Таблица 2. Последовательность исполнения песен во второй половине свадебного дня стороной невесты на территории усадьбы жениха
|
Сторона невесты «приехавшие следом» |
«паштек толшывла» |
|
|
№ 8 (в шилыке, после угощения и пения частушек с плясками, перед отъездом) 1. Если захочешь с отцом родным поговорить по душам (2 раза), На рассвете утром выходи -- голос кукушки послушай (2 раза). 2. Если захочешь с матерью родной поговорить по душам (2 раза), В сад выходи -- голос соловья послушай (2 раза). 3. Если захочешь с братом родным поговорить по душам (2 раза), В открытое поле выходи -- голос перепелки послушай (2 раза). 4. Если захочешь с родной снохой поговорить по душам (2 раза), К сараю подойди -- голос ласточки послушай (2 раза). 5. Если захочешь с любимой подругой поговорить по душам (2 раза), Спустись вниз к ивам -- голос листьев послушай (2 раза). 6. Если захочешь с любимым другом поговорить по душам (2 раза), Вечером тихим выходи -- голос гармони послушай (2 раза). |
№ 8 1. Ышке туан атятшы дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Ирок иры лакшашат -- куку юкым колыштшаш (2 гана). 2. Ышке туан аватшы дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Ирок иры лакшашат -- шыжвык юкым колыштшаш (2 гана). 3. Ышке туан ызатшы дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Ныр покшакет лакшашат -- выльдырцын юкым колыштшаш (2 гана). 4. Ышке туан енгатшы дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Сарай анзык мийшашат -- цыгак юкым колыштшаш (2 гана). 5. Ышке яратымы ыдыр тангет дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Уэла лапышкет валышашат -- ылышташ юкым колыштшаш (2 гана). 6. Ышке яратымы ьірвезьі тангет дон попалтымет шоэш гъть (2 гана), Вады тырьт лакшашат -- гармонь юкым колыштшаш (2 гана). |
|
|
№ 9 (в шилыке, после угощения и пения частушек с плясками, перед отъездом) 1. Наша младшая сестра -- пирог с изюмом (2 раза), В наш другой приезд не делайте пирог с калиной (2 раза). 2. Наша младшая сестра -- шелковый платок (2 раза), В наш следующий приезд плохо выделанным платком не делайте (2 раза). 3. Наша младшая сестра -- на белой муке раскатана (2 раза), В наш следующий приезд не катайте на черемуховой муке (2 раза). |
№ 9 1. Мамнан шыжар -- изюм кагыль (2 гана), Ма вес гана толмашеш шаршы кагыльым ида ышты (2 гана). 2. Мамнан шыжар -- парсын савыц (2 гана), Ма вес гана толмашеш йытын савыцым ида ышты (2 гана). 3. Мамнан шыжар ош лашашеш анымы (2 гана), Ма вес гана толмашеш ломбо лоэш ида аны (2 гана). |
|
|
№ 10 (в шилыке жениха поет невеста, утром второго дня, после брачной ночи) 1. В другой раз хотела бы стать девушкой (2 раза) -- Словно белая бумага, белую одежду надев, хотела бы встать, словно кукушки хвост, нижний край одежды починив, хотела бы встать. 2. В другой раз хотела бы стать девушкой (2 раза) -- |
№ 10 1. Вес пачаш ыдыр линемат (2 гана) -- Ош пумага ганьы ош тыгырым чиен шагалнем, Куку пач гань тыгыр пачет торлен шагалнем. 2. Вес пачаш ыдыр линемат (2 га на) -- |
|
|
Словно крылья бабочки, фартук прикрепив, хотела |
Лыпы шылдыр гань (ы)запоным |
|
|
бы встать, |
пижьжтен шагалнем, |
|
|
Словно радуга, шелком опоясавшись, хотела бы |
Шанавыл гань парсын ыштын |
|
|
встать. |
ыштал, шагалнем. |
|
|
3. В другой раз хотела бы стать девушкой (2 раза) -- |
3. Вес пачаш ыдыр линемат (2 гана) -- |
|
|
С лучшим молодцем, улыбаясь и поговаривая, |
М(ы)лоецын лучиже дон йыралтен, |
|
|
хотела бы встать (2 раза). |
попалтен, шагалнем (2 гана). |
На протяжении нескольких десятков лет П. Г. Белова входила в состав так называемых суан ваты -- «свадебных женщин». По ее словам, они «делают свадьбу песнями», «без них [песен] свадьбы не бывает». Подобную ритуальную значимость ряда свадебных песен, исполняемых с движением, ранее выявила С. В. Толкачёва, но на материале русских свадебных песен в Удмуртии. Их она предложила обозначить как «песни, комментирующие обрядовую ситуацию»1. Как нам представляется, подобные песни характерны для всего Волго-Камского ареала и могут свидетельствовать о центральной роли напевов и движений участников общины в свадьбе, понимаемой как обряд перехода (термин А. ван Генеппа) Толкачёва С. М. Русские свадебные песни Удмуртской Республики: кинетический аспект // Научный диалог. 2017. № 11. С. 285--296. Gennep van A. Les rites de passage. Paris, 1909. На рус. яз.: Генепп А., ван. Обряды перехо-да. Систематическое изучение обрядов / Пер. с фр. М.: Восточная литература, 1999.. В схеме ритуала Генепп выделял три фазы перевода объекта в новый социальный статус: 1) отчуждение личности или группы от прежнего состояния, изоляция («сепарация»); 2) их трансформация, переходное состояние, в котором нет прошлого и будущего («транзит»); 3) трансформация и возрождение объектов воздействия в новом статусе («инкорпорация»).
Спетые ею песни, длящиеся от одной до пяти минут каждая, в строго определенном порядке отражают ключевые точки свадьбы как обряда перехода, обладают временно й и пространственной прикрепленностью. Мы выделяем их как два типа напевов: песни-действия (1) и песни-состояния (2).
В марийском этномузыкознании ранее термин песни с действием, но по отношению к песням восточных мари, применил О. М. Герасимов, известный этномузыковед, этноорганолог, писатель и журналист. При характеристике жанровой системы музыкального фольклора елабужских мари он ссылается на классификацию всех народных мелодий на эпос, лирику и драму См.: Руднева А. В. Лекции по народному творчеству. Рукопись Кабинета народной му-зыки Московской государственной консерватории. 1968; Герасимов О. М. Некоторые заме-чания о музыкальном фольклоре елабужской группы восточных мари // Музыкальное на-следие финно-угорских народов: Сборник научных трудов / Сост. и ред. И. Рюйтел. Таллин: Ээсти раамат, 1977. С. 408., которая заимствована из литературоведения См.: Белинский В. Г. Разделение поэзии на роды и виды // Отечественные записки. 1841. Т XV. № 3. Отд. II. С. 13--64.. Под драмой он подразумевал песни, сопровождаемые действием, к коим относил все семейно-обрядовые (свадебные, похоронные, колыбельные, гостевые песни), календарные жанры, частушки и плясовые. Всего обозначил три группы свадебных песен См.: Герасимов О. М. Свадебные песни мари // Музыка в свадебном обряде финно-угров и соседних народов: Сборник научных трудов / Сост. и отв. ред. И. Рюйтел. Таллин: Ээсти раамат, 1986. С. 134--142.. Первую, обладающую специфической ритмоформулой, распространенной у всех диалектных групп мари, назвал собственно свадебными песнями -- суан муро (ил. 3). Ко второму типу причислил песни проводов девушки, к третьему -- свадебные частушки, однако развернутого описания жанровой стратификации не оставил, ограничившись их перечислением.
Ил. 3. Ритмоформула свадебной песни елабужских мари (Герасимов О. М. Свадебные песни мари. С. 136)
Жанры свадебных песен, выделенные О. М. Герасимовым, а именно «свадебные песни», «песни проводов девушки» и «свадебные плясовые частушки», мы предлагаем объединить термином «песни-действия», поскольку их специфические тексты хорошо укладываются в мифологическую схему традиционной картины марийского мира, передающую круговорот космических энергий (ил. 4).
Ил. 4. Круговорот космической энергии в марийской картине мира (Шулыктуэм [Танаков В.]. Юарлен илаш. Онаеи. С. 5)
В соответствии с марийскими религиозными воззрениями мир представлен потоком двух противоположно направленных энергетических каналов -- правосторонней положительной энергии созидания и левосторонней отрицательной энергии разрушения. Полюсом созидания является верховный бог, обитающий на небе, а точкой притяжения разрушительного заряда -- нижний, подземный мир. «Юмо [верховный бог-творец] (потенциальная энергия, источник жизненной энергии Ю) и Омо [в переводе с мар. „сон“] (энергия покоя). Эти слова сложены из частиц -- смысловых блоков, отражающих два состояния Космоса: движения и покоя»1. Поэтому для марийской общины в обрядах перехода, в том числе и свадьбы, чрезвычайно важным представлялось обеспечение правильного, в сторону созидания, направления жизненной энергии Ю Шулыктуэм [Танаков В.]. Юарлен илаш. Онаен (Жизнь по энергии Ю, главный жрец- карт традиционной марийской религии). Йошкар-Ола, 2017. С. 5. (на мар. яз.). См.: Шкалина Г. Е. Священный мир марийский. Йошкар-Ола: Марийское книжное из-дательство, 2019. С. 13. (здесь имеется в виду правостороннее движение всех участников свадьбы по солнцу). Парные члены крестьянской общины, именуемые «суан халык» -- «свадебные люди», соблюдая космический порядок движением по Солнцу и пением особых песен в мифически насыщенном пространственно-временном отрезке свадебного дня, обеспечивают социальный и сакральный переход молодых из одного состояния в другое.
Песни-действия (1) сопровождают, во-первых, переход молодых в новый социальный статус (инициационный, вертикальный уровень обряда); во-вторых, ими отмечены все перемещения свадебного поезда между территориями двух родов (коммуникационный, горизонтальный уровень обряда). Поются стороной жениха в движении, в дороге, а также в самый ответственный период свадьбы как обряда перехода -- транзитного состояния невесты между тем и иным мирами -- на территории рода невесты. Эта группа политекстовых напевов представляет собой ряд песен, объединенных общим замыслом, единым сюжетом -- преодолением препятствий на пути к основной цели (захвату девушки чужого рода). К примеру, в селе Кожважи первый текст В тексте статьи порядковые номера подразумевают последовательность исполнения пе-сен в обряде. «Семь оврагов, семь полей...», дорожный, исполняется при движении на пути к деревне невесты, соответствует семи мирам традиционной финно-угорской картины мира, при этом свадебный поезд едет только по правостороннему пути, по солнцу, объезжая по ходу все семь родов территориального объединения и включая родственников в состав поезжан. Причем, с точки зрения носителей традиции, путь этот пролегает как в реальном, физическом мире людей, так и в мифологическом, потустороннем мире духов и обитающих там предков, обладающем свойствами перевернутости, зеркальности, мира наоборот (см. текст № 1). обрядовый музыка марийский песня
«Через горки, через низины...» поется при объезде деревни невесты кругом по солнцу, а также при «осаде» и выкупе входа у ворот деревни, а затем у ворот, дверей в сени и само помещение невесты (клеть) (см. № 3 и 2). Первая «Семь оврагов.» и четвертая «Кожважи село -- большое село.», исполняемые на один и тот же напев, могут также сопровождать объезд всех родственных семейных поселений, деревни, дома и шилык'а невесты. Шилык -- это огороженное место для молитв в природном пространстве (в буквальном переводе с марийского ший -- «серебряный», лык -- «угол»), в свадебном обряде представляет собой ритуальную площадку в центре усадьбы жениха и невесты в форме буквы Г или П, ориентированной на восход солнца, в углу обязательно устанавливалось срубленное деревце рябины или березы, даже если свадьба справлялась в переходный от зимы к весне двухнедельный период марийской Масленицы.
Следует обратить внимание на то, что в текстах первых трех номеров идет постепенное сужение пространства и времени с космических, общемировых масштабов до конкретного места совершения ритуала, шилык'а как модели традиционной картины мира Подробнее см.: Петрова Е. В. Миф о Небесной деве в свадебной обрядности горных ма-ри // Временник Зубовского института. 2020. Вып. 2 (29). С. 122--136.
1 Интересно, что Кава в переводе с марийского языка «Небо», то есть оно покрывает сверху, и в некоторых вариантах и снизу, земную твердь. Кавашты -- «шкура, кожа».: 1. Космос, семь миров: семь оврагов -- низший мир, семь полей -- средний мир, Млечный путь как дорога предков -- верхний мир; 2. Деревня, ворота, дом, клеть, сени, двери, окна; 3. Невеста в двойственном состоянии черной, плохой / светлой, хорошей девушки как конечная цель предпринимаемого поезжанами путешествия. Инициационная линия начинается с песен № 3 и 4, поскольку движение участников поезда воспринимается не только в реальном, но и в мифологическом пространстве, когда при внешнем отсутствии движения в реальном мире происходит напряженная деятельность в мире ином, потустороннем, ибо только в мире предков возможно качественное превращение одного в другое. В песне № 3 как раз рисуется образ желанной девушки, даваемый в амбивалентном виде черной, плохой / светлой, хорошей: песни № 1 «Семь оврагов», № 3 «Давай девушку.» и № 4 «Кожважи село -- большое село.» исполняются на один и тот же типовой напев. При этом сторона жениха выступает в качестве активного начала, тогда как невеста представлена пассивно. Мотив удара, битья как средства воздействия на изначальную синкретичность образа девушки, одновременно и плохой, и хорошей, впервые появляется в № 5, величальной жениху «Наш младший брат.», а далее развитие символики удара происходит в № 6 и 7. Невесту на ее территории принято ругать, хаять (вывод невесты, песня № 6 на тот же формульный напев (см. пример 1): «Вот выходит девушка -- голова как глиняный горшок.»), а хвалить и величать -- исключительно при вводе в дом будущего мужа (песня № 7 «Ой-ой, мама, выходи, красногрудая птица прилетела.»). Самый драматичный момент свадьбы, вывод невесты, сопровождается ударами дружками свадебным кнутом крест-накрест по земле и произнесением хором ритуальных слов всеми присутствующими поезжанами, которые стоят стеной от крыльца дома до повозки с лошадью: «Пач шарна!» -- «Сторона (хвост) поворачивается!» Также следует заострить внимание на том, что матерью Небесной Девы в мифах является Земля, а отцом -- Небо, Верховный бог Юмо. В тесте песни прямо указывается, что «Матери черной девушки одну-три пощечины бы дать...» (см. вышеприведенный текст «Вот выходит девушка -- голова как глиняный горшок...»). По прибытию в дом жениха будущая свекровь преподносила невестке круглый пресный хлеб сельмагинды, под ноги стелила женское серебряное украшение либо шкуру барана (кавашты)1. Невеста должна была три раза обернуться по ходу солнца вокруг себя и только потом войти в дом. Нами зафиксировано шесть вариантов этого напева, большей частью в районах, прилегающих к северу и востоку от основного ареала проживания, в Шелаболках, Наумово (Юлъялы), Виловатово, Шиндыръялах, Кожважах. Во многих вариантах появляется образ красногрудой птицы -- утки, приобретающей космогонический смысл.
Пример 1. Песня участников свадебного поезда стороны жениха при выводе невесты «Теве шалга шим ьідьір...» («Вот стоит черная девушка.»)
В финно-угорской мифологии утка -- творец мира: бог Юмо и его брат Йын (позже Керемет) в виде братьев-селезней создали землю и горы, поочередно ныряя на дно первичного океана за кусочком земли1. В марийских легендах также есть упоминание, что утка-демиург прилетела с небесного озера -- созвездия Плеяд, по-марийски называемому Лудо пыжаш -- Утиное гнездо2. Серебро-золото=луна-солнце (см. № 7).
Именно эти две песни-действия (№ 6 -- вывод из родительского дома через ворота и № 7 -- торжественная встреча невесты будущей свекровью у ворот жениха) отмечают центральные моменты свадьбы, а именно отделение и включение, показывают главный смысл обряда перехода -- превращение невесты из неведомого существа, описываемого как конопляное пугало, в представительницу высшего, небесного мира в облике красногрудой уточки-демиурга, прилетевшей свить гнездо (в других локальных традициях невеста представлена в ипостаси Небесной Девы-пряхи, дочери Верховного Бога-Неба Юмо). Эта группа песен отличается мелодической и ритмической формульностью, нисходящими интонациями, регистровым контрастом (первая половина строфы о светлой девушке поется в высоком регистре, а вторая, в квинтовой транспозиции, о плохой, черной девушке -- в низком). С исполнением песни при вводе невесты в дом жениха поезжане расходятся по своим домам, так как они выполнили свою основную функцию «добывания невесты», и в дальнейшем свадебные песни исполняют только прибывшие следом родные девушки. С этого момента в обряде уже звучат песни другого типа, так как в них идет описание уже свершившихся изменений.
Таким образом, этот текст знаменует восстановление утраченной картины мира после распада, возвращение из Хаоса к исходному состоянию, но на новом уровне, рождение нового мира с приходом невесты в качестве Небесной Девы -- дочери Неба и Земли.
Песни-состояния (2). Это № 8, 9 и 10. Функция этих напевов заключается в провозглашении происшедшей трансформации и незыблемости факта новой реальности для всех членов общин двух родов. Они представлены двумя типами текстов.
Первый характеризуется прощальной тематикой, в народной терминологии именуемый арватын мырыжы -- «песни невесты», близок горномарийской лирике и допускает включение неприуроченных песен, в том числе и более позднего происхождения, а второй почти ничем не отличается от обычных гостевых напевов.