Искусственный интеллект и охраноспособность результатов его применения
В российском праве, в силу статьи 1259 ГК РФ, объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения. К объектам авторских прав не относятся сообщения о событиях и фактах, имеющие исключительно информационный характер (п. 6 ст. 1259 ГК). То есть охране подлежат произведения, которые получили выражение вовне и происхождение которых имеет творческий характер. На наш взгляд, решение поставленной практикой задачи зависит от того, как определяется критерий творческого происхождения охраняемого результата интеллектуальной деятельности в российской судебной практике. Ведь поскольку в ГК РФ нет закрепления понятия творчества, то на практике для защиты прав правообладателей приходится обращаться к судебным правовым позициям. Данные акты могут носить противоречивый характер, и не всегда позиции судов сформулированы достаточно ясно. В то же время, как показывает проведенный анализ, результаты действия систем искусственного интеллекта вполне могут подпадать под понятие охраняемых объектов.
Однако проблема заключается в том, что определение произведения в большинстве правопорядков связывается с творческим происхождением объекта, проявлением особой психической функции человеческого мозга в процессе создания охраняемого результата.
Развитие рыночной экономики неумолимо двигает общественные отношения к поиску баланса интересов авторов/правообладателей и общества. Новые поколения алгоритмических инструментов стали доступны для креатива. Хорошо известно, что в сфере музыки могут использоваться такие технические инструменты, как рандомизаторы. Основываясь на новейших разработках в области машинного обучения - теоретической структуре, стимулирующей текущий рост в приложениях искусственного интеллекта и полагаясь на доступ к беспрецедентным объемам вычислительной мощности и данных, эти технологические посредники открывают путь к неожиданным формам творчества. Вместо того, чтобы полагаться на набор правил для создания новых произведений искусства, генеративные процессы могут быть автоматически извлечены из совокупности обучающих примеров. Музыкальные особенности могут быть извлечены и закодированы в статистической модели без какого-либо или минимального участия человека и позже использованы для создания оригинальных композиций, от барочной полифонии до джазовых импровизаций. Появление таких креативных инструментов и следствие исчезающего присутствия человека в творческом процессе и поднимает ряд фундаментальных вопросов с точки зрения защиты авторских прав [37].
Невозможность предоставления исключительных прав на объекты, созданные с применением технологии искусственного интеллекта, зачастую объясняется следующим. Результаты работы роботов, как обосновывают некоторые авторы, нельзя признать в полной мере новыми, с точки зрения форм и концепций это все те же привычные нам произведения, пусть и усложненные и объемные. Лишенная воображения машина воспроизводит категории и образы, заложенные в нее человеком, поэтому творчества, создания чего-то абсолютно нового не происходит [12, с. 53-54].
В этом ключе рассуждают многие исследователи. Физическая возможность многократного повторения фактических сведений и материалов, использованных в произведениях, охраняемых авторским правом, требует дифференциации между тем новым, что привносит автор, и сведениями достаточно тривиальными. Как верно подчеркивает В. Л. Энтин, сообщение исторических фактов и иной общедоступной информации фактического характера не ведет к приватизации информации путем распространения авторского права на сами такие сведения [25]. Авторское право распространяется только на форму изложения, но не на них. Следуя этой логике, правоведы говорят, что система искусственного интеллекта, опираясь на собранную, ранее известную, зачастую авторскую информацию, способна лишь на компиляцию.
В Германии произведением является результат созидательной деятельности человека [28, S. 21; 38, S. 47], «передающий человеческие мысли и чувства», [28, S. 45; 43, S. 68] что приводит к отрицанию охраноспособности таких результатов, которые созданы машиной или, например, программой для ЭВМ без участия человека. Это позволяет отграничить продукты, которые, хотя по внешней форме и напоминают произведения, в реальности таковыми не являются, поскольку представляют собой результат механических либо случайных действий их создателя.
Аналогичного подхода придерживаются юристы и в иных странах. Например, в Соединенных Штатах Бюро по авторским правам заявляло, что оно «зарегистрирует оригинальное авторское произведение при условии, что оно было создано человеком» URL: https://www.copyright.gov/comp3/chap300/ch300-copyrightable-authorship. pdf.. Эта позиция вытекает из прецедентов. Например, в решении по дулу Feist Publications v Rural Telephone Service Company, Inc. 499 US 340 (1991) сформулировано, что закон об авторском праве защищает только «плоды интеллектуального труда», которые «основаны на творческих способностях ума». Точно такой же подход был применен в Австралии (Acohs Pty Ltd v. Ucorp Pty Ltd '), когда суд объявил, что произведение, созданное с помощью компьютера, не может быть защищено авторским правом, поскольку оно не было создано человеком.
Суд Европейского Союза (CJEU) также неоднократно заявлял (в частности, в своем знаменательном решении Infopaq (C-5/08 Infopaq International A/S vs Danske Dagbaldes Forening), что авторское право распространяется только на оригинальные произведения и эта оригинальность должна отражать «собственное интеллектуальное творчество автора».
Приведенные примеры показывают, что во многих юрисдикциях законодательство и практика не готовы признать существование исключительного права на объект в случае, если он был создан путем применения интеллектуальных алгоритмов, отказывая таком объекту в творческом происхождении.
В то же время в ряде государств (Великобритания, Ирландия, Гонконг, Индия, Новая Зеландия) преобладающим является подход, который допускает предоставление авторско-правовой охраны объектам, не связанным с творческим происхождением. Этот подход лучше всего закреплен в британском законе об авторском праве (раздел 9 (3) Закона об авторском праве, дизайнах и патентах (CDPA), который гласит: «В случае литературного, драматического, музыкального или художественного произведения, созданного с помощью компьютера, автором считается человек, с помощью которого принимаются меры, необходимые для создания произведения». Статья 178 CDPA определяет сгенерированное компьютером произведение как произведение, которое «генерируется компьютером при обстоятельствах, при которых автор произведения не является человеком». Идея, лежащая в основе такого положения, такова: чтобы создать исключение из всех требований авторства человека, признавая работу, которая входит в создание программы, способной генерировать произведения, даже если машина создает нечто оригинальное и новое. URL: http://www8.austlii.edu.au/cgi-bin/viewdoc/au/cases/
cth/FCAFC/2012/16.html
Обозначенный подход не имеет общего применения, в каждом споре возможны новые толкования. Например, в деле Nova Productions v Mazooma Games [2007] EWCA Civ 219 английский Апелляционный суд должен был принять решение об авторстве компьютерной игры и сделал вывод, что вклад игрока «не является художественным по своему характеру, и он не применил ни труда, ни никаких навыков творческого свойства».
На наш взгляд, хотя результаты, созданные автономным искусственным интеллектом, не признаны сегодня в континентальной системе права в качестве объектов исключительных прав, на них могут быть установлены субъективные права как на обладающие ценностью и участвующие в обороте (подробнее см. [23]). Причем такие объекты обладают признаками произведений, которые охраняются в силу закона как результаты интеллектуальной деятельности, за исключением творческого происхождения.
Сегодня в рамках имеющейся классификации объектов авторского права объекты, созданные с помощью применения технологии искусственного интеллекта, обладающие оригинальной формой выражения, могут быть признаны объектами авторского права в группе, получившей название «непроизведений» (подробнее см. [16]). Поэтому сейчас исключительно важно сознавать необходимость разработки режима смежных прав на такие объекты, подобные произведениям. При этом целесообразным представляется введение режима sui generis для объектов, созданных с использованием технологии искусственного интеллекта и обладающих своеобразной формой.
Искусственный интеллект для создания изобретений
искусственный интеллект защита право
В августе 2019 Райан Эббот, профессор права и медицинских наук в Университете Суррея (Великобритания), и адъюнкт - профессор медицины в Лос-Анджелесе (штат Калифорния, США), заявил, что его командой были поданы две международные патентные заявки на «изобретения, созданные AI». То есть «изобретения, созданные автономно искусственным интеллектом в обстоятельствах, в которых мы считаем, что ни одно физическое лицо, как оно традиционно определено, не считается изобретателем»1. В этих заявках искусственный интеллект указывается как изобретатель, а владелец данной системы искусственного интеллекта - как заявитель патента и предполагаемый владелец любых выданных патентов.
Искусственный интеллект - изобретатель, названный его создателем Стивеном Талером «DABUS», полагается на систему многих нейронных сетей, генерирующих новые идеи путем изменения их взаимосвязей. Вторая система нейронных сетей обнаруживает критические последствия этих потенциальных идей и усиливает их на основе предсказанной новизны и значимости. В одной из поданных в патентные ведомства заявок описан новый тип контейнера для напитка на основе фрактальной геометрии, а в другой - заявлено устройство (сигнальная лампа) для привлечения повышенного внимания, которое может помочь в операциях поиска и спасания URL: http://artificialinventor.com/. URL: https://www.surrey.ac.uk/news/world-first-patent-ap-
pHcations-fded-inventions-generated-solely-artificial-inteUigence..
Европейское патентное ведомство (EPO) и Ведомство интеллектуальной собственности Великобритании (UKIPO) оценили эти заявки по существу. Оба ведомства установили, что заявки соответствуют патентоспособности в максимально возможной степени до публикации заявок. Заявки были поданы в соответствии с Договором о патентной кооперации, который облегчает процесс получения патентной защиты в более чем 150 странах, и предполагается, что они будут рассматриваться в большом числе патентных ведомств.
Европейское патентное ведомство отклонило поданные заявки после закрытого слушания 25 ноября 2019 года URL: https://www.epo.org/news-issues/news/2019/201912
20.html.. Управление по патентам и товарным знакам США (USPTO) опубликовало запрос на комментарии к списку вопросов, касающихся вопросов патентов в области искусственного интеллекта, в Федеральном реестре 21 августа 2019 года.
Доводы исследователей в пользу признания охраноспособности изобретений, созданных с помощью технологии искусственного интеллекта, сопоставимы с лицами, применяющими технологии для создания объектов, обладающих признаками произведений. В некоторых случаях выходные данные компьютера представляют собой патентоспособный объект и компьютер, а не человек соответствует требованиям для изобретательства [56]. Несмотря на это и несмотря на тот факт, что патентные ведомства уже выдавали патенты на изобретения, создаваемые с помощью компьютерных программ, вопрос об изобретении компьютеров никогда явно не рассматривался судами, законодателями и патентными ведомствами.
В этой дискуссии одним из наиболее часто выдвигаемых аргументов против признания изобретения, полученного с применением технологии искусственного интеллекта, является то, что для любой работы, генерируемой алгоритмом, существует физическое лицо, которое квалифицируется юристами как изобретатель. Однако следует учитывать, что, когда человеком формулируется задание для применения технологии искусственного интеллекта, разрешаемая проблема может быть как очевидной и весьма понятной, так и требовать сама по себе формулирования и / или структурирования [57]. Поэтому программист или разработчик алгоритмов искусственного интеллекта может считаться изобретателем, если он разработал систему искусственного интеллекта для решения конкретной проблемы или когда он должен был умело выбирать учебные или входные данные для самообучающейся системы. Но программист, вероятно, не должен признаваться изобретателем, когда он или она просто внесли свой вклад в общие возможности системы искусственного интеллекта по решению проблем, не зная о конкретной проблеме, к которой искусственный интеллект применяется, или о ее конечном результате. В этом случае ослабевает связь между творчеством человека и результатом применения технологии искусственного интеллекта. Эта связь становится еще более слабой, когда несколько программистов участвуют в настройке и доработке самой системы искусственного интеллекта, внося свой вклад в программное обеспечение во времени и пространстве, участвуя в разработке единой системы. Таким образом, не представляется уместным предоставлять исключительные права на полученный с помощью технологии искусственного интеллекта результат, когда важность вывода системы искусственного интеллекта очевидна и востребована в обороте, а деятельность человека не является вкладом в полученный результат URL: https://www.wipo.mt/wipo_magazme/en/2019/06/article 0002.html..