Социологический институт (филиал ФНИСЦ) РАН
Российский университет дружбы народов
Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
Тенденции развития сельских районов России: постановка исследовательской задачи и первые результаты повторного кейс-стади
О.Б. Божков, И.В. Троцук
Москва, Санкт-Петербург, Россия
Аннотация
В статье представлены первые результаты полевых экспедиций 2018 года в рамках проекта, нацеленного на оценку проблем и перспектив функционирования двух наиболее значимых социальных институтов российского села -- местной власти и предпринимательства -- с точки зрения доминирующих сценариев их взаимодействия и роли в сохранении и стабилизации положения сельских территорий. Анализ практик согласования интересов местной власти и предпринимательства на локальном уровне важен для отслеживания соотношения формального и неформального в жизни сельских территорий, поскольку реальные механизмы взаимодействия властных институций и ключевых акторов местных сообществ нередко отличаются от нормативно установленных правил, если формальные инструменты не в состоянии решить проблемы сельского социума. Запланированный трехлетний исследовательский цикл призван повторить полевые экспедиции десятилетней давности, т.е. речь идет о повторном кейс-стади, в котором сочетаются количественный и качественный подходы (статистические данные и методы включенного наблюдения и полуформализованных интервью), а в качестве кейса выступают конкретные населенные пункты, репрезентирующие особенности нечерноземных регионов России (зона «черных пятен» российского пространства, где процессы депопуляции приобрели практически необратимый характер). Авторы кратко суммируют выводы первых полевых экспедиций (кардинальное изменение состава властных структур и набора их полномочий, разрушение экономических связей, зависимое положение местного самоуправления в силу его финансовой и правовой несостоятельности и т.д.), чтобы обрисовать контекст сравнительного анализа, и описывают свои первые впечатления о нынешней полевой экспедиции по старым адресам (сопоставлены масштабы и успешность предпринимательской деятельности в разных районах, обозначены факторы, таковые детерминирующие, -- героические усилия местных властей, появление новых молодых и активных предпринимателей, переориентация производства на более востребованные и коммерчески успешные ниши и т.д.).
Ключевые слова: социология села; административные реформы; социально-экономические последствия; местное самоуправление; сельскохозяйственное производство; взаимодействие сельского бизнеса и власти
Abstract
TENDENCIES OF THE RUSSIAN RURAL AREAS DEVELOPMENT: THE RESEARCH TASK AND FIRST RESULTS OF THE COMPARATIVE CASE-STUDY
О.B. Bozhkov1, I.V. Trotsuk2,3
'Sociological Institute (branch of FCTAS) RAS 7th Krasnoarmeiskaya St., 25/14, Saint Petersburg, 190005, Russia 2Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University) Miklukho-Maklaya St., 6, Moscow, 117198, Russia
Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration Vernadskogo Prosp., 84, Moscow, 119571, Russia
The article presents the first results of field expeditions of 2018 as a part of the project that aims to assess problems and prospects of two most important social institutions of the Russian countryside -- local authorities and entrepreneurship -- in terms of the dominant scenarios of their interaction and their role in maintaining and stabilizing the situation in rural areas. Such an analysis of the practices of coordinating the interests of local authorities and entrepreneurship at the local level is important for understanding the balance of formal and informal elements in rural life for the real mechanisms of interaction of government institutions and key actors of local communities often differ from the regulatory rules if the latter fail to solve the problems of rural society. The planned three-year research will repeat the field expeditions of a decade ago, i.e. this is a comparative case study that combines quantitative and qualitative approaches (statistical data, participant observation and semi-formalized interviews), and the cases represent the features of the non-black-earth regions of Russia (where depopulation has become practically irreversible). The authors briefly summarize the findings of the first expeditions (a fundamental change in the composition of power structures, destruction of economic ties, dependent position of local government due to its financial and legal weakness, etc.) to set the context for comparative analysis, and describe their first impressions of the new field expedition to the old addresses (the scale and success of business activities in different areas are compared, factors that determine such activities are the heroic efforts of local authorities, new young and active entrepreneurs, reorientation of production to more popular and commercially successful niches, etc.).
Key words: rural sociology; administrative reforms; social-economic consequences; local government; agricultural production; interaction of rural business and government
Вместо введения
В последние годы российские средства массовой информации часто используют «мифологизаторский» дискурс для описания сельской жизни, причем он вариативен и может содержать как позитивные (спокойная деревенская жизнь на лоне природы), так и негативные оценки (депрессивные опустевшие деревни), манипулируя и объективными данными, и жанровыми журналистскими зарисовками по мотивам «включенного наблюдения». Отчасти привлекательность и устойчивость подобных мифологизаций обусловлена «статусом» сельской жизни в нашем урбанизированном мире, где восприятие современным человеком пространства за границами городов нередко представляет собой «набор тщательно поддерживаемых фантазий» [17. С. 24--25]: «сельской местности досталась роль зеленого „второго плана“», и городские власти во все времена стремились эту неурбанизированную часть пространства контролировать, чтобы не допустить перебоев с поставками продовольствия («синдром осажденной крепости»); наши города давно переросли возможности своей сельской округи и зависят от продовольственного импорта из разбросанных по миру «сельских окрестностей», поэтому идеализированный пасторальный образ сельской местности не соответствует реальному индустриализированному ландшафту (необозримые поля, огромные парники, промышленные корпуса и загоны интенсивного животноводства).
Другой причиной мифологизаций является отсутствие однозначных оценок хода и результатов постсоветского аграрного реформирования: одни авторы прямо ставят в упрек когорте постсоветских реформаторов развал (и олигархизацию) сельского хозяйства; другие пытаются максимально беспристрастно исследовать ход и результаты российской аграрной реформы, и решается эта задача в принципиально разных, но взаимодополняющих перспективах -- (историко-)экономиче- ской [см., напр.: 16; 19] и (междисциплинарно-)социологической [см., напр.: 5; 25]. Второй подход предпочтительнее не в силу отсутствия оценочной тональности (она в нем присутствует, но не является критически-смещенной), а по причине гуманистического пафоса -- надежды на сохранение сельских сообществ через поиск «новых точек сборки коллективности.., компромисса между экономической выгодой и социальной стабильностью» [15. С. 57].
Любые социальные трансформации неизменно сопровождаются изменениями социальных, экономических и политических институтов, и эти изменения могут быть стремительными или медленными, глубокими или поверхностными, содержать стимулы для дальнейшего движения или воспроизводить элементы прежней системы, дополняя их новым социально-экономическим содержанием. Фундаментальная задача нашего проекта -- оценка проблем и перспектив функционирования двух наиболее значимых общественных институтов российского села -- местной власти и предпринимательства -- с точки зрения доминирующих сценариев их взаимодействия или противостояния, которые определяют их ключевую роль в сохранении и стабилизации (или же в обратных процессах) положения сельских территорий. Анализ практик согласования интересов местной власти и предпринимательства на локальном (муниципальном) уровне важен для понимания логики развития и функционирования нынешних институциональных структур и прогнозирования их дальнейшего развития. Изучение механизмов институционализации (и легитимации) властно-предпринимательских отношений важно не только само по себе (для понимания и заимствования опыта сохранения и воспроизводства сельских сообществ), но и для отслеживания соотношения формального и неформального в жизни сельских территорий, поскольку реальные механизмы взаимодействия властных институций и ключевых акторов местных сообществ нередко имеют структуру, отличную от нормативно установленных правил и требований к муниципальным властям и предпринимательской деятельности. Более того, неформальные практики нередко превалируют над формальными именно потому, что вторые не в состоянии решить проблемы сельского социума.
Данное утверждение рассогласуется с тенденцией последних лет в научной и публицистической литературе, когда констатируется постепенное исчезновение или сокращение сферы неформальных практик (в качестве примеров-обоснований приводится истончение добрососедских связей и коммодификация все большего спектра услуг, ранее получаемых через сеть неформальных связей, т.е. захват инструментами рационализации сферы повседневных решений [см., напр.: 24]). Однако мы убеждены, что обычные люди, не всегда принимая наилучшие для себя решения, посредством неформальных механизмов и вариативного использования нормативных и правовых инструментов, способны совершать разумные шаги, через ошибки и неформальные договоренности становясь более компетентными и ответственными (рациональными), а потому предпочитают неформальные практики как наиболее удобные для жизни [см., напр.: 3; 21].
Таким образом, несмотря на практико-ориентированный характер проекта, он решает и фундаментальную задачу диагностики логики развития сельских сообществ в постсоветский период через призму взаимодействия социально-экономических агентов и властных институций, формальных (нормативных) механизмов и неформальных (обыденных) практик.
Постановка исследовательской задачи
Изучение взаимодействия институтов местной власти и предпринимательства в постсоветской России позволяет оценить работоспособность тех аналитических подходов и методологических принципов, которые сегодня используются для эмпирического исследования подобного взаимодействия, и предложить иные модели сравнительного анализа, учитывающие условия деятельности социальной группы сельских предпринимателей и факторы воспроизводства сельского предпринимательства в разных социально-экономических условиях (кризисных и стабилизационных). Сравнительный характер проекта (с некоторой натяжкой его можно квалифицировать как панельное исследование, учитывая сохранение выборки кейсов) позволит обобщить массивы данных, сконцентрировав анализ на регионе рискованного земледелия, -- Нечерноземье.
Актуальность исследования определяется и другими причинами: во-первых, сегодня очевидны кризисные явления в российской экономике, особенно на фоне поставленных правительством задач по импортозамещению технологий и продовольствия и модернизации агропромышленного комплекса, что, несомненно, актуализирует, наряду с прикладными разработками, фундаментальные вопросы о причинах сельскохозяйственных кризисов и путях их преодоления, о взаимосвязях аграрной политики и региональных и локальных моделей аграрного развития, которые складываются в разных районах России под влиянием разных природно-климатических и социально-экономических условий, о позитивном и негативном воздействии исторического опыта XX века на современные реалии.
Во-вторых, в последнюю четверть века в России усиливаются разнонаправленные процессы дифференциации в использовании сельскохозяйственных земель. Экономисты и географы выделяют в сельской России так называемые «территории роста» (увеличение или стабилизация плотности населения при относительно небольшом сокращении или расширении обрабатываемых сельхозугодий и при увеличении урожайности), «территории стагнации» (уменьшение плотности населения на фоне сокращения сельхозугодий и стагнации урожайности) и «территории сжатия» (уменьшение плотности населения при значительном сокращении сельхозугодий и стагнации урожайности) [см., напр.: 8; 9; 10; 12].
К сожалению, даже по этим весьма обобщающим социально-пространственным характеристикам мы имеем лишь приблизительные сведения, не позволяющие сформировать целостную типологию вариантов трансформации сельских регионов. Наше исследование призвано реконструировать картину трансформаций сельских сообществ в наиболее проблемном с точки зрения аграрного развития регионе страны -- Нечерноземье (выступает как «критический кейс» [см., напр.: 6; 20]), акцентируя потенциал неформальной экономики, поскольку она может выступать в двух ипостасях: и как инструмент противостояния местных сельских сообществ навязываемым «сверху» (государством, рынком или международным бизнесом) моделям социально-экономического развития («оружие слабых» в терминологии Дж. Скотта [4; 24]); и, наоборот, как инструмент максимально безболезненного и успешного встраивания сельских сообществ в новый социальноэкономический контекст, в том числе благодаря активности местных предпринимателей.
Наше исследование в полном смысле инициативное: во-первых, по собственной инициативе в конце 1990-х группа коллег начала разработку компьютерной программы для построения генеалогических деревьев -- в 1997 году была подана заявка на получение гранта РФФИ по конкурсу инициативных проектов, а в 1999-м, когда был закончен первый проект, была подана заявка на проект по отладке разработанной программы в режиме полевого исследования -- экспедиций в деревни бассейна реки Молога.
В ходе «генеалогических» проектов мы были поражены бедственным состоянием обследуемых районов, что заставило нас осознать недостаточность академической повестки и ее оторванность от жизненных реалий, которые были отражены в последующих проектах, поддержанных РГНФ, -- «Руководители среднего и низшего уровней государственного и экономического управления в условиях кардинальных экономических и политических реформ» и «Социальнокультурные факторы процесса трансформации современной российской деревни (на материале Северо-западного региона)», в рамках которых для сбора эмпирических данных группа исследователей ежегодно в течение трех летних месяцев 2005--2008 годов выезжала в полевые экспедиции для сплошного опроса глав муниципальных образований (местное самоуправление) и руководителей сельскохозяйственных предприятий. В зону обследования вошли семь районов: Максатихинский и Лесной -- в Тверской области, Пестовский -- в Новгородской, Устюженский, Кадуйский и Бабаевский -- в Вологодской и Бокситогорский -- в Ленинградской. Было опрошено 175 человек (100 глав сельских поселений и 75 руководителей сельхозпредприятий разной формы собственности). В первую очередь нас интересовало взаимодействие сельского бизнеса и власти, его влияние на развитие сельских территорий (1).