Темпоральные представления старообрядцев по материалам духовных стихов
Н.С. Мурашова
В статье на основе духовных стихов рассмотрены следующие аспекты темпоральных представлений староверов: категория времени и методы ее описания; способы сегментации времени; соотношение прошлого, настоящего, будущего; периодизация мировой истории; время человеческой жизни и время жизни человечества. Темпоральность в дискурсе старообрядческих духовных стихов предстает категорией, основанной на бинарных противопоставлениях реального и сакрального, скоротечного и вечного, линейного и циклического, что соответствует христианской модели восприятия времени.
Ключевые слова: духовный стих, старообрядцы, темпоральные представления, время.
Temporal perceptions of old believers adapted from spiritual verses
Murashova Natalya S. Novosibirsk State Pedagogical University (Novosibirsk, Russian Federation).
Consideration of temporal perceptions as an important tool of Old Believers' cultural identification is based on the analysis of spiritual verses from different regional and subconfessional repertoire.
In order to uncover the particularities of temporal perceptions of Old Believers the following aspects are characterized: comprehension of category of time and methods of its description, ways of segmentation and structuring of time, balance of past, present and future, chronicle of occurrences by spiritual verses, perception of length of human life and length of mankind life, and periodization of world history, correlation of Old Testament, New Testament early Christian and Old Russian occurrences as well as facts conditionated by splitting of the Russian Orthodox Church and following events of All-Russian, local and personal chronology.
Research of temporal perceptions represented by spiritual verses of Old Believers shows a domi- nancy of eschatological model of universe. Time in a conversation of Old Believers' spiritual verses appears as category based on binary opposition of real and sacral, rapid earthly life and eternity, linear and cycle, which corresponds to Christian model of time perception and estimation.
Design of chronological paradigms in culture of Old Believers aims to include an Old Believers' milestone into All-Christian history. Although the occasions of splitting of the Russian Orthodox Church and following persecutions are represented in spiritual verses to the maximum extent feasible, they are considered as a part of sacral time connected with category of eternity, which in its turn acquires reality through the opposition to evanescence and brevity of human life.
Specific trait of temporal model of Old Believers is a disregard to future as an estimated time line. Anthropology of the time paradigm rests on the following linear sequence: past-present-eternity. The first two links of this chain have more or less real capability to measure the time, the last one - eternity - however belongs to supertemporal ideal category connected with sacral chronotopos of Old Believers' worldview.
Key words: spiritual verse, Old Believers, temporal perceptions, time.
Введение
Решение проблема взаимодействия мира и человека предполагает осмысление времени в качестве категории культурного текста. Временная парадигма мироздания фокусируется в дефиниции темпоральности. По мысли И.М. Савельевой и А.В. Полетаева, темпоральными следует считать «представления действующего социального субъекта о прошлом, настоящем и будущем. Иными словами, темпоральные представления связаны с самоидентификацией субъекта в потоке времени» [1. С. 89].
В нашей работе предметом исследования выступают темпоральные представления старообрядцев, являющиеся важным средством культурной идентификации носителей древлего благочестия. Материалом для анализа послужили духовные стихи из разно- регионального и субконфессионального репертуара староверов, отличающиеся достаточной насыщенностью темпоральными сведениями. Их тексты позволяют многоаспектно рассмотреть особенности взаимоотношений древлеправославных христиан со временем и выявить отличительные черты старообрядческой картины мира.
Формирование темпоральных представлений староверов обусловлено рядом факторов, важнейшими из которых являются: средневековый христианский генезис их культурной традиции, ориентированный на прошлое консервативный тип мышления, доминирование эсхатологических представлений, осознание своей избраннической миссии хранителей дораскольной православной культуры и др. В контексте восприятия и осмысления временной парадигмы мироздания, характерной для русской традиционной культуры в целом, антропология времени в старообрядческом социуме имеет свою специфику.
В целях выявления общего и особенного в темпоральных представлениях староверов в статье рассматривается следующий круг проблем:
1. Осмысление категории времени; методы ее описания.
2. Способы сегментации и структурирования времени.
3. Соотношение прошлого, настоящего и будущего.
4. Периодизация мировой истории; корреляция ветхозаветных, новозаветных, раннехристианских, древнерусских событий, а также фактов, обусловленных расколом Русской православной церкви и последующими эпизодами из общерусской, местной, личной хронологии.
5. Хронограф событий по духовным стихам.
6. Восприятие времени человеческой жизни и времени жизни человечества.
Осмысление староверами категории времени и методы его описания
Образ времени в представлениях старообрядцев характеризуется консервативностью, цикличностью, идеализацией прошлого, отсутствием линейного будущего, что соответствует восприятию времени в русской традиционной культуре в целом [2. С. 60].
Лексема «время» относится к достаточно частотной, что само по себе свидетельствует об интересе староверов к анализируемой категории. Эта лексема чаще всего фигурирует в словосочетаниях «последнее время» и «время покаяния». Встречаются эпитеты злое, лукавое, черное, безжалостное (в смысле быстротечности) время; нередко упоминается мало- или кратковременное житие. Дефиниция времени в основном используется в двух смысловых аспектах: для характеристики заключительного периода существования рода человеческого и для обозначения недолгого пребывания человека в земном мире. Таким образом, смысловое наполнение категории «время» обусловлено эсхатологическим взглядом на мир, характерным для старообрядческого социума.
В духовных стихах получило отражение темповое восприятие времени старообрядцами. Оно, как правило, выражается через глагольные формы. Чаше всего время бежит, летит, мчится: «Летит безжалостное время, промчались тысячу годов» [3. С. 162]; «Время мчится вперед, час за часом идет непреложно» [4. С. 245]. Приходят или приближаются, как правило, какие-то испытания, смертный час или последние времена: «Боже, приидоша времена до нас» (“Стих горестный иргизских иноков при изгнании их из монастырей в разные страны”) [4. С. 237]; «Век мой скончается, смертный час приближается» [4. С. 240]; «Последний день страшный все к нам приближается, а вера христова все уничтожается» [5. С. 90]. В описании течения жизни используются лексемы «проходит», «протекает»: «Взирай с прилежанием, тленный человече, како век твой проходит» [6. С. 93]; «Всегда плачь, душе моя, протекает жизнь твоя» [7].
В духовных стихах встречаются разные способы описания времени: реалистический («Настало время расставанья, прощальных слез ударил час» [8. С. 226]), символический («Мире, мире, мирушка, времена черна» [4. С. 261]), антропоморфный («О, время, время, где ты было, давно б пора тебе приити» [9]). Используется прием персонификации времени, например в образе Святой Пятницы: «В тую великую пятницу сама Пятница Прасковья мучилася, у царя Макса она у неверного умирала за веру Христову» [7].
На обозначение временных лексем определенное влияние оказала церковная книжность. В первую очередь это касается текстов, в которых упоминаются темпоральные отрезки, связанные с годовым, седмичным и суточным богослужебным кругом: «На воскресение Христов и Благовещение» [8. С. 76]; «Великий пост уже при дверех» [3. С. 54]; «На шестой было на неделе, в четверг у нас праздник Вознесения: вознесся сам Христос на небеса» [10. С. 485]; «Плач Пресвятыя Богородицы при кресте Господни в пяток страстныя недели» [4. С. 250]; «Накануне субботы Дмитровской в соборе святом Успенскиим обедню пел Киприян святой» [10. С. 490]; «Стоял же Федор Хиринец, стоял же у заутрени» [11. С. 88].
Таким образом, темпоральность выражает отношение старообрядцев к различным событиям как профанного, так и сакрального бытия. По словам Е.В. Рычковой, «старообрядческая парадигма времени воедино связывает “реальное и идеальное”» [12. С. 49].
Способы сегментации и структурирования времени
В духовных стихах из старообрядческого репертуара встречаются различные способы сегментации и структурирования времени. В этой связи можно выделить:
1. Темпоральные единицы, обозначающие временной интервал (минута, час, день, год / лето, век).
Минута как времяизмерительная категория используется редко (пример: «Бывают минуты - тоской убитый на ложе до утра без сна я сижу» [4. С. 238]).
Следующей по распространенности является годовая темпоральная единица. Год иди лето в основном упоминаются в контексте быстротечности времени: «Идут года, идут лета сего света, приближается конец света» [4. С. 256]. Эта единица времени используется в качестве основы исчисления жизни человечества, поэтому часто встречается в эсхатологических стихах, посвященных приближению Страшного Суда. Исключением предстает духовный стих «Я верю, надеюсь и жду, что лето Господне настанет» [8. С. 274]. Выражение «лето Господне» происходит из Книги пророка Исайи. Лето Господне - каждый 50-й год, установленный Богом как период отдыха от трудов, освобождения рабов, прощения долгов. Поэтому фраза «лето Господне» приобрела символический смысл, обозначая время наступления Господней благодати.
В большинстве случаев события в старообрядческих духовных стихах разворачиваются в пределах часового, дневного и векового промежутков.
Лексема «час» используется в следующих значениях:
- «всяк час», т.е. всегда и постоянно, обычно она употребляется в тех случаях, когда нужно подчеркнуть постоянную помощь и заботу небесных сил: «А кто Николу любит, а кто ему верно служит, тому святитель Николае на всяк час помогает» [13. С. 215];
- «смертный / последний час» как обозначение конца земного пути: «Смертный час помышляю, и судище страшное, и мучение безконечное» [14. С. 258];
- «час за часом» - выражение, подчеркивающее быстротечность жизни, приближение к смерти: «Время мчится вперед, час за часом идет непреложно» [4. С. 245].
Лексема «день» в контексте обозначения временного интервала также используется в нескольких смыслах:
- как синоним понятию «сутки», т.е. конкретного времяизмерительного промежутка: «Все живем на этом свете и не думаем о том, время близится все к смерти с каждым часом, каждым днем» [7];
- в эсхатологическом смысле («последний / судный день»): «Последний день страшный все к нам приближается, а вера христова все уничтожается» [5. С. 90];
- как указание приуроченности к определенному событию: «В день Христова востани» («Стих Христове Рождества») [6. С. 90];
- во множественном числе как обозначение определенного жизненного этапа: «Помни Господа всегда ты во дни юности твоей» [8. С. 249].
И наконец, лексема «век» чаще всего используется в значении срока человеческой жизни («человеческий век»): «День идет ко вечеру, человечий век коротается» [4. С. 250] или «Весь свой век Лазарь трудился» [15. С. 64]. Фраза «конец века» используется в эсхатологическом контексте как синонимичная фразе «последние времена»: «Идут года, идут лета сего света, приближается конец века» [4. С. 256].
Тяготение старообрядцев к более пролонгированным временным промежуткам свидетельствует об их устремленности к темпоральным масштабам, сопряженным с категориями, превышающими человеческую жизнь.
2. Проявлением реального в старообрядческой парадигме времени выступают суточные темпоральные единицы: утро, день / полдень, вечер, ночь / полночь. Они используются в своем непосредственном значении как обозначение конкретного промежутка суток, в котором происходят какие-то события: «Когда утром иль позднею ночью пред иконой головку склоня» [4. С. 258]; «Быть и дню, быть и вечеру» [16]; «Поздно-поздно вечером же во один с прекрасных дней, как утихлось все волненье дневной злобной суеты» [4. С. 272]; «Солнышко заходит и темнеет день» [4. С. 285]; «Вечер, сумерки наступают у Содомских у ворот» [15. С. 52]; «Вот уж полночь, где же он» [7].
3. Имеются духовные стихи, в которых в качестве темпоральных единиц, сегментирующих время, выступают дни недели. Интересно отметить, что в текстах не упоминаются понедельник и вторник. Остальные дни недели встречаются, частотность их зависит от событийной приуроченности. Так, среда фигурирует исключительно в нравоучительных стихах, включающих перечисление грехов, за которые душе придется держать ответ, один из них - несоблюдение поста в среду и пятницу: «Не почитала я ни среды, ни пятка, ай ни великого Христова поста» [15. С. 53]. Четверг вспоминается как день, на который приходится праздник Вознесения: «На шестой было на неделе, в четверг у нас праздник Вознесения: вознесся сам Христос на небеса» [10. С. 485]. Пятница, помимо дня соблюдения поста, встречается и в других ситуациях. Прежде всего, пятница - это день распятия Христа, поэтому часто упоминается именно страстная (страшная) или святая пятница: “Плач Пресвятыя Богородицы при кресте Господни в пяток страстныя недели, еже рече Господь жажду Иоанн” [4. С. 250]; «В пятницу святую все должны молчать» [7]; «С пятницы на субботу на великую страстную жиды- пилаты Христа распинали» [17. С. 115]. Святая Пятница - это еще и персонаж, имеющий сложный генезис, восходящий к «Легенде о 12 пятницах».
Как день церковного календаря фигурирует Дмитровская суббота: «Накануне субботы Дмитровской в соборе святом Успенскиим обедню пел Ки- приян святой» [10. С. 490]. Упоминается суббота и как один из дней недели в профанном смысле: «Все обмывал он: день субботний, успех, покупку, карнавал (Обмывал / Горький юмор)» [3. С. 65]. Духовный стих «Солнышко заходит и темнеет день», бытующий в качестве колыбельной песни, имеет заглавие «Вечер в субботу» [4. С. 285]. Воскресенье как день недели встречается в эсхатологическом стихе о расставании души с телом: «В воскресе- нъе рано солнышко взошло» [7].