Примечание. Значимые корреляции, для p< 0,05 выделены жирным шрифтом.
Таблица 10
Значения коэффициентов корреляции между копинг-стратегиями и личностными особенностями для выборок российских и зарубежных студентов
|
Показатели личности |
Ассертивные действия |
Вступление в социальный контакт |
Поиск социальной поддержки |
Осторожные действия |
Импульсивные действия |
Избегание |
Непрямые действия |
Асоциальные действия |
Агрессивные действия |
|
|
Российские студенты |
||||||||||
|
Экстраверсия |
,242* |
,361** |
-,230* |
|||||||
|
Привязанность |
,412** |
,261* |
,227* |
|||||||
|
Контролирование |
,250* |
,319** |
-,361** |
|||||||
|
Эмоциональность |
-,433** |
|||||||||
|
Игривость |
,440** |
,288** |
||||||||
|
Зарубежные студенты |
||||||||||
|
Привязанность |
,220** |
,156* |
||||||||
|
Контролирование |
,269** |
,160* |
||||||||
|
Игривость |
,201** |
,157* |
Примечание. * p < 0,05, ** p < 0,01.
Результаты установления взаимосвязи копинг-стратегий с регуляторноличностными показателями с использованием коэффициента линейной корреляции К. Пирсона представлены в табл. 9, 10.
Обсуждение результатов
Гипотеза о том, что русскоязычный вариант методики SACS (S. Hobfoll) обладает внешней и внутренней валидностью, достаточной для ее использования на поликультурной выборке студентов, обучающихся в российских вузах, не нашла полного подтверждения.
В результате проведения пилотажной проверки надежности-согласованности шкал методики SACSс применением коэффициента а-Кронбаха было выявлено неполное соответствие факторной структуры с имеющейся структурой шкал опросника. В данной методике заложен потенциал ее дальнейшего развития, как концептуального, так и технического, через наполнение вопросами шкал опросника. Иными словами, концептуальная модель относительно согласуется с полученными нами данными. Смеем предположить, что русскоязычная версия опросника не полностью соответствует ее англоязычной версии. С целью преодоления этих трудностей перед нами встала задача переформулирования шкал с низкой и недопустимой согласованностью и расчета норм, исходя из специфики изучаемой выборки.
В результате расчета тестовых норм по квартильному размаху с учетом гендерных особенностей выборки были получены иные нормы. Считаем, что они более корректны, чем имеющиеся [5]. Н.Е. Водопьянова рассчитывала нормы на выборке респондентов - представителей коммуникативных профессий, тогда как в представленных результатах в качестве респондентов выступили потенциальные субъекты как гуманитарных, так и инженерных профессий. Смеем предположить, что выборка по половому критерию была в основном женская, в нашем случае более выражено гендерное разнообразие (69,5% - юношей, 30,5% девушек). Таким образом, репрезентативность нашей выборки делает представленные нормы более корректными для оценки уровня выраженности стратегии преодолевающего поведения.
Проверка факторной валидности опросника позволяет говорить о несовпадение полученной факторной структуры методики ее авторской модели. Согласно концепции С. Хобфолла [28], модели преодолевающего поведения личности в ситуациях проблемного взаимодействия можно описать посредством минимум трех координат: ось «просоциальная-асоциаль- ная стратегии», ось «активность-пассивность», ось «прямое-непрямое (манипулятивное) поведение». В нашем случае только два фактора полностью соответствуют авторской концепции: просоциальная и пассивная модели совладания. Иными словами, несовпадение полученной факторной структуры авторской модели может говорить о неоднородности русскоязычной версии опросника оригинальной авторской или может быть обусловлена возрастными и социокультурнвми особенностями представленной выборки. Чтобы преодолеть эти несоответствия, необходимо переформулировать отдельные пункты опросника.
Предположение о том, что методика имеет конструктную валидность, т.е. тест способен к измерению стратегий преодолевающего поведения, а выбор просоциальных активных стратегий зависит от сформированности позиций осознанной саморегуляции и личностных диспозиций, нашло свое подтверждение.
В результате проверки конструктной валидности методики SACSс применением корреляционного анализа были получены ожидаемые результаты.
У иностранных студентов установлена взаимосвязь активных просоциальных стратегий (ассертивные действия, вступление в социальный контакт, поиск социальной поддержки) с общим уровнем и отдельными показателями осознанной саморегуляции: планированием, программированием, гибкостью. Сформированная потребность в осознанном планировании деятельности, продумывание способов своих действий и поведения для достижения намеченных целей, детализация программ действий, их корректировка в ситуации новых обстоятельств, адекватное реагирование на быстрое изменение событий и готовность успешно решать поставленную задачу в ситуации риска позволяют иностранным студентам активно справиться с трудностями и стрессами для поддержания успешности в учебной и профессиональной деятельности. Нас удивила взаимосвязь пассивной стратегии «осторожные действия» со шкалой осознанной саморегуляции «гибкость» (г = 0,320, p< 0,05) и общим уровнем осознанной саморегуляции (г = 0,380, p < 0,05). В целом получены ожидаемые паттерны корреляции между активными про- социальными копингами и показателями осознанной саморегуляции, а также с личностными характеристиками «привязанность» (г = 0,220, p < 0,01), «контролирование» (г = 0,269, p < 0,01), «игривость» (г = 0,201 , p < 0,01).
Потребность быть рядом с другими, помогать им, сопереживать и радоваться успехам (привязанность), быть добросовестным, ответственным, аккуратным в делах (контролирование) помогает иностранным студентам справиться с переживаниями стресса в стране с иными ценностями и нормами. Вместе с тем помогают адаптироваться к новым социокультурным условиям и такие личностные характеристики, как любопытство, легкое отношение к различным сторонам жизни в чужой стране (игривость). Полученные результаты согласуются с теоретическим позициями С. Хобфолла, согласно которым индивидуальные усилия по преодолению стресса (в нашем случае в ситуации адаптации к новым социокультурным условиям) часто требуют обращения к индивидуальному и социальному контексту [28].
У российских студентов связь показателей саморегуляции и личностных характеристик со шкалами копинг-стратегий не такая однозначная. Для проявления активных просоциальных стратегий российским студентам, помимо осознанного планирования деятельности, регуляторной гибкости и сформированности индивидуальной системы осознанной саморегуляции произвольной активности, важна устойчивость субъективных критериев оценки результатов (г = 0,39, p < 0,01), т.е. адекватная оценка себя и результатов своей деятельности. Слабая сформированность процессов моделирования, неготовность замечать изменения ситуации, неумение и нежелание человека продумывать последовательность своих действий обуславливают использование пассивной стратегии преодоления стресса - «избегания». Однако манипулятивные действия осознанно планируются (планирование г = 0,460, p < 0,05).
Установлена прямая взаимосвязь активных просоциальных стратегий с экстравертированностью (г = 0,361, p < 0,01), привязанностью (г = 0,412, p < 0,01), контролем (г = 0,319, p < 0,01), игривостью (г = 0,440, p < 0,01) и обратная -- с эмоциональностью (г = -0,433, p< 0,01). Такие студенты стараются избегать разногласий, не любят конкуренцию, предпочитают сотрудничать с людьми, нежели соперничать. Они придерживаются моральных принципов, не нарушают общепринятых норм поведения в обществе. Высокая добросовестность и сознательность обычно сочетаются с хорошим самоконтролем.
Полученные результаты психометрической оценки методики SACSпредставляют интерес. В соответствии с нашими предположениями методика имеет конструктную валидность. Вместе с тем факторная структура русскоязычной версии показала лишь относительное совпадение с ее авторской моделью, требуются дальнейшая корректировка русскоязычной версии методики и ее дальнейшая психометрическая оценка.
Заключение
Надежность-согласованность русскоязычной версии шкал методики относительна, методика требует дальнейшей корректировки. При использовании методики следует учитывать низкую согласованность шкал «ассер- тивные действия», «импульсивные действия».
Установлены тестовые нормы с учетом поликультурных и гендерных особенностей выборки. Репрезентативность представленной выборки делает полученные нормы более корректными для оценки уровня выраженности стратегии преодолевающего поведения.
Проверка факторной валидности опросника позволяет говорить о несовпадении полученной факторной структуры методики и ее авторской модели. Иными словами, несовпадение полученной факторной структуры с авторской моделью может говорить о неоднородности русскоязычной версии опросника и оригинальной авторской или может быть обусловлена возрастными и социокультурными особенностями представленной выборки. Чтобы преодолеть эти несоответствия, необходимо переформулировать отдельные пункты опросника.
Русскоязычная версия методики имеет хорошую конструктную валидность. Тест способен к измерению стратегий преодолевающего поведения. Копинг-стратегии предсказуемо связаны со сформированностью компонентов осознанной саморегуляции (планирование, программирование, гибкость, оценка результатов) и социально значимыми личностными диспозициями (быть рядом с другими, помогать им, сопереживать и радоваться успехам, быть добросовестным, ответственным, аккуратным в делах).
В целом результаты оценки психометрических показателей методики SACSпоказали допустимую надежность-согласованность шкал русскоязычной версии методики, подтверждена конструктная валидность, уточнены тестовые нормы, что позволяет говорить о возможности применения данной методики в психологических исследованиях. Дальнейшие направления исследований могут быть связаны с корректировкой шкал русскоязычной версии методики С. Хобфолла.
Литература
1. Банщикова Т.Н., Соколовский М.Л. Особенности взаимосвязи показателей осознанной саморегуляции и параметров совладающего поведения у российских и зарубежных студентов в условиях аккультурации // Образование личности. 2017. № 4.
С.114-121.
2. Folkman S., Lazarus R.S. The relationship between coping and emotion: Implications for
theory and research // Social Science Medicine, 1988. Vol. 26. P. 309-317, DOI: 10.1016/0277-9536(88)90395-4.
3. Folkman S., Lazarus R. Manual for the Ways of Coping Questionnaire. Palo Alto, CA :
Consulting Psychologists Press, 1988. 33 p.
4. Вассерман Л.И., Иовлев Б.В., Исаева Е.Р., Трифонова Е.А., Щелкова Д.Ю. и др. Ме
тодика для психологической диагностики способов совладания со стрессом и проблемными для личности ситуациями : пособие для врачей и медицинских психологов. СПб. : Изд-во НИПНИ им. В.М. Бехтерева, 2009. 40 с.
5. Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Стратегии и модели преодолевающего поведе
ния // Практикум по психологии менеджмента и профессиональной деятельности. СПб. : Речь, 2003. С. 311-321.
6. Рассказова Е.И., Гордеева Т.О., Осин Е.Н. Копинг-стратегии в структуре деятельно
сти и саморегуляции: психометрические характеристики и возможности применения методики COPE// Психология. Журнал высшей школы экономики. 2013. Т. 10, № 1. С. 82-118.
7. Brown T. Confirmatory factor analysis for applied research. New York ; London : The
Guilford Press, 2006. 462 p.
8. Carver C. S. You want to measure coping but your protocol's too long: Consider the brief
COPE // International Journal of Behavioral Medicine, 1997. № 4. P. 92-100. DOI: 10.1207/s15327558ijbm0401_6.
9. Carver C.S., Scheier M.F., Weintraub J. K. Assessing coping strategies: a theoretically
based approach // J. of Personality and Social Psychology, 1989. Vol. 56, № 2. P. 267283. DOI: 10.1037/0022-3514.56.2.267.
10. Gonзalves T., Lemos M.S., Canario C. Adaptation and validation of a Measure of students' adaptive and maladaptive ways of coping with academic problems // Journal of Psychoeducational Assessment. 2019. Vol. 37, № 6. P. 782-796. DOI: 10.1177/0734282918799389.
11. Skinner E.A., Zimmer-Gembeck M.J. The Development of Coping: Stress, Neurophysiology, Social Relationships, and Resilience During Childhood and Adolescence. Springer International Publishing, 2016. 336 p.
12. Al-Smadi A.M. et al. Predictors of Coping Strategies Employed by Iraqi Refugees in Jordan // Clinical Nursing Research. 2017. Vol. 26, № 5. P. 592-607. DOI: 10.1177/1054773816664915.
13. Alzoubi F.A., Al-Smadi A.M., Gougazeh Y.M. Coping Strategies Used by Syrian Refugees in Jordan // Clinical Nursing Research. 2017. P. 1-26. DOI: 10.1177/1054773817749724.
14. Zimmer-Gembeck M.J. et al. Is parent-child attachment a correlate of children's emotion regulation and coping? : review // International Journal of Behavioral Development. 2016. Vol. 41, № 1. P. 74-93. DOI: 10.1177/0165025415618276.
15. Modecki K.L., Zimmer-Gembeck M.J., Guerra N. Emotion Regulation, Coping, and Decision Making: Three Linked Skills for Preventing Externalizing Problems in Adolescence // Child Development. 2017. Vol. 88, № 2. P. 417-426. DOI: 10.1111/cdev.12734.
16. Абабков В.А., Перре М., Планшерел Б. Систематическое исследование семейного стресса и копинга // Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени
В.М. Бехтерева. СПб. : ПНИ им. В.М. Бехтерева, 1998. № 2. С. 4-8.
17. Skinner E.A., Pitzer J.R., Steele J.S. Can student engagement serve as a motivational resource for academic coping, persistence, and learning during late elementary and early middle school? // Developmental Psychology. 2016. Vol. 52, № 12. P. 2099-2117. DOI: 10.1037/dev0000232.
18. Леонтьев Д.А., Александрова Л.А., Лебедева А.А. Специфика ресурсов и механизмов психологической устойчивости студентов с ОВЗ в условиях инклюзивного образования // Психологическая наука и образование. 2011. Т. 16, № 3. С. 80-94. URL: https://psyjournals.ru/psyedu/2011/n3/Leontyev.shtml
19. Крюкова Т.Л., Куфтяк Е.В. Опросник способов совладания (адаптация методики WCQ) // Журнал практического психолога. 2007. № 3. С. 93-112.