войны, сколько с представлениями об этой реакции со стороны чиновников Министерства внутренних дел и краевой администрации.
Туркестан, как и современная Центральная Азия, всегда был регионом повышенного интереса Османской империи, а позже и Турецкой Республики. В этом смысле за последние сто лет в международной геополитике мало что изменилось. Так, в стамбульском журнале «Тюрк Юрду» («Тюркский мир»), который издавался с 1911 г. выходцем из Российской империи Юсуфом Акчуриным, рубрика «Новости тюркского мира» наполовину была посвящена Туркестану и исламу в России. Также следует отметить, что почти половина всех статей журнала была написана авторами российского происхождения.
А между тем с началом Первой Балканской войны во многих регионах России был организован сбор денег для раненых турецких солдат и на укрепление турецких армии и флота Подробнее об этом см.: Сибгатуллина А.Т. Указ. соч.; Сенюткина О.Н. Тюркизм как историческое явление (на материалах истории Российской им-перии 1905-1916 гг.) / Под общ. ред. акад. О.А. Колобова. Нижний Новгород: Изд-во Нижегородского гос. лингвистического ун-та им. Н.А. Добролюбова: Медина, 2007. 520 с.; Котюкова Т.В. Окраина на особом положении... Турке-стан в преддверии драмы. М.: Научно-политическая книга, 2016. 391 с.. Сбор средств шел по всей стране. Мусульманские газеты выпускали специальные номера, где публиковали фамилии жертвователей. Это явление было вполне закономерным, и формально правительство не могло его запретить, так как Османская империя в это время воевала не с Россией. Так, И. Гаспринский в письме Самойловичу от 21 ноября 1912 г. с сожалением сообщает, что в Оренбурге Министерство внутренних дел не позволило собирать средства для оказания помощи раненым турецким солдатам. Но тут же добавляет, что, несмотря на это, пожертвования все же были собраны и отправлены в Турцию, видимо, в обход действовавших в Российской империи законов [Зайцев, Котюкова 2020, с. 528]. Сбор средств на поддержку «турецких армии и флота» достаточно активно осуществлялся и в Туркестане НА РУз. Ф. И-300. Оп. 1. Д. 133, 443; Ф. И-461. Оп. 1. Д. 1168; и др..
С идей, как известно, эффективно бороться можно только с помощью другой идеи. Россия очевидно проигрывала Османской Турции идейно-идеологическую борьбу за сердца своих подданных- мусульман в начале ХХ в. Тем не менее опасения и ожидания проявлений нелояльности и сепаратизма, хотя и казались обоснованными, на самом деле не означали их реального наличия или существования широкой социальной среды для их поддержки.
Последнее было особенно характерно для Средней Азии. Здесь влияние турецкой пропаганды было очевидно верхушечным, это понимали и сами османы. В сознании значительной части среднеазиатских консервативных улемов и элит Османская Турция после младотурецкой революции 1908 г. стала «кяфирской», а вот «Благородная Бухара» сохраняла свой авторитет и продолжала оставаться одним из важнейших духовных центров мусульманского мира. Однако, как показывают документы, приводимые ниже, почва для нелояльности у мусульман Туркестана была, и эта почва формировалась методами и практиками внутренней политики Российской империи в регионе. Внешнеполитический «турецкий фактор» был дополнительным, по сути вторичным.
Документ № 1 Циркулярное письмо
Департамента духовных дел иностранных исповеданий
№ 9660 8 октября 1911 г.
Доверительно
По имеющимся в министерстве внутренних дел сведениям, возникшей между Италией и Турцией войне в мусульманских кругах придается общемусульманское значение Здесь и далее подчеркнуто в тексте документа.; при этом в означенных кругах утверждается, не в праве изъявить согласие на отторжение Триполитании от Турции, ибо эта провинция вверена охранению султана не как главы турецкого государства, а будучи всеобщим мусульманским достоянием, вверена ему как калифу.
На почве изложенного взгляда в настоящее время ведется агитация среди всех мусульман, в том числе и магометан России, с целью возбуждения религиозного фанатизма против всех «неверных», в частности, для всеобщего поднятия оружия для ведения священной войны (газават) и засим с целью бойкотирования итальянских товаров и собирания денежных средств на нужды турецких войск.
По поступившим в Министерство внутренних дел сведениям, среди нашего мусульманского населения начинают образовываться комитеты, цель которых заключается в вовлечении магометан России в религиознопартийное дело для возбуждения интереса к Турции, для поддержания ее и нравственно и морально.
Уведомляя ваше превосходительство об изложенном явлении могущем получить, благодаря агитации, широкие размеры и серьезные последствия, прошу ваше превосходительство обратить особое внимание на издающиеся в пределах вверенной Вашему управлению губернии или распространяющиеся в ее пределах мусульманские журналы и газеты, а равно принять все зависящие от Вас меры к безусловному недопущению среди мусульманского населения агитации в пользу Турции, носящей характер панисламистского движения. Независимо от сего Вам надлежит наблюсти за тем, чтобы между мусульманами не производилось каких либо сборов, пожертвований на нужды турецкого правительства в связи с происходящими ныне военными действиями.
Об оказавшемся Ваше превосходительство имеете своевременно мне представить.
Подписали: министр внутренних дел, сенатор Макаров17
директор в должности гофмейстера высочайшего двора Харузин18 чиновник особых поручений Тарановский19
Верно: делопроизводитель20
Сверял: пом. делопроизводителя21
НА РУз. Ф. И-461. Оп. 1. Д. 2а. Л. 223-223об.
Копия. Машинопись.
Документ № 2
Перевод прокламации на турецком языке «Мусульманам» Макаров Александр Александрович (1857-1918/19) - сенатор, в 1911-1912 гг. - министр внутренних дел Российской империи. Харузин Алексей Николаевич (1864-1932) - российский государственный деятель. В 1908 г. назначен директором Департамента духовных дел иностран-ных исповеданий МВД, а в 1911 г. - товарищем министра внутренних дел Рос-сийской империи. Биографическую информацию уточнить не удалось. Подпись неразборчива. Подпись неразборчива. Дата составления на документе отсутствует.