Отчужденность, которая присутствует в африканском тексте Гумилева, например, в инородно звучащих терминах и названиях мест, является частью «новых культурных иероглифов», о которых говорит Лахманн. «Диахронический рост опыта» - это в конечном счете, к сожалению, еще управляемая колониальным представлением встреча с Африкой.
При обращении к Сенгору можно установить, что поэтика негри-тюда оперирует теми же терминами, что и акмеизм. Особенно бросаются в глаза диалогическая структура и «скрытая схема вызова- ответа», о которой говорит C. Юттнер [11. P. 281]. Диалог с прошлым становится, как было указано выше, с помощью ориентации на будущее: «Memoria как сила» [Ibid. P. 279]. Прежде всего, последняя формулировка и присущая негритюду диалогичность определенно напоминают предложенную Лахман теорию поэтики акмеизма.
Следуя этой теории, можно утверждать, что тексты Сенгора организованы на том же уровне интертекстуальности, что и поэзия акмеизма. Диалог с прошлым реализуется за счет интертекстуального диалога с устными и письменными претекстами как диалог между культурами. Сенгор, как и акмеисты, вписывает свои тексты посредством интертекстуальности во всемирную культурную систему отношений, для которой образ «универсальной цивилизации» и «тоска по мировой культуре» находят свое концептуальное выражение, правда, с отчасти противоположными целями в отношении Африки.
Диалог с прошлым служит диалогу с настоящим. И то, о чем писала Рената Лахманн относительно поэтики акмеизма, почти без изменений переносимо на поэтику негритюда. Эти тексты тоже предполагают диалог как основную форму, но в них речь идет не о музейной сохранности прошлой африканской культуры, а о продолжении письма, о «чеканке новых культурных иероглифов, которые отсылают одновременно вперед и назад» [27. P. 375]. В негритюде речь идет о воспоминании, переоценке и обновлении подавленной колониализмом собственной культуры. Поэтому и здесь (культурная) память становится центральной инстанцией. Речь идет о воспоминании посредством культурной трансформации искорененного, выражаясь словами Ютнера, о «Memoria как силе».
Как для акмеизма, особенно для Мандельштама, так и для негри- тюда Сенгора средиземноморскому региону отводится парадигматическая роль в этом акте вписывания в мировую культуру. Для Мандельштама Италия и весь средиземноморский регион, который у него простирается до Черного моря и до русских (колониальных) границ, имеют функцию объединения России с классической культурой. Поэтически это объединение реализуется не только классическими формами, но и интертекстуальной связью с текстами Пушкина, Данте и Гомера (ср.: [27. P. 356]). Сенгор видел в средиземноморском регионе с его тысячелетним культурным обменом прототип «универсальной цивилизации», через который он уже включал субафриканские культуры в мировую культурную сеть. Причем последние, это имеет решающее значение, через связанный с этим обмен всегда оказывали влияние на культуру Запада. Совершенно очевидной такая диалогическая мысль становится в интертекстуальной ссылке на «Эфиопию» Гелиодора, в которой Африка и античная Греция состоят в очень близких культурных и родственных отношениях. Это было в те времена, когда субсахарским культурам посредством колониального дискурса per se (само по себе) было отказано в культурности, хотя сегодня эссенциалистская аргументация Сенгора может показаться старомодной.
Включение в мировую культуру с помощью поэтики интертекстуальности связано в обоих случаях с переоценкой собственного через диалог с классическим западным культурным пространством, в качестве акта участия, который опирается на основную идею «синхронности и сосуществования всех культур» [Ibid.], как Лахманн пишет об акмеизме и чем обусловлена основная мысль концепции «универсальной цивиллизации» Сенгора. Интертекстуальные диалоги Мандельштама и Ахматовой должны читаться как высказывания против советского тоталитаризма, позиционирование против абсолютизированной верховной власти советов, которое могло быть выражено только неофициально (ср.: [Ibid. P. 371]). Аналогично и более поздняя лирика Гумилева читается как выражение понятия свободы, которое диаметрально противопоставлено всему советскому. На земле эта свобода не может быть достигнута, только «вне времени и пространства, связана с вечностью, с “падающим оттуда светом”, Божьим светом» [28. P. 212] (в «Заблудившемся трамвае»).
Божественная вечность в «Шатре» расположена в Африке, поэтому лирическое Я тоскует по могиле под шелковицей, под которой Иисус и Мария отдыхали, поэтому в Тимбукту связаны библейская символика и легендарное богатство древней Африки. Поэтому Россия - тоже Африка. С этой точки зрения «Шатру» свойственно политическое измерение в поэтическом сопротивлении молодой советской власти. Не менее политична эстетическая программа негритю- да, который является яростным актом сопротивления универсализ- мам колониального миропорядка. Африка, Россия и классическая древность как у акмеистов, так и в негритюде превращаются в треугольник, опорные точки которого взаимно дополняют друг друга. В «Эфиопиках» Сенгор не обращается к России, в других текстах русская культура конструируются как равноценное культурное пространство в «универсальной цивилизации».
В «Шатре», в «Дамаре», в образе птичьих перьев, который может быть прочитан как аллюзия на перья для письма, обнаруживается отсылка к эквивалентной реминисценции Мандельштама из Данте: под перьями для письма Данте подразумеваются равно птичье мясо, парусная прогулка и полет птицы [27. Р. 401]. И Гумилеву удается интеграция Африки в мировую культуру, которая в конечном счете находится в неразрешенном напряженном отношении диалогичности и отдаленной точки древности. Русское и белое лирическое Я, которое находится в диалоге между прошлым и будущим Африки, возвращается в Африку через встречу с прошлым в будущее. В прошлом Африки располагается несоветское будущее России и всей Евразии, однако Африка настоящего остается предметом экзотизации и ориентализации. Голос белого - голос Данте и гуманизма.
Таким образом, акмеистская «тоска по мировой культуре» и «универсальная цивилизация» Сенгора имеют схожую проблематику, связанную с обращением колониальных дискурсивных элементов Африки, которое присутствует у обоих, даже в функциональном противопоставлении. В их концепции «мировой культуры» включены универсализмы Просвещения, которые породили колониализм и коммунизм. Но и для этого результата имеет значение заключение Гертена: негритюд и акмеизм формулировали свои истины в дискурсивных реалиях своего времени. Негритюд и акмеизм - феномены модернизма, того модернизма, который не должен ограничиваться Западом, в который вписываются оба, наступая с Восточной и Южной окраин.
Литература
1. Riesz J. Nachwort // Senghor L.S. Botschaft und Anruf. Gedichte. Aus dem Franzцsischen v. Jahn Janheinz. Wuppertal, 2006. S. 206-220.
2. Riesz J. Leopold Sйdar Senghor und der afrikanische Aufbruch im 20. Jahrhundert. Wuppertal, 2006.
3. Wake C. L.S. Senghor and Lyrical Poetry // European-Language Writing in Sub- Saharan Africa / A.S. Gerard (ed.). Amsterdam : John Benjamins Publishing Company, 1986. P. 462-474.
4. Heerten L. Lйopold Sйdar Senghor als Subjekt der „Dialektik des Kolonialismus“. Ein Denker Afrikas und die imperiale Metropole // Stichproben. Wiener Zeitschrift fьr kritische Afrikastudien. 2008. Heft 15, Bd. 8. S. 87-116.
5. Steins M. Black Migrants in Paris // European-Language Writing in Sub-Saharan Africa / A.S. Gerard (ed.). Amsterdam : John Benjamins Publishing Company, 1986. P. 354-378.
6. Senghor L.S. Nйgritude und Humanismus / Hrsg. u. ьbertragen v. Jahn Janheinz. Dьsseldorf u. Kцln, 1967.
7. Senghor L.S. Libertй 1. Nйgritude et humanisme. Paris, 1964.
8. Irele A. The Negritude Debate // European-Language Writing in Sub-Saharan Africa / A.S. Gerard (ed.). Amsterdam : John Benjamins Publishing Company, 1986. P. 379-393.
9. Harney E. In Senghor's Shadow. Art, Politics, and the Avantgarde in Senegal, 1960-1995. Durham, London, 2004.
10. Garscha K. Nйgritude / Black Aesthetics / crйolitй // Дsthetische Grundbegriffe / K. Barck u.a. Stuttgart u. Weimar, 2002. Band 4: Medien-Populдr. S. 498-537.
11. Jьttner S. Lйopold Sйdar Senghor: Йthiopiques // Die moderne franzцsische Lyrik / W. Pabst (Hg.). Berlin, 1976. S. 275-295.
12. Senghor L.S. Њvre poйtique. Poйsie. Paris, 1990.
13. Senghor L.S. Botschaft und Anruf. Gedichte. Aus dem Franzцsischen v. Jahn Jan- heinz. Wuppertal, 2006.
14. Delsaux A. Lйopold Sйdar Senghor, Йthiopiques, 1956 // Littйrature et politique en France au XXe siиcle / G. Zorgbibe (Hg.). Paris, 2004. P. 231-237.
15. Поэзия Африки. М., 1973. (Библиотека всемирной литературы. Серия третья. Т. 131).
16. Tshikumambila N. Le personnage de Chaka: Du portrait epique de Mofolo au mythe poetique de Senghor // Zaire-Afrique. Kinshasa / Gombe, Zaire, 1974. Vol. 87. P. 405-420.
17. Vassilatos A. A Misreading of Poetic Proportions: Thomas Mofolo and Lйopold Sйdar Senghor's Chaka(s): Two African Texts in Conversation // English Studies in Africa: A Journal of the Humanities. 2011. Vol. 54, № 2. P. 136-153.
18. Jouanny R. Йthiopiques (1956). Lйopold Sйdar Senghor. Paris, 1997.
19. Lange D. Дthiopien im Kontext der semitischen Welt: Die Kцnigin von Saba als knaanдische Liebesgцttin // Afrika und die Globalisierung. Mьnster, Hamburg, London, 1999. S. 269-277.
20. МандельштамН. Италия // Мандельштам Н. Воспоминания. Нью-Йорк, 1970. С. 264-271.
21. Mandelstam N. Dreiundfьnfzigstes Kapitel. Italien // Mandelstam N. Das Jahrhundert der Wцlfe. Eine Autobiographie / Aus dem Russischen ьbersetzt v. E. Mahler. Frankfurt a. M., 1991. S. 285-291.
22. Гумилев Н.С. Наследие символизма и акмеизм // Гумилев Н.С. Полное собрание сочинений: в 10 т. М., 2006. Т. 7: Статьи о литературе и искусстве. Обзоры. Рецензии. С. 146-150.
23. Matlaw R.E. Gumilev, Rimbaud, and Africa: Acmeism and the Exotic // Actes du VIe Congrиs de l'Association Internationale du Littйrature Comparйe. Stuttgart, 1975. S. 653-659.
24. Мандельштам О.Э. Утро акмеизма // Мандельштам О.Э. Полное собрание сочинений и писем : в 3 т. М., 2010. Т. 2: Проза. С. 22-26.
25. Mandelstam O. Der Morgen des Akmeismus // Mandelstam O. Ьber den Gesprдchspartner. Gesammelte Essays I. 1913-1924 / Aus dem Russischen ьbertragen u. hg. v. R. Dutli. Zьrich, 1991. S. 17-22.
26. Werberger A. Postsymbolistisches Schreiben. Studien zur Poetik des Akmeismus und Osip Mandel'stams. Mьnchen, 2005.
27. Lachmann R. Gedдchtnis und Literatur. Intertextualitдt in der russischen Moderne. Frankfurt a. M., 1990.
28. Kling O. Nikolaj Gumilev: Zabljudivsijsja tramvaj - Die verirrte StraЯenbahn // Die russische Lyrik. Kцln, Weimar, Wien, 2002. S. 205-215.